Последняя (джен)

Наступал чудесный день, в окно заглядывало тёплое летнее утро. День обещал быть жарким. Хельга откинула полог кровати, спустила ноги на пол, сунула их в новомодные пулены⁽¹⁾, поморщилась — каменный пол холодил, теперь даже летом она предпочитала сразу надевать шерстяные чулки. Махнула рукой в сторону умывальника, чтобы наполнить его водой, но невербальная магия не послушалась, пришлось тянуться за палочкой. Годы берут своё.

Хотя какие её годы, на самом-то деле, для весьма сильной волшебницы, живущей в таком месте — а для постройки замка они выбрали действительно мощный магический источник! Как много у неё ещё впереди лет, планов… а она рассыпается на глазах. Вон, ноги мёрзнут, суставы сводит, сил не хватает даже на самое простое бытовое беспалочковое колдовство, а вчера она еле смогла закончить запланированный фрагмент вышивки — вдруг стали расплываться стежки перед глазами.

Расчесав волосы простым деревянным гребнем, Хельга достала из чехла маленькое серебряное зеркало — подарок любимого мужа. Его уход был только первым ударом в череде трагедий, разыгравшихся в жизни обычной деревенской волшебницы. Ну ладно, она кокетничает. Обычные волшебницы не основывают, пусть и вместе с друзьями, магические школы. Но они и не рискуют остаться в растерянности наедине со всеми проблемами, которые с этими школами связаны, когда остальные основатели покидают школу.

Сначала ушёл Салазар. Его уход, его слова, брошенные в запале, ударили по всем троим, но по всем по-разному. Годрик ещё раз убедился в своей правоте, Ровена, пожалуй, даже не обратила внимания, а вот Хельга… Хельга принимала на свой факультет всех — и слишком трусливых для Годрика, и слишком глупых для Ровены, и уж тем более происхождением детишек не интересовалась, были бы хоть крупицы магии. И всех учила, заметьте! И не было на её факультете ни интриг, ни травли, а дрались исключительно за право первому сделать после наступления комендантского часа вылазку на кухню.

Следующей не стало Ровены. Когда она слегла, пришлось срочно искать цирюльника — в Хогсмиде тогда ещё своего не было, Годрику пришлось аппарировать аж в Честер. После того случая они попросили Хенгиста⁽²⁾ как можно скорее устроить цирюльню, а в замок решили пригласить свою травницу, но Ровену это уже не спасло. Официальным диагнозом стал дисбаланс гуморов в организме, вызвавший приток чёрной желчи, но и без умных слов было ясно: Ровену убила горечь от предательства дочери и тоска по ней. Хельга прекрасно её понимала, даром что её собственные дети артефактов не крали, а только радовали, да и внуки тоже — вон, уже четвёртый вот-вот придёт учиться, — в отличие от Годрика, не имевшего семьи.

Хельга выглянула в окно, посмотреть, как продвинулось строительство новой, самой высокой башни — последнего детища Годрика, всегда мечтавшего о звёздах и о том, чтобы в Хогвартсе тоже изучали эту новомодную науку, астрономию. Саму Хельгу всегда больше интересовала родная земля, что под ногами, и её плоды, способные и одеть, и прокормить, но Годрика вечно тянуло всё дальше и выше, вот и допрыгался. После смерти Ровены вдруг вспомнил про свой меч и рванул помогать новоиспеченному английскому королю воевать с захватчиком, Вильгельмом Бастардом — мол, от норманнов одни проблемы, нельзя допустить, чтобы они на земле соседей укрепились. И королю не помог, и сам подцепил от норманнских магов какое-то проклятие, да так и не смог с ним справиться. Тихо угас, оставив Хельгу последним основателем школы Хогвартс.

Право же, ну не её это дело — управлять в одиночку таким большим замком! Силы так резко ушли, словно она состарилась раньше времени, а ведь и ста пятидесяти ещё нет. Разве это возраст для волшебницы её уровня, да живущей на таком сильном магическом источнике? На кухне и по хозяйству она справится с закрытыми глазами, но разве в этом только дело? Годрик руководил строительством, договаривался с родителями детей, решал вопросы с обитателями леса и озера по соседству, нанимал артефакторов, искал преподавателей, укреплял защиту… у Хельги голова начинала болеть от одних только мыслей обо всём этом. Этому замку нужна мужская рука. Видимо, пришла пора ей уступить место молодёжи. Выбрать кого-то из учеников поспособнее, назначить его… м-м-м-м… пусть эта должность будет называться «директор». А самой остаться преподавать любимую травологию и присматривать за факультетом.

Что ж, времена основателей закончились. Наступает новое время. Хельга ещё раз провела по волосам гребнем — всего-то пара седых прядей — и пошла за шерстяными чулками.

1) Остроносые кожаные башмаки.

Вернуться к тексту

2) Основатель Хогсмида, ученик Хельги Хаффлпафф.

Вернуться к тексту