Это тред повышенного градуса либерасни. "Запреты - это плохо!1!1! Власти запрещают нам дышать!! АААААААА" и далее в подобном духе.
При этом я сам против цензуры, например, при условии, что она будет невозможна не только у нас, но и во всем мире, чтобы не было нечестного преимущества в Когнитивных Войнах у того же запада.
Но есть у меня подозрение, что Матемаг и прочие нечистые духи против не конкретного запрета, а против запретов в принципе. Потому что эти самые нечистые духи воют каждый раз, когда у нас что-то запрещают, и каждый раз выкатывают по простыне про то, как власти "запрещают карандаши" из-за частных случаев. ААААА, страшная тоталитарная Рашка опять мне все запретила, что же мне делать, не познавать же, что в мире происходит, чем обусловлен запрет и т.д., надо просто орать про тоталитарную Рашку что есть мочи, так победим.
Так что вот это все гонят каждый раз те, кто, даже если притворяется нейтральным, на самом деле сделан ровно из того же теста, что и наша "несистемная" оппозиция соевых либерах, ищущих в любой ситуации оправдание своей ненависти к России.
nordwind:
Легко поверить, что Толкин мог бы именно так рассказать историю изенгардского заточения Гэндальфа — ведь написал же он Боромира таким, каким написал, — по-человечески несовершенным и неоднозначным.
Н...>>Легко поверить, что Толкин мог бы именно так рассказать историю изенгардского заточения Гэндальфа — ведь написал же он Боромира таким, каким написал, — по-человечески несовершенным и неоднозначным.
Но мерещится еще что-то — знакомое — в споре двух великих магов. Один тревожится о том, что почти невозможно устоять перед желанием надеть роковое кольцо; другой, с глазами, в которых «поблескивают алые искры», бросает упрек, что вынужден по крупицам выуживать правду из вечных уверток и умолчаний своего собеседника…
И всё же это не столько параллель, сколько общий знаменатель всех историй, которые не ограничиваются темой борьбы доброго Света и злой Тьмы, а обнаруживают за ними нечто, пожалуй, еще более драматичное: столкновение двух разных истин, каждая из которых, возможно, по-своему справедлива.