Боа-путешественник (джен)

Эх. Права была мама, привычно булькая за ужином: дома, сынок, и течения куда теплее, и еда повкусней будет, изучай пищевые ресурсы, выращивание их совершенствуй, у тебя всё получится, работа не самая захватывающая, но полезная и почётная. А он... хотел стать первооткрывателем. Чтоб интересно, познавательно. Масштабно. И чего-то достичь хотелось, да. И чтоб родители им гордились. И чтоб невеста впечатлилась. И... ну... премия лишней не была бы тоже. И территория для новой колонии. Может, в честь его семьи ту колонию и назвали бы. Могли, традиция же такая, а его семья и все соседние семьи чтили её!

Вот только он держал свою экспедицию в секрете, до невозможности, честно булькнуть, жидкомысленно решив, что сюрприз лучше получится, если все узнают, какое замечательное открытие свершилось... да, он действительно подумал, что будет лучше, узнай все о его экспедиции и её плодах именно в тот момент, когда он вернётся домой. Или он так сильно опасался, что коллега из соседнего водоёма, который подавал огромные надежды, вдруг его обплывёт на повороте, совершит какое-нибудь иное открытие более качественно?

А ведь знай молодые специалисты свои и соседские, как и родственники, и невеста, и научный совет!.. Тогда его хватились бы. Искать начали. Спасательную экспедицию организовали б. Увы. Он улетел тихо. Никому не оставил ни единого намёка на то, зачем и каким маршрутом отправился в путь. Да, банально. Да, молодо-зелено. Да-да-да. Он понял. Осознал. Даже успел сменить цвет с зелёного на синеватый в черный пунктир. Цвет не молодых специалистов, но опытных учёных. Жаль только, родной межпланетный корабль тогда уже было не починить. Хотя он пытался. Раз за разом. Нет во всех мирах той ямы, из которой не выберется пытливый ум! Или почти нет?..

Иногда апатия накатывала сильнее. Иногда отплывала, почти во всём подобная отливу, да, отплывала! Чтобы приплыть обратно, с новыми силами взявшись за него? Он гнал от себя эту мысль и в сотый, в тысячный раз пытался вернуться домой. Иногда уныние становилось немного сильнее, чем он сам, но он по-прежнему делал над собой усилие и чинил-чинил-чинил.

А в одно бесконечно прекрасное утро резервный модуль ему запустить удалось-таки, всё же бортовой компьютер не был сломан окончательно из-за неудачного приводнения! Но сразу обнаружилась другая напасть: уйдя на перезагрузку, в себя этот пусть и не самый новый, зато надёжный компьютер приплыл... но как-то боком.

Взлететь по-прежнему не удавалось, и стандартный в таких случаях подход к стимуляции развития науки и техники местных разумных сформировался по сценарию, который бортовому компьютеру показался наименее энергозатратным. О!.. Боги всех морей, как он жалел впоследствии о том, что не смог в то роковое утро объяснить компьютеру всю пагубность такого как будто логичного сценария!

Нет, сначала всё плыло не так уж провально. Стимулирующее излучение работало, успехи были. Подсказка здесь, намёк — там. Сны и озарения выдающихся учёных, которые трудились в соответствующем направлении, совершенно вдруг обнаружив именно что недостающие фрагменты, условно говоря, мозаичных полотен, и тогда их теории обретали более совершенную форму и более качественное содержание быстрей, чем в том случае, когда всё тем же учёным удалось бы добиться результата без помощи извне. Посторонней. Инопланетной. А тех обитателей данной планеты, которые занимались политикой и торговлей, стимулировать тоже было достаточно легко. Те как будто случайно ощущали приходящий из вроде бы ниоткуда прилив уверенности в собственных силах и совершали более активные гребки, стремясь к достижению целей, которые и раньше были им интересны.

Да, местные разумные с наиболее подходящим для совершения нужных ему научных открытий типом цивилизации ещё не выплыли в космос, но при должном усердии вполне могли это сделать в ближайшие вёсен пятьдесят, что равнялось едва ли не половине, а то и всей жизни представителей местных разумных, по сравнению с чем жизни других разумных, таких, как он, к примеру, казались невероятными. С местной точки зрения, разумеется. Ему-то продолжительность жизни, характерная для своего народа, с детства казалась вполне привычной.

Но компьютер всё не так понял! Точнее, понять-то тот запрос смог, да не совсем так, как следовало бы. А потому... да, пришлось бить рекорды и закапываться как можно глубже и как можно быстрее с кораблём и всем оборудованием, которое смогло уцелеть после экстренного приводнения, но и подо дном морским этой удивительной планеты чувствовались отголоски страданий местных разумных.

Потому что расплескалась очередная война. Просчёт. Какой ужасный просчёт!.. Было ли ему стыдно? Да. Ему, подающему надежды учёному, но всё ещё не очень опытному специалисту, да, он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что ему ещё очень далеко до тех, чьими трудами он с детства не мог не восхищаться.

И он ведь честно попытался если не исправить кошмар, случившийся по его вине, так хотя бы смягчить последствия такового, раз он до преступного легкомысленно не перепроверил расчёты своего бортового компьютера, и тот решил, что вдохновлять следует именно тех, кого и вдохновил.

Попытка номер два оказалась... почти копией той, первой попытки. Как стыдно. Боги всех морей его родной планеты, как стыдно!.. В результате второй попытки местные разумные впервые в истории этой чудесной планеты то применили, что только-только добуксировали до ума, но не ради новых свершений в области полётов в космос, нет. Они создали оружие, как и те, первые вдохновлённые. И применили оное, чтобы все остальные местные разумные планеты (и в особенности — союзник тех, вторых применивших, судя по данным, которые удалось проанализировать не без помощи вновь уплывшего было на перезагрузку компьютера) убедились: теперь среди них есть тот, кто опаснее их всех, взятых вместе. Зато война шла на убыль. Она уже вот-вот должна была закончиться. И — закончилась.

Бывшего союзника тех, которые вдохновились попыткой номер два, и вдохновлять-то не пришлось. К огромному удивлению инопланетного учёного. Когда тот сам, не обращаясь к расчётам бортового компьютера, проанализировал сложившуюся ситуацию и приплыл к выводу, что без подсказок его, представителя инопланетной цивилизации, вероятность получения более качественного результата почему-то оказалась в три с половиной раза выше. Однако. Не забыть бы проинформировать об этом научного руководителя. Дома.

Оружие? Да, тот народ без подсказки создал и его, часть работы проделав самостоятельно с нуля, и частично опираясь на уже существующий на данной планете опыт, иначе был страшно вероятен шанс не дожить до выплывания в космос. У всех обитателей планеты. Но дальше!.. Дальше и эти разумные и те, вторые, и другие тоже смогли активно занялись космосом! Он чрезвычайно обрадовался. И позволил себе чаще покидать родной корабль ради кратковременных исследовательских заплывов. А бортовой компьютер снова перезагрузился. Внепланово!

Результат перезагрузки выплыл не очень, густо говоря. Бортовой компьютер опять сделал внушение кому-то из местных жителей. Что пусть слабо, но радовало: разрушения оказались локализованнее, чем в первых двух случаях. И оказалось в очередной раз, что нет такой мерзости хоть в строительном бизнесе, хоть в сфере продаж газированной воды, на которую не пойдёт жадный до прибыли местный разумный, если у того нет никого и ничего, что он любил бы сильнее, чем деньги, потому что не умеет любить. Умел ли раньше? Наука о том не знала. Хотя наличие жены, которая по-прежнему дорожила своим мужем, у этого Куроса... Куросе... в общем, у этого толстосума, формально относившегося к разумным?.. Возможно, когда-то, допустим, раньше тот бизнесмен любил её и сына больше, чем деньги, которым не успевал радоваться?.. Кто знает. А тут ещё и бортовой компьютер опять стало штормить!

К счастью, обошлось. Хотя и относительно. Опять жертвы и разрушения!.. Принципиальный капитан из местных и тот, Куросо... Куросу... бизнесмен, в общем, оружейно не сошлись во мнении. Да, и закапываться ещё глубже снова пришлось, но это такие мелочи, честно булькнуть.

Потому что локализованное ЧП шло на убыль! А он, учёный с другой планеты, дождался, когда станет тихо-тихо, проверил, как там компьютер... и смог поднять свой починенный наконец-то корабль в небо, хотя и не очень высоко. Как раз успел, чтоб не без помощи маскировочного оптического искажения добраться туда, где местный народ, впервые из всех разумных этой симпатичной планеты выплывший в космос, опять туда плыл. Кажется, второго пловца местных звали Ти-Товым... Поглядеть на такой старт было очень познавательно.

Учёный радостно булькнул. Его корабль, как и корабль местных разумных, набирал высоту. Чужая, до сих пор как следует не исследованная его народом планета была прекрасна, хотя и не совсем идеально подходила для процветания того вида разумных, к которому относились и его близкие, и он сам. Пусть. Новое открытие всегда можно сделать немного позже. А пока его ждёт другая планета. Бесконечно родная. Своя.

...И вот чужая планета осталась уже совсем-совсем позади, а родная с каждым гребком становилась всё ближе и всё меньше походила на сон, который мог и не сбыться вовсе. Как же сильно он скучал!.. И связь?! Связь заработала, какая радость!

— Мама?.. Да, в порядке. Нет, не голодал. Когда домой? Уже плыву! Ой. А рядом все наши, да? Родные, я скоро. Приплыву как раз к обеду. Ждите!