A Second Chance часть 12. Глава 249

По следам этого поста столько мыслей всколыхнулось))
Никакой морали, чистая ностальгия... #магломуары
Вот вы говорите, ребенку нужна отдельная комната. Разумеется, это хорошо. Но вовремя. Во времена моего советского детства мы жили в комнате в коммуналке. И это были счастливейшие 6 лет моей жизни (не считая наличия садика, но это другая история)). Родители всегда были в шаговой доступности! Комната - самая прекрасная, вид из окна - самый лучший... А потом нам выделили отдельную двухкомнатную квартиру, и у меня появилась комната! На родителей тогда я обиделась страшно! Они еще и почти не говорили мне о переезде, утром я ушла в садик, а вечером меня привели в новый дом. Бр-р... Я восприняла это как натуральную ссылку((( Выгнали и двери закрыли!!! Мама рассказывала, что раньше я была очень ласковая и тактильная, а после этого события у меня даже антипатия к прикосновениям развилась. Я не давала себя обнимать, тискать, целовать, причем сперва как наказание этим злодеям, а потом привыкла и стала вести себя так на постоянной основе.
Не знаю, насколько это связано с теми событиями, я помню другую версию, но правда в том, что антипатию к прикосновениям я изживала уже взрослой, а в свой любимый двор ходила по несколько раз в год, чтобы понюхать любимый запах детства и потосковать по любимому дому.

Что касается комнаты, постепенно мы с ней подружились. Среди моего окружения такая привилегия была далеко не у всех, можно было притащить в гости хоть половину класса (например, в начальной школе мы часто репетировали спектакли большой толпой, пока родители были на работе), а потом в восьмом классе мы сидели там с подругой, и она пела песни и играла на гитаре... Такие трогательные воспоминания... В комнате можно было оригинальничать с перестановкой, можно было сделать ремонт с прибабахом... Я очень долго сохраняла мамину детскую роспись на стенах. Там были солнышки под потолком - спящее - над кроватью, открывавшее один глаз - над дверью и сияющее во всю солнечную улыбку - над письменным столом. А в углах комнаты были нарисованы березки.
Наверное, это было сделано не очень профессионально, я смутно помню ядовитые комментарии тетушки и кузины. Но это было уникально. И это было только моим. А еще у нас никуда не влезал трельяж и было принято уникальное же решение поставить его в один из углов наискосок! "Ачотакова?" - спросите вы. Ну, это сейчас нормально, а тогда было революционно! Тем более, что над трельяжем мама сбацала мне огромную треугольную антресоль, куда отправились все игрушки... А еще там была радиола с пластинками. И огромный книжный шкаф... Я была счастливейшим ребенком. Нелюбимое мной пианино туда не влезло и стояло в гостиной. И хорошо... А еще была большая распашная дверь на большой балкон и вид на закат...

У комнаты был один недостаток. В ней был огромный полированный шкаф. И в этом полированном шкафу в два раза ярче и беспощаднее отражался свет люстры, которую мне включали вместо "доброго утра". Эту пытку утренним светом я ненавидела всей душой. Я объясняла, просила, ревела... Но мама не видела проблемы. Семь утра - свет включили - побудка состоялась... В деревне летом, кстати, папа тоже не видел проблемы, если ему ночью надо было найти что-то в общей комнате, то он так же врубал верхний свет. А мне говорили: ты же за шторкой, все нормально... Они меня любили. Но не понимали, что это действительно невыносимо...
Наши дети должны быть благодарны бабушке и дедушке за эти педагогические мероприятия, потому что за всю жизнь их ни разу не будили резко, агрессивно и никогда не включали утром люстру без предупреждения)))
Родители были категорически против замков, шпингалетов, задвижек, но меня спас пес Барсик. Он появился в моем подростковом возрасте и в первые несколько месяцев, оставаясь один, обглодал почти всю ножки шкафов/стульев/табуреток в квартире, поэтому шпингалеты стали насущной необходимостью, а с ними ушла в прошлое эпоха утренней пытки светом. И комната стала ваще любимой. А потом... Не, потом я стала взрослой и это другая история.

Я не вспоминала о своей комнате лет 30 с лишним. Хотя сейчас я пишу этот текст в этом же самом месте. Я забыла, как сильно ее тогда любила, потому что слишком многое случилось потом. Но сейчас я снова здесь. И толстый старый шкаф с полированными дверцами ехидно ухмыляется мне из своего угла. А сквозь обои над кроватью, если сильно-сильно присмотреться, до сих пор проглядывает контур солнечного глазика с длинными ресничками:)