Мой дед по отцу был командиром разведгруппы, воевал на Волховском фронте, а бабушка, совсем юная - радисткой, служила при штабе полка. На фронте они и познакомились. Что потянуло друг к другу сурового 34-летнего мужчину и 19-летнюю девчонку, не представляю, но после войны они остались вместе, и в 1946 родился мой отец.
Моя бабушка по матери работала, как вол, в Архангельском порту, на разгрузках конвойных судов. Её сестра, мамина тетя, всю войну трудилась на лесозаводе. У обеих бабушек (мамину тетю я звала точно так же - бабушкой) мужья погибли на фронте. И опять не понимаю, что привлекло очень красивого совсем юного паренька 19 лет с молдавской и даргинской кровью (он служил в части, что стояла в Архангельске) в моей совсем невзрачной 28-летней бабушке. Ума не приложу! Мама родилась в 1948 году, её родной отец уехал впоследствии к себе на Кавказ, а маму воспитывали бабули. Она у меня была очень красивая, как и её родной отец. Сейчас уже никого нет в живых, кроме папы. Ему 70 стукнет в этом году, но он всё еще носится, как живчик.
Выпускаю кошь на улицу. В тарелке с кашей всей собой сидит Матильда (средний йож). То ли ест, то ли прикрывает собственным телом еду, кто знает.
Кошь постояла, посмотрела на этот перформанс, только что плечами не пожала. Следом вышла младшая кошь, точно так же замерла перед тарелкой с Матильдой, полюбовалась, пошла дальше на вечернюю прогулку. Матильда всех нас троих обложила йожиным матом и утоптала в кусты. Матильда не такая отбитая как Женёк. А Аркадия я ещё не видела в этом году. Аркадий – самый старший йож.