Помнится, встречался мне аргумент, что в то время были иные авторы-женщины, писавшие более жизненно и злободневно. Там даже приводились имена и произведения. Но это слишком выходило за привычные рамки «женской литературы» и потому в целом игнорировалось и забывалось. А вот Остин попала в эти приемлемые рамки