— Отправляемся. — наш разговор закончился, брат не стал настаивать на продолжении.

Жанна ждала на улице, разминая мышцы. Скрывать лица было не нужно, мы и так собирались избавиться от свидетелей. Спустя мгновение перед нами возникло поместье. Кор взмахнул глефой, медальон на его шее засветился.

«Чистокровные снобы считают, будто их защитные чары — уникальны. На деле же, они все строились на одних и тех же принципах. Две минуты, максимум три.» — голос Кора звучал в наших головах, в нём ощущалось превосходство и предвкушение. Жанна просто встала в боевую стойку, стоя справа от моего брата.

Мы побежали вперёд, в абсолютном безмолвии. Бладфоллен использовала несколько заклинаний поддержки: «Львиное сердце», «Божественное Провидение», «Клинок Немезиды». Первое заклинание усиливало боевой дух и храбрость, на меня практически не действовало. Второе повышало скорость реакции и рефлексов, что уже более ощутимо усилило нас. Третье усиление коснулось нашего оружия, из-за чего оно приобрело кроваво-красный окрас, в нём ощущалась некая энергия, по видимому это было одно из инквизиторских умений.

«Запомни — главное это эффектно появиться. Бомбарда Триа.» — Кор пробил стену, после чего начал раскручивать глефу, закрывшись щитом.

Летящие на нас пикси застыли в воздухе, мгновенно покрывшись льдом. Быстро и хладнокровно, иного не ждал. Всё же, у Бладфоллен эта способность получалась значительно лучше. С человеком было бы сложнее.

— Магна Феррум. — поток ветра едва не разрубает одну из приспешниц Крауч, что попыталась атаковать с наскока. Несмотря на глубокую рану, Мэйбл похоже испытывала радость. В её руках была серебристая сабля, оставляющая лиловый шлейф в воздухе. На лбу, была выжжена метка Слаанеш, прикрытая грязно-коричневыми волосами. Кислотно-лиловый оттенок её одежды вызывал тошноту.

— Ты познаешь истинное удовольствие боли! — для последователей Слаанеш значение имеет лишь острота ощущений, в том числе и вызванных болью. Сборище гедонистов-мазохистов. Но подобное падение в столь юном возрасте, вызывало лишь омерзение.

Парирую несколько уколов, и отвожу в сторону. Удар коленом в живот, заставил Мэйбл сложиться пополам. Не успеваю добить скорчившиеся на полу тело, из-за возникшей позади угрозы.

Это был парень шестнадцати лет, по крайней мере мне так показалось. Атлетично сложенный и излучающий ауру насилия. Сражался он с открытым торсом, что усеивали рубцы и шрамы. В жёлтых глазах читалась едва сдерживаемая ярость. Салютую мечом в его сторону, в ответ получаю сдержанный кивок.

Бладфоллен в это время отбивалась от атак Мэй, что несла крозиус извергающий голубое пламя. Кор на ходу обезглавил двух авроров, что показались мне знакомыми. Теперь моим вниманием завладел кхорнит, что довольно технично рубил своим топором.

Отступаю под тяжёлыми ударами, после чего применяю «Люмос Солем», на миг ослепляя своего врага. Широкий взмах открыл его тело для удара, но вместо этого блокирую удар со спины, столкнувшись со слаанешиткой.

Жёсткий блок и подсечка. Отпрыгивает в сторону, совершаю обманный удар слева, после чего приседаю под ответным ударом. Апперкот едва не сломал ей челюсть. По ушам ударил пронзающий крик сирены, топор метил в спину. Разворачиваюсь боком, взяв удар топора, на щит. Затем толчок щитом, и скользящий блок справа.

По телу будто ударила плеть, но это меня не остановило. Серебристый клинок был отбит, после чего противница лишилась правой кисти, а затем и головы. Кхорнит своим оружием описал полукруг, после чего взревел от ярости. Остатки рациональности он потерял.

Наше оружие столкнулось, от звона заложило в ушах. Он пытался продавить мой блок, он был намного сильнее. От удара щитом он уклонился, после чего беспорядочно бил по моему клинку.

— Я возьму твой череп! — мой меч вылетел из рук, но противник открылся.

— Не сегодня. Иктус Мортис. — пульсар оставил дыру в его теле, заставив того покачнуться. Он попытался ударить снова, рыча от бессильной злобы. Отпрыгиваю в сторону, повторив заклинание. Редукто окончательно добило берсерка. Смерть от руки псайкера — позор доя воина Кровавого Бога, его ждут вечные мучения.

Бладфоллен пробовала различные связки заклинаний, что сливались с моими атаками. Барьер покрывался отметинами от попаданий, но всё ещё держал удар. Боль мешала думать, снижала концентрацию. Едва не пропускаю цепную молнию, что словно обладала своим разумом. Блокирую летящие в меня «Болты Рока», отвечаю Инсендио. Воспользовавшись заминкой противницы, Жанна ускоряется и наносит серию ударов по барьеру. Её кулаки были защищены золотым сиянием. Серия ударов заканчивается простым пинком, что и пробивает щит. Будь у тзинчитки больше энергии, адаптивный барьер не был бы пробит, и успел перестроится на новый тип урона. Добив противника, Жанна спешно использовала исцеляющее заклинание на нас обоих.

— Кор сейчас сражается с Краучами, помоги ему. На мне Гермиона. — мне не хотелось подвергать напарницу риску. В прошлый раз обычная царапина чумным ножом, едва не убила меня. Бладфоллен была простой смертной, пусть и тренированной в Инквизиции.


— Нет. Я иду с тобой. — она ответила не задумываясь. Найти нужный путь не сложно, тварь и не думала скрываться. Вопреки моим ожиданиям, нас встретили не в подземелье, а в гостиной.

— Герми…помоги мне. — на полу лежала Мэгги, похоже единственная, кто не получил «благословения» Тёмных Богов. Чемпионка Нургла пригвоздила свою, уже без сомнения бывшую подчинённую к полу, с садистской улыбкой смотря на её бледнеющее тело.

— Слабачка, сколько можно повторять? Знай, своё место! Из всех ты была наиболее слабой, даже Уизли в этом плане лучше тебя. — Гермиона говорила искренне, словно это были понятные всем и каждому вещи. Она не заметила нас, или же не придавала значения.

— Я верила…тебе… — Мэгги была на грани паники, неверяще смотря на ту, кем всегда восхищалась. Ответом ей был лишь смех.

— И как видишь — зря. Но если тебе будет легче, я буду скучать…пока на следующий день не найду другую нищенку из Лютного. Я расскажу ей о верной и исполнительной Мэгги, что погибла защищая меня…и буду посмеиваться, пока она не видит! Видишь, всем хорошо! — в этот момент Мэгги умерла, окончательно утратив волю к жизни. О жалости ни шло и речи, но подобная жестокость на мой взгляд не имела смысла.

— Винд Страйк. — воздушный слэш со стороны Бладфоллен, должен был разрезать Крауч по центру, но удар оказался не настолько глубоким.

— Шоу только началось! Хайон. Напав на Носительницу Крови нашего Рода, ты обрёк себя на участь хуже смерти. Мой Барти справится со всеми вами, его решимость — железо. Как там Роуг, навещаешь её в Мунго, с Валентайн по соседству? Старый паук переманил тебя к себе, любит он глупых мальчиков в коллекцию собирать. Меня невозможно убить, ущербный выродок… — вместо ответа резко сокращаю дистанцию, и привычно пытаюсь разрезать её на куски. Как и тогда, словно гору режу.

Бладфоллен усиливала меня, но подобные приёмы изматывали её. Уклонившись от струи рвоты, что расплавила стоящее позади кресло, призываю пламя. Огненный шквал заставил кожу монстра расплавиться, словно воск. Боли монстр не чувствовал, но дрожь могла быть вызвана страхом.

Чумные мухи вылетали из ран, подставляясь под удары ветра, и пламя. Пульсар срезал часть черепа нурглитки, но меня едва не убил подкравшийся сзади нурглик. Бладфоллен снова применила «Поле», взяв мух на себя. Тварь атаковала языком, который пришлось блокировать щитом. Словно удар бревном.

Энкай не позволил мне заледенеть, а также усилил мои атаки. Вот и последний рывок. Рывок и обход, затем новый приём, что использовал Рейн.

— Этнэо Фульгур. — удар током парализовал её тело, вернее то, что им было. Удар в шею, затем серия из семи ударов. Какой бы регенерацией монстр не обладал, его тело не регенерирует.

Бладфоллен помогла устоять на ногах, после чего мы направились наверх. Кор выглядел потрёпанно, хромал на левую ногу, и без левой руки. В правой он держал окровавленную глефу. Но даже сейчас, он оставался хладнокровен. Его раны уже начали рубцеваться, из них исходило бледно-жёлтое сияние.