Koin-Ripher

На следующей неделе волнения в Министерстве пошли на спад. Кажется, во многом это была заслуга Амелии Боунс. Справедливая женщина, она вызывала у Каспина искреннее уважение, хотя стоило ли сейчас радоваться её успехам? Также Каспин предполагал, что у любителя лимонных долек в Министерстве куда больше сторонников, чем могло показаться на первый взгляд. И они явно не прочь исподволь нашептывать Министру, развеивая его тревоги.
Работа стала менее нервной, что даже слегка расстраивало. Ещё пару дней назад Каспину позволяли отправляться на вызовы, а теперь, с уменьшением нагрузки, его окончательно завалили бумагами, которым конца и края не виделось. Каспин уже начинал верить в теорию заговора: другие команды наверняка подкидывали свои отчёты ему на стол. Вполне возможно, так оно и было — у Писгуда весьма изощрённое чувство юмора.
Дни обернулись прежней рутиной. С момента собрания от новых «друзей» не дошло ни весточки. Все недавние события уже начинали казаться чем-то нереальным, и эта эфемерность поддерживалась крайне расплывчатыми образами произошедшего. Мысли о Метке, Тёмном Лорде и Пожирателях смерти постоянно рассыпались и ускользали. Вероятно, виной тому служила ментальная завеса, которую Лорд поместил Каспину в голову, пресекая утечку информации. Интересно, что случится, если кто-то попытается влезть к нему в разум? Будет ли этот человек так же, как и сам Каспин, улавливать лишь смутные фрагменты, или у защиты есть последствия посерьёзнее? Он ведь не умрёт из-за этого? Не хотелось бы умирать так глупо.
Каспин направлялся к каминам, как вдруг в забитом народом Атриуме краем глаза уловил рыжую макушку в забавной шапочке. Это был Артур Уизли. Каспину нравилось пересекаться с этим мужчиной на заданиях, хотя это происходило преступно редко. Мало того что Каспина чаще прочих держали в четырёх стенах, так ещё и сам Артур присоединялся к чисткам только в особо загруженные дни. Но даже за эти несколько встреч Каспин нашёл в мистере Уизли крайне любопытного собеседника, способного разделить его страсть к магловским вещицам.
Однако сейчас Каспину хотелось затеряться в толпе, не привлекая внимания Артура. В нынешнем положении дружба с «предателем крови» могла стать одним из гвоздей в крышку его гроба.
Каспин прикрыл лицо сумкой и попытался спрятаться за крупной леди с обаятельными кудряшками, но рыжий мужчина радостно вскинул руку, и громко выкрикнул:
— О! Какая встреча! Это же мистер Селвин!
Каспин зажмурился, и из его рта едва слышно вырвалось: «Чёрт». Опустив сумку, он выпрямился и пошёл навстречу довольному мужчине, натянув на лицо кривую улыбку с четкой мыслью: «Я только поздороваюсь».
— Мистер Уизли, — Каспин пожал Артуру руку. — Рад вас видеть, но я…
— Я не стану вас долго задерживать. Вы только посмотрите, что сегодня попало в мои руки! — Уизли пошарил в забитой вещами сумке и вытащил небольшую пластиковую коробку с кнопками. Он повернул её задней стороной вверх. — Это плаер! Он должен издавать музыку, но вот эти… как их там… батарейки! С ними что-то не так.
Каспин стоял и слушал, намереваясь как можно быстрее завершить акт вежливости и отправиться домой, но, видя, как мужчина направил палочку прямо на устройство, не смог больше молчать.
— О Мерлин! Не тыкайте туда палочкой! — возмутился Каспин. — Ваши батарейки умерли. Вам просто нужно купить новые!
Артур хлопнул себя по лбу:
— Мистер Селвин, да вы просто кладезь знаний! Ваши близкие должны вами гордиться!
Каспин снова вспомнил своих новых «друзей» и с ироничной ухмылкой произнес:
— О да. Они будут просто в восторге.
Уизли продолжил крутить плеер в руках, явно раздумывая, где же купить живые батарейки. Каспин уже собирался попрощаться с мужчиной, как внезапно почувствовал пробежавший по коже страх, не сразу поняв его природу. Зрачки сузились. Совсем недавно он удивлялся наступившему спокойствию, а теперь пульсирующая под рукавом Метка дала о себе знать.
— П-простите, мистер Уизли, — Каспин заметно побледнел. — Мне нужно идти.
— О… мой мальчик, — Артур обеспокоенно осмотрел Селвина. — Тебе нехорошо?
Каспин, сжав зубы, подавил желание тут же схватиться за пылающее предплечье. Вместо этого он прижал руку к животу и, слегка склонившись, выдавил ответ.
— Да… — Каспин неловко улыбнулся, скрестил ноги и посмотрел на Уизли умоляющим взглядом.
— А… оу! — Артур отстранился и понимающе закивал. — Я всё понимаю. Бегите, бегите! Не буду вас задерживать!
Каспин кивнул на прощание и, скользнув в камин, переместился в «Дырявый котёл». Там он первым делом бросился в туалет и заперся в кабинке. Опустив стульчак, Каспин тяжело сел и вздёрнул рукав. Он поморщился и застонал от боли, глядя на ожившую, потемневшую Метку.
Каким же неприятным сюрпризом это могло стать, если бы Люциус заранее не предупредил, как именно происходят вызовы Тёмного Лорда. Но, признаться, молодой пожиратель не ожидал, что «неприятно», о котором говорил Малфой, ощущается настолько остро. В этот момент так и хотелось сказать этому снобу: «Называйте вещи своими именами!»
Каспин подтянул сумку и на ощупь вынул карманные часы. Откинув крышку, он исчез из кабинки туалета и тут же развалился на полу в коридорах поместья Риддлов. Боль в руке никуда не исчезла, но теперь казалась терпимой. Он поднялся и, придя в себя, отправился в зал собраний.
Как только Каспин завернул за угол и заметил у высоких двустворчатых дверей тёмную фигуру, в него прилетело «Инкарцеро». Он в очередной раз оказался на полу.
Мужчина медленно приблизился к парню. Каспин тряхнул головой и поднял взгляд на человека, в котором узнал профессора зельеварения. Снейп склонился над ним:
— А… мистер Селвин, — протянул он. — Вы так и не научились держать себя в руках.
Каспин выдавил улыбку. В школьные годы он не слишком ладил с деканом Слизерина, да и, если быть честным, с ним мало кому удавалось поладить. Однако Селвин благодаря своему раздражающему «жужжанию» явно занимал отдельное место в его чёрном списке. Конечно, домыслы о списке были лишь фантазией Каспина, но он бы не удивился, обнаружив у такого человека нечто подобное.
— Вечер добрый, профессор. Не ожидал вас здесь встретить, — сказал Селвин, прокручивая в голове прошлое собрание. Он был уверен, что в зале Северус отсутствовал.
— Эманципаре, — путы, обвившие тело Каспина, исчезли. Снейп хмыкнул. — А я вот ничуть не удивлён вашему присутствию.

— Вижу, вам нужно время, чтобы прийти в себя, — Каспин закинул в сумку пустой пузырёк и метнулся к двери. Ему хотелось поскорее исчезнуть с глаз Малфоя, чтобы тот, погрузившись в собственные мысли, отвлёкся от подозрений.
Молодой Пожиратель приоткрыл дверь и, резко кивнув в поклоне, со словами «Доброй ночи» покинул комнату.

***

С момента обретения нового тела прошло чуть более двух недель. Волан-де-Морт постепенно привыкал к новой плоти и время от времени, упиваясь возвращёнными способностями, левитировал по кабинету случайные предметы с помощью беспалочковой магии.
Вещи рухнули на пол, как только Лорду наскучила эта медитативная разминка. Он покосился на лежащую на столе палочку, которая совсем недавно подвела своего хозяина. Волан-де-Морт снова прокрутил в голове мысль, терзавшую его уже несколько дней: не стала ли кровь мальчишки, текущая ныне в жилах Лорда, причиной неповиновения старой подруги?
За прошедшее время он уже успел поразить своих последователей несколькими заклинаниями и даже выходил на дуэли с некоторыми из них тренировки ради, но того эффекта, что он лицезрел на кладбище, больше не наблюдалось. Это было добрым знаком: раз проблема крылась лишь в этом отродье Поттеров, то решение вопроса можно было отложить на потом.
Из-за двери послышался голос единственного сожителя Волан-де-Морта в этом старом особняке, не считая Нагайны. Хотя, если подумать, Лорд разделял наблюдения Каспина и считал, что Хвост куда ближе к его чешуйчатой любимице, чем к человеку.
— Милорд… — протяжно прокряхтел Петтигрю.
— Войди, — скомандовал Тёмный Лорд.
Хвост, прижимая к себе кожаный чемодан, просунулся в кабинет.
— Я нашёл это в гостевой.
Волан-де-Морт нахмурился. Петтигрю был раздражающим, но удобным инструментом, чья лояльность целиком держалась на страхе. Тёмный Лорд не питал иллюзий на его счёт: страх был понятным чувством, а всё понятное легко поддавалось контролю.
— И зачем ты притащил мне этот хлам? Разве мой кабинет похож на склад?
Хвост рухнул на колени. Волан-де-Морту нравилось, когда люди падали ниц перед его величественной персоной, признавая своё ничтожество. Но театральные, искусственные и жалкие мольбы Питера, на удивление, не приносили ему должного удовольствия.
— О, мой Лорд! — завопил Петтигрю. — Я лишь беспокоюсь о вашем благополучии! Вдруг в этом чемодане скрыты опасные артефакты, способные помешать вашим планам?
Вероятность того, что кто-то из Пожирателей просто-напросто забыл вещь в гостевой комнате, была велика, но в словах Хвоста всё же присутствовала доля смысла.
— Открой его, — холодно приказал Волан-де-Морт.
— Да… Милорд! — Питер отлепил от себя дипломат и, щелкнув замками, вывалил содержимое.
Внутри оказалось несколько бумаг и пустых склянок, связка ключей, симпатичная рамка с колдографией и фантики от конфет. Петтигрю окинул взглядом этот мусор и поднял один из министерских бланков. Лорд не удивился, что внутри не оказалось ничего примечательного, хотя бесполезность этих вещей по-своему поражала. Он презрительно посмотрел на слугу, чьи опасения оказались беспочвенными.
— Что там? — прошипел Волан-де-Морт.
— Бумаги на имя некоего Каспина Илариона Селвина, — Хвост виновато поднял глаза на господина и тут же принялся сгребать всё обратно в чемодан.
Взгляд Лорда упал на чёрную металлическую рамку.
— Оставь.
Питер вопросительно посмотрел на Тёмного Лорда.
— Тебе нужно повторять дважды?

***

Каспин наконец оказался у дверей своей квартиры. Оглянувшись по сторонам, он достал палочку и, вновь воспользовавшись чарами, отворил дверь. Его радовало, что магия решает проблему отсутствия ключей, но всё же в магловском районе он предпочёл бы пользоваться именно ими.
Сбросив вещи у порога, Каспин сразу отправился на кухню, чтобы заварить чашечку горячего чая. По дороге в зал он прихватил из пиалы пару конфет и включил телевизор. Каспин не переставал восхищаться этим магловским изобретением, с помощью которого можно было наблюдать целые истории. Пожалуй, это была главная причина, по которой он решил поселиться в районе, не пропитанном магией. Конечно, пришлось потрудиться, чтобы освоить такие вещи, как оплата счетов, но телевизор того стоил.
Он подкатил поближе кофейный столик со сладостями и чаем. Развалившись на диване, Каспин коротал время за просмотром комедийного сериала «Ещё по одной».
Его смех прервал стук в окно. Это была Косапея — сова семьи Селвин. Бедняге пришлось пересечь море, отчего выглядела она слегка потрёпанно. Каспин открыл форточку и впустил посыльную. Косапея доставила письмо от матушки.
Дорогой Каспин, надеюсь, Косапея добралась до тебя без приключений. У нас всё по-старому, в Норвегии сейчас на редкость спокойное лето, но наше семейное спокойствие сильно омрачают новости из Британии.
Особенно тревожат рассказы Селби о том, что произошло в Хогвартсе. Эта трагедия с мальчиком Диггори... Признаться, я не сплю уже которую ночь. Понимаю, что газеты могут преувеличивать, а слухи всегда страшнее реальности, так что хотелось бы услышать новости от тебя: стоит ли нам беспокоиться?
Каспин, мы с отцом очень хотим, чтобы ты приехал к нам. Хотя бы на пару месяцев, пока всё не утихнет. Не переживай из-за своей должности в Министерстве. Клемент уже поговорил со своим давним знакомым из местной Секции. У них сейчас расширяют штат, и тебя готовы принять в любой момент, так что без работы ты не останешься.
Селби тоже ходит за мной хвостом и постоянно спрашивает о тебе. Он очень соскучился. Было бы замечательно, если бы вы провели это лето вместе. Боюсь, увидеть его на зимних каникулах у тебя не получится. Мы с отцом не уверены, стоит ли отпускать Селби в Хогвартс на следующий год после случившегося.
Береги себя и, пожалуйста, не тяни с ответом. Мы очень ждём вестей.
С любовью, мама.
Каспин отложил письмо и плюхнулся обратно на диван, ощущая покалывание в предплечье. Это было странно: казалось, весь день Метка ничуть его не беспокоила, а теперь по руке пробегала лёгкая, но всё же отчётливая боль.
Стоило ли написать семье правду? Или солгать, утихомирив их беспокойство? Каспин не любил лгать. Говорить правду всегда было проще. Даже горькая правда воспринимается легче, чем внезапно вскрывшаяся мелкая ложь. Он точно не мог рассказать семье о своей новой «компании» и принесённой клятве верности, но о настроениях в Министерстве — вполне. В своих размышлениях Каспин пришёл к выводу, что ложь — не вариант, но утаить пару деталей все же придётся.

1923 год — родился дед Каспина, Кабелиус Селвин.
1926 год — родился Том Реддл (для ориентира).
1942 г. — Кабелиус становится “другом” Тома Реддла в возрасте 19-ти лет.
1946 г. — брак Кабелиуса Селвина и Иларианы Макмиллан.
1947 г. — рождение Сиджвана Селвина (дядя Каспина).
1949 г. — рождение Клемента Селвина (отец Каспина).
1970 г. — Кабелиус получает метку.
1972 г. — рождение Каспина Селвина. На момент его рождения Кабелиусу 49 лет.
1973 г. — Сиджван Селвин получает Метку.
1974 г. — Ифарита Селвин (в девичестве Шафик), жена Сиджвана, их дети, а также Клемент Селвин с женой Дрианой Селвин (в девичестве Бёрк) и маленьким Каспином покидают Британию и бегут в Норвегию.
1978 г. — Кабелиус Селвин погибает. Илариана Селвин (Макмиллан) также уезжает в Норвегию к семье.
1978 г. — рождается младший брат Каспина, Селби Селвин.
1983 г. — Каспин отправляется в Хогвартс.
1989 г. — Селби Селвин отправляется в Хогвартс.
1995 г. — возвращение Волан-де-Морта. Получение Метки Каспином. После летних слухов о возрождении Тёмного Лорда Селби не возвращается в Британию и переводится на 6-й курс в Дурмстранг.

До конца рабочего дня он просидел в офисе за бумагами. Это была не самая привлекательная часть работы, но, к сожалению, чаще всего Каспин занимался именно ею.
Всей команде было известно о его странной привычке, однако Писгуд предпочитал не доносить на своего подчинённого, сохраняя дружеские отношения в группе. Он старался самостоятельно пресекать выходки Каспина, скидывая на него всевозможные отчёты. Воровство магловских воспоминаний Писгуд не считал настолько серьёзным проступком, чтобы лишаться ответственного сотрудника.

***

Каспин переместился в Косую аллею с небольшим опозданием. Люциус, конечно же, уже ждал его в назначенном месте и не в самом хорошем расположении духа.

Проснувшись, Каспин почувствовал себя лет на сто: тело затекло из-за неудобной позы, а ремень штанов за ночь безжалостно впился в живот. И, кажется, он отлежал левую руку, предплечье которой слегка покалывало. Каспин встряхнул ее и, заметив какое-то чёрное пятно на запястье, одёрнул рукав рубашки.
— О чёрт, — брови Каспина медленно поползли на лоб, когда он взглянул на тёмную метку. — Это был не бредовый сон собаки?
Он отрывисто и совсем невесело рассмеялся:
— То есть я теперь пожиратель смерти? — пытаясь осознать реальность, пробубнил он под нос. — Я. Пожиратель. Смерти.
Он раскинулся на кровати морской звездочкой, пребывая в полной прострации.
— Ого.
Встав с кровати, Каспин метнулся к небрежно накинутой на спинку стула мантии и проверил карманы.
— Хух, — склянка с воспоминаниями Люциуса осталась на месте.
Он глянул на часы и приступил к сборам. Да, жизнь Каспина претерпела некоторые изменения, но, к сожалению, это никак не влияло на рабочее расписание. Он привел себя в порядок, закинул в старую сумку склянку и, схватив тост с сыром, отправился в Министерство.
Зайдя в комнату отдыха, Каспин не ожидал увидеть суетящихся там коллег, которые, несмотря на свою привычную пунктуальность и дотошность, находились не на рабочих местах.
— Чего встал? — Писгуд влепил подзатыльник застывшему Каспину. — Кидай свою сумку и выдвигаемся. У нас срочный вызов.
— Я тоже иду? — удивился Каспин.
— Нет. Просто хотим, чтобы ты нам ручкой на прощание помахал, — нахмурился тот, расставив руки в боки.
— А что случилось и куда аппарируем? — Каспин скинул сумку и пошёл за старшим товарищем.
— На Принсес-Гейт-Мьюз. У «Ночного рыцаря» слетели дезиллюминационные чары и, видимо, не только — он застрял в проёме между домами.
Представив это, Каспин усмехнулся.
— Группа аннулирования уже на месте, так что не думаю, что застанем эту картину, — Писгуд покосился на Селвина и тоже повеселел. — Нужно будет попросить колдографию для отчёта.

На месте происшествия застрявшего транспорта, как и ожидалось, уже не было. Прибывшие ранее маги уже переместили «Ночной рыцарь» для корректировки чар подальше от магловских глаз, а также наложили на местность маглоотталкивающие чары. Осталось лишь подчистить воспоминания всем заставшим эту небольшую аварию зевакам, которых оказалось немало. Предстоял ещё обход магловских квартир, окна которых выходили на эту улочку, что тоже добавляло лишней работы.
— Милтон, Вэнс, начните с конца улицы. Драммонд и Торн, займитесь обходом квартир, а мы с Селвином начнём отсюда, — скомандовал Писгуд и посмотрел на Каспина. — Работы много, так что нам тоже придётся разделиться. Но не вздумай что-нибудь утащить. Я за тобой слежу.
После слов старшего маги принялись за работу.
Люди на улице оживленно перешёптывались, указывая пальцами на пустой проём между домами, откуда ещё несколько минут назад торчал огромный трёхэтажный автобус, который совершенно точно не должен был туда поместиться. К тому же пропал он так же внезапно, как и появился, что вызвало ещё больше недоумения на лицах маглов.
Каспин двигался от одного зеваки к другому, стараясь не привлекать лишнего внимания.
— Обливиэйт, — негромко произносил он, стирая из памяти пожилой леди образ фиолетовой махины. — Это просто декорации, мэм.
— Будет какое-то представление? — скрипучим голосом поинтересовалась женщина, пока Каспин провожал её за пределы контура чар.
— Вы узнаете об этом позже, — криво улыбнулся молодой мужчина, стараясь казаться милым.
В поле зрения Каспина постоянно попадал Писгуд, который, как и обещал, время от времени контролирующе поглядывал в его сторону.
Каспин влез в голову очередного магла: это был совсем юный мальчишка. Не удержавшись, он скользнул чуть глубже в воспоминания и наткнулся на совершенно глупую ситуацию. Морозной зимой этот мальчик на спор лизнул железный столб и столкнулся с предсказуемыми последствиями. Смесь задорного веселья, сомнения, паники и облегчения, пришедшего с решением проблемы, была невероятной находкой, которую Каспин просто не мог упустить.
Он воровато оглянулся на Писгуда, который теперь уже стоял к нему спиной и, погрузившись в работу, отвлёкся от обещанной слежки.
Каспин не стал медлить. Закинув подобранный с земли камушек в карман, он незаметно трансфигурировал его в прозрачный флакон и, закрыв собой мальчика от посторонних глаз, извлёк из его виска желанные воспоминания.
Закончив с чисткой, группа магов собралась в узком переулке. Каспин довольно напевал мелодию, доносящуюся из одного магазинчика неподалёку. Писгуд сощурился:
— Всё-таки что-то утащил.
Каспин обвел глазами большой круг и покачал головой:
— Нет, сэр.
Писгуд пристально посмотрел на этого врунишку, но вместо мыслей уловил только повторяющиеся строчки из назойливой магловской песни: «Проснись! Прекрасное утро, почувствуй, как солнце светит для твоих глаз».
— Покажи карманы, — сказал он, нахмурившись.
Каспин демонстративно вывернул карманы, из которых вывалились только фантик от конфеты и какие-то крошки.
— Ладно. Чёрт с тобой, — Писгуд махнул рукой. — На тебе сегодня все отчёты. Возвращаемся.
Каспин проводил взглядом исчезающих магов и, прежде чем аппарировать, с довольной ухмылкой поднял с земли скрытую чарами невидимости склянку.

— Если вам некуда идти, вы можете погостить у меня до завтра.
Люциус скептически приподнял бровь.
— Вы действительно полагаете, что у главы дома Малфоев недостаточно средств, чтобы позаботиться о себе самостоятельно?
— Ну да, — Каспин закатил глаза. — И правда. Что это я.
Люциус достал из кармана серебряные часы на цепочке.

Каспин смотрел на напуганного Люциуса, который уже успел пожалеть о своей попытке выслужиться, но всё же послушно вышел вперёд. Ответственность за столь ценные воспоминания другого человека давила на Каспина, но выбора не было. Всё, что он мог сейчас сделать — сосредоточиться на работе и выполнить её в лучшем виде.
— Я могу начать? — неуверенно обратился он к Лорду.
Волан-де-Морт скучающе подпер голову рукой:
— Мы все только этого и ждём.
Каспин вытянул свободный стул из-за стола.
— Присядьте. Это займёт немало времени.
Люциус сел на предложенный стул, выпрямив спину, и прикрыл глаза. Даже в подобной ситуации ему не хотелось терять достоинство.
Каспин поднял в воздух отколовшийся кусочек каменного пола и трансфигурировал его в прозрачный флакон.
— Сначала я извлеку ваши воспоминания, чтобы позже вернуть их на место. Для этого мне придётся вторгнуться в ваше сознание. Пожалуйста, расслабьтесь.
Он коснулся кончиком палочки виска Пожирателя и, начиная с самого рождения его сына, стал тщательно собирать все связанные с ним воспоминания.
Поначалу Люциус был напряжен — веки подрагивали, на лбу образовались вертикальные морщинки. Но через несколько минут напряжение постепенно отступило, глаза под тонкими веками перестали метаться, и он приобрёл нужное спокойствие. Теперь Каспин мог беспрепятственно перемещаться по разуму волшебника, что заметно ускорило процесс.
Фоном до него доносились голоса из зала, но смысл слов терялся. Судя по всему, запланированное собрание всё же началось.
Изучив все уголки памяти Люциуса, Каспин приступил к извлечению воспоминаний, вытягивая их тонкой серебристой нитью и аккуратно погружая в подготовленный флакон.
— Вы готовы? — предупредил Каспин.
— Просто делайте то, что должны, — процедил Люциус.
Каспин вздохнул и, взмахнув палочкой, произнёс:
— Обливиэйт.
Он снова погрузился в сознание Малфоя, на этот раз уничтожая воспоминания о Драко одно за другим: его первые шаги, первые слова, первые разбитые коленки. Каспин заполнял образовавшиеся пустоты ложными событиями, аккуратно соединял обрывки в одно целое, копаясь в голове Малфоя как в сложном механизме.
Драко был повсюду, что неудивительно, он был любимым ребёнком своих родителей. Едва ли Каспин раньше мог представить Люциуса, читающего на ночь детские сказки. Сложившийся образ этого человека плохо сочетался с увиденным.
Каспин вернулся в реальность, тяжело дыша. Только сейчас он почувствовал, как пряди волос, мокрые от пота, прилипли ко лбу. Он смахнул их тыльной стороной ладони и понял, что больше не слышит никаких обсуждений. Зал опустел. Лишь Тёмный Лорд всё ещё оставался на месте, скучающе поглядывая на мужчин.
— Я закончил, — обернувшись к Лорду, сказал Каспин.
Люциус открыл глаза. Волан-де-Морт поднялся и подошёл к Пожирателю. Пристальным взглядом он изучил результат.
— Любопытно… как настолько отвратительный окклюмент может столь виртуозно владеть Обливиэйтом? — с лёгкой усмешкой прошипел Тёмный Лорд.
Каспин, сцепив руки за спиной, смотрел на вытянутую фигуру, пытаясь понять, хвалят его или оскорбляют.
— Хвалю, — лениво отозвался Лорд, отвечая на невысказанный вопрос.
Каспин расслабился и радостно улыбнулся, но через секунду одёрнул себя, задаваясь вопросом, чему, собственно, радуется.
— Как себя чувствуешь, мой дражайший друг?
— Хорошо, Милорд, — Люциус поднялся со стула. — Господин Селвин справился с испытанием?
— Да. Ты привёл действительно полезного человека, — Лорд обошёл новичка и протянул к нему длинные костлявые пальцы. — Руку.
Каспин вытянул руку вперёд. Волан-де-Морт оголил его предплечье и коснулся кожи кончиком палочки. Сначала по руке пробежало лёгкое жжение, но вскоре боль усилилась. Утомлённый Каспин рухнул на колени.
Под палочкой начал проступать череп. Из его рта медленно выползала змея, сворачиваясь в узел и приобретая очертания уже знакомого изображения. После часа работы у Каспина не осталось сил на крики, а может, после недавнего Круциатуса эта боль теперь казалась терпимой.
Волан-де-Морт отпустил его руку.
— Ничего не хочешь сказать?
Каспин поднял взгляд на Лорда. Отогнав предательское желание рухнуть на холодный пол и отключиться на ближайшие пару часов, он произнёс то, что, как ему казалось, должен был сказать:
— Клянусь служить вам до последнего вздоха, — уголок его рта дёрнулся — то ли от боли, то ли от неверия в собственные слова.
Лорд выглядел довольным.
— Добро пожаловать в наш дружный коллектив.
Каспин, обхватив помеченную руку, поднялся на ноги.
— Теперь я могу идти?
— Нет, — Лорд покачал головой. — У меня пока нет желания трубить о своём возвращении на всё Министерство магии.
После того как Волан-де-Морт установил в сознании Каспина ментальную завесу с условиями, Пожиратели покинули зал.
Люциус размашистыми шагами шёл по коридору, стремительно удаляясь. Каспину пришлось пробежаться, чтобы нагнать его.
— Вы в порядке?
Малфой резко остановился.
— Беспокойтесь лучше о себе, господин Селвин, — холодно бросил он.
— Вы, кажется, не представляете, как многое мне пришлось перевернуть в вашей голове, — сдержанно возразил Каспин. — В любом случае, я бы не советовал вам сегодня возвращаться домой.
— Оставьте свои советы при себе.
Селвин вздохнул и провёл рукой по лицу.
— Сейчас вы ничего не помните. Но дома вас ждут люди, которые всё помнят. И вещи, которые хранят воспоминания о них. Это может оказаться тяжело. В конце концов, вы можете сказать дорогому человеку то, о чём потом пожалеете.
Люциус медленно обернулся.
Каспин поднял вверх флакон с серебристой нитью памяти.
— Завтра. Я верну их вам завтра.

Малфой вернул себе спокойное выражение лица и снова обратился к недоумевающему гостю.
— Что ж, — вздохнул он. — Получилось несколько невежливо с моей стороны привести вас сюда без предупреждения, но так даже лучше. Смогу донести всё лично.
Взмахом палочки Люциус вырвал письмо из руки Каспина. Конверт через мгновение вспыхнул и осыпался пеплом на ковёр.
Каспин положил руку на палочку в кармане, готовясь в любой момент вытащить её. Ему совершенно не нравилась подобная компания — оправданные, но всё же Пожиратели смерти.
— Да, было бы славно узнать, где я нахожусь и по какой причине, — лицо Каспина непроизвольно напряглось.
— Вы находитесь в Литтл-Хэнглтоне — в поместье Тёмного Лорда, — с лёгким удовлетворением произнёс Люциус.
Эти слова подтвердили худшие опасения Селвина. В то же мгновение он попытался аппарировать. Безрезультатно.
Каспин медленно опустил руку.
“Антиаппарационные чары” — заключил он.
Очевидно, отпускать его никто не собирался.
— Наш Милорд вернулся и ждёт с вами встречи, — ехидно улыбнулся Люциус.
Другие Пожиратели тоже выглядели довольными. Один лишь Каспин скривился от этой новости.
— Полагаю, отказ равносилен смерти? — со спокойным смирением спросил он.
— Верно, — Люциус левитировал с полки маленький флакон с зелёной жидкостью и опустил его на журнальный столик. — Вероятно, Лорд предложит вам метку. И если вы собираетесь отказаться… лучше выпейте это сейчас.
— Вы пытаетесь меня убить? — Каспин недовольно свёл брови.
— Это акт милосердия. Тёмный Лорд не будет столь любезен.
— Но, если я умру сейчас, вас за это вряд ли похвалят, — усмехнулся Селвин.
— Вы слишком много о себе думаете, — Люциус вздёрнул подбородок. — Вы, конечно, полезнее живым, но ваша смерть нисколько не опечалит Милорда.
На несколько секунд воцарилась тишина. Селвин смотрел на флакон. Думать, по сути, было не о чем. В Хогвартсе его учили ценить честность и преданность. Реальность же быстро объяснила, что прежде всего стоит волноваться о собственном благополучии. Если клеймо подарит ему жизнь — пусть будет так.
***
Дождавшись назначенного времени, все присутствующие покинули гостиную, и прошли в большой зал с длинным столом. В конце зала на небольшом возвышении располагалось угловатое кресло, подобное трону.
Несколько мест уже были заняты. Все эти люди казались незнакомцами, пока Каспин не узнал в одном из них своего дядю. Он постарался не привлекать внимание и последовал за Люциусом, который велел ему стоять в конце стола, недалеко от места Лорда.
Когда все заняли свои места и шорохи затихли, из боковой двери вышел тот, чьё имя боялась произносить вся Британия.
Рот Каспина приоткрылся в изумлении, а брови никак не могли найти удобное положение на лбу. Он слышал много слухов о том, как выглядит Тёмный Лорд, но такого безобразия увидеть не ожидал. Первая мысль, пробежавшая в его голове, была совершенно не к месту: «Фото такого человека… а можно ли его вообще так назвать?.. точно не поставишь в рамочку у кровати». В памяти всплыли магловские изображения инопланетян — Лорд, конечно, не был зелёным человечком, но сходство всё же прослеживалось. Глаза Селвина бегали, рассматривая безносое лицо и костлявый силуэт волшебника.
Тёмный Лорд не привык к таким пристальным взглядам и невольно заглянул в мысли наглеца.
Не успев обдумать увиденное, Лорд поднял палочку и, медленно, словно давая фору, выкрикнул фирменное:
— Авада Кедавра!
Каспин успел отпрыгнуть и шлепнулся на пол. Заклятие ударило прямо между его ботинок.
Сердце Селвина упало бы в пятки, если бы человеческое тело было на это способно. Глаза широко распахнулись. Он тяжело дышал, глядя на каменный пол, представляя своё мертвое тело на месте черного следа. Тёмный Лорд не дал времени на передышку: в следующее мгновение заклинание всё же достигло цели.
— Круциатус!
В этот момент Люциус чувствовал, как его прекрасные платиновые волосы теряют блеск.
Раздался истошный крик. Каспин извивался на полу, а пальцы его неестественно скрутились. Пытка продолжалась всего пять секунд, но казалось, что плоть уже давно истаяла в бурлящей лаве. Когда Лорд опустил палочку, тело Каспина мгновенно обмякло. Он все еще ощущал мелкую дрожь, которая теперь чудилась приятной на контрасте с предшествующей ей агонией. Поднимаясь, Каспин оперся на непослушные руки, и на его лице промелькнула едва заметная, блаженная улыбка.
— Я вижу, в моём наказании ты нашёл повод для радости, — прошипел Волан-де-Морт. — Представься, мальчишка.
— Каспин Иларион Селвин, работаю в Отделе по устранению магических инцидентов, — ответил тот.
— Да-да, помню. Мой дорогой друг Люциус поведал о твоей прекрасной работе с памятью, — Тёмный Лорд опустился в кресло. — Продемонстрируй мне свой талант.
— Для этого мне нужен человек, — оглядев присутствующих, сказал Каспин.
— Люциус, — после тихого шёпота Лорда, Малфой поднялся из-за стола.
— Как поживает Драко?
— Хорошо, Милорд.
— Прекрасно, — Тёмный Лорд махнул рукой и обратился к новичку. — Селвин, сотри все воспоминания о младшем Малфое у моего дражайшего друга.
Люциус побледнел.
— Но Милорд…
Волан-де-Морт прервал возражение:
— Если он так хорош, как ты говоришь, твои воспоминания вернутся в целости и сохранности.

Со встречи в Малфой-мэноре прошла неделя.
Для Каспина она выдалась особенно напряжённой. Маги, напуганные слухами о возвращении Тёмного Лорда, становились все более рассеянными, нервными. Случаи неосторожного использования магии при маглах участились.
Раньше Министерство, возможно, закрыло бы глаза на часть подобных инцидентов. Но теперь всё изменилось.
Фадж стал подозрительным, раздражительным, требовательным до абсурда. Мелкие проблемы раздувались до масштабов катастрофы. Министр был уверен: слухи о возвращении Тёмного Лорда — это тщательно спланированный заговор против него.
Если спросить самого Каспина, верит ли он в возвращение кошмара магического мира, однозначного ответа он дать не мог.
С одной стороны — никаких доказательств. И вообще… могут ли маги воскресать? Это звучало как дурная сказка.
С другой стороны — Дамблдор. Старик подтвердил слова Поттера. А была ли у такого великого мага причина лгать? Если бы он действительно стремился к министерскому креслу, то со всеми своими заслугами давно бы его занял. Нет, в этом не чувствовалось политической игры.
После рабочего дня Каспин посетил кафе-мороженое Флориана Фортескью. Шипучий персиковый чай приятно щекотал язык, а яблочный сорбет с кислинкой таял во рту, контрастируя со сладким привкусом персика. Простое удовольствие, но именно оно помогало снять напряжение.
Каспину казалось, что никакой Тёмный Лорд не сможет разрушить мир, пока существуют такие мелочи.
Покинув кафе, он медленно прогуливался по аллее и, как обычно, заглянул в лавку старьёвщика. Селвин появлялся здесь время от времени — полюбоваться безделушками, странными артефактами, бесполезными, но очаровательными вещами. В этот раз его взгляд зацепился за рамку для колдографий.
Она была выполнена из тёмного металла: по её краям тянулись тонкие лозы, которые едва заметно шевелились. В углах поблёскивали крошечные камни, меняющие оттенок от голубоватого к лиловому в зависимости от света. Внутри рамки весело смеялась пара.
Невероятно красивые люди с заразительными улыбками. Женщина откидывала назад светлые волосы, мужчина притягивал её к себе, и каждый раз движение начиналось заново.
Они были настолько прекрасны, что, купив рамку, Каспин решил оставить колдографию на месте.
Люди ведь часто вешают на стены портреты кумиров. Эти двое не были знамениты, но их лица определённо могли поднять настроение в тяжёлый день.
Выйдя из лавки, Каспин всё ещё разглядывал рамку, прежде чем убрать её в чемодан.
Внезапно прямо перед ним с тихим хлопком возник домовой эльф, которого, насколько помнил, он видел в поместье Малфоев.
— Для мистера Селвина, — ушастое создание протянуло письмо.
Каспин принял конверт. Он едва успел перевернуть его в руках, как тонкие пальцы вцепились ему в запястье.
— Эй, подожди…
Хлопок аппарации оборвал фразу.
В следующее мгновение Каспин тяжело шлёпнулся на пол в совершенно незнакомом месте.
Это была гостиная, освещённая тусклым светом свечей. В комнате находилось несколько человек. Селвин сразу узнал Яксли и Макнейра — он видел их пару раз в Министерстве. И, разумеется, Люциуса Малфоя, который, судя по всему, и был виновником столь внезапного перемещения.
Под пристальными взглядами Каспин поднялся с пола, всё ещё сжимая в руке письмо.
— Добро пожаловать, — холодно произнёс Люциус. — И каков будет ваш ответ?
Каспин отряхнул мантию и поднял глаза на Малфоя.
— Простите?.. — он слегка склонил голову, искренне не понимая.
Взгляд Люциуса опустился на невскрытый конверт в его руке.
— Он не прочёл письмо? — Малфой яростно посмотрел на домовика.
Тот съёжился под тяжёлым взглядом хозяина.
— Вы велели вручить письмо и перенести мистера Селвина сюда, хозяин, — пролепетал он.
Люциус резко схватил лежавшую рядом декоративную подушку и швырнул её в эльфа. Тот с писком исчез прежде, чем подушка достигла цели.

Шипучий персиковый чай приятно щекотал язык, а яблочный сорбет с кислинкой таял во рту, контрастируя со сладким привкусом персика.

Каспину казалось, что никакой Тёмный Лорд не сможет разрушить мир, пока существуют такие мелочи.

Они были настолько прекрасны, что, купив рамку, Каспин решил оставить колдографию на месте.