МакФасти. Драко и Бродяга (джен)

Давным-давно, когда Драко был маленьким Малфоем, он никак не мог понять оброненных однажды за завтраком слов устало разминавшей пальцы матери:

— Находиться в переписке с кем-то — это сложная и изнурительная работа.

«Разве может быть трудным писать друзьям письма?» — думал тогда Драко. О, как же он ошибался!

Адресатов неожиданно стало очень много. Во-первых, Невилл, Гарри и Блейз, которые пусть и могли общаться через Сквозное зеркало, но изредка все равно брались за перо. Во-вторых, Колин Криви и Джастин Финч-Флетчли, чья внезапно появившаяся благодарность за спасение от василиска (хотя скорее скука и жажда общения с волшебниками) порождала по три письма в неделю от каждого. В-третьих, Хлоя и Джек из Ильверморни, заваливающие Драко подробностями их каникул в стенах школы. Ну и, наконец, Грейнджер и близняшки Патил, жаждавшие обсудить недавно вышедшую в «Практике зельеварения» статью про улучшение стабильности Уменьшающего зелья после замены сушеной смоквы на свежую незрелую. «Без этого доклад для профессора Снейпа может получиться неполным», ах-ах!

Прошла всего неделя после возвращения домой из Хогвартса, а эти звери своей «дружбой» довели Драко до кровавой мозоли на пальце от пера. Вот бы эти перья и письма вообще отменили! Общались бы все по Сквозным зеркалам и горя не знали.

— Я зачарую для тебя перо, Драко. — Эра весь вечер обеспокоенно посматривала на его рану. — Достаточно диктовать и подкладывать листки бумаги, оно само напишет.

— Спасибо. — «Неужели он наконец-то сможет вздохнуть с облегчением?» — Кстати, Гарри благодарит за подшивки газет, которые ты ему отправляла. «Ежедневный Пророк», «Новости Волшебного мира», «Волшебные времена», «Магическая Франция сегодня» — каких только газет у тебя не скопилось в то время. А зачем их нужно было хранить?

— Ума не приложу, — она пожала плечами. — После прочтения я просто отдавала газету Айрону, а он, оказывается, их подшивал и берег. Ни одно из описанных там событий я не хотела бы вспоминать или переживать еще раз, но для Гарри они, надеюсь, окажутся полезными.

Подумав, Драко рассудил, что мама права. Судя по разговорам с ним, Гарри и в самом деле стало легче понимать мир волшебников и все в нем происходившее восемнадцать лет назад, после того как он пролистал газеты того времени. Как и Эра, он боялся статей с начала восьмидесятых, но отважно приближался к ним страница за страницей. К тому же читал он их не один.

Гарри рассказал, что тетя Петунья поначалу ворчала на «груды макулатуры, копившей пыль десятилетиями», но не совладала с любопытством и взяла одну из пачек выпусков «Ежедневного Пророка». Ох, как же он перепугался следующим утром! Миссис Дурсль, бледная после бессонной ночи и с красными от слез глазами, бросилась его обнимать сразу же, стоило только войти на кухню. Потом, конечно, она успокоилась и взяла себя в руки, вернув привычную холодность, но позабыть увиденное не смогла.

А затем на семейном совете опекуны Гарри сделали над собой усилие и прислушались к голосу разума: Добби, которого до недавнего времени держали в саду и даже на порог дома номер четыре по Тисовой улице не пускали, был принят на испытательный срок. Гарри дал обещание следить за ним и «не допускать чего-либо ненормального», после чего дела по дому были поделены уже между четырьмя проживающими. Да-да, в число садовников-полотёров неожиданно вошел кузен Поттера — Дадли. Крутые перемены, нечего сказать.

Кроме того, Гарри было официально разрешено выполнять домашнее задание для Хогвартса. Над этим еще в прошлом году постаралась Эра, но для Поттера слышать от тети и дяди одобрение его «чертовщины» было ужасно странно. Еще более странно, по его словам, чем вернуться на каникулы в опрятную комнату со свежим ремонтом и крепкой мебелью, доставшейся ему от кузена.

Невилл присылал фотографии магического квартала во Франции, куда они с бабушкой поехали отдыхать. Красивые дома, яркие витрины, но больше всего Драко поразили парившие повсюду радужные пузыри. Так, по словам друга, торговцы зазывали покупателей в свои магазины, частенько прикладывая что-то интересное к адресу и названию: аромат нового парфюма, крошечную сладкую булочку, листовку с особой скидкой. А Министерство магии Франции не беспокоилось, даже если пузыри уносило на магловскую часть города, ведь содержимое они показывали только от прикосновения волшебной палочкой.

Блейз, гостивший вместе с матерью у очередного отчима, прислал Драко парочку сувениров из солнечного Лос-Анджелеса. Стильные солнцезащитные очки этим летом на Гебридах едва ли могли пригодиться, но получить гигантскую парящую доску было даже забавно.

«Когда поднимаются высокие волны, — писал Забини, — маглы в обнимку с такими досками отплывают от берега, потом забираются, поднимаются на ноги и начинают кататься по волнам. А вот местным волшебникам удалось с их помощью оседлать ветер. Пусть летать не так удобно, как на метле, ведь нужно стоять и по-особому держать равновесие, но в этом-то и заключается вся прелесть. Плюс, если научишься на ней держаться, сможешь передвигаться по островам МакФасти быстрее и легче».

Спокойно — то есть без оглядки на драконов — полетать на территориях МакФасти можно было только по площадке для тестирования метел, но и тут не обошлось без неприятных сюрпризов.

* * *

— Если бы драконы умели смеяться, они бы сейчас вовсю хохотали над тобой, Драко.

Большие семьи у МакФасти были нормой. У дедушки Базилиуса, помимо Эры, было еще семеро своих детей, так что кузенов и кузин у Драко в новой семье оказалось с избытком. Двойняшки Осирис и Хонсу стали для него хорошими друзьями, Эдриан и Сол, недавно выпустившиеся со Слизерина, иногда обменивались с ним приветствиями в память об их общей альма-матер. К Алитерре, если постараться, тоже можно было привыкнуть, но без сложностей обойтись не удалось.

Именно Венсан, второй после Аль ребенок дяди Леодаса, и его младший брат Гай доставляли Драко больше всего неудобств. Первый задрал нос к небу после поступления в Шармбатон, а второй — тот еще подпевала — мнил себя великим игроком в квиддич. О Мерлин, да он даже спокойно постоять был неспособен, а уже решил, что однажды — с такой-то выдержкой! — утрет нос самому Виктору Краму.

— Вот именно, на метле держаться так и не научился, а все одно — в небо лезет, — вслед за братом встрял Гай, подобострастно скалясь и приплясывая на месте.

Фу, неужели Драко сам когда-то выглядел так же, пока расхаживал в компании Крэбба и Гойла? Где были его глаза и уши, когда он считал их своими друзьями?! И знал бы мистер Малфой, от какой жизни он уберег сына…

— Ну расскажи мне, Мальчик-Которому-Нимбус-Не-Дает-Метел, как же правильно на них держаться, — процедил Драко, с трудом выпрямляясь на подаренной Блейзом доске. А стоять на ней оказалось намного труднее, чем казалось поначалу.

— Та метла изначально была с дефектом! — тут же вспыхнул Гай, вмиг залившись краской и превратившись в пышущий возмущением помидор.

— Ага, ври больше. Как будто «Нимбус» стал бы рисковать репутацией, вручая в твои кривые руки метлу с половиной прутьев! — сдержанно парировал Драко, силясь сосредоточиться на полете. Так, вверх, еще немного…

— Ах ты!

Сначала Драко почувствовал, как дернулась доска, и только потом заметил вцепившегося в нее кузена. Гай покраснел еще сильнее, стараясь своими силами прижать доску к земле.

— Отпусти его, — повелительно бросил Венсан. — Надорвешься еще, а у нас Битва скоро. Побереги силы и, если повезет, всласть потом налюбуешься на его корчи под брюхом Таинственного Императора.

Забавно, но весь этот ворох бессмысленных странных слов подействовал на Гая успокаивающе. Разжав пальцы, он усмехнулся, бросил короткое «Да, посмотрим, кто кого» и слинял вслед за братцем.

Что бы все это значило? Настроение полетать пропало, и Драко поспешил домой. Нужно было отдохнуть и хорошенько расспросить маму, ведь, кажется, он еще многого не знает о внутренних порядках своей новой семьи.

Найти одного конкретного человека на островах МакФасти было не так-то просто, и Драко решил не надеяться на случай. Погода наконец-то установилась сухая и солнечная, до полнолуния оставалось всего два дня, а значит, заготовка ингредиентов для зелий была в самом разгаре. Рассудив так, он начал поиски мамы с сушильни, пристроенной к ее лаборатории.

В маленьком деревянном домике, где однажды появился на свет Этамин, приятно пахло травами. Благодаря общению с Невиллом Драко узнал много нового про волшебные растения, но собирать стебельки и корешки все равно не рвался. Впрочем, эта черта у них с мамой была общей.

— Не квиддичем единым жив волшебный спорт, Драко. — Мама довольно улыбалась, наблюдая, как трое ее домовиков раскладывают по поддонам сушильных шкафов траву моли. — Волшебники разных стран создавали и продолжают создавать что-нибудь свое. Если подумать, квиддич стал так популярен только потому, что не требует каких-то особых способностей в магии или особого снаряжения, нагляден и зрелищен, а вдобавок сравнительно безопасен для тех, кто им увлечен или занимается профессионально. За игрой в волшебные шахматы и плюй-камни, например, наблюдать не так интересно, хотя и у них есть свои фанаты, а соревнования за Кубок Трех Волшебников в свое время отменили из-за высокой смертности среди участников.

— При чем здесь квиддич, если мы говорим о непонятной «битве» на островах МакФасти? — нетерпеливо переспросил Драко.

— Ха, да эта «битва» просто не что иное, как ежегодные летние тренировки драконов. Помнишь, я рассказывала? Между собой мы называем их Битвой За Королевство или просто Битвой, а ее сценарий таков: на некоторых островах строятся крепости, которые одни МакФасти защищают, а другие — «злодеи» — пытаются разрушить. В прошлом году…

— Ты была в команде «злодеев», так? — Драко начал что-то припоминать.

— Точно, и мы победили. Что к лучшему, ведь наказанием за проигрыш служит уход за чужими драконами.

— А в этом году? Мы все еще на стороне победителей? — Слова Венсана понемногу обретали смысл, но ни под каким брюхом Драко корчиться не собирался.

— Жеребьевки еще не было, — Эра пожала плечами. — Сначала тебя и других детей с драконами ждет пара недель помощи дорогому дедушке.