Русский язык очень гибок, особенно в устной речи. В словаре такого слова нет, поэтому его нельзя использовать в некоторых стилях - например, в научной статье, в законодательном документе, в официальной переписке.
Для таких слов, как придумал ваш ребёнок, есть особое название в лингвистической науке - окказионализмы. Это слова, которые не зафиксированы словарями, но построены по привычной нам модели, поэтому их значение для носителей языка самоочевидно и не требует дополнительных разъяснений. Детские окказионализмы - отдельный предмет науки, которому посвящено много исследований. Дети уже владеют словообразовательными моделями, но ещё не знают, какие слова есть в русском языке, а каких нет, поэтому часто сочиняют новые. Из взрослых это характерно для поэтов и писателей, реже - для журналистов.
У окказионализмов есть шанс войти в литературный язык, если они становятся общеизвестными и общеупотребительными. Например, первоначально в русском языке не было таких слов, как "трогательный", " равновесие", "стушеваться", " самолет", "лётчик" и многих других. Все эти слова придумали писатели, слова прижились и вошли в литературный язык.
Вы можете спокойно употреблять глагол "рассмешился" в устной речи, интернет-переписке, публицистике, художественном тексте. Это не является ошибкой. Однако стоит воздержаться от него в публичных выступлениях, научном и деловом дискурсе, - если только вы не имеете намерения эпатировать публику.
PPh3:
Что было бы, если бы..?
Множество книг написано в жанре альтернативной истории...
И что было, если бы где-то в одной из параллельных вселенных император Николай II, предчувствуя грядущие смутные и к...>>Что было бы, если бы..?
Множество книг написано в жанре альтернативной истории...
И что было, если бы где-то в одной из параллельных вселенных император Николай II, предчувствуя грядущие смутные и кровавые времена, решил бы выдать замуж свою старшую дочь Ольгу за престарелого императора Австро-Венгрии Франца-Иосифа - "Франца неблагодарного"? В России этот брак не очень-то одобряют, да и в Австрии новую императрицу принимают более чем холодно, а во дворцах все напоминает о предыдущей супруге императора - Елизавете Баварской, "Сисси".
Династические браки, как бы на них ни надеялись, никогда не становились гарантами мира, но во время роковой поездки в Сараево императрица заслоняет собой супруга, и благодаря ее быстрой реакции и самоотверженному поступку в июле 1914 г. не случилось Первой мировой войны. Известие о беременности новой молодой императрицы, рождение сына-наследника, а затем и второго - чудо для Австрийской империи - окончательно ломают лед между супругами и позволяют Ольге завоевать любовь новых подданных.
Меж тем, интересы европейских держав сталкиваются в Азии и Африкк, а Балканы так и не перестают быть "пороховой бочкой Европы". Чьи-то мужья, отцы, сыновья и братья калечатся и гибнут в чужих войнах, откладываются полезные для населения, давно назревшие реформы, чем активно пользуются революционеры, подстрекая к бунту народ, устраивая теракты. Маятник раскачивается все сильнее, и каждый из героев оказывается перед все более трудным выбором.
Книга написана грамотным, образным и живым языком, и вместе с рассказчицей - ближней фрейлиной императрицы Ольги при австрийском императорском дворе, путь и по-своему предвзятой - читатель, будто из первого ряда, наблюдает за переломными событиями, изменившими ход истории, за разговорами в кулуарах дворцов, выслушивает сводки и донесения, анализ ситуации. Конец же наступает неожиданно и в то же время ожидаемо - вместе со смертью императора Франца-Иосифа. Уходит целая эпоха, заканчивается "долгий XIX век". Мир застывает в положении шаткого равновесия, когда ясно, что, как прежде, уже не будет, но как должно быть, еще не понятно. А вдовствующая уже императрица Ольга понимает кое-что важное про себя.