Совместное чаепитие (джен)

Огромный пылающий шар медленно скрывался за горизонтом. Вечер. В это время передавался невидимый караул: от жаворонков — совам, от белок — ежам. А люди... Ох уж эти люди. Странные создания, которые готовы день и ночь трудиться, учиться, читать и пить теплый чай. Последним и планировал заняться Николас Фламель, перебиравший банки с различными чайными заварками.

— Ромашка, мята, зеленый, жасмин... — бормотал волшебник. Его рука остановилась на одной из банок. — Да, жасмин, пожалуй.

Он пересыпал травы в заварник и залил кипятком. Николас достал книгу — какой-то старый французский роман, который он купил, еще будучи студентом. Потирая руки, он сел в кресло...

Внутри старого массивного камина вспыхнуло зеленое пламя. Николас с удивлением повернулся к нему — кто мог так внезапно пожаловать в гости? В комнате стоял старый, но все еще статный человек в сером балахоне и остроконечной шляпе, с длинным посохом и седой бородой до середины груди. Незнакомец озирался с недоумением и явно не понимал, где и каким образом оказался. Заметив хозяина дома, который уже невольно поднялся с кресла в таком же изумлении, гость снял шляпу.

— Ох, я прошу прощения, господин. Я исследовал одну магическую дверь, — незнакомец снова обвел взглядом зал, — и, кажется, оказался не там, где планировал. Меня зовут Гэндальф Серый. Очень неловко получилось, — добавил Гэндальф немного смущенно.

— Конечно-конечно, я все понимаю, мистер Гэндальф, — оправившись от первоначального изумления, кивнул Николас. — Старые телепорты часто барахлят, если за ними не ухаживать. Меня зовут Николас Фламель, я хозяин этого дома. Мы сейчас находимся в Девоншире, на юго-западе Англии.

Гэндальф медленно кивнул, смотря куда-то в окно.

— Девоншир, Англия... видимо, меня и правда очень далеко занесло, — пробормотал он.

— Раз такое дело, то, может, чаю? — предложил Николас с улыбкой, уже доставая вторую чашку.

Гэндальф будто нехотя оторвал взгляд от пейзажа за окном.

— Почему бы и нет, — сказал он с ответной улыбкой.

Оба волшебника расположились в удобных кожаных креслах с белыми чашками в руках. На столе между ними стоял такой же белый чайник. Некоторое время они молчали.

— Так откуда вы, мистер Гэндальф? — поинтересовался Фламель наконец.

Тот задумался на мгновение.

— Это далеко отсюда. Полагаю, очень далеко. Вы и не слышали о тех местах, — произнес он отстраненно, не глядя на собеседника. — У вас уютный дом, мистер Фламель. Вы живете один?

Фламель, конечно, заметил резкую смену темы, но не стал настаивать. Этот человек почему-то не казался ему тем, кто скрывает что-то просто так. Пронзительный, но мягкий взгляд старика говорили о его мудрости и доброте.

— Нет, со мной живет моя жена, Перенелла. Она сейчас отдыхает.

Гэндальф охнул.

— Я надеюсь, что не потревожил вашу супругу своим внезапным появлением? — в его голосе сквозило искреннее беспокойство.

— О нет, что вы. Она наверняка даже ничего не услышала, — поспешил заверить гостя Николас.

Гэндальф кивнул, делая глоток чая. Разговор пошел легче и будто ни о чем — сравнение погоды у каждого дома, лучший табак... Здесь, впрочем, мнения разделились кардинально. Николас уверенно называл крепкий французский Житан, в то время как Гэндальф настаивал на каком-то Старом Тоби. В ходе этого занимательного спора через окно прилетела почтовая сова. Фламель наконец вспомнил ее кличку — Штирлиц. Забавно. Письмо упало на подоконник рядом с уже вскрытым конвертом. Фламель лишь долил себе чая, не спеша подбирать его. Гость посмотрел на него, затем на письмо. Снова на него.

— Вам пришло письмо, мистер Фламель.

— Да, я заметил, — кивнул тот и улыбнулся устало. — К сожалению, в последнее время мне не приходит интересных писем. Только вопросы о здоровье и предложения каких-то льгот из Министерства. Такое однообразие, — он вздохнул, — совсем отбивает желание вскрывать еще одно.

Гэндальф хмыкнул, вертя в руке трубку, но, видимо, из вежливости не решался закурить в чужом доме.

— Однообразие не может быть полным, мистер Фламель. Рано или поздно случается событие, которое кардинально отличается от прочих. Если бы было иначе, таким людям, как, например, вы, было бы совсем незачем жить, уж не сочтите за оскорбление. Самое главное — не проморгать это событие, которое может запустить череду прочих. Ведь это может быть единственный шанс. Так что я бы советовал ловить эту редкую бабочку, даже если она окажется простым письмом, — волшебник подмигнул.

Николас задумался на несколько мгновений, делая небольшой глоток из кружки.

— Да... Да, пожалуй, вы правы, мистер Гэндальф, — наконец произнес он. — Почему бы и очередному письму не оказаться внезапным.

Достав волшебную палочку из-за пояса, он легким взмахом подозвал письмо к себе. Гэндальф наблюдал за этим действием с интересом. Фламель же тем временем уже пробежал глазами по имени отправителя. На его лице расцвела улыбка.

— О, мистер Гэндальф, вы были абсолютно правы! Это письмо не от министерства, оно от Дамблдора! — он вскрыл конверт. — Мы с Альбусом давно знакомы, знаете ли. Я знал его еще задолго до того, как он стал директором Хогвартса...

Гэндальф в ответ лишь задумчиво покивал, ничего не сказав. Николас стал читать письмо. Бровь его взмыла вверх.

— Представляете, что он мне пишет? В этом году в школу поступил Гарри Поттер. О да, до меня долетали слухи об этом необыкновенном мальчике, но я уже почти забыл о нем за одиннадцать лет... Мистер Гэндальф, все в порядке?

Тот встрепенулся.

— Да, что?

— Вы выглядите задумчивым. У вас что-то случилось?

— Нет, нет, что вы. Я внимательно вас слушаю. Гарри Поттер. Это все, что он пишет?

Николас с некоторым недоумением взглянул на собеседника. Все-таки такие недоговорки его несколько настораживали, но он по-прежнему тактично молчал.

— Да... По крайней мере все, что имеет значение.

На самом деле в письме была еще одна интересная часть. Даже не столько интересная, сколько жизненно важная. Но об этом он явно не мог рассказать человеку, которого видел первый раз в жизни. Гэндальф тем временем поднялся, взяв в руку свой посох.

— Отлично. Я рад, что смог помочь вам поймать ту самую бабочку. А теперь я, пожалуй, пойду дальше своей дорогой, — он направился к двери, по пути надевая шляпу. — Благодарю за гостеприимство, мистер Фламель. И за чай.

— Постойте! — Фламель поднялся, отложив письмо. — Неужели вы пойдете пешком? Может быть, лучше, как и прежде, через камин?

Гэндальф обернулся. Перевел взгляд на камин.

— Да, пожалуй...

Николас взял мешочек с волшебным порохом и сунул горсть в руку уже подошедшему к камину-транспорту Гэндальфу.

— Ну вот и отлично, вот и отлично. Он, правда, староват, но в общем работает неплохо, если назвать пункт назначения погромче.

— Назвать пункт назначения погромче, — эхом повторил Гэндальф.

— Да, да. Будьте спокойны, доставит куда нужно. Ну, удачи, мистер Гэндальф.

Тот кивнул. Выпрямившись и держа одной рукой посох, а второй — порох, он громогласно произнес:

— Шир, Бэг-энд.

Тишина повисла на несколько секунд.

— Порох, — напомнил Николас.

— Ах, да, — смешался Гэндальф. — Шир, Бэг-энд! — повторил он, кидая порох себе под ноги.

Зеленое пламя вспыхнуло, в долю мгновения пожирая волшебника вместе с его посохом, шляпой и длинной бородой. Николас некоторое время стоял на месте, раздумывая. Да, этот человек непрост. Удивление в его глазах при такой банальной вещи, как использование палочки, ошибка в телепортации через каминную сеть... В этом стоило разобраться. Взгляд мага переместился на лежащее на столике письмо. Дамблдор, помимо прочего, выражал беспокойство по поводу некоторых сотрудников Министерства магии. Директора Хогвартса донимали сомнения, в которые он не спешил углубляться в данном письме, и он просил Фламеля, как своего давнего друга и важную фигуру для Министерства, сходить наведаться туда якобы по важным делам.

Николас вздохнул. Ну, вот и начало череды событий, о которых говорил его гость. И заодно — удобная возможность порыться в архивах и узнать, что это за Гэндальф такой...