мда... все таки пампкинпай вписаный в хогвартс читается гораздо легче чем попытки исправить канонный эпилог... не в том плане, что там плохие фики, просто тяжело читать как героев ломать приходится чтобы свести друг с другом
чтобы заставить увидеть одного человека, надо сначала отвести взгляд от другого (рона и джинни)... и безболезненные варианты такой смены взгляда мне почти не попадались... самые мирные что мне попадались, это когда гарри с герми настолько погрязали в работе, что оскорбленные невниманием рон с джинни тихо уходили.. в большинстве же случаев сюжет получается про душевные муки из серии: "е34ть мы идиоты слепые... что же мы скажем джинни и рону" или "рон - мудак, джинни - шалава, пожалейте меня ктонибудь" ... согласитесь, не слишком прикольно если поставить себя на место героев
хм... помоему вы звдвете риторический вопрос.. мы говорим о пампкинпаевских фанфах, так что и рассматриваю все я с точки зрения гарии с герми.. хотя иногда бывает жалко и рона, особенно в тех фанфах где он оказывается достаточно разумным чтобы самому понять, что пора отойти в сторонку, и достаточно хорошим другом чтобы это сделать
Больше десяти лет назад, в мою студенческую бытность, я стал свидетелем весьма впечатляющей оговорки, коей решил поделиться с вами. Топология, конец второй пары, и студенты, и преподаватель уже устали. Тема лекции – многообразия (один из типов пространств в топологии). Лектор завершает разбор темы и, подводя итоги, произносит:
– ...таким образом формируя всё рассмотренное многообразие разнообразий.
Немногочисленные внимательно слушавшие студенты начинают хихикать: очевидно, должно быть наоборот, "разнообразие многообразий". Лектор тоже понимает, что сказал что-то не то, и медленно повторяет, силясь обнаружить ошибку:
– Рассмотренное многообразие разнообразий.
Смех разносится громче, кто-то с места приходит на помощь заслуженному профессору:
– Иван Иванович, наоборот же!
– Да, действительно, – улыбается лектор. – Простите, заговорился. Я хотел сказать, многообразие ракообразий.
Откуда в уставшем сознании профессора возникли ракообразные, и как они проникли в лекцию, остаётся загадкой, но ещё десять лет до выхода на заслуженную пенсию студенты за глаза именовали его Раком Раковичем.
N.B. Несмотря на эту запоминающуюся оговорку, лектором профессор был отличным, и, невзирая на солидный возраст, сохранял ясность мышления всё время своей работы.