Эффект Пенни (гет)

— Нет, ну ты это видел? — Леонард поджал губы на очередного вышедшего из квартиры напротив качка. — Уже новый! И ещё страшнее того, что мы видели во вторник. У этого мышцы ещё больше, а мозгов меньше. Ну вот зачем, Шелдон?

— У меня идеальное зрение, в отличие от тебя, Леонард, — нисколько не изумился Шелдон. — И да, это совершенно точно новый ухажер. Номер сорок два после вашего разрыва. И нет, Леонард, ты не прав. Он не страшнее, насколько я вообще могу судить о мужской красоте, но Пенни никогда не встречается с теми, кто выглядит плохо, ты был исключением. Хотя, безусловно, этот накачаннее того, что мы видели во вторник. Гипотеза насчёт корреляции объема мускул и айкью любопытна, но нуждается в проверке.

— Ну спасибо! — разозлился Хофстедтер.

— Сарказм? — деловито уточнил Шелдон.

— А сам как думаешь? — и, пиная дверь, Леонард зашёл внутрь.

— Думаю, что идея с табличкой «сарказм» была отличной. Почему же никто не поддержал? — покачал головой Купер.

— Потому что её придётся таскать за собой вечность! — да, при плохом зрении у Леонарда был отличный слух... — И вообще! Дело не в моей ревности! Просто Пенни достойна лучшего. Ты понимаешь? Не вот этого вечного поиска непонятно чего, слёз на подушке и новых пустых бутылок из-под вина!

— Ты копаешься в её мусоре? — Купер, который, вообще-то, хотел, следуя социальному обычаю, заварить другу в печали горячий напиток, отложил пакетик чая в сторону. — Фу, Леонард, ты хотя бы дезинфицируешь руки перед тем, как лезешь потом в нашу ванную?

— Нет! Да нет же! — Хофстедтер замахал руками. — Я просто иногда помогаю ей донести пакеты до мусоропровода. Ну чисто по-дружески.

— Тогда сегодня вынесешь и наш мусор. По-дружески, — с нажимом произнёс Шелдон.

— Сегодня твоя очередь!

— Но я же твой друг? Или ты выносишь мусор только за тех, с кем ты совокуплялся? — не моргул и глазом Купер.

— Шелдон! — почти прорычал Леонард, поблескивая злыми глазами из-за очков.

— Я всегда говорю правду. Даже если другим она не нравится. Постой, выдохни, я заварю тебе чай! На меня и наше соседское соглашение ты можешь рассчитывать всегда, Леонард. Так что один ты не останешься, ну-ну, можешь успокоиться! — предпринял Купер попытку его... что? Успокоить? Видимо, так.

— Я спокоен! — с этими словами Хофстедтер скрылся в своей комнате, ещё и, судя по звуку, с разбегу рухнув на кровать.

— Ну ладно! — пожал плечами Шелдон и заварил чай себе.

Неожиданно, но он не мог избавиться от слов Леонарда. Пенни достойна большего. Хм... Спорное утверждение, но это вполне можно было проверить научным путём. И, беря чашку чая, он отправился к флип-чарту, где и начертил две колонки под именем Пенни: плюс и минус.

Минусы заполнились быстро: низкий уровень образования, отсутствие достойных перспектив, большое число сексуальных партнеров. Хотя минус ли последнее? Шелдон почесал свой идеально гладкий подбородок: как правило, высокая популярность в природе как раз у самых ярких и генетически прельщающих самок. Так что, подумав, он эту надпись перенёс на середину.

А вот плюсы... Над плюсами пришлось поразмыслить. Путём небольшого торга Купер всё же написал следующее: привлекательная внешность (для него это столь важно не было, но всё-таки не признавать столь очевидное глупо, а глупость Купер ненавидел), высокий рост (сам Шелдон тоже был выше среднестатистического американца и считал удобным, что ему не приходится брать табуретку, чтоб дотянуться до верхней полки в магазине комиксов), нормальное усвоение лактозы (Леонард вот генетически поломанный — не может без последствий обычную пиццу съесть!), умение водить и наличие машины (всё то же самое было и у Леонарда, только вот пахло у Пенни в машине чуть приятнее, хотя горящая лампочка неисправностей и напрягала), коммуникабельность (Шелдон обязан был быть объективным — эта женщина сумела стать членом их социальной группы, не имея при этом даже базового колледжа за плечами, и дело не только в её внешности: Пенни и правда очень общительна), умение готовить спагетти с сосисочками (тут Купер поставил ей аж два жирных плюса — Леонард так не умел!), возможность постоять за себя с применением физической силы (тут бы минус поставить, но Шелдон слишком хорошо знал, что с некоторыми людьми нельзя договориться или убежать, поэтому, Леонард, Пенни тут тебя снова сделала!), приятный голос и знание песни про пушистого котёнка (приятный, Хофстедтер, голос! А у тебя — нет!), знание современной поп-культуры (свою голову Шелдон такой ненужной информацией загружать бы не стал, но вот возможность при возникновении такой необходимости — а мало ли — обратиться к эксперту? Ценно!), крепкое здоровье (и да, Купер сунул нос в медкарту и вёл свой журнал наблюдений: Пении выгодно отличалась от всего его окружения в этом отношении).

— М-м! А она и правда хороша! — окинул взглядом списочек Шелдон. — И точно достойна большего... Большего, чем Леонард! — он неожиданно озарился улыбкой. — Хофстедтера однажды погубят его вредные привычки и лактоза... А мне одному оставаться? Кто меня будет отвозить? Да и размножиться один и провести подобный эксперимент я не могу... Мои родители тоже не были гениями... Хм. Пенни не набожна — и это хорошо! У нас могут получиться или умные дети, или просто красивые. Если вдуматься, то комбинация уже выгоднее, чем у неё с Леонардом. Надо рассмотреть этот вопрос! Надо рассмотреть...

Всё-таки — и Шелдон занёс это в плюсы — у Пенни было ещё важное качество, и даже не одно: «заботливость» и «терпеливость»! Что ж, теперь осталось убедить Пенни, что у них получится достаточно гармоничный союз! О, и составить контракт об отношениях! Конечно... И запретить Леонарду обижаться и мстить поправками к их соседскому соглашению, которые тот опрометчиво не читает! Отлично! Шелдон как всегда показал себя гением.

* * *

Гениальными были и его... с позволения сказать, подкаты. Шелдон озаботился прочтением литературы... Тоже с позволения сказать. Нельзя называть литературой «Как очаровать популярную девушку»! Что за неуместные метафоры вне Хогвартса?

Но он достаточно знал Пенни, чтобы понимать, что той нельзя сказать прямо: вот соглашение об отношениях, подписывай, в ЗАГС можем сходить позже. Нет, надо было действовать тоньше. Сначала Шелдон попробовал соблюсти социальный обычай ухаживаний. Это, конечно, глупо, но не лишено смысла.

И нет, такую банальщину, как Леонард, в виде цветочков-конфеток Купер делать не стал. Как истинный техасец, он попросил Пенни сопроводить его на ипподром. Это, конечно, место повышенной опасности, но... Чего не сделаешь ради собственного удобства в будущем и возможного прекрасного эксперимента с детьми!

Пенни, кстати, и не удивилась просьбе. Эксперимент... Такая доверчивая, да. Но и правда, не Леонарда же и не Говарда с Раджем звать на ипподром! А вот Пенни... Пенни без сомнений оседлала красивую белую лошадь, пока Шелдон снимал на камеру. Даже проехала десять кругов. Он был прав: девочка с ранчо оценила красивую лошадку. Разумеется, не только в этом заключался его план.

— Ну так в чём эксперимент? — Пенни спешилась и с любопытством на него поглядела. Но, увидев прежнюю мечтательно-заумную морду лица, передумала и замахала руками. — Хотя нет, не хочу знать. Всё, я свободна? Можем ехать домой?

— А по дороге заедем в магазин комиксов?

— Это не по дороге! — возмутилась Пенни.

— Ты делаешь успехи, — ничуть не расстроился Шелдон: все-таки ему совсем уж глупая жена не нужна. — Держи конфе... Ай! — а вот ущипнула его Пенни весьма чувствительно. Надо прописать подобное в контракте... У него нежная кожа...

Через месяц Пенни узнает, что он отправил кадры с ней верхом на пробы... И так как Шелдон был настоящим гением и в момент съемок она не волновалась и выглядела естественно, то её пригласили на финальное прослушивание, где ей улыбнулась удача и... Очень вскоре Пенни сняла фартук официантки и осуществила мечту.

Ну, а воплотивший её в жизнь Купер не растерялся. Пусть обмен микробами, именуемый поцелуями, его и не прельщал, но... Чего не сделаешь ради соблюдения приличий? В этот раз он одними неловкими объятиями с Пенни не ограничился, а применил свои теоретические знания на практике. Хотя, если быть совсем уж точным, это не был его первый поцелуй. Даже не третий. Четвёртый! И, судя по упавшему в обморок Леонарду и потерявшей своё красноречие Пенни, вышло у него неплохо...

* * *

На этом месте Хофстедтер проснулся. Взгляд упёрся в белобрысую макушку рядом. Пенни... Его и только его! Леонард выдохнул. Как же глупо было увидеть подобный ужас во сне! Они ведь помирились! Да, он это помнит, ну а Шелдон... Он робот. Настоящий. И понять, что происходит в его голове... может только нейробиолог Эми! Да, она та самая заклинательница учёных тараканищ в голове его соседа!

— Мама, мама! — в спальню внезапно вбежало двое детишек. Светленькая девочка и высокий мальчик... Оба подозрительно похожие на Шелдона. Леонард рывком включил ночник. Нет, не показалось.

— Мама, а что ты делаешь в постели под одеялом с дядей Леонардом? — спросил мальчик.

— Не задавай глупых вопросов, Альберт! Они занимались сексом! — девочка посмотрела на них как на насекомых в альбоме...

— Мария... Мама изменяет папе? — мальчик захныкал. Рядом в ужасе прижимала руку ко рту Пенни.

— Леонард! Ты нарушил соглашение! — градус абсурда перевесил всё: в спальню забежал Шелдон со световым мечом наперевес. — И поэтому я покараю тебя! — и Купер отрезал Хофстедтеру голову...

* * *

Ну теперь-то он точно проснулся, да?

На всякий случай Леонард с опаской посмотрел на Пенни, что спала рядом. Потом тихонько вышел из спальни и наткнулся на... Раджа в боевом индийском доспехе и с копьём.

— Ты спишь с моей женой! Я убью тебя! — кричал Кутропали, замахиваясь...

— Так это же пластиковое копьё! — присмотрелся Леонард. — И этот костюм... Мы так ходили на комикон пять лет назад!

— Говард! — позвал Радж. — Запускай лазер!

— Прости, Леонард, но Радж мне ближе! — и Хофстедтера распылило лазером.

* * *

На сей раз он боялся открывать глаза. Впрочем, просто лежать, зажмурившись, было глупо. Так что Леонард открыл их и... не увидел Пенни рядом. Вздох облегчения прокатился по спальне. На всякий случай он встал — в квартире никого. Только Шелдон спал у себя. Один. И Пенни — он прислушался — занималась сексом с очередным качком... И это хорошо. Значит, самого страшного не случилось. А когда она расстанется с ним... Леонард Хофстедтер пригласит её на свидание. Снова. Потому что каждый кузнец своего счастья. Пусть он и видел наковальню и кузнецов лишь в Ведьмаке, но... Леонард не упустит любовь всей своей жизни. И уж тем более не отдаст её Шелдону!