Семнадцать лет спустя (джен)

Скорпиус Малфой прочитал все эти книги, когда ему не было ещё и семи лет. Конечно, больше всего мальчик любил проводить время с папой, но тому приходилось много работать, а бабушке Нарциссе часто нездоровилось, поэтому Скорпиус с самого детства часто был предоставлен самому себе. Иногда он гулял по территории мэнора, но это быстро надоедало — на улице он любил только играть с папой в квиддич, а бесцельно бродить туда-сюда было жуть как неинтересно. Друзей у него не было, поэтому очень быстро главным увлечением Малфоя-младшего стали книги.

К своему одиннадцатилетию он перечитал, наверное, половину библиотеки Малфой-мэнора — ту, которую мог понять. Ещё он прочитал все книги о Второй Магической войне, войне с Волан-де-Мортом. Папа не любил об этом говорить и поэтому мало что рассказывал, но Скорпиусу было ужасно интересно, и он хотел узнать как можно больше. Эти книги ему покупала бабушка Андромеда, когда они вместе отправлялись в Косой переулок — Скорпиус не решился бы попросить их у отца. Ну и наконец, Скорпиус читал и магловские книги — те, что давал ему Тедди Люпин, который приходился ему троюродным братом. Было интересно узнавать, как устроен другой мир. Папа и бабушка Нарцисса о маглах никогда не говорили, поэтому все свои вопросы он задавал брату и бабушке Андромеде, у которых гостил каждую субботу. Ему нравилось бывать в этом доме, в котором так тесно были переплетены магловские и магические вещи. Больше всего мальчику нравились электрические лампы и выключатели. Свечи, масляные лампы и газовые рожки в мэноре можно было легко зажечь волшебной палочкой, но светили они совсем не так ярко. Неудивительно, что в мире маглов они уже давно устарели. Скорпиус мечтал изобрести заклинание, которое будет зажигать электрические лампы. Удивительно, что ещё никто из волшебников до этого не додумался. Интересно, можно ли провести электричество в Хогвартс?

Делился он этими мыслями только с Тедди. Тот в ответ рассказывал всё, что знал о мире маглов, а ещё много говорил о Хогвартсе. Скорпиусу было интересно всё — учебники для старших курсов, все написанные братом за очередной учебный год эссе, билеты для экзаменов СОВ и, конечно, секреты самого замка — был ли потолок в Большом зале изначально зачарован под небо самими Основателями школы, или это сделали позже? На десятый день рождения Тедди подарил ему новенькую «Историю Хогвартса» в нарядном подарочном издании. На тёмно-синей обложке над силуэтом замка искрились золотые звёзды, иногда какая-нибудь из них падала, и Скорпиус каждый раз загадывал желание поскорее отправиться в Хогвартс.

С одной стороны, ему не терпелось наконец по-настоящему научиться магии, но с другой, поездка в школу его пугала. По рассказам Тедди выходило, что у всех в Хогвартсе есть друзья и все любят школу именно за это. Друзья вместе ходят на уроки, вместе обедают в Большом зале, вместе делают домашние задания, вместе болтают до полуночи в своих спальнях обо всём на свете, вместе ходят на матчи по квиддичу болеть за команду своего факультета, вместе радуются победам и вместе переживают поражения. У Скорпиуса никогда не было друзей. И он понятия не имел, как их заводить.

И вот теперь Скорпиус сидел один в купе Хогвартс-экспресса и мрачно смотрел, как скрывается за поворотом платформа номер девять и три четверти. Разумеется, папа рассказал ему о школе всё, что считал важным — как будет проходить распределение, как следует себя вести и даже где срезать путь от слизеринской гостиной до Большого зала. И, конечно же, в случае чего Тедди обязательно ему поможет и его защитит, тем более Люпин в этом году перешёл на последний курс и стал старостой школы. Но всё равно перспектива оказаться среди целой толпы людей, где нужно будет заводить новые знакомства, по-прежнему тревожила. Он же вообще не умеет знакомиться с людьми. Но ведь в Хогвартсе придётся? Нельзя же будет за семь лет ни разу не сказать ни слова соседям по комнате? А если прямо сейчас кто-то подсядет к нему в купе, что вообще нужно делать?

Как назло, худшие опасения оправдались. Дверь купе распахнулась и на пороге возник невысокий, худенький черноволосый мальчик с белоснежной полярной совой в клетке — наверное, тоже первокурсник. В отличие от Скорпиуса, который ещё дома надел школьную форму, а бабушка Нарцисса убедилась, что мантия идеально отпарена и отглажена, мальчик был одет в магловские джинсы и футболку. Может быть, он из семьи маглов? Скорпиусу было очень интересно поговорить с кем-то, кто вырос в неволшебной семье, но заговаривать первым он не решался.

К счастью, темноволосый сам нарушил тишину.

— Привет! — радостно воскликнул мальчик. — в соседнем вагоне все купе заняты, и здесь тоже везде старшекурсники сидят. Я поеду с тобой, ты не против? Кстати, я Альбус, — всё так же жизнерадостно представился он и с широкой улыбкой протянул руку.

Скорпиус уставился на мальчишку. И чего он такой счастливый? Неужели вообще не переживает?

— Скорпиус, — сдержанно представился он и коротко пожал протянутую руку.

Черноволосый Альбус плюхнулся на сиденье напротив и мечтательно уставился в окно.

— Поверить не могу, что наконец еду в Хогвартс! — выдохнул он. — Ты ведь тоже первокурсник? Вижу, ты уже в форме, а галстука в цветах факультета у тебя нет. Ты бы на каком хотел учиться?

— — Мой папа учился на Слизерине, — аккуратно ответил Скорпиус.

— Круто! Мой папа был на Гриффиндоре. Кстати! Моё полное имя — Альбус Северус, первое — в честь Альбуса Дамблдора, а второе — в честь Северуса Снейпа, самого храброго директора Хогвартса! Один учился на Гриффиндоре, а другой — на Слизерине, поэтому я думаю, что могу попасть и на Слизерин, и мой брат постоянно про это шутит, но папа сказал, что можно самому выбирать факультет! Он сам выбрал Гриффиндор, представляешь? И Распределяющая Шляпа его послушала!

Скорпиус несколько раз хлопнул глазами. Новый знакомый тараторил без умолку. Просто невероятно, откуда в нём, таком маленьком, столько энергии. Скорпиус попробовал осознать полученный поток информации. У Шляпы можно попросить отправить тебя на конкретный факультет? Он ни о чём подобном не слышал. Может, мальчишка просто это выдумал? Что ещё он там говорил? Его назвали в честь Дамблдора и Северуса Снейпа, а его отец учился на Гриффиндоре? Значит, он точно не из полностью магловской семьи, но что-то об этом мире явно знает. Может, спросить у него что-нибудь? Но что? Скорпиус замялся и неуверенно поёрзал на сиденье.

Альбусу, вероятно, надоела тишина, потому что он снова первым заговорил:

— А ты любишь квиддич? Хотел бы играть за сборную факультета? Я — да! Круто, что прямо с первого курса можно пробоваться в команду! Папа сказал, что когда он учился в Хогвартсе, по правилам ещё было нельзя. Он, кстати, был ловцом, а моя мама — охотником. Ты за какую команду болеешь?

Скорпиус снова хлопнул глазами. Как он не устаёт так тараторить? Ещё минут десять — и всю историю своей семьи расскажет. Нельзя же так! Папа у него, значит, был ловцом, а мама — охотником? Что ж, видимо он всё же из волшебной семьи, просто носит такую одежду. Вопросы про электричество задавать не стоит. Скорпиус решил поддержать разговор о квиддиче, ведь квиддич он действительно обожал.

— Мой папа тоже был ловцом в школе. И я тоже хочу играть. Я болею за «Пэдлмор Юнайтед».

— Обалдеть! — Альбус аж подпрыгнул. — ты знаешь, мы всей семьёй болеем за «Пэдлмор Юнайтед»! Их вратарь, Оливер Вуд, который играл за сборную Британии на последнем Кубке Мира, был капитаном команды, когда папа учился в Хогвартсе! Мы часто на их матчи ходим!

Колёса поезда равномерно постукивали, солнце медленно катилось по небосводу, за окном мелькали поля и луга, а Альбус и Скорпиус так и болтали обо всём подряд, даже забыв про еду — точнее, Альбус болтал, а Скорпиус больше слушал. Когда Хогвартс-экспресс подкатил к станции «Хогсмид», Скорпиус подумал, что по крайней мере один друг в Хогвартсе у него, кажется, будет.