Галиматья (джен)

— Если вам некуда идти, вы можете погостить у меня до завтра.

Люциус скептически приподнял бровь.

— Вы действительно полагаете, что у главы дома Малфоев недостаточно средств, чтобы позаботиться о себе самостоятельно?

— Ну да, — Каспин закатил глаза. — И правда. Что это я.

Люциус достал из кармана серебряные часы на цепочке.

— Буду ждать вас завтра у книжной лавки «Флориш и Блоттс» в шесть, — он бросил взгляд на циферблат. — А теперь я позволю себе откланяться.

Каспин открыл рот, чтобы остановить Малфоя, но тот со словами «Доброй ночи» исчез из коридора поместья.

— А как же я попаду домой?.. — в пустоту пробубнил Каспин, глядя на место, где секунду назад стоял Люциус.

Он обессиленно развалился на полу. Здесь больше не было никого, кто мог бы упрекнуть его в отсутствии манер.

Уставившись в потолок, он думал лишь о том, что сегодняшний день оказался безумием, в котором ему каким-то чудом удалось остаться в живых. Каспин даже пережил Аваду самого Волан-де-Морта, пусть и очевидно с его позволения.

И только ему показалось, что всё самое неприятное осталось позади, как он вновь попал в нелепую ситуацию.

Мысль о ночёвке в гостиной была крайне соблазнительной, но не решающей проблему. Не было никакой гарантии, что кто-то из Пожирателей посетит Тёмного Лорда до следующего собрания, а притворяться Каспером несколько дней Каспину точно не хотелось.

Он прикрыл ладонями лицо и с опущенными уголками рта простонал:

— Мордред, я просто хочу домой.

* * *

Каспин вернулся в зал собраний, который теперь освещал лишь тусклый свет луны. Он помнил, как ранее Лорд выходил из бокового прохода в конце комнаты. Каспин не видел, чтобы Волан-де-Морт покидал зал, а значит, он всё ещё находится по ту сторону стены.

Он, не решаясь постучать, затаил дыхание и приложил ухо к двери, пытаясь уловить признаки жизни. Тишина.

«Неужели он покинул поместье?» — подумал Каспин, держа кулачок наготове. Слегка надеясь на отсутствие ответа, он постучал по деревянной створке.

Тишина.

И всё же Каспин повернул ручку и неспешно приоткрыл дверь. В тот же момент нечто стремительно пронеслось перед глазами, перекрывая виднеющийся вдали свет. Не успев отреагировать на открывшуюся перед лицом пасть, Каспин услышал шипение, и змея, прервав нападение, опустилась вниз и скользнула к догорающему камину, возле которого в кресле отдыхал Тёмный Лорд.

Каспин застыл в дверном проёме, глядя на ту, кто едва не стала причиной его смерти. Глаз дернулся, а левое колено слегка подрагивало.

«Я чуть не стал чьим-то ужином», — нервно подумал Каспин, не спеша отпускать дверную ручку.

— Не беспокойся, она ест людей только по приказу Тёмного Лорда, — поглаживая чешуйчатое тельце Нагайны, сказал Волан-де-Морт.

Каспин сглотнул:

— Это радует. Наверное…

— Почему ты всё ещё здесь, мальчишка? Рассчитываешь на повторную демонстрацию проклятий?

Каспин отрицательно замахал головой:

— Нет, — он дёрнулся в поклоне. — Простите, я не могу покинуть поместье. У меня нет портключа.

— Хвост, — прошипел Волан-де-Морт. — Подбери нашему новому другу портключ.

После призыва преданного слуги в комнате повисла тишина. Каспин неловко переминался с ноги на ногу, все еще вцепившись в ручку. Молчание напрягало.

— Как вы так просто читаете мои мысли? Даже без зрительного контакта, — ляпнул он в попытке разрядить обстановку.

Волан-де-Морт отвлёкся от потрескивающих в камине углей:

— Я необычайно хорош в этом. Но в твою голову вторгаться мне не приходится, — он улыбнулся. — Почему? Ты сам скребёшься в мой разум, я лишь позволяю в него войти.

Каспин задумчиво поморщился. Ответ Лорда был не совсем понятен, но явно наталкивал на размышления о природе его странного и неудобного таланта.

Протяжное «Милорд…» скрипучим голосом за спиной Каспина заставило его оторваться от ручки и ввалиться вглубь комнаты. Из темноты его глаза уловили невысокий, сутулый силуэт мужчины.

— Люмос, — произнёс незнакомец.

В свете палочки Каспин отчётливо разглядел бледное, крысиное лицо.

«Какой кошмар, это ещё что за плод запрещенной любви?» — скривившись подумал он.

Хвост прошёл мимо новобранца, словно тот был пустым местом, и направился к Лорду. Обойдя кресло, он встал на колени и пухлыми, несуразными ручками протянул карманные часы.

— Я принёс его, — пролепетал он и поднял взгляд. — У Милорда сегодня хорошее настроение?..

Волан-де-Морт проигнорировал вопрос, и стер улыбку с лица.

— Отдай портключ моему гостю. И проводи его прочь.

Слуга Лорда вывел новобранца в коридор и вручил ему карманные часы, подобные тем, которые ранее на этом же месте держал Люциус. Каспин открыл крышку часов и мгновенно, со знакомыми выворачивающими ощущениями, переместился на Косую аллею. Оттуда уже своим ходом аппарировал в переулок на Онслоу Гарденс, недалеко от своей квартиры.

И только стоя у двери Каспин понял, что его рука подозрительно свободна: он совершенно не помнил, где оставил свой чемодан. Каспин достал палочку и со словами «Алохомора» наконец-то оказался дома.

— О Мерлин, неужели этот день закончился, — он рухнул поперек заправленной кровати, скинув с себя мантию, и как только голова коснулась мягкой поверхности, мгновенно уснул.

* * *

Проснувшись, Каспин почувствовал себя лет на сто: тело затекло из-за неудобной позы, а ремень штанов за ночь безжалостно впился в живот. И, кажется, он отлежал левую руку, предплечье которой слегка покалывало. Каспин встряхнул ее и, заметив какое-то чёрное пятно на запястье, одёрнул рукав рубашки.

— О чёрт, — брови Каспина медленно поползли на лоб, когда он взглянул на тёмную метку. — Это был не бредовый сон собаки?

Он отрывисто и совсем невесело рассмеялся:

— То есть я теперь пожиратель смерти? — пытаясь осознать реальность, пробубнил он под нос. — Я. Пожиратель. Смерти.

Он раскинулся на кровати морской звездочкой, пребывая в полной прострации.

— Ого.

Встав с кровати, Каспин метнулся к небрежно накинутой на спинку стула мантии и проверил карманы.

— Хух, — склянка с воспоминаниями Люциуса осталась на месте.

Он глянул на часы и приступил к сборам. Да, жизнь Каспина претерпела некоторые изменения, но, к сожалению, это никак не влияло на рабочее расписание. Он привел себя в порядок, закинул в старую сумку склянку и, схватив тост с сыром, отправился в Министерство.

Зайдя в комнату отдыха, Каспин не ожидал увидеть суетящихся там коллег, которые, несмотря на свою привычную пунктуальность и дотошность, находились не на рабочих местах.

— Чего встал? — Писгуд влепил подзатыльник застывшему Каспину. — Кидай свою сумку и выдвигаемся. У нас срочный вызов.

— Я тоже иду? — удивился Каспин.

— Нет. Просто хотим, чтобы ты нам ручкой на прощание помахал, — нахмурился тот, расставив руки в боки.

— А что случилось и куда аппарируем? — Каспин скинул сумку и пошёл за старшим товарищем.

— На Принсес-Гейт-Мьюз. У «Ночного рыцаря» слетели дезиллюминационные чары и, видимо, не только — он застрял в проёме между домами.

Представив это, Каспин усмехнулся.

— Группа аннулирования уже на месте, так что не думаю, что застанем эту картину, — Писгуд покосился на Селвина и тоже повеселел. — Нужно будет попросить колдографию для отчёта.

На месте происшествия застрявшего транспорта, как и ожидалось, уже не было. Прибывшие ранее маги уже переместили «Ночной рыцарь» для корректировки чар подальше от магловских глаз, а также наложили на местность маглоотталкивающие чары. Осталось лишь подчистить воспоминания всем заставшим эту небольшую аварию зевакам, которых оказалось немало. Предстоял ещё обход магловских квартир, окна которых выходили на эту улочку, что тоже добавляло лишней работы.

— Милтон, Вэнс, начните с конца улицы. Драммонд и Торн, займитесь обходом квартир, а мы с Селвином начнём отсюда, — скомандовал Писгуд и посмотрел на Каспина. — Работы много, так что нам тоже придётся разделиться. Но не вздумай что-нибудь утащить. Я за тобой слежу.

После слов старшего маги принялись за работу.

Люди на улице оживленно перешёптывались, указывая пальцами на пустой проём между домами, откуда ещё несколько минут назад торчал огромный трёхэтажный автобус, который совершенно точно не должен был туда поместиться. К тому же пропал он так же внезапно, как и появился, что вызвало ещё больше недоумения на лицах маглов.

Каспин двигался от одного зеваки к другому, стараясь не привлекать лишнего внимания.

— Обливиэйт, — негромко произнёс он, стирая из памяти пожилой леди образ фиолетовой махины. — Это просто декорации, мэм.

— Будет какое-то представление? — скрипучим голосом поинтересовалась женщина, пока Каспин провожал её за пределы контура чар.

— Вы узнаете об этом позже, — криво улыбнулся молодой мужчина, стараясь казаться милым.

В поле зрения Каспина постоянно попадал Писгуд, который, как и обещал, время от времени контролирующе поглядывал в его сторону.

Каспин влез в голову очередного магла: это был совсем юный мальчишка. Не удержавшись, Каспин скользнул чуть глубже в воспоминания и наткнулся на совершенно глупую ситуацию. Морозной зимой этот мальчик на спор лизнул железный столб и столкнулся с предсказуемыми последствиями. Смесь задорного веселья, сомнения, паники и облегчения, пришедшего с решением проблемы, была невероятной находкой, которую Каспин просто не мог упустить.

Он воровато оглянулся на Писгуда, который теперь уже стоял к нему спиной и, погрузившись в работу, отвлёкся от обещанной слежки.

Каспин не стал медлить. Закинув подобранный с земли камушек в карман, он незаметно трансфигурировал его в прозрачный флакон и, закрыв собой мальчика от посторонних глаз, извлёк из его виска желанные воспоминания.

Закончив с чисткой, группа магов собралась в узком переулке. Каспин довольно напевал мелодию, доносящуюся из одного магазинчика неподалёку. Писгуд сощурился:

— Всё-таки что-то утащил.

Каспин обвел глазами большой круг и покачал головой:

— Нет, сэр.

Писгуд пристально посмотрел на этого врунишку, но вместо мыслей уловил только повторяющиеся строчки из назойливой магловской песни: «Проснись! Прекрасное утро, почувствуй, как солнце светит для твоих глаз».

— Покажи карманы, — сказал он, нахмурившись.

Каспин демонстративно вывернул карманы, из которых вывалились только фантик от конфеты и какие-то крошки.

— Ладно. Чёрт с тобой, — Писгуд махнул рукой. — На тебе сегодня все отчёты. Возвращаемся.

Каспин проводил взглядом исчезающих магов и, прежде чем аппарировать, с довольной ухмылкой поднял с земли скрытую чарами невидимости склянку.

До конца рабочего дня он просидел в офисе за бумагами. Это была не самая привлекательная часть работы, но, к сожалению, чаще всего Каспин занимался именно ею.

Всей команде было известно о его странной привычке, однако Писгуд предпочитал не доносить на своего подчинённого, сохраняя дружеские отношения в группе. Он старался самостоятельно пресекать выходки Каспина, скидывая на него всевозможные отчёты. Воровство магловских воспоминаний Писгуд не считал настолько серьёзным проступком, чтобы лишаться ответственного сотрудника.

* * *

Каспин переместился в Косую аллею с небольшим опозданием. Люциус, конечно же, уже ждал его в назначенном месте и не в самом хорошем расположении духа.

— Опаздываете, господин Селвин, — бровь Малфоя недовольно дрогнула.

— И вам добрый вечер, господин Малфой, — Каспин смахнул с лица растрёпанную из-за спешки чёлку и поправил мантию. — Если бы вчера вы не покинули меня так поспешно, смогли бы узнать, что мой рабочий день заканчивается как раз в шесть часов.

Люциус опустил пониже вздёрнутый подбородок и прочистил горло.

— Что ж, на этот раз я прощу вам ваше невежество.

— А ещё… — Каспин хотел добить Малфоя ситуацией с портключом, но решил отложить это на потом. — Ладно. Неважно. Нужно найти место, где нам никто не помешает. Что насчёт «Дырявого котла»?

Люциус скривился, и на его переносице появилось несколько морщинок.

— Что за абсурдное предложение? — Малфой развернулся ко входной двери книжной лавки и стукнул тростью. — Я договорился с владельцем «Флориш и Блоттс», он предоставил нам кабинет на втором этаже.

Позёрство Малфоя вызвало у Каспина желание прикрыть глаза и медленно, глубоко вздохнуть.

— Это замечательно, но я бы для начала предпочёл перекусить.

* * *

Мужчины молча шли вдоль аллеи. Каспин ужасно не любил такие безмолвные прогулки. В подобные моменты желание что-то сказать росло с дикой скоростью, и было совершенно не важно, что сорвётся с его губ.

— У вас очень красивые жена и сын, — с легкой улыбкой произнес молодой Пожиратель.

Люциус замедлил шаг, но ничего не ответил, и только спустя пару секунд Каспин понял, что сказал, и, округлив глаза, резко посмотрел на Малфоя.

— Так вот что вы у меня украли, — Люциус искоса глянул на Селвина.

— Не украл, а изъял с согласия, — он криво и слегка виновато улыбнулся.

Люциус выпрямился и снова ускорил шаг.

— Неважно. Но мой вам совет: лучше не говорите так фамильярно о чужих семьях, особенно если узнали о них, покопавшись у кого-то в голове.

Каспин больше не предпринимал попыток разбавить тишину, пока они не оказались перед кафе Флориана Фортескью.

— Разве вы не хотели поесть? — Люциус выглядел недовольным. — Мороженое — это не еда.

— Я хотел перекусить, — поправил того Каспин и позвал за собой жестом руки. — Мороженое можно переварить, так что это всё ещё еда.

Люциус нехотя вошёл внутрь. Каспин заказал привычный набор, Малфой же решил воздержаться от злоупотребления сахаром. В послерабочее время кафе было переполнено, поэтому Люциус, опасаясь оказаться облитым какой-нибудь гадостью, настоял на приватной комнате. Каспин предпочел бы общий зал, чтобы не коротать время в неловких паузах, но всё же уступил.

От остального помещения их отделяла тяжёлая портьера, которая благодаря чарам не пропускала посторонний шум. Уютное пространство с круглым столиком освещали парящие под потолком свечи: они меняли цвет, подстраиваясь под вкус десерта.

— Вы не любите сладкое? — спросил Каспин, уплетая сорбет. Люциус промолчал, раздражённо постукивая пальцами по подлокотнику.

«Видимо, не любит, оттого и такой брюзга», — подумал парень и тут же покосился на Малфоя, боясь быть услышанным, но никакой реакции не последовало.

— Вы не слышите мои мысли?

— С чего бы мне их слышать? Я не лезу в чужие головы без надобности.

Каспин задумчиво облизнул ложку.

— Хм. Как странно… Лорд сказал, что слышит меня постоянно. Мол, я «сам скребусь» в его разум или как-то так, — пробубнил он, вертя в пальцах столовый прибор, мельтешение которого заставляло глаз Люциуса дёргаться.

— Подождите, — опешил Малфой. — Когда это вы успели побеседовать с Милордом?

— Вчера, когда мне пришлось идти к нему за портключом, — ехидно улыбнулся Селвин, наконец-то дождавшись подходящего момента для этого откровения.

Люциус замер, осознав, что именно он должен был позаботиться о возвращении Селвина домой. Обычно инструктаж новичков и подбор портключей берёт на себя Яксли, но вчерашнее посвящение затянулось из-за проверки способностей мальчишки, и Малфой упустил момент, когда эта ответственность автоматически перешла к нему.

— О Салазар, — Люциус мгновенно перешел на шепот и подался вперед. — Вы ходили к Милорду?

Малфой отстранился и, прижав руку ко рту, продолжил невнятно бормотать, словно размышлял вслух:

— После возвращения он стал сдержаннее? Неужели… — Люциус вновь пришел в себя, Каспин же, напротив, пребывал в замешательстве. — Вам очень повезло, мистер. Вчерашний вечер мог закончиться для вас плачевно.

Каспин намеревался пристыдить Люциуса за безответственность или хотя бы застать врасплох, но такая реакция была неожиданной. Странной. И крайне любопытной.

— Так, значит, вы меня не слышите? — с блеском в глазах, вызванным недавними наблюдениями, спросил Селвин, возвращая разговор к прежней теме.

— Нет, — на автомате ответил Малфой. — Хотя, если подумать… рядом с вами я улавливаю какой-то неприятный шум. Но его очень просто заглушить, так что я никогда не придавал этому значе...

Селвин резко встал, из-за чего Люциус аж дёрнулся, и, хлопнув ладонями по столу, объявил:

— Я закончил! Теперь можем заняться делом.

* * *

Пожиратели вернулись к книжной лавке и заняли кабинет на втором этаже. Это было тесное пыльное помещение, которое больше напоминало склад, нежели чьё-то рабочее место. Люциус уселся в единственное кресло и всем своим видом дал понять, что готов к возвращению утраченного.

Каспин извлёк из сумки склянку с памятью Малфоя, с которой, честно говоря, расставаться ему не хотелось. В его руках впервые находился такой огромный кусок чужой жизни. Эти воспоминания могли бы стать редчайшим экземпляром в его коллекции, но он не мог поступить так подло и лишить человека столь ценного.

— Я начинаю, — он взмахнул палочкой и проник в разум Люциуса.

Теперь Каспину предстояло не только вернуть всё на места, но и удалить созданные ранее заплатки. Процесс не был быстрым, но занял куда меньше времени, чем накануне. Голова Малфоя уже была тщательно изучена, и ориентироваться в ней стало значительно проще. К тому же сам Люциус, в отличие от первого раза, больше не пытался сопротивляться.

Такая свобода подталкивала Каспина влезть туда, куда не положено. Он недолго боролся с искушением, вспомнив недавнюю странную реакцию Люциуса. Каким же был Лорд до своего поражения? Каспин поймал нить воспоминаний о Том-Кого-Нельзя-Называть, намереваясь скользнуть в прошлое, но остановился. Его заинтересовал фрагмент на кладбище.

Знакомая высокая фигура в длинной, волочащейся по земле мантии стояла у надгробия, окружённая людьми в масках. Волан-де-Морт повествовал Пожирателям о своём никчёмном существовании в форме бестелесного беспомощного духа, о безуспешных попытках вернуться и о долгожданном триумфе.

Он обрёл тело, забрав кость отца и приняв добровольно пожертвованную слугой плоть. Но самым важным компонентом была кровь врага — кровь мальчика, ставшего причиной его падения тринадцать лет назад.

Люциус вытолкнул Каспина из своего сознания. К счастью, тот успел завершить все необходимые манипуляции.

— Мне кажется, вы задержались, — процедил Малфой.

— Я всего лишь хотел удостовериться, что всё на своих местах, — парировал Каспин, расплывшись в улыбке. — И с гордостью могу сказать, что свою работу я выполнил безупречно. Как вы себя чувствуете?

Люциус потёр висок. Выглядел он, мягко говоря, растерянным. Что ж, непросто было в один миг осознать, как легко кто-то смог бесследно вычеркнуть из твоей жизни собственного сына.

— Вижу, вам нужно время, чтобы прийти в себя, — Каспин закинул в сумку пустой пузырёк и метнулся к двери. Ему хотелось поскорее исчезнуть с глаз Малфоя, чтобы тот, погрузившись в собственные мысли, отвлёкся от подозрений.

Молодой Пожиратель приоткрыл дверь и, резко кивнув в поклоне, со словами «Доброй ночи» покинул комнату.

* * *

С момента обретения нового тела прошло чуть более двух недель. Волан-де-Морт постепенно привыкал к новой плоти и время от времени, упиваясь возвращёнными способностями, левитировал по кабинету случайные предметы с помощью беспалочковой магии.

Вещи рухнули на пол, как только Лорду наскучила эта медитативная разминка. Он покосился на лежащую на столе палочку, которая совсем недавно подвела своего хозяина. Волан-де-Морт снова прокрутил в голове мысль, терзавшую его уже несколько дней: не стала ли кровь мальчишки, текущая ныне в жилах Лорда, причиной неповиновения старой подруги?

За прошедшее время он уже успел поразить своих последователей несколькими заклинаниями и даже выходил на дуэли с некоторыми из них тренировки ради, но того эффекта, что он лицезрел на кладбище, больше не наблюдалось. Это было добрым знаком: раз проблема крылась лишь в этом отродье Поттеров, то решение вопроса можно было отложить на потом.

Из-за двери послышался голос единственного сожителя Волан-де-Морта в этом старом особняке, не считая Нагайны. Хотя, если подумать, Лорд разделял наблюдения Каспина и считал, что Хвост куда ближе к его чешуйчатой любимице, чем к человеку.

— Милорд… — протяжно прокряхтел Петтигрю.

— Войди, — скомандовал Тёмный Лорд.

Хвост, прижимая к себе кожаный чемодан, просунулся в кабинет.

— Я нашёл это в гостевой.

Волан-де-Морт нахмурился. Петтигрю был раздражающим, но удобным инструментом, чья лояльность целиком держалась на страхе. Тёмный Лорд не питал иллюзий на его счёт: страх был понятным чувством, а всё понятное легко поддавалось контролю.

— И зачем ты притащил мне этот хлам? Разве мой кабинет похож на склад?

Хвост рухнул на колени. Волан-де-Морту нравилось, когда люди падали ниц перед его величественной персоной, признавая своё ничтожество. Но театральные, искусственные и жалкие мольбы Питера, на удивление, не приносили ему должного удовольствия.

— О, мой Лорд! — завопил Петтигрю. — Я лишь беспокоюсь о вашем благополучии! Вдруг в этом чемодане скрыты опасные артефакты, способные помешать вашим планам?

Вероятность того, что кто-то из Пожирателей просто-напросто забыл вещь в гостевой комнате, была велика, но в словах Хвоста всё же присутствовала доля смысла.

— Открой его, — холодно приказал Волан-де-Морт.

— Да… Милорд! — Питер отлепил от себя дипломат и, щелкнув замками, вывалил содержимое.

Внутри оказалось несколько бумаг и пустых склянок, связка ключей, симпатичная рамка с колдографией и фантики от конфет. Петтигрю окинул взглядом этот мусор и поднял один из министерских бланков. Лорд не удивился, что внутри не оказалось ничего примечательного, хотя бесполезность этих вещей по-своему поражала. Он презрительно посмотрел на слугу, чьи опасения оказались беспочвенными.

— Что там? — прошипел Волан-де-Морт.

— Бумаги на имя некоего Каспина Илариона Селвина, — Хвост виновато поднял глаза на господина и тут же принялся сгребать всё обратно в чемодан.

Взгляд Лорда упал на чёрную металлическую рамку.

— Оставь.

Питер вопросительно посмотрел на Тёмного Лорда.

— Тебе нужно повторять дважды?

* * *

Каспин наконец оказался у дверей своей квартиры. Оглянувшись по сторонам, он достал палочку и, вновь воспользовавшись чарами, отворил дверь. Его радовало, что магия решает проблему отсутствия ключей, но всё же в магловском районе он предпочёл бы пользоваться именно ими.

Сбросив вещи у порога, Каспин сразу отправился на кухню, чтобы заварить чашечку горячего чая. По дороге в зал он прихватил из пиалы пару конфет и включил телевизор. Каспин не переставал восхищаться этим магловским изобретением, с помощью которого можно было наблюдать целые истории. Пожалуй, это была главная причина, по которой он решил поселиться в районе, не пропитанном магией. Конечно, пришлось потрудиться, чтобы освоить такие вещи, как оплата счетов, но телевизор того стоил.

Он подкатил поближе кофейный столик со сладостями и чаем. Развалившись на диване, Каспин коротал время за просмотром комедийного сериала «Ещё по одной».

Его смех прервал стук в окно. Это была Косапея — сова семьи Селвин. Бедняге пришлось пересечь море, отчего выглядела она слегка потрёпанно. Каспин открыл форточку и впустил посыльную. Косапея доставила письмо от матушки.

Дорогой Каспин, надеюсь, Косапея добралась до тебя без приключений. У нас всё по-старому, в Норвегии сейчас на редкость спокойное лето, но наше семейное спокойствие сильно омрачают новости из Британии.

Особенно тревожат рассказы Селби о том, что произошло в Хогвартсе. Эта трагедия с мальчиком Диггори... Признаться, я не сплю уже которую ночь. Понимаю, что газеты могут преувеличивать, а слухи всегда страшнее реальности, так что хотелось бы услышать новости от тебя: стоит ли нам беспокоиться?

Каспин, мы с отцом очень хотим, чтобы ты приехал к нам. Хотя бы на пару месяцев, пока всё не утихнет. Не переживай из-за своей должности в Министерстве. Клемент уже поговорил со своим давним знакомым из местной Секции. У них сейчас расширяют штат, и тебя готовы принять в любой момент, так что без работы ты не останешься.

Селби тоже ходит за мной хвостом и постоянно спрашивает о тебе. Он очень соскучился. Было бы замечательно, если бы вы провели это лето вместе. Боюсь, увидеть его на зимних каникулах у тебя не получится. Мы с отцом не уверены, стоит ли отпускать Селби в Хогвартс на следующий год после случившегося.

Береги себя и, пожалуйста, не тяни с ответом. Мы очень ждём вестей.

С любовью, мама.

Каспин отложил письмо и плюхнулся обратно на диван, ощущая покалывание в предплечье. Это было странно: казалось, весь день Метка ничуть его не беспокоила, а теперь по руке пробегала лёгкая, но всё же отчётливая боль.

Стоило ли написать семье правду? Или солгать, утихомирив их беспокойство? Каспин не любил лгать. Говорить правду всегда было проще. Даже горькая правда воспринимается легче, чем внезапно вскрывшаяся мелкая ложь. Он точно не мог рассказать семье о своей новой «компании» и принесённой клятве верности, но о настроениях в Министерстве — вполне. В своих размышлениях Каспин пришёл к выводу, что ложь — не вариант, но утаить пару деталей все же придётся.