>которому хозяйка неоднократно продлевала (и будет продлевать) жизнь.
С людьми не все так просто.
См. историю Семена.

Девушка, которую я любил больше всего на свете, умерла в двадцать первом году. От старости умерла.
Я посмотрел на него – и не рискнул улыбнуться. Семен не шутил.
– Если бы я знал, как ее сделать Иной… – прошептал Семен, глядя куда-то вдаль. – Если бы я только знал… Я раскрылся перед ней. Я сделал для нее все. Она никогда не болела. Она и в семьдесят три выглядела от силы на тридцать. Она даже в голодном Петербурге ни в чем не нуждалась, а от ее охранных бумажек красноармейцы дар речи теряли… у Ленина я мандат подписал. А вот своего века ей дать не смог. Не в наших это силах. – Он мрачно посмотрел мне в глаза. – Знал бы я, как Любовь Петровну инициировать, – никого бы не спросил. Через все бы прошел. Сам развоплотился – а ее Иной сделал…

(Сумеречный дозор).
Даже со здоровьем не все просто. Годовалому Косте с аллергией на какие-то лекарства родители не нашли никаких способов вылечить от пневмонии, кроме как сделать вампиром.