Дети под прицелом (джен)

— Чуя! — Юджи затормозил и упёр ладони в колени в попытке отдышаться после быстрого бега. — У бревна какой-то мужик ошивается, про тебя спрашивает, поговорить, говорит, хочет! Ринна и Коске остались его сторожить.

«Бревном» они называли сваленное и обгоревшее в грозу дерево, служившее своеобразной границей между территорией Овец и остальной частью трущоб. Кто-то из ребят вырезал перочинным ножиком на коре бараний рог и с тех пор то служило как ориентиром, так и негласным предупреждением для всех, не являющихся членами банды, — ПРОХОД ЗАКРЫТ. За последние три года только парочка отчаянных храбрецов-алкоголиков решились вторгнуться в овечьи угодья, за что и поплатились целостностью конечностей и парочкой коренных зубов.

Больше прецедентов не возникало.

Чуя бросил разбирать общий недельный улов из одежды и прочей полезной мелочи, за которую можно было выручить неплохую сумму, привычным жестом отряхнул штаны и, прихватив в карман парочку забавных фишек с какими-то удивительными существами из отечественного кинематографа и говорящей надписью «Pokemon» с обратной стороны — одному Богу было ведомо, где Юан откопала такие, но они быстро стали невероятно популярны у всей банды — приказал напрягшимся и тоже поднявшимся с ним Асахи и Ширасэ оставаться на месте и продолжать сортировку.

— А если это упырь какой-нибудь? — на лице Ширасэ читалась неприкрытая тревога, и Чуя, желая ободрить друга, задорно улыбнулся:

— Тогда придётся размазать его гравитацией в назидание другим. Ай, перестань, — махнул рукой, сбрасывая общее напряжение, — всё будет хорошо: раз остался у границы, значит не хочет проблем. Вопрос только, зачем пожаловал.

— Да не пофигу ли? — Ширасэ перешёл на высокие ноты, демонстрируя его негодование. — Гони его нахрен, нечего ошиваться у наших границ!

— Надери ему зад, Чуя! — подхватил Асахи.

Чуя иронично улыбнулся, закатил глаза. Он был совсем не против подраться, даже, наверное, можно было сказать, что любил это дело, но, когда появлялся риск втягивания в разборки его ребят, предпочитал по возможности договариваться. Как бы Овцы ни хорохорились, по-настоящему хороших бойцов, способных противостоять реальной угрозе, у них было всего трое и Чуя был среди них первым. В чём-то за счёт способности, в чём-то — за счёт чистой упрямости и нежелания проигрывать.

Он сделал с десяток быстрых шагов, когда уловил сбоку от себя движение: Юджи с боевой решимостью на лице почти бежал рядом. Чуя резко остановился.

— Эй, ты тоже остаёшься здесь.

Ребёнок от неожиданности запнулся о собственные ноги, но удержал равновесие и поднял возмущённый взгляд:

— Нет, я с тобой хочу!

— Остаёшься здесь. — припечатал Чуя, для верности недовольно поджав губы и слегка прищурив глаза.

Юджи опустил руки вдоль туловища, как-то съёжился, склонил голову и взглянул на него исподлобья. Нижняя губа забавно выпятилась.

— Ну, Чу-уя...

— Нет.

Оставаться непреклонным с малышами было невероятно тяжело, учитывая насколько милыми и жалобными те могли становиться, когда по-настоящему чего-то хотели, но Чуя прилагал максимальные усилия, чтобы не дать слабину. Один раз он уже пошёл на поводу глупых детских желаний и кончилось это плохо — переломанное маленькое тельце без единого признака жизни после срыва с тарзанки навсегда впечаталось в память — повторения не хотелось. Юджи поскулил, похныкал, зорко высматривая его реакцию, но, не добившись желаемой, сдался с тяжёлым вздохом и обиженно скрестил руки на груди и притопнул ногой. Надулся. Чуя пару секунд смотрел на него, чувствуя, как внутри разгоралось веселье, старался удержать губы от улыбки, что Юджи точно бы принял за капитуляцию.

— Ты обещал слушаться, помнишь? — мягко обхватил пальцами щёки ребёнка и легонько сдавил, заставляя выпустить набранный демонстративно воздух.

Юджи стыдливо улыбнулся, пряча глаза, а потом вдруг прильнул ближе, обхватил его за талию и уткнулся носом в живот. Чуя тихо охнул, инстинктивно обнял в ответ. Юджи что-то пробормотал в ткань футболки, и пришлось максимально напрячь слух, чтобы разобрать приглушённые слова. Чуя ласково провёл ладонью по спине, вырисовывая указательным пальцем незамысловатые узоры, похлопал. Отстранил Юджи за плечи и присел на корточки, чтобы оказаться напротив него лицом к лицу.

— Ты во мне сомневаешься? — спросил в лоб.

— Нет! — вскрикнул ребёнок, распахнув глаза в ужасе, что его просьбу быть осторожным восприняли так. — Просто этот человек пришёл один и позвал именно тебя... Он казался слишком спокойным и уверенным, другие вели себя иначе... Что, если он такой же как ты и хочет забрать тебя?

— Всё будет хорошо. — успокоил Чуя, пустив в ход запретное оружие: протянул мизинец. — Обещаю.

На лице Юджи отразилась вся борьба человечества, но в итоге вера в магию пальцев победила, и он протянул собственный мизинчик, на короткий миг сцепил с его. Чуя довольно хмыкнул, кивнул и взъерошил ребёнку волосы, после чего решительно поднялся и перевёл взгляд на подошедших посмеивающихся Ширасэ и Асахи. Последний зажимал подмышкой трофейный красный скейт, что Чуя притащил ещё весной, во дни фестиваля в честь цветения сакуры.

— Ты же знаешь, что он всё равно за тобой увяжется, да? — Асахи протянул доску и подмигнул встрепенувшемуся на его слова мальчишке, вызвав у Ширасэ открытый приступ смеха, который тот неудачно попытался замаскировать под кашель.

Чуя состроил невозмутимую мину.

— Вот поэтому вы оба за ним и присмотрите.

— Эй, я здесь каким боком?! — тут же возмутился Ширасэ, растеряв всё веселье. — Делать мне нечего, как с малышнёй возиться! Ещё столько всего разобрать нужно!

— Ты проследишь, чтобы Асахи не пускал Юджи к бревну. Всё, я и так уже время потерял! — последние слова Чуя прокричал, запустив скейт вдоль по тропинке и с разбегу запрыгнув на него, значительно увеличив скорость. Ребята попытались что-то крикнуть вдогонку, но ветер в ушах заглушил звуки, и Чуя просто махнул рукой, продолжая движение, прекрасно зная, что всё это больше для виду нежели реальное недовольство.

В банде царили согласие и взаимовыручка и ни один из старших членов никогда бы не оставил малышей одних и уж точно не отпустил бы в потенциально опасное место.

Попадавшаяся под колёсики трава сминалась, пыталась тормозить продвижение, но увеличенная гравитация не оставляла и шанса, толкая доску вперёд, оставляя на земляной тропинке неглубокие, но заметные полосы. Чуя размеренно отталкивался левой ногой, придавая скейту необходимое ускорение, маневрировал на поворотах и открыто восхищался чувством скорости, позволив губам растянуться в довольной широкой улыбке. Тёплый ветерок бил в лицо, заставляя щуриться, растрёпывал волосы и приятно трепал рукава и низ футболки, приятно охлаждая разгорячённое от жары и адреналина тело.

Скейт свернул вправо, буквально пролетел по проблеску бетонной дороги и резко ушёл на левый поворот, скрытый от глаз незнающего раскидистыми кустами дикой розы.

Чуя зашипел, скривился от лёгкого жжения в руках — некоторые шипы таки сумели дотянуться и оцарапать открытую кожу, — но быстро сосредоточился и приготовился к резкому спуску по смешанному с землёй песку и сотням мелких камушков. Этот путь был опасен неустойчивой почвой, и банда старалась не соваться к отвесному оврагу без особой на то надобности, но так же это место являлось лакомым кусочком для любого, кто хотел предаться собственным мыслям и хоть немного побыть наедине с собой. Без чужой болтовни, криков и визгов, без споров о лучшей добыче и соревнований во всякой ерунде. Алое марево способности стало ярче, надёжно сцепило подошву кроссовок с деревянной поверхностью скейта, предупреждая любое падение, уплотнило структуру доски как раз перед тем как Чуя на полной скорости вылетел с тропинки и на какой-то долгий миг завис в воздухе, разрезав ветер разведёнными в стороны руками.

Пяти секунд хватило.

Внимательный взгляд вырвал из общей картины под ним то самое бревно-границу, по разные стороны от которого застыли три фигуры — две небольшие, детские, и одна явно взрослая. Они не сражались и вроде как даже не спорили, просто стояли и смотрели друг на друга. Напряжение в позах всех троих отсутствовало.

Хорошо.

Чуя медленно прикрыл глаза, выдохнул в облегчении. Его задержка не стала для ребят фатальной. Ширасэ и Юджи ошиблись в своих опасениях.

Он слегка наклонился корпусом вперёд, задавая вектор движения, усилил действие способности и снарядом стартанул вниз, поднимая за собой столбы пыли.

Ожидавший его незнакомец заметил его раньше Коске и Ринны, что было логично, учитывая, что стоял тот к нему лицом, но вместо того чтобы просто отойти с линии возможного столкновения, зачем-то принялся сигнализировать и ребятам тоже, смешно дёргаясь и размахивая руками. Чуя успел только недоуменно фыркнуть на столь странную реакцию — как будто бы он не контролировал себя и мог раздавить своих же товарищей! Что за идиот? Скейт достиг подножия склона, резко ушёл на высоту, оторвавшись всеми четырьмя колёсами от дугообразного выступа, на который пришёлся конец пути, и Чуя решил, что совсем не прочь припугнуть странного мужика чуть больше, а заодно и — что греха таить — покрасоваться перед своими. Словно в замедленной съёмке он буквально пролетел над их головами, красиво раскручиваясь и сделав кувырок в воздухе, после чего резко опустился на землю и, усилив гравитацию себя и доски, так же резко затормозил. Поднявшееся облачко пыли было несоизмеримо меньше, чем должно было возникнуть после такого финта и скорости, но в этом и была вся прелесть, верно? Жаль только, что почва под ним как всегда несколько растрескались. Уверенным движением ударив кроссовкой по концу скейта, Чуя заставил тот подскочить на уровень рук и невозмутимо поймал, после чего зажал подмышкой.

— Я не опоздал?

Ринна на его слова восхищённо сверкнула глазами, сложила ладони на груди и расплылась в довольной улыбке, лишь слегка качнув головой, мол, всё в порядке, а Коске открыто присвистнул и показал большой палец вверх, при этом лукаво усмехнувшись.

— Может совсем чуть-чуть, но это было круто, чувак.

— Ты даже не задумывался, что так мог свернуть себе шею или сломать позвоночник, да? Или случайно убить кого-то из нас? — Чужой полный неверия и далёкий от благоговения голос в осколки уничтожил чувство эйфории от произведённого эффекта, и Чуя шумно втянул носом воздух в праведном возмущении. Резко повернулся в сторону говорящего, выставив вперёд указательный палец:

— Слушай, дядя, я свою способность полностью контролирую! Если бы решил убить кого-то, то ты тут единственный возможный кандидат!

Память на лица у Чуи была не особо хорошая, но тех, кто его заинтересовывал, он запоминал надолго. Мужчина перед ним в этот раз вырядился в штатные бежевые джинсы и рубашку в синюю клетку с коротким рукавом, но даже так, с вновь растрёпанными ветром волосами и слегка съехавшими на нос прямоугольными очками умудрялся выглядеть слишком правильным и уверенным. Как будто полностью контролировал ситуацию. Это заставило напрячься и мобилизовать все внутренние инстинкты, пусть разум и подсказывал, что угроза от этого человека крайне маловероятна. Чуя сощурил глаза, сбросил скейт на землю чтобы не мешался и сунул руки в карманы, тотчас сжав в кулаки. Слегка ссутулился, перенёс вес на правую ногу. Хотелось поймать взглядом ребят, убедиться, что те понимают, как круто может повернуться ситуация, но отвлекаться было нельзя и он рискнул отдать приказ вслепую:

— Ко, Ринна, возвращайтесь на базу. — Он буквально почувствовал, как изменилось их настроение, как исчезли веселье и спокойствие, как они среагировали на напряжение в его голосе и сами обратились во внимание. И, понимая, что ничего хорошего не выйдет, не объясни он что к чему, вынужденно добавил: — С полицией я сам разберусь.

Позади раздался приглушённый резкий вдох и поспешное шуршание кроссовок по камушкам и песку. Ни Коске, ни Ринна ничего не сказали и не стали спорить, поспешно убираясь с пути, и Чуя мог лишь надеяться, что он достаточно выделил голосом сообщение, что в подмоге не видит смысла. Чем меньше этот человек видел, тем лучше для них. Выждав, когда шуршание позади полностью прекратилось, вздёрнул подбородок, немного выпрямился в плечах и с вызовом встретился взглядом с мужчиной.

— Зачем пожаловали, детектив Мурасэ?

— Привет, Чуя. — на мгновение улыбнулся тот. — Поверишь, если скажу, что давно тебя не видел и заволновался?

Чуя скривился, слегка отпрянул. Насупился.

— Ага, конечно! Очень убедительно.

Детектив тихо рассмеялся, покачал головой и поднял руки на уровень груди в немом призыве не заводиться.

— Ладно-ладно, сейчас ты прав. Я по делу. — лицо его как-то сразу посерьёзнело, между бровями пролегла морщина, а голос приобрёл суровые нотки: — Наверху стали пропадать дети, за последний год уже три случая, последний — неделю назад. Все из благополучных семей. Две девочки и мальчик, всем от семи до двенадцати лет.

Чуя почувствовал как волосы на затылке встали дыбом, а по рукам и спине дружным стадом пробежали мурашки. Появилось предчувствие, что он знал, к чему вёл детектив.

— С каждым похищением карта событий смещалась в сторону Сурибачи, мы полагаем, что основная цель — дети трущоб, сироты, до которых никому нет дела и о пропаже которых никто не заявит, что косвенно развяжет преступнику руки.

По шее скатилась капля пота. Чуя до боли сжал кулаки в карманах штанов, стиснул зубы.

Нет.

Неа.

Ни за что.

— Спасибо за предупреждение. — хрипло от севшего в тревоге голоса выдавил он, экстренно вспоминая, кто из ребят где был или планировал быть этим днём.

Нужно было собрать всех. Предупредить. Наказать никуда не рыпаться поодиночке или в позднее время.

Поэтому детектив все их встречи настаивал на интернате?

— Возьми. — в поле зрения появилась рука с зажатой в пальцах старенькой раскладушкой и проводом зарядки. — Я вбил свой номер, если что — звони в любое время дня и ночи.

Чуя заколебался. С одной стороны, правильным было принять руку помощи и взять мобильник, с другой — кто знал, реальны ли рассказанные истории? Его банда полиции давно уже была поперёк горла, где гарантия, что это не было очередной попыткой выловить их всех и запереть в колонии, чтобы остановить поток жалоб?

— Это ведь не попытка вызнать местоположение нашей базы? — искривив губы, вяло пошутил он, ловя каждую эмоцию на чужом лице.

— Прекрати! — захотелось инстинктивно дёрнуться от неожиданно резкого, холодного голоса. — Это очень серьёзно, нужно поймать подонка как можно скорее!

Ладно, реакция вроде была искренняя, так что, возможно, детектив и правда хотел помочь. Зачем — другой вопрос, но вполне могло быть, что он просто из таких вот людей. В конце концов и среди подающих милостыню попадались порой весьма щедрые, вкладывающие в молча протянутые ладони не мелкие монеты или камни, а купюры.

— Не думаете, что это портовые? — рискнул спросить Чуя.

Детектив покачал головой.

— Не их стиль. Да, они крышуют несколько элитных борделей, но за всё время существования Портовой мафии ни разу не запятнали себя педофилией. Во всяком случае, из того что мы знаем.

Не то что бы уточнение сильно утешило, но всё-таки появилась надежда, что всё обойдётся. Чуя не строил иллюзий, понимал, что с мафией им лучше не связываться, а вот противостоять мелким шайкам ублюдков было вполне возможно. Во всяком случае, если у тех не было каких-нибудь крутых эсперов в качестве козырей.

Поджав губы и коротко кивнув детективу в знак благодарности и прощания, Чуя развернулся в сторону базы.

Нужно было объявить экстренное собрание.