Waruna

#музыка #писательское

Пишу шпаргалки по Ирландии под Clannad. Гэльский язык — это какая-то магия.
Моя находка недели — баллада “Chuaigh mé 'na Rosann”. Она о путешествии на северные острова, о меланхолии и случайной встрече на пристани. Если нужно поймать вайб туманного побережья, разбитого сердца и старых тайн — искренне рекомендую. 🖤 Clannad — «Chuaigh mé 'na Rosann».

#самопиар #ГП

В общем, я тут пишу одну историю Ветер Беары. Действие — Ирландия, середина XVII века, когда Кромвель выжигал и вешал всех подряд. Магия есть, но она какая-то не такая, как в учебниках (г/хэльская народная).
На первый взгляд может показаться, что это ориджинал, который эксплуатирует связь с Гарри Поттером. Но это не так (да-да!). Английские поп-идолы из «28» обязательно появятся и подольют масла в пожар (но не сразу)
Если вам интересна суровая ведьма-охотница на магических тварей, кракены и прочие прелести ирландского бытия, то милости прошу к нашему шалашу. Если нужны красивые расписания и романтика Хогвартса — этого у меня нету.
Предупреждение: выкладывать буду нерегулярно, когда настроение. Графика нет, системности нет. Если вы готовы к такому — превосходненько. Если нет — обижаться не стану.
Пыщ-пыщ! /•᷅‌‎•᷄\੭

#всякая_фигня #всем_пох
Поменяла все смесители в квартире, пришпандорила розетку и довольна собой, как сытая нерпа. Хэй-хо! Теперь я сама себе «муж на час» (хотя вышло даже быстрее). На этом мои маленькие победы над бытом закончились. Домучила «Гордость и предубеждение» впервые от начала и до конца, и как же я рада, что это закончилось. При всей моей нелюбви к Бронте и «Грозовому перевалу», в нем чувствуется нерв, боль и у-у-у-у мрачные пейзажи. А здесь... пу-пу-пу, чаепития и мистер Дурсль. Осталось дочитать из моего списка «приличной дамы» — «Энн из зелёных крыш» Люси Монтгомери, и можно будет поставить галочку «я сделалъ».

Спасибо...

#опрос

#ГП_сериал
Кароч.
Понимаю страдания всех, кто страдал, понимаю восторги всех, кто остался доволен. Смотреть буду прынцыпиально.
Ибо только так все мои дальнейшие вскукареки о том, как всё хорошо или плохо, будут легитимизированы (не смотрел, но осуждаю — осуждаю). Мне не сложно, я уже затерпела фармазонскую версию Галадриэли, а после такого Эбони Снейп кажется боссом рангом пониже. Гарри-пухляш объясним (в моей логике всё ясно): с грусти и обиды он, аки Ренфилд, подъедал паучар в чулане под лестницей. Петунья не убирала единственное место, и все Арагоги бежали к Гарри... но они не знали, какая судьба их ждёт. 🕷️🍴

NEVER STOP THE MADNESS

#стихи
Песни старого моря
Больше не слышу я.
Зов земли, прощанье и горе,
Глубины тишина.

#намордник_шизофазистки

Написала первую главу для фанфика в Ирландии (ГП), но пока думаю дать ей отлежаться.
Вместо этого прочитала кусище фика про попадана-спецназовца. Это просто ферееея (ну или феерия). Шлепнула кваса и накалякала шизофренический набросок на эту же тему.

«Пробуждение было неэффективным. Согласно моим внутренним биологическим часам, откалиброванным за восемьдесят семь лет сурового мужского бытия, сейчас должен был быть полдень, а я должен был жать шотландский виски вперемешку со штангой в двести кило. Однако вместо привычного запаха мазута и побед я почувствовал аромат пыльных пауков и нестираных носков.
​Я открыл глаза. Перед лицом маячили две розовые детские клешни.
«Брага», — констатировал мой мощный аналитический ум. — «Опять дед Макар переборщил с сахаром. Галлюцинация в виде регрессии в пубертатный период с потерей мышечной массы на уровне 95%».
​Сверху раздался грохот, сопоставимый с падением бетономешалки на лист оцинковки. Потолок чулана (он же пол второго этажа) прогнулся. Часть моего заимствованного сознания, которое я тут же классифицировал как «Поттер-архив», услужливо подсказала: «Дадли. Кузен. Биологический объект с избыточным ИМТ».
​В следующую секунду перекрытие не выдержало. Жирная туша кузена проломила доски и ввалилась в моё личное пространство, нарушая все нормы СНиП.
​— А-а-а-а! — взвизгнул объект.
​Я не шелохнулся. Мой мозг уже сканировал его конечность.
— Рональд… то есть, Дадли, прекрати производить звуковые колебания мощностью выше 80 децибел. У тебя закрытый перелом лучевой кости с угловым смещением в 14 градусов. Не летально и ладно.
​Не дожидаясь ответа, я приступил к полевой хирургии. Мои детские пальцы двигались со скоростью прецизионного робота-манипулятора. Из пары старых шнурков, клейкой паутины (структурный белок которой я мгновенно оценил на разрыв) и трех оловянных солдатиков я соорудил аппарат Илизарова в миниатюре.
​— Сиди тихо, — отрезал я, когда Дадли попытался всхлипнуть. — Я вправляю кость, используя рычаг Архимеда и твое полное отсутствие силы воли.
​Закончив, я поднялся. Моё новое тело было слабым, но я уже начал мысленно составлять график тренировок, включающий отжимания на веках и приседания с чуланом на плечах.
​Я вышел в коридор и направился в ванную. В аптечке царил хаос — типичное следствие мещанского ума Дурслей. Найдя бутылочку, я прищурился.
— Пергидроль. Н2О2. Сильный окислитель. С точки зрения молекулярной химии — вещь полезная, с точки зрения эстетики — инструмент моего пузырящегося доминирования.
​Вернувшись к Дадли, который всё еще пребывал в состоянии когнитивного шока, я хладнокровно вылил раствор ему на макушку. Шипение пены ласкало мой слух, привыкший к звукам сварки.
​— Это для профилактики сепсиса и экзистенциальной ясности, — пояснил я. — А теперь позови самку-мать. Нам нужно обсудить оптимизацию моего рациона и пересмотреть условия моего договора аренды этого деревянного гроба под лестницей. И скажи Вернону, что его манера ходить пятками создает микротрещины в фундаменте. Я не намерен погибать под завалами из-за чьего-то плоскостопия.
Дверь скрипнула, я сращу понял придется менять шпингалеты, в этой Англии делают одно дерьмо не то что у нас в Чугуеве.
Петунья влетела в гостиную, как стратегический бомбардировщик на форсаже. Увидев Дадли, обмотанного шнурками и паутиной, она издала звук, похожий на свист выкипающего радиатора «ЗиЛа».
​— Поттер! — взревела она, выхватывая из-за пояса ремень, который по толщине больше напоминал приводной вал от бетономешалки. — Ты что сделал с моим мальчиком?!
​Детское сознание Гарри внутри меня забилось в истерике: «Ой, мамочки, сейчас бить будут! Больно! Обидно! За что?!»
​Я мысленно отвесил сопляку подзатыльник. «Заткнись, щегол», — сурово оборвал я. — «Женщина делом занята. Дисциплина — это фундамент любого производства. На моем заводе по выпуску каучуковой браги за такое вообще бы в чан со спецраствором окунули на перековку».
​Я вспомнил свое детство в суровом 1940-м под Магнитогорском. Нас били сковородками, обмотанными колючей проволокой, просто чтобы мы быстрее учили таблицу менделеева. И ничего! Вырос. Два высших образования по специальности «Тяжелое машиностроение и прикладная некромантия», три низших по профилю «Разборки за гаражами». Коттедж на шесть этажей, семь сыновей (все — мастера спорта по шахматам в тяжелом весе) и восемнадцать дочерей, каждая из которых может остановить на скаку не только коня, но и летящий лом.
​Единственное, о чем я жалел — что «Гелендваген» дома остался немытым. А тут — этот британский пригород, дожди и какая-то магия.
​Я поднял глаза на Петунью. В фильмах, которые я краем глаза смотрел с внучками, пока отжимался на одном мизинце и одновременно чинил розетку зубами, она была костлявой лошадью. Но реальность... Реальность была прекрасна.
​Передо мной высилась амазонка ростом два метра с кепкой. Её бюст, сопоставимый по объему с двумя спасательными буями Памелы Андерсон, вздымался под цветочным платьем, создавая собственное гравитационное поле. Это был самый шик. Настоящая русская стать в английской упаковке.
​— Ну, чего стоишь, ирод? — Петунья замахнулась ремнем.
​Я не шелохнулся. Я просто оценивал качество кожи на ремне и аэродинамику замаха.
— Петунья, — спокойно произнес я голосом одиннадцатилетнего мальчика, в котором звучал металл тридцатилетних запоев и руководства сталелитейным цехом. — Хват неправильный. Кисть заваливаешь. Чтобы удар был эффективным и не вызывал внутреннего кровотечения, а только воспитательный шок, нужно бить по касательной, учитывая сопротивление воздуха и мои выдающиеся дельтовидные мышцы, которые я планирую отрастить к вечеру.
​Ремень остановился в сантиметре от моего уха. Петунья замерла, её грудь (мой личный Эверест) колыхнулась, как желе в сейсмически опасной зоне.
​— Что ты сказал? — пробасила она.
​— Я говорю — хороша баба, — честно признал я. — Давай так: ты сейчас убираешь этот инвентарь, я иду на кухню и провожу ревизию ваших запасов горюче-смазочных материалов. Мне нужно сварить концентрат, чтобы мои маленькие ручонки снова могли жать сотку. А за Дадлика не переживай — я ему кость выставил по чертежам. Будет как новенький, только чуть умнее, если я ему еще пару раз голову перекисью ошпарю.
​Петунья посмотрела на меня сверху вниз. В её глазах промелькнуло что-то похожее на уважение, которое испытывает один экскаватор при виде другого.
​— Поттер, — медленно сказала она, пряча ремень в складках юбки. — Ты какой-то странный. Раньше ты только плакал и смотрел на мои коленки.
​— Раньше я был не в ресурсе, — отрезал я, направляясь на кухню. — А теперь я — Парень который мурыжил или как там. Мы будем делать из этого дома прибыльное предприятие. Кстати, где у вас тут хранятся дрожжи и старые медные трубки? У меня есть идея, как оптимизировать ваши заросли шиповника.

****

Вечером входная дверь содрогнулась. Я сразу по звуку определил: петли — дешёвый силумин, смазки нет, замок — одно название, вскрывается даже взглядом первоклассника. В дом ввалился Вернон.
​В фильме он был похож на моржа с одышкой. В моей новой реальности это был мужик размером с небольшой самосвал, от которого пахло дешёвым одеколоном и нереализованными амбициями.
​— Петунья, где этот мелкий паразит?! — взревел он, швыряя портфель так, что штукатурка со стен посыпалась в знак солидарности. — Соседи говорят, он облил Дадли химикатами!
​Я вышел из кухни, вытирая руки полотенцем. На плите уже весело побулькивала кастрюля, от которой тянуло чем-то средним между авиационным керосином и свежескошенной травой — мой первый опыт по дистилляции «энерго-браги» из найденных в саду шиповника и остатков йодида натрия.
​— Ты ори потише, директор, — спокойно сказал я, глядя ему прямо в пупок (выше пока не дорос). — У тебя из-за крика сосуды на шее пульсируют неритмично. Инсульт в сорок лет — это нерентабельно для семейного бюджета.
​Вернон поперхнулся воздухом. Его лицо приобрело цвет спелого баклажана.
— Что ты... как ты...
​— Я — твой новый антикризисный менеджер, — отрезал я. — Петунья уже всё поняла. Мы провели реструктуризацию системы наказаний. Теперь вместо бессмысленного ора мы занимаемся оптимизацией. Присядь, Вернон. Выпей моего «Барнаульского коньяка», как раз профилактика зоба и вообще — вкус свободы.
​Я протянул ему чашку с мутной жидкостью. Вернон механически глотнул, его глаза на мгновение выкатились из орбит, а усы встали дыбом, как антенны радиолокатора.
​— Это... что это? — прохрипел он, когда к нему вернулась способность говорить.
​— Это топливо для настоящих мужчин, — пояснил я. — Секретный рецепт: три части дрожжей, одна часть палой листвы, шиповник, котовий пот и так по мелочи . Кстати, о птичках. Ты дрели продаешь? Забудь. Рынок дрелей перенасыщен. Будем продавать буры.
— Какие ещё к черту буры?
— Настоящие мужчины, Вернон, не сверлят дырочки в стенах. Настоящие мужчины дырявят планету насквозь! Ты слышал про Кольскую сверхглубокую? СССР, дружба народов, двенадцать километров вниз, к самому дьяволу в пекло! Там такие температуры, что твои сверла из супермаркета стекут в поддон за секунду.
Вернон замер, ложка застыла у рта. Слово «СССР» в те годы в Англии звучало как «Волан-де-Морт», только с ядерными боеголовками.
​— Мы переходим на производство буров с алмазно-каучуковым напылением по моей личной технологии. Я выведу тебя на контракт с министерством геологии Союза. Будем грести фунты чемоданами, а не этими вашими грошами. Но главное — расчет будет не только в валюте.
​Я залез в карман и выучил смятую пачку, которую наколдовал ещё утром, пришлось быстро осваивать трансмутацию черники в махорку.
​— Что это? — прошептал Вернон, глядя на пачку с изображением карты и синих полосок.
— Это «Беломорканал», — торжественно произнес я. — Стратегический ресурс. В Англии такого не достать.
​— Сигареты без фильтра? — Вернон недоверчиво взял одну «гильзу».
​— Это не просто табак, Вернон. Это как женьшень, только для суровых мужиков. В нем аккумулирована вся мужская сила. Могучая и неколебимая, как Пик Коммунизма! Одна затяжка — и у тебя волосы на груди начнут расти со скоростью бамбука, а либидо станет таким, что придется заказывать кровать из армированного бетона.
Дядя Вернон дрожащими пальцами чиркнул спичкой. Он затянулся.
​Первые пять секунд он не дышал. Его лицо прошло все стадии цветокоррекции: от бледно-голубого до иссиня-черного. Глаза вылезли из орбит и, кажется, начали транслировать гимн Советского Союза прямо в мозг.
​— О-о-о-о... — выдохнул он через минуту, выпустив облако дыма, в котором на секунду материализовался силуэт крейсера «Аврора». — Я... я чувствую... Гарри, я чувствую, как во мне просыпается сталевар!
​— Вот это дело, — одобрил я. — Теперь ты не просто торговец. Ты — атлант, расправивший плечи. Завтра берешь чемодан, едешь в сити и начинаешь переговоры о поставках оборудования для бурения литосферных плит. Если кто-то будет сомневаться — дыхни на него «Барнаульским коньячком». Бедолага либо подпишет контракт, либо пройдёт через аутоаннигиляцию прямо на месте. »

#Всякая_фигня #писательское
Контузило меня на днях от тривиальной мыслишки: а что, если собрать всякого антиактуального для фандома ГП и склепать из этого историю.

Место действия — Ирландия, XVII век, куча оригинальных персонажей, минимум лав-лав. Набросайте в комменты, что ещё можно собрать, чтобы получилось Анти-Бинго. Так сказать, андерграунд стайл.

Холод хижины.
Верность — выдох прощальный...
Блеск зелёных глаз.

Если кому-то интересно (ну вдруг 🤷‍♀️), как рождается безумие.
​Серия «Вход только для сумасшедших» вообще не планировалась как серия. Всё началось с эксперимента и чистого стеба: «А что, если отрезать всё лишнее сюжетное мясо и оставить только голый костяк Мэри Сью?». Так появился Гарричад — просто поржать.
​Но когда в комментариях написали, что «это фигня, и хуже всего — что её читают», у меня в голове щелкнуло. Это же гениальная идея! Так появилась «фанфиковая полиция нравов», которая выезжает в ветвящиеся реальности фандома и прессует истории, которые, по их мнению, не имеют права на существование. Так родилось «Бюро Х.У.И.».
​По сути, именно Бюро стало стартовым двигателем серии. Потом были «Лещи справедливости» — просто потому, что захотелось вытащить Северуса из вечного пиздострадания. Захотелось, чтобы он взял всё в свои руки, навалял всем (включая Дамблдора) и ушел пить пиво на рыбалку.
​Четвертая часть («Инструкция по утилизации героинь») стала итогом. Это история о полной субъектности и свободе для девчонки, которую весь фандом десятилетиями пытается засунуть в любой удобный гет по своему разумению (ни в коем случае не осуждаю, но всё же). Я подумала: «Пусть она просто пизданёт всё это к херам и уйдет в закат».
​Фанфикшн — это пространство для фантазии, свободное от любого «Бюро Х.У.И.» и полиции нравов. Писать можно интересные, плохие, скучные, грустные, страшные и в край долбанутые истории. Ибо зачем тогда это всё?

Всем злобра! 🤘

Взяла куриные бёдра, замариновала в чесночке, чёрном перце, паприке и соли. Сверху — комбо-ударом: кунжутное масло, немного жгучего бульдака и устричный соус для густоты вкуса.
Всё это на гриль... И как же кайфово сейчас будет смотреть «Межевого рыцаря» под такую курочку! Просто з д о р о в с к и! 🔥🍗🎬!

#Для_внутренних_свершений

Что если мир ГП сунуть в культиватор и облить это гоп-буддизмом?

Сцена: Битва у Истока Небытия (Колодец Душ)

Обстановка: Небо расколото на девять секторов. Волдеморт парит в трех метрах над землей, его мантии развеваются вопреки законам физики, а за его спиной вращается Колесо Сансары, собранное из черепов. Дамблдор сидит на кортах у края Бездны, помешивая палочкой какую-то сиропообразную жижу в пластиковом стаканчике.

​— Старик! Ты — лишь сухая ветка, преградившая путь лесному пожару моего величия! Мой путь культивации Смерти длился десять тысяч перерождений. Я закалял свой Даньтянь в крови единорогов и ковал свою бессмертную душу в пламени восьми триграмм! Ты видишь эту Бездну? Это — моя личная Вуаль Смерти для аннигиляции целых эпох!Твое время истекло, как песок в разбитых часах вечности! Я — Тот-Чье-Имя-Боятся-Звезды! Я поглотил девять солнц своей ненавистью и закалил кости в ртутном океане проклятий! Моя техника «Тысяча Расчленяющих Авад» сотрет твое имя из хроник Акаши! Преклони колена, выплюнь три литра крови от осознания своего ничтожества и, возможно, я оставлю твой труп целым для моих некро-экспериментов. Твоя магия — это пуканье мухи в урагане моего величия! Сдохни, мусор!

Дамблдор, сидя на кортах у самого обрыва, лениво сплевывает шелуху от семечек в колодец. На нем растянутая мантия с тремя полосками, он смотрит в вечность, задумчиво ковыряя в зубах обломком бузинной палочки.

— Слышь, Мортя, ты чё раскудахтался? — Альбус устало потёр переносицу. — Реально думаешь, если ты обклеил свой говно-мобиль блестящими наклейками из сансары, то ты в натуре поднялся? Ты мне тут моросишь про «ранги» , трёшь за «техники»...
По всем понятиям, ты просто фраер, который нашёл на помойке зашкваренный пульт от выключенного ящика и яростно жмёшь на кнопки, ожидая, что Бог подгонит тебе ништяков. Но маза в том, что батарейки скисли ещё до Большого взрыва, а телек — это ты сам.
​И вся твоя «личная вуаль смерти для аннигиляции эпох»... По факту — это обычная параша, на которую тебя ещё с рождения определили демоны Мары. Ты просто в неё так долго и пафосно всматривался, что тебе там начали «эпохи» мерещиться. Чисто галлюцинация от просроченного стекломоя.
Все ровные пацаны уже давно свои шмотки упаковали и в шуньяту сдёрнули, пока портал не замели. А тебе с твоей «смертодырой» прокачкой тут ловить нечего — разве что местные оборотни брёвен в топку напихают.
Альбус затушил бычок о край мироздания и сыпанув в рот горсть лимонного «Тик-Така» добавил:
— Бывай, Том. И запомни: Реддл — это гриб. И, более того, не только гриб, но ещё и радиоволна.
​И, не оборачиваясь, он изящно, как дельфин в мазут, нырнул в пульсирующую пустоту. Бездна свернулась в рулон дешевых обоев, оставив Волдеморта стоять в полной темноте перед кирпичной стеной, на которой мелом было размашисто выведено: «Силы света, силы тьмы — одинаковы хуйни».

Всем злобрый день!

​Домучила 7-ю главу. Чёрт его знает, почему она так тяжело пошла. Пинала себя всеми чугунными сапогами из личного арсенала, пока те не помялись.
Спойлер: будут бланки. Экспозиция через мятые бумажонки. Но это фигня...
​Я — полудохлая тушка Вари. Спасаюсь крепким, как зад сатаны, кофе и иду заслуженно покурить на балкончик.

​Микрорубрика «плей-портянка»:

​Brand New – You Won't Know
​The Wytches – Be Forwarded (Pentagram cover)
​Messa – New Horns
​Xploding Plastic – Sports, not heavy Crime
​Obscure Sphinx – Scarcity Hunter
​The Call – Turn a blind eye
​Omega Massif – In der mine

​Такие дела. Всем добра.

#Всякая_фигня #восемнадцать_плюс

Навеяно постом Долохова о фильме «8½$».

Встречаются как-то в баре Октав Паренго и Гера Кремов. Октав, попивая дорогое вино, жалуется на судьбу:
— Чувак, я написал книгу о том, как реклама убивает всё живое, и меня выпнули, как Мэри Поппинс с золотым парашютом!

Гера Кремов, щурясь и поправляя очки:
— Слушай сюда, фг'анцузишка... Ты со своим пафосом пг'осто младенец в ког'ыте! Я на г'екламу индийского чая потг'атил бабки лютых бандитов, снял на них собственный пг'иход и выжил там, где твои копиг'айтег'ы даже пукнуть боятся! И вообще... у тебя в названии какие-то фг'анки? Октав, очнись, таких денег вообще в пг'иг'оде не существует, это же фантики для паг'ижских дискуг'с-монгег'ов! А у меня — доллаг'ы! Г'язные зелёные бумажки! Чувствуешь г'азницу в масштабе?

Октав медленно ставит бокал, его лицо бледнеет. Он пытается осознать масштаб русской реальности.
— Подожди... Ты хочешь сказать, что вам было плевать на целевую аудиторию? На индекс узнаваемости бренда? На фокус-группы, которые в Париже готовы убить за лишний процент жирности в йогурте?

Гера Кремов, расплываясь в хищной улыбке и подаваясь вперед:
— Какие фокус-г'уппы? У нас была одна фокус-г'уппа — бг'атки в кожзаме с ТТ за поясом! Им было неважно, сколько чая купят в Махачкале. Важно было, чтобы бабло пг'ошло чег'ез пг'одакшн и вышло чистым, как слёзы комсомолки! Мы снимали не г'екламу, а памятники своей наглости на чужие деньги!

Октав (в ужасе):
— Но это же... это же отрицание самой сути маркетинга! Это постмодернизм, возведенный в степень Франкомнадзора!

Гера хлопает его по плечу, едва не выбивая бокал:
— Это жизнь, Окташа! Настоящий Бабл-гам! Пока ты там стг'адал в своем офисе из стекла и бетона, подбивая чеки на жопкаин, мы тут в г'еальном вг'емени стг'оили Вавилон из говна и палок! Твои «99 фг'анков» — это дешёвка из супег'маг'кета. А мои «8 ½ баксов» — это входной билет в вечность, где тебя могут пг'истг'елить за опечатку в титг'ах! Так что пей свое Шато-де-чего-то-там и не булькай, это я тебе ещё не г'ассказал, как мы заг'екламиг'овали главного алкаша стг'аны чег'ез «Лебединое озег'о», пока он не мог выговорить слово «штандаг'т»... Понимаэш-шты?

Паренго молча пододвинул к себе бутылку «Столичной».

По большому счету, любые дискуссии сводятся к окопному противостоянию. И даже если наблюдатель прочтёт всю зафиксированную историю атак и контратак, он обычно проигнорирует итог этой завшивленной чесотки.
​Ему будет важно примкнуть к лагерю и кинуть дерьма в чужой окоп, из которого, впрочем, уже ушли.
Се ля ви.

Подарите селёдочек, кадку
И корзинку ирландского стаута.
Вы поймёте, я вовсе не гадкая
И уж точно покруче Маклауда.

Гы-гы😁

Сидела смолила, глядя на снежок, и подумала... «Страх и ненависть в Солнечном городе» — нормальная такая идея.

«Дрожащие пальцы выудили заветный пузырек с переливающимся на свету рыбьим жиром. Закинув голову, Незнайка вогнал по полной пипетке в каждую ноздрю. Острый, маслянистый приход вышиб искры из глаз. От дикого удовольствия свело челюсти, по телу пробежало сладкое нервное томление. Теперь стало хорошо. Теперь можно было попытаться вспомнить, во что они превратили Цветочный город этой ночью. И почему флейта Гусли торчала у Пончика из...».

Гуси улетают.🪿🪿🪿🪿

#восемнадцать_плюс
Все так перевозбудились из-за новых маркировок 18+, будто армагеддон произошёл и дождь из жабьен.

​Если изначально пишешь гаденько — для тебя вообще ничего не меняется.
Один раз 18+ — всегда 18+. > Стоит ли теперь вообще мелочиться и сбавлять градус? По-моему, самое время поддать жару! 😁

​А если серьёзно, всё временно. Даже эти перегибы.
За отморозками приходит оттепель, за окоченением — расслабление. Анатомия процесса, ничего не поделаешь. 💀

З. Ы. А если задуматься, теперь можно легально, сидя за школьной партой, слать к чёрту Родиона Расскольникова, Анну Каренину и прочий суицидальный экзистенциализм на много страниц. Почему не в моё время?! Все кайфы этим ребятишкам перепадают.

Короче...
В следующей главе «Инструкции по утилизации героинь» будет Жиииирный (с самой большой буквы Ж) оммаж на Спайка Ли. Это грязно и так ООСшно, что могут вскипеть глаза. Но я всё равно ничего не уберу. Я так вижу, да и фанфик всё равно уже выходит грязным до неприличия. Как грица гадость матом не испортишь. Слава всему, что прочтут это немногие.