Кстати, насчёт Брэдбери и слова "мята". Вот есть такие люди, которые стали бы Брэдбери пытать, а почему он не упомянул его, почему упомянул корицу. Они ещё с похожими вопросами любят приставать к нейросеткам. Нейросетки терпеливые, а Брэдбери не настолько. Но в любом случае общего у них то, что они не знают. Как и специалист по компьютерам не знает, как компьютеризировать литературу. Они все как птички или как чукчи. Что видят, то и поют. Брэдбери поет по-другому и намного сложнее структурно. Но если бы кто-то взял на себя труд расшифровать язык, на котором думает и решает проблемы топовый айтишник или чукча решает проблемы погоды, от которых зависит его жизнь, это был бы не менее сложный структурно язык. Да, не только одни индейцы пираха такие уникальные. Просто литература по своей природе вербализуема, что создаёт иллюзию большей доступности. А профессионалы в айти или, скажем, в науке, вербализуют в форме профессиональных статей, где иллюзия доступности быстро отлетает. А многие даже не вербализуют, им хватает общения с коллегами, которые ловят на лету, потому что их витраж уже адаптирован для лучшего понимания предметной области. Так что Брэдбери это Брэдбери, а не специалист по Брэдбери. И никогда им не станет. (Точно так же и наоборот.) Луч не осознает себя, он может только продолжать падать сквозь витраж. Или не продолжать. Смены специализации не то чтобы совсем невозможны, прецеденты случались, но, скажем так, это довольно нетривиально.
Здравствуй, родной Фанфикополис! Блудная дочь вернулась) Я как младшая мисс, путешествовала по реалу, и соскучилась по дому. Хотя я заходила с телефона в блог просто как гость, у меня не получилось прицепить в телефоне свой профиль, он только на компе. Начинаю делиться новостями. Начнем с котов. Они здоровы оба, Драко вылечили, но теперь мы с мамой обращаемся к ним со словами «дорогие наши коты». Потому что пришлось перевести их на дорогой корм, но что делать, это важно. И, кстати, они снова со мной! Правда, всего лишь до конца месяца, мама уехала к родственникам, и коты со мной. Не хочу их возвращать, но придется – маме без них одной будет совсем плохо, а я как-то справляюсь.
Про младшую мисс. Она с выставкой в Орле, куда потом, я не знаю. Но вроде как в конце декабря она заканчивает свою выставочную деятельность и переезжает к бойфренду в Дмитровград, будет там работать в дитейлинге. Ей это нравится, я за нее рада, что у нее все хорошо. Скучаю, конечно, с апреля ее не видела, и в этом году вряд ли увижу. Но, возможно, весной к ней поеду.
Про работу. Я ее освоила за два полных месяца, и мне все нравится. Очень интересно. 12-часовая смена пролетает незаметно. Вроде нет у меня тяжелых дел, но не тяжелых полно. Постоянно. То печь, то подменить кассира на кассе, а то и там подольше посидеть, если кассира нет – и такое бывает. А еще поменять ценники, разложить товар, вовремя убрать просрочку с хлебных полок, разобрать пришедшую выпечку и распихать по двум холодильникам, побегать по залу, предлагая оранжевые карточки – за них премия полагается, и я, кажется, чемпион магазина по их количеству. Умею включать обаяние и убеждать людей, видимо. Ненавижу понедельники. Как Бренда, не помню фамилию, которая расстреляла полшколы, объясняя это ненавистью к этому дню недели. Я стрелять не собираюсь, но по понедельникам инвентаризация пекарни, и это мое самое не любимое занятие на работе. Но хорошо, что мои смены не на каждый понедельник выпадают.
Про вес расскажу чуть позже – готовы фото с моей фотосессии, когда я договорюсь о помощи с их выкладкой в комменты, будет другой пост. Сегодня или на днях, обещаю! И да, всех люблю!