Неловкие приключения Меган Уимблсби (гет)

Это было какое-то чудо, но Меган не беспокоили мозоли. Сапоги из мягкой, светлой кожи были идеально подогнаны к форме ее ног, поддерживая подъёмы, и нигде не жали и не натирали. Кто бы ни сделал эти сапоги, Меган решила, что этот некто — её друг на всю жизнь.

И хорошо, что мозоли не беспокоили, потому что идти пришлось долгие часы. Меган сообразила, что когда она «проснулась» (или «заснула», это как посмотреть), было раннее или среднее утро, а обеденного перерыва не было. Солнце поднималось выше и выше, и есть хотелось все сильней и сильней.

— Ребята! — задала она вопрос, чтобы отвлечь свое внимание разговором от урчащего желудка. — А давно вы в пути?

— Три недели, — ответил один из коротышек, в ответ на что Седая Борода и Щитоносец зыркнули на него испепеляющими взглядами. — Ой, простите, — протянул он с милым шотландским говорком, и тон его речи тоже умилял своей сокрушенностью. — Я думал, мы ей доверяем.

— Ой, божечки, ребята, да всё я знаю, — сказала Меган, и тут же сообразила, что нет, она знает далеко не всё. Но основной сюжет, кажется, знает. — И про Кольцо, и всё такое…

Тут она внезапно ощутила своей шеей что-то острое и холодное, и, скосив взгляд, оценила длину клинка, пока не разглядела Арагорна на противоположном его конце. Леголас натянул лук до самого уха, и Боромир и Гэндальф схватились за мечи. Хоббиты имели вид скорее озадаченный, а Гимли очень сердитый.

— Не вздумай говорить открыто о таких вещах, — предупредил Арагорн. Меган застыла от ужаса, но посмотрев Арагорну в глаза, почувствовала некоторое облегчение. Взгляд его был суровым, но недобрым отнюдь не казался.

«Вот я и прокололась — объявила во всеуслышанье, что знаю их самую главную тайну...»

— Что ты знаешь об этой ноше? — спросил маг.

— Ну… М-н-э-э… — Меган отчаянно старалась не смотреть на меч Арагорна. Мало того, что его острота не давала сосредоточиться, она была уверена, что пытаясь сфокусировать на нём взгляд, непременно заработает косоглазие. — Ну, я знаю про… — она запнулась, пытаясь вспомнить. Когда в тебя тыкают острыми предметами девять мужчин, это очень отвлекает от нити любого разговора. — Блинский нафиг! Это всё так дико… Проснись! ПРОСНИСЬ!!!

Последние два слова вышли криком, она отчаянно зажмурила глаза, пытаясь вырваться из навеянного свиными потрохами кошмара. Если бы она не потеряла сознание при виде вскрытого поросёнка, ничего этого бы не случилось!

— Митрандир! — сказал Арагорн. — Не поставить ли нам здесь лагерь? День клонится к ночи, и этой таинственной особой не помешает заняться.

— Ты прав, — вздохнул Гэндальф. — Здесь мы разобьем лагерь и остановимся до рассвета.

— А связывать её не будем? — спросил Боромир. — Пока она нам не расскажет о себе что-то внятное. Мы пока не можем ей доверять.

— Есть ли у кого-то верёвка? — спросил Гэндальф. Меган заметила, что один из коротышек обеспокоенно заёрзал, словно бы вспомнил внезапно что-то забытое и укорял себя за это.

— У меня есть короткий кусок верёвки, — сказал Леголас. Он опустил свой лук и уже копался в котомке. — Вот и он.

— Что ж, тогда свяжи её, — распорядился Гэндальф.

Арагорн убрал меч от её горла, и Меган немного расслабилась. Остальные члены Братства уже занялись обычными занятиями походного быта — собирали хворост, разжигали костёр и разворачивали спальные принадлежности.

Леголас подошёл к ней с виноватым выражением лица.

— Прошу прощения, что приходится связывать женщину, да еще и моего собственного народа, — сказал он. — Но в эти тёмные времена подозрение и страх многое заставляют нас делать впервые. Простите меня, если вы действительно та, кем назвались.

Меган не стала сопротивляться и протянула ему руки, но сердце у неё ушло в пятки. Она-то знала, что она совсем не та, кем назвалась. Нет, она точно не была шпионом злодеев, это полная чепуха. Саурон этот, или Саурмэн, или кто он там должен был быть полным придурком, чтобы доверить следить за Братством такой нелепой особе, как она.

Но как убедить их поверить всему, что она уже успела наврать?

Меган ощутила, как веревочные петли стягивают ее запястья и становятся туже по мере того, как Леголас затягивает узел. Веревка была мягкой, но очень прочной. Леголас снова с сожалением посмотрел на неё и пошел к остальным — помогать с постановкой лагеря на вечер.

Ей было слышно, как они по-дружески общаются. Все коротыши, кроме молчаливого бородатого гнома, то и дело смеялись и болтали без умолку, как щебечущие птицы. Ей же было скучно, она сидела на холодной каменистой земле, уткнувшись лицом в плащ Леголаса.

Что-то скользнуло по её шее, что-то тёплое и влажное. Она осторожно подняла к горлу связанные руки и пощупала липкую жидкость. И, разумеется, к горлу тут же поднялся едкий желудочный сок, готовый вырваться наружу, но она сдержала рвоту. Она подняла дрожащие руки на свет, чтобы посмотреть, и, не сюрприз, кончики пальцев были измазаны в красном. Меган поняла, что кончик меча Арагорна слегка порезал ей кожу на шее, и пошла кровь.

Ещё одна капля крови скользнула вниз, и Меган опять с трудом сдержала рвоту.

— Л…. — звуки с трудом срывались с её уст. — Л-леголас?

Белокурый эльф обернулся, следом за ним и все остальные. Видимо, Леголас заметил красный след на её горле, но не понимал, в чем причина её тревоги.

— Что? — спросил он, подходя ближе.

— Я…. Я крови боюсь! — призналась Меган. — Кажется, сейчас блевану. Ой, блииин! — последние слова перешли в стон, когда её поглотила волна боли и тошноты. От приступов паники у неё случались и сильные головные боли, и озноб, и рвота.

— Прошу прощения, — ответил Леголас, но не торопился никак помогать. Меган закусила губу и зажмурилась, ещё одна капля крови скользнула вниз.

— И что мы, будем просто сидеть и таращиться? — спросил тот самый хоббит, которого она расспрашивала о том, долгим ли был их путь. Он подбежал к ней и уголком плаща обтёр шею Меган. — Ну вот. Чем мог, тем помог.

Он улыбнулся ей, очевидно, радуясь тому, что для разнообразия смотрит на кого-то сверху вниз.

— Спасибо тебе… Э… — Меган поморщилась, понимая, что не знает его имени.

— Перегрин Тук, к вашим услугам, — поклонился хоббит. — Но ты можешь звать меня просто Пиппин.

— Меган Уимблсби, к вашим, — улыбнулась она ему в ответ. — Я бы пожала руку, но не могу…

— Не беспокойся, — ответил Пиппин, сделав задумчивое выражение лица. — Мне кажется, что это все чепуха. Ты мне понравилась. Ты странненькая, да. Но ты не похожа на одну из….них.

— Хватит, Пиппин, — ворчливо, но добро одёрнул его Гэндальф. — Идите к костру, вы двое, и мы побеседуем. Лагерь мы уже поставили, так почему бы всем не сесть у огня и не погреться?

Пиппин помог Меган подняться, подставив плечо (без посторонней помощи встать с земли со связанными руками довольно тяжело), и вместе они подобрались к костру и присоединились к кругу сидящих. Сэм, самый пухлый хоббит, колдовал с посудой, готовя ужин на всех, хотя солнце еще только-только соприкоснулось с линией горизонта.

Теперь кровь, кажется, остановилась, и Меган чувствовала себя намного лучше. Да, останется корочка, но корочек она не боялась, да и смотреть на неё не придётся.

«Минуточку» — промелькнула в голове мысль. — «Ещё никогда у меня во сне не текла кровь». Она пощупала шею, и верно, нащупала застывающую корочку запекшейся крови.

— Это не сон, — тихо прошептала Меган, широко раскрытыми глазами глядя на огонь.

— Нет, конечно, — согласился Пиппин своим милым говорком.

Меган закусила губу изо всех сил и прислушалась к боли.

— Блинский нафиг, так это что, правда? Я правда здесь? Но как? Почему? А как же…

Все смотрели на неё с выражением удивления, некоторые — подозрения. Она с трудом взяла себя в руки.

— Простите, — сказала она. — Временное умопомешательство.

Боромир повернулся к Гимли и посмотрел на него вопросительно.

— Все эльфийки такие странные? — спросил он.

— Меня не спрашивай, друг, — пророкотал гном. — Я ничего не знаю об эльфах и их странностях.

Леголас мрачно окинул взглядом сначала гнома, а потом и гондорца.

— А теперь, Мелетриэль, расскажи о себе правду, — Гэндальф уставился на неё своими серо-штормовыми глазами. — Откуда ты явилась, и как попала сюда?

Меган молча смотрела на них несколько секунд. Правду они хотят? Будет им правда, но они, наверное, примут её за сумасшедшую.

— Меня зовут Меган, — начала она, будто в ледяную воду нырнула. — Я из Южной Каролины. Нет, нет, в этом мире нет такого места. И меня не было, до сих пор. Я вообще не отсюда. Я даже не настоящая эльфийка. У себя дома я была вполне себе смертной, пока однажды я не пошла на пару по биологии и не увидела, как моя подружка вскрывает поросёнка. У него были странные внутренние органы и полным-полно крови. И… — её передёрнуло — я потеряла сознание. И вот, очнулась здесь, и вы все были тут и смотрели на меня.

— А откуда вам известно про наши беды? И наши имена? — Леголас почему-то задал именно эти вопросы, проигнорировав очевидное «что такое пара по биологии», «зачем вскрывать поросёнка», «что значит странные внутренние органы».

— У нас всё это записано в книгах. О древней истории, — сказала Меган. Она вспомнила: так было в одном из фанфиков Андреа. Там тоже героиня попала в Средиземье, и сказала именно так. Может быть, фанфики Андреа и не такое уж бесполезное чтиво… Меган старательно извлекла из памяти эти записи и восстановила в уме их содержимое. — Можно сказать, что я из будущего. Быть может, э….

«Как же Андреа их назвала? Божечки, я же помню, что у них тут есть какое-то особое название...»

— Я хочу сказать, что может быть, боги призвали меня сюда, чтобы помочь в вашей миссии.

Это была практически прямая цитата из того фанфика от Андреа. Без шуток.

Вот только Братство отреагировало совсем не так, как она ожидала. В том фанфике они все радостно приняли новенькую и ласково поприветствовали её. Ну, кроме Гимли, ясное дело, но даже Гимли в конце концов потеплел к чужачке и даже подарил ей на свадьбу красивый метательный топорик.

Свадьбу с Леголасом, а вы как думали?

— Она безумна, — спокойно сказал Боромир после пары секунд общего молчания.

— А я вот ей верю, — сказал Пиппин.

Рыжий хоббит, друг Пиппина, высказал и своё мнение:

— Я тоже ей верю. Мне кажется, она говорит правду.

Гэндальф не обратил никакого внимания на комментарии всех троих и задал новый вопрос Меган:

— А почему ты сказала, что охотилась?

— Ну… — Меган отчаянно подбирала слова. — Я сама не понимала, где я нахожусь. Сказать по правде, я этих книг не читала, в которых ваша история описана. И я подробностей совсем не знаю. Нет, я знаю, что… — она взглянула на Боромира и опять закусила губу. — Что Боромир искусный воин. Что Леголас — принц Лихолесья. Что хоббиты не дураки покушать. И что у Арагорна есть особый древний меч. А про тебя, Гимли, я вообще ничего не знаю.

Гном только фыркнул.

— А каким оружием вы владеете? — спросил Арагорн.

— Никаким, — ответила Меган, помотав головой.

— И это сказание о нас вам известно только понаслышке? — продолжал расспросы Арагорн.

— Ну, я знаю, чем всё заканчивается, — ответила Меган. Уж это-то она знала от Андреа и Стефани.

— Что насчет целительского искусства?

— Это не про меня. Я же сказала, мне от вида крови плохо становится, — скривилась Меган.

— Тогда какой от тебя прок? — взорвался Боромир. — Зачем бы это Валар посылать нам какую-то совершенно бесполезную девицу?

Меган это разозлило, но огрызнуться ей не дал Гэндальф.

— Валар, несомненно, знали, что делали, когда прислали нам эту юную леди. Но, Мелетриэль, тебе придётся заслужить наше доверие. Тебе дозволено пойти с нами, и мы снимем с тебя путы, но доверия ты пока не получишь. Пока не покажешь себя.

— Ну окей… — кивнула Меган. Леголас торопливо приблизился и принялся развязывать узлы на верёвках.

— И снова прошу прощения, — сказал он.

— Да забей, Леголас — протянула Меган, разминая затекшие руки. — Будешь так загоняться, глаз на жопу натяну и моргать заставлю. Я серьёзно. Окей?

Леголас ничего не понял из этих странных выражений.

— Ужин готов! — объявил Сэм. Все практически набросились на еду, кроме Меган, которая пока сомневалась. Слова Гэндальфа «мы тебя примем, но пока не доверяем» сбили ее с толку. Значит ли это, что кормить её не будут?

Но тут появился Пиппин и вручил ей миску, а потом уселся рядом со своей.

— Колбаски с помидорами от Сэма — это просто объеденье, — сказал он, накалывая кусочек колбаски на вилку. Он помолчал и взглянул на неё большими удивленными глазами, заметив её сомнения. — А эльфы едят?

— Леголас-то ест, ты разве не заметил? — засмеялась Меган, наколов помидор на вилку и засунув в рот. — Ммм. Вкусно!

— Разумеется, Леголас ест, — ответил Пиппин с набитым ртом. — Но колбаски он не любит. Единственное мясо, которое он ест, это свежая дичь. Ещё он галеты ест.

Как ни странно при её-то особенностях, Меган вегетарианкой не была. Против приготовленного мяса она ничего не имела — главное, не видеть, как его готовят.

— Ну вот, ты знаешь ответ. Конечно же, эльфы едят.

Это было так странно, причислять себя к эльфам.

— Но как едят эльфийки, я раньше не видел, вот и спросил. Может быть, эльфийки и не едят, я так подумал. Это было бы грустно.

— Ой, Пиппин, я тебя умоляю, я обожаю поесть! — заверила его Меган. — Особенно люблю шоколад.

При мысли о нём под ложечкой у неё возникла холодная, бездонная яма.

— У вас ведь есть шоколад, верно?

— Шоколад? — переспросил Пиппин. — А это что такое?

— Ой. У вас нет шоколада. Как же вы живёте? — Меган от расстройства даже задышала чаще. — Без шоколада. Совсем. Ни шоколадного торта, ни шоколадного печенья, ни какао, ни даже сникерсов? Несчастные!

Братство обменялось взглядами, гадая, что же скрывается под этими диковинными названиями.

— Нет, ничего этого в жизни не пробовал, — ответил Пиппин, инстинктивно догадавшийся, что всё это названия какой-то особой еды.

— Несчастная страна, несчастный народ! — простонала Меган. — Это ужасно.

После этой реплики все посмотрели на неё круглыми глазами, кроме Пиппина, на лице которого читалось сочувствие. И рты разинули.

— Простите, — сказала Меган с натянутой улыбкой. — Шоколад — это самая лучшая на свете еда. Но, видимо, его еще просто не изобрели.

— Но всё равно у нас много вкусной еды! — весело ответил Пиппин. — Какое рагу подают в «Гарцующем Пони»! А эль у них какой! Лучше, чем любой из Шира, я бы сказал!

— Я вообще-то непьющая, — скорчила гримасу Меган. — Но вот хотя эль я никогда не пробовала.

— Попробуй! — с жаром ответил Пиппин.

— Хватит, Перегрин — успокоил его Гэндальф.

Единственное, в чём теперь была уверена Меган, так это в том, что приключение предстоит интересное.