Кафе «За Гранью» (джен)

Она уже час вертится перед зеркалом. Примеряет наряды, улыбается своему отражению. Музыка грохочет так, что вот-вот рухнут стены, а вместе с ними и терпение тётушки Зи. На миг улыбка сползается с её алых губ. Ни Зельду, ни Хильду она больше не увидит. Как и своего двойника. Пожалуй, она бы обрадовалась даже Лилит и Люциферу, но и им, как ни странно, в это место не пробраться. С другой стороны, они все живы и наверняка счастливы. Конечно, счастлива! Иначе зачем всё это? Даже Ника, этого безрассудного, но чертовски притягательного колдуна, удалось вернуть в мир, в котором ей самой больше не суждено провести ни дня. Правда, пришлось забрать его чувства к ней. Иначе он бы так и остался в Пустоте. Зато теперь он тоже сможет жить дальше. Без проблем, которые она множила с завидным упорством.

Сабрина опять останавливает выбор на красном платье с белым кружевом на воротнике и манжетах. Этот порочный цвет ей очень идёт. В этом даже есть некая ирония: её главным грехом всегда была самонадеянность. А это платье напоминает о том дне, когда она ошибочно приняла его, грех, за силу и поддалась ему. Но это всё теперь не имеет значения. Белый фартучек с оборками очень выгодно смотрится на красном.

Ещё раз крутанувшись на месте, Сабрина щёлкает пальцами, и на голове появляется чёрный ободок. Подмигнув напоследок своему отражению, она покидает комнату — точную копию той, в которой провела всю свою недолгую жизнь. Верный Салем идёт по пятам. Фамильяры всюду следуют за своими ведьмами. Даже в посмертии. Да и чтобы она делала без его поддержки и советов?

— Салем, не трогай смесь. Если переборщим с эликсиром мечтаний, гость увидит свои будущие кошмары вместо детских желаний, — деловито замечает Сабрина, стоя у плиты, и тут же улыбается, вспомнив прошлый просчёт с этим незатейливым десертом.

Сабрина — шеф-кондитер. Её десерты готовятся с помощью заклинаний и зелий. Всегда по рецепту. Выверенному, перепроверенному, но порой нарочно нарушенному. Тот гость не понравился не только ей. А разве может чутьё подвести сразу двух с половиной ведьм? Но сегодня она готовит Лунные меренги — простенький десерт, который заставляет вспоминать самые счастливые моменты детства. Для Сабрины готовка — не рабочая рутина. Это всегда ритуал. А уж насколько тёмный или рискованный — это уже другой вопрос. Меренги аккуратно выложены на противень и отправленны сушиться. Можно заняться чем-нибудь посложнее.

— Этот торт даст ответ на вопрос, который страшно задать даже самому себе, — поясняет она для внимательно наблюдающего за ней Салема. — Правда, ответ чаще всего совсем не тот, который хочется услышать.

Сабрина замешивает пружинящее и совсем не липнущее к пальцам тесто. Но, заметив, как то становится зелёным, останавливается и в задумчивости спрашивает у молчаливого собеседника:

— Думаешь? Может, ты и прав. Давай попробуем добавить ещё пару капель кроличьей крови и, наверное, щепотку аметистового порошка...

Кот алчно принюхивается к самому свежему ингредиенту.

— Да, — отвечает ему ведьма, — пожалуй, минералов здесь уже достаточно. Вот и кровь не понадобилась. Можешь отпустить кролика... Ох, Салем! Ладно. Ничего уже не поделаешь.

Тесто почти сразу приобрело необходимый лавандовый оттенок, и Сабрина отправляет будущий корж в печь. Та вспыхивает ярким зелёным огнём, но после ласкового «тише» окутывает своё чёрное нутро бледно-голубым ровным пламенем. Из-под стола раздаются чавкающие звуки и хруст, а в кухне витает запах выпечки, крови и волшебства.

— Теперь можно браться за крем. Ты вовремя, Луна! — приветливо улыбается ведьма-кондитер отстранённой подруге. — Как там твоя рассада взрывчатой черники? У меня есть рецепт зелья, ускоряющего рост и меняющего вкус на произвольный. Конечно, ягодный, Салем! — оборачивается Сабрина к умывающемуся фамильяру.

— Десерт должен быть вкусным, даже если несёт в себе горечь, — со знанием дела замечает Сабрина и, выудив из принесённой Полумной корзины крупное красное яблоко, с нескрываемым удовольствием впивается в него зубами.