Год 1998 (гет)

Сначала он боролся, пытался быть просто безучастным наблюдателем. Лишь раз испытал некоторое подобие сочувствия — и сразу же проиграл свой бой. В голову хлынули чужие эмоции, ЕГО эмоции — сначала страх, стыд, затем — ненависть. Информация сама по себе была бы лишь полезна, но в сочетании с эмоциями она грозила стать проклятьем, а не даром. Он прожил — именно прожил, ведь он не только видел события, но и чувствовал их, фактически участвовал в них сам — чуть меньше семидесяти лет. За одну ночь.

Гарри проснулся и сел, положив руки на лицо. Он спал в кровати, в башне Гриффиндора. Волдеморт был мертв, мертв уже — Гарри отнял руки и посмотрел на часы — двадцать два часа. Да, Темный Лорд был мертв — но вот его воспоминания и эмоции — словом, вся жизнь — теперь были достоянием его убийцы. Гарри не был уверен, что не сойдет с ума: он огляделся — рядом спали те, с кем он учился на протяжении шести лет, плечом к плечу сражаясь вчера против ПСов и Темных тварей, но вместе с теплом в груди разгоралось презрение и ярость к этим предателям крови и грязнокровкам, осмелившимся противостоять ему. Он быстро оделся и покинул спальню. Мантия-невидимка лежала в кармане, волшебные палочки — в другом, карта Мародеров — за пазухой.

Его ум не желал принять факта, что все наконец кончено. Так много хороших людей погибло, его друзей и знакомых, тех, кто всегда был на его стороне. Гарри не чувствовал радости, и даже облегчение отступило. Все кончено, Волдеморт мертв. Плачем и стонами не воскресишь погибших, так что прекрати это немедленно! Ты заслуживаешь счастья, так наслаждайся солнцем и тем, что столь многие еще живы. Он пытался убедить себя, но пока ничего не получалось: другой голос глумливо напоминал, что с таким, двойным набором чувств, он сам долго не протянет. Гарри шел туда, куда не смог вернуться вчера — в Кричащую Хижину, отдать последний долг человеку, который своей храбростью и умом сделал больше, чем любой из них, человеку, который обеспечил Победу.

Гарри постоял над телом Снейпа, задумчиво глядя в лицо мертвого. Он ненавидел это лицо с первого учебного дня, а последний год он желал убить его лично, очень медленно. Но в то же время он помнил, что всегда относился к этому странному человеку с уважением, всегда считал его умнейшим из пожирателей, да так оно и было. А теперь он чувствовал сожаление, что Снейп не смог преодолеть свой ненависти к Джеймсу Поттеру, а сам Гарри не смог разглядеть под язвительностью и холодностью человеческие черты.

— Ты был бы мне хорошим другом, Северус. Я надеюсь, что Там ты найдешь то, что искал так долго.

Гарри скрыл раны парой трансфигурирующих заклинаний, и уложил тело на наколдованные носилки. Он понес его в Хогвартс, чтобы знавшие профессора могли проститься с ним. В одной из комнат, прилегающих к Большому Залу, которая временно использовалась как морг, он создал каменное ложе, на которое и переложил тело. Он направил на ложе палочку и прошептал: «Северус Снейп, шпион Ордена Феникса на протяжении семнадцати лет, директор Хогвартса».

Гарри покинул замок, трансгрессировав в дом № 12 на площади Гриммо. Здание было перевернуто вверх дном — видимо, пожиратели постарались, устраивая здесь обыск.

— Кикимер! — Позвал Гарри. Домовик тут же появился перед ним, склоняясь в поклоне.

— Займись домом, приведи его в порядок, хорошо? И поспеши.

— Будет сделано, мастер Гарри.

Гарри улыбнулся ему и отправился в Косой Переулок. Первым делом он зашел в Гриннготс, где пробыл около часа — к этому времени большинство магазинов уже открылось, так что парень направился к мадам Малкин, подобрать себе гардероб. Он купил несколько выходных мантий, три — с глубокими капюшонами. Теперь он направился в магазинчик ингредиентов для зелий, который скупил чуть ли не полностью. Однако некоторых он не нашел, так что дальше он направился в Лютный переулок, а оттуда — в Темную Аллею, средоточие черномагической и просто контрабандной торговли. Знание о том, как пробраться в это потайное место, он получил в «наследство» от Темного Лорда — в момент, когда они оба умерли в Лесу, их личности и память на какой-то момент стали общими. Гарри в тот момент не придал этому значения, но сегодня утром обнаружил, что все воспоминания Темного Лорда остались при нем. Хотя ему были по-прежнему отвратительны мысли о пытках, смертях, насилии, он не сомневался, что сможет повторить все, на что был способен Темный Лорд — ведь все его знания и умения теперь принадлежали ему, Гарри Поттеру.

В Темной Аллее он сразу нашел магазинчик для зельеваров, где и приобрел некоторые весьма специфические компоненты. Потом он прошелся по переулку, разглядывая магазины. Вдруг одна из вывесок привлекла его внимание. Он тут же зашел внутрь. Хозяину было лет за сто, но энергии в нем было не меньше, чем в пятнадцатилетнем подростке.

— Чем могу служить, молодой господин?

— Мне нужна волшебная палочка. И я был бы очень признателен, если бы она не была зарегистрирована в министерстве.

— Разумеется, молодой человек. Для какой руки?

— Для левой, — секунду помедлил парень.

Хозяин начал проводить измерения, и поинтересовался специализацией покупателя.

— Боевой маг, — без раздумий отрапортовал Гарри.

— А почему вы не хотите снять собственную палочку с учета, мистер Поттер?

Гарри уставился на старика, деловито перебирающего коробочки.

— Не удивляйтесь, у вас очень странная энергетика, господин Избранный. Вас очень просто узнать. И опасаться вам тоже нечего, по крайней мере, в моем магазине. Большинство Темных, и вообще посетителей Темной Аллеи, не являются вашими врагами.

— А то, что я — причина смерти Волдеморта, вас не волнует?

— Том был гением, но абсолютно ограниченным. Никак не мог понять, что Темная и Черная магия — разные вещи. А шли за ним в основном жадные до власти идиоты и безумные фанатики. Настоящему Темному не нужна власть над миром, только свобода. Разумеется, мало кому это нравится.

— Как вас зовут, сэр?

— Меня зовут Алан Рокуэлл.

— Сэр Алан, я несколько смущен — не объясните ли вы, чем именно отличается Черная магия от Темных Искусств?

— Все очень просто, мистер Поттер. Черная магия требует от человека пожертвовать чем-то из своей человеческой сущности. К примеру, те же крестражи — они требуют медленной смерти души. Темные Искусства же лишь раскрывают перед магом некоторые доселе неизведанные возможности и ощущения. Взять заклятье Авада Кедвара и, скажем, Мортус Инкантатем — оба смертельные, но первое — черная магия, а второе — темная. Советую почитать переводы Аль Хазреда, у него хорошо написано. А вы так и не ответили на мой вопрос.

— Боюсь, я просто не задумался о такой возможности. Да и нет в этом необходимости.

— Я так понимаю, что вы собираетесь исчезнуть, мистер Поттер. Вот, попробуйте эту.

Гарри взял предложенную палочку в левую руку и сразу почувствовал, что это — то, что надо. Он для пробы начертал стул, и палочка сработала превосходно — появился резной стул с высокой спинкой из черного дерева.

— Превосходно, сэр Алан. Я беру. А насчет моего предполагаемого исчезновения вы абсолютно правы, Гарри Поттеру не будет покоя и свободы в этом мире. Так что он исчезнет, а его имуществом завладею я.

— Из вас получится превосходный Темный, мистер Поттер. С вас сорок галеонов.

— Возьмите. А вы, видимо, куда больший эксперт, чем Олливандер. Подобрали мне палочку с первой попытки.

— Это был просто, мистер Поттер, ведь я о вас довольно много знаю. Кора ясеня и сердце василиска, девять с половиной дюймов. Заходите еще.

Гарри собрался было уже вернуться в Хогвартс, когда взгляд его упал на зверинец. Не колеблясь, он зашел внутрь. Пространство магазина было загромождено клетками, аквариумами, ящиками. Совы тут присутствовали, но на них обратить внимание было сложно, так как кого тут только не было. Даже мантикора лежала в большой клетке в дальнем углу.

— Что изволите, сэр?

— Кого-нибудь особенного, пожалуй.

— Хм, есть у меня один такой, никто брать не хочет.

Хозяин ушел в дальний конец магазина и притащил аквариум с маленьким драконом — метр в холке.

— Дракон?

— Не совсем, экспериментальная особь. Произвольно меняет размер.

— А почему тогда никто брать не хочет?

— Ядовит, злобен, глуп. В прошлый раз, только его из клетки выпустили, как вырос! Полмагазина разнес, маленький засранец.

— Пошшел ты, старый дурак, — обиженно прошипел дракончик.

— Говоришь на парселтанге, дружок? — спросил Гарри.

— О, змееуст! Купи меня, а?

— Слушаться будешь?

— Вытащи меня отсюда! Знаешь, как достало в клетке сидеть?

— Представляю, — Гарри перевел взгляд на опешившего продавца, и спросил уже на нормальном английском. — Сколько за него?

— Вам отдам за полцены, сер. Всего-то двадцать галеонов.

Гарри расплатился, и начал общаться с новым питомцем.

— Как зовут-то тебя, друг мой?

— Никак не зовут. Нет у меня имени.

— Тогда прими от меня дар, друг мой. Нарекаю тебя Алантар, Разумный Дракон.

— Это хорошее имя, мне оно нравится. И ты не считаешь меня слугой или своей собственностью. Как тебя зовут, Знающий Язык Змей?

— Меня зовут Гарри Поттер. Но это пока. Давай я выпущу тебя, Алантар.

Гарри открыл клетку, и дракончик немедленно вышел из нее. Лукаво покосившись на продавца, он быстро уменьшился до размеров некрупной совы и взлетел на подставленное Гарри плечо. Поттер покинул магазин и сразу же трансгрессировал домой. Бросив сумку с ингредиентами, он нашел Кикимера и приказал тому позаботиться о драконе.

— Я ухожу пока, а ты располагайся. Ешь ты, скорее всего, мясо?

— Лучше всего сырая говядина.

— Я скажу Кикимеру. Я думаю, ты предпочтешь жить наверху? — дракончик кивнул, и Гарри продолжил: — Тогда пошли за мной.

Гарри отвел своего нового друга в комнату, которую раньше занимал Клювокрыл. Дракон пришел в полный восторг, особенно от наличия большого окна и внутреннего дворика, где можно было полетать после долгих лет заключения.

— Я пока ухожу, но обещаю вернуться не позже, чем завтра. И смотри, чтобы тебя пока никто не видел, хорошо?

— Не бойся, человек, я могу менять цвет так же, как и размер. И, кстати, тебе не обязательно говорить со мной на парселтанге, я понимаю любой язык.

— А почему тогда говоришь на парселтанге?

— Потому что есть небольшой шанс, что меня поймет кто-то из людей. Все-таки змееусты существуют, а люди, понимающие язык драконов — нет.

Гарри оставил Алантара осваиваться, а сам начал разбирать покупки. Одежду и некоторые предметы, которые он предпочитал носить с собой, он сложил в безразмерный ранец, навел на мантии с капюшонами чары, которые должны были скрывать лицо и изменять голос, а так же на все мантии наложил парочку заклятий, которые должны были удерживать палочки в рукавах. После чего оделся и отправился в Хогвартс. Было около часа дня, и он надеялся поспеть к обеду.