Снайпер 2: Вавилонские ночи (джен)

30 марта 2003 года

— Лейтенант Диггори?

Я обернулся. Передо мной стоял здоровенный американский морпех — ганнери-сержант с нашивкой одного из подразделений разведки морской пехоты. Этот ветеран получил ранение во время предыдущей операции и теперь служил при штабе.

— Чем могу помочь, ганни?

— Сэр, подполковник Робертс просит вас зайти в командную палатку.

Замечательно.

Американец Робертс командовал в нашем районе объединенными силами специального назначения, которые собирали сведения и вели разведку в интересах наступающих войск союзников. Мой взвод SAS придали ему ради укрепления сотрудничества. К несчастью, при всей заслуженной репутации отличного военного и толкового тактика он был выпускником Вест-Пойнта и недолюбливал офицеров, выслужившихся из рядовых, — «мустангов», как нас называли янки.

Интересно, что бы он сказал, узнав, что двадцатишестилетний лейтенант SAS Седрик Диггори на самом деле — волшебник по имени Гарри Поттер, которому еще и двадцати трех не исполнилось?

— Хорошо, ганни. — Я повернулся к своему взводному сержанту. — Готовьте людей к заброске по плану, сержант.

Штаб-сержант Ангус Мактавиш небрежно кивнул.

— Не беспокойтесь, сэр. Сделаем так, чтобы за вас стыдно не было.

По уставу так, конечно, не полагалось, но этот шотландец стал чем-то вроде моего наставника еще тогда, когда я пришел в SAS рядовым бойцом. Именно он подтолкнул меня к офицерским курсам.

Правда, после того как рекомендацию завизировал еще и министр обороны, выбора у меня почти не осталось.

Я ответил на кивок Мактавиша улыбкой и вновь повернулся к американцу.

— Пойдемте, ганни.

Командная палатка стояла неподалеку от временного ангара, где мои люди готовились к ночной заброске. Я вошел следом за сержантом и увидел, что подполковник Робертс беседует с человеком в штатском. Робертса я знал достаточно хорошо, чтобы понять: он чем-то недоволен.

Пока подходил, успел присмотреться к штатскому. Ничем не примечательный мужчина: каштановые волосы, средний рост, среднее телосложение. Судя по тому, как на нем сидел пиджак, огнестрельного оружия при нем, скорее всего, не было. Для зоны боевых действий странновато.

Заметив меня, Робертс нахмурился.

— Лейтенант Диггори. Как раз вас мне и нужно. Ночная заброска состоится по плану, но командование вы передадите сержанту Мактавишу. Мистер Джонс из МИ-5 затребовал вас в свое распоряжение до особого приказа.

— Сэр! — возразил я. — Я не хочу отправлять своих людей на задание без меня. Мое место с ними.

По глазам американца было видно, что он со мной согласен, но толку от этого оказалось немного.

— Приказ вы получили, лейтенант, — отрезал он, не скрывая раздражения, и повернулся к штатскому. — Ваш вертолет будет готов через десять минут. Верните его как можно скорее. Мне не нравится, когда люди идут под огонь без своего офицера.

— Разумеется, капитан, — тихо и уверенно ответил мистер Джонс.

Робертс ушел, больше не сказав ни слова.

— Возможно, перед вылетом вы захотите забрать свое снаряжение, лейтенант? — заметил Джонс и, пройдя мимо меня, вышел из палатки.

Я быстро догнал его снаружи.

— Что вообще происходит?

— У нас назревает проблема в районе Эль-Хиллы.

Мысленно перебрав сведения с утреннего инструктажа, я сказал:

— В ближайшие двое суток наших в этом районе не планируется.

— На месте вас введут в курс дела, лейтенант Диггори. А пока советую взять штатное боевое снаряжение и через пять минут быть у вертолета.

К счастью, рюкзак и все остальное у меня уже было готово к ночному выходу, так что я успел быстро объяснить Мактавишу перемену в планах. Взводный сержант обрадовался не больше моего, однако дисциплины ему хватило, чтобы принять приказ без споров.

К вертолету я поспел в последний момент. Едва устроился на сиденье, «Блэк Хок» оторвался от площадки, и пилот сразу наклонил машину, разгоняясь курсом на северо-запад. Джонс так и не подключил свой шлем к бортовой переговорной сети. То ли разговаривать не хотел, то ли порядка не знал.

— Эй, Поттер, что стряслось? Ты же вроде собирался сегодня ночью со своими во вражеский тыл?

Я узнал голос лейтенанта армии США Уильяма Тиммонса по прозвищу Крошка Билл — моего сегодняшнего шофера. Славный парень, но еще тот шутник: вечно норовил поддеть спецназовцев, которых возил туда-сюда.

Кличкой Поттер меня наградил один снайпер SAS, когда я еще был младшим капралом и «снял» его на учениях: по-английски это будет potted. К несчастью, прозвище приклеилось намертво. Теперь у моей вымышленной личности кличкой служило мое настоящее имя. Везет же мне.

— Видишь ли, Крошка Билл, я слышал, твоя жена сегодня в городе. Не хотелось, чтобы она скучала. В конце концов, Крошкой тебя ведь не за красивые глаза прозвали.

Жена Билла служила армейским хирургом-травматологом. Познакомились они после того, как на учениях у его вертолета оторвало винт. Сам Билл отделался легко, а вот второго пилота пришлось серьезно латать. Лиза была скорее симпатичной, чем красивой, зато уверенности в себе у нее хватало на десятерых, и поклонников это привлекало немало.

— В таком случае, приятель, высажу-ка я тебя прямо здесь.

В наушниках послышались смешки остальных членов экипажа. Дальше мы всю дорогу обменивались дружескими колкостями.

Через полчаса после вылета с базы спецназа Билл сообщил, что до заданных координат осталось две минуты. Еще через десять секунд добавил, что видит инфракрасный посадочный маяк. Я выглянул в иллюминатор — и тут впервые насторожился.

Солнце почти скрылось за горизонтом, но света еще хватало, чтобы разглядеть все вокруг. Разглядывать, впрочем, было особенно нечего. Посадочную площадку обозначили как положено, однако рядом стояла лишь одна палатка, с виду командная. Больше ни палаток, ни машин, вообще ничего — только песок да редкие низкие кустики.

Билл посадил вертолет и едва успел пожелать мне удачи, прежде чем я выскочил наружу. Джонс выбрался следом с куда большим достоинством — к несомненному бешенству экипажа. Задерживаться на необеспеченной площадке высадки никто не любит.

Он заметил, что моя G3KA4 уже висит на ремне в боевом положении.

— Здесь это не понадобится, лейтенант. Мы в полной безопасности.

Я пропустил его слова мимо ушей и продолжил осматриваться.

А потом полог палатки откинулся, и я понял, насколько крепко влип. Выходившего оттуда молодого человека я не видел лет восемь или девять, но узнал сразу.

Терри Бут.

Если верить сплетням, которые передавал мне Рон, бывший когтевранец поступил в Министерство и, по слухам, подался в невыразимцы. Когда он улыбнулся нам, мне стало еще неуютнее.

— Привет, Поттер. Давно не виделись.

Очевидно, Терри знал, что случилось с настоящим Седриком Диггори. В который уже раз я проклял порыв несчастного пятнадцатилетнего мальчишки, решившего почтить память погибшего друга его именем. Я вернул себе настоящий облик, а легким усилием беспалочковой магии сменил надпись на форме: вместо «Диггори» теперь значилось «Поттер».

— Терри.

Мой сдержанный тон вызвал у него лишь обреченное пожатие плеч.

— Заходи. Объясним, что происходит.

С этими словами бывший соученик скрылся в палатке. Оставалось только последовать за ним.

Изнутри волшебная палатка оказалась просторнее Большого зала Хогвартса. В ней собралась небольшая группа ведьм и волшебников в мантиях из драконьей кожи. Та поглощает немало магической энергии, поэтому многие заклинания против нее бесполезны, но стоит эта радость безумных денег. Я повидал достаточно отрядов, готовящихся к бою, чтобы понять, к чему здесь идет дело.

— Что у вас тут, Терри? — негромко спросил я.

Ответить он не успел: к нам подошел пожилой волшебник. Огромный — никак не меньше двух метров десяти — и мускулистый, словно стареющий культурист.

— Бут, это тот человек, которого мы ждали? — прогремел он глубоким басом.

— Так точно, сэр. Старший агент Шестнадцатый, это лейтенант Поттер из SAS.

Агент Шестнадцатый окинул взглядом мое оружие и снаряжение и нахмурился.

— Добро пожаловать, лейтенант Поттер. Присаживайтесь. Скоро начнем инструктаж.

Терри указал на стул в последнем ряду небольшого уголка, отведенного под совещания, сел рядом и наклонился к моему уху.

— Дело серьезное, Гарри. Иначе я бы не дал им тебя сюда притащить. Это группа СМАРТ из американского Бюро магических расследований.

СМАРТ — группа специального магического быстрого реагирования — выполняла те же задачи, что ее магловский аналог, HRT, элитная группа спасения заложников ФБР. Обычные агенты БМР занимались примерно тем же, чем британские авроры, а СМАРТ вызывали, когда уже вовсю летели заклинания и магия становилась Темной. Признаю, это впечатляло.

Терри продолжил:

— Магловское руководство попросило нас прибыть, чтобы иракские власти не втянули в войну своих волшебников. Последние несколько недель мы расставляли вдоль границы посты наблюдения. Пока в магловских районах засекли только что-то вроде шалостей и издевательств над маглами. Ничего серьезного.

Агент Шестнадцатый вышел вперед и сразу завладел всеобщим вниманием. Было видно, что его уважают.

— Внимание. Времени у нас мало.

— Как многие из вас знают, недавно мы зарегистрировали ряд странных магических возмущений к юго-востоку от Эль-Хиллы. Вряд ли это название вам что-то говорит, но в древности там находился город Вавилон.

По рядам прошло легкое волнение.

— Наши сигнальные чары зафиксировали несколько довольно мощных импульсов магической энергии, несомненно Темного происхождения. Ничего подобного нам прежде встречать не приходилось. В ближайшие дни через этот район пройдут передовые подразделения американских войск. По данным магловской разведки, регулярных иракских частей непосредственно там нет.

— Нам приказано обследовать район и убедиться, что иракские волшебники не пытаются вмешаться в дела маглов. Действовать скрытно, избегать контактов с магловскими войсками обеих сторон.

— На случай, если избежать контакта все же не удастся, Верховный чародей Альбус Дамблдор любезно предоставил нам лейтенанта Гарри Поттера. Как вам известно, Статут секретности запрещает обученным волшебникам служить в магловских вооруженных силах. Лейтенант Поттер покинул Хогвартс перед началом пятого курса, не успев сдать СОВ, без которых волшебник не считается прошедшим обучение. При необходимости, как офицер магловской армии, он обеспечит нам взаимодействие с военными. Меня заверили, что во время перелета на метлах он сможет держаться вместе с нами, а военная подготовка и оружие позволят ему защитить себя, если нам придется вступить в бой.

Чертов Дамблдор опять лезет распоряжаться моей жизнью. Да я уже восемь гребаных лет даже не бывал в его треклятой школе!

Пока Шестнадцатый продолжал инструктаж, Терри наклонился ко мне и шепнул:

— Янки твою фамилию толком не узнали и с Сам-Знаешь-Кем не связали. Я, возможно, забыл во всех подробностях изложить твою биографию. Хотя бы этим я тебе обязан.

— Спасибо, дружище.

Чертовски порядочно с его стороны.

— Метлу еще не выбросил? — усмехнулся Терри.

— Помнишь Виктора Крама? Он недавно прислал мне предсерийную «Молнию», третью модель.

Терри повернулся ко мне с таким лицом, будто я только что оглушил его заклинанием.

Шестнадцатый тем временем продолжал. В группу СМАРТ входили семь волшебников и три ведьмы, с позывными от «Гектор-1» до «Гектор-10». Первый командовал группой и производил впечатление очень толкового бойца. Латиноамериканец, он почему-то напомнил мне молодого Грозного Глаза Хмури. Второй номер принадлежал ведьме, его заместителю и главному специалисту по взлому защитных чар. Номера с третьего по седьмой составляли основную группу прикрытия. Восьмой и Девятая специализировались на Темной и ритуальной магии. Десятый был разведчиком; при нем имелись мантия-невидимка и всевозможные магические детекторы.

От десятков инструктажей, на которых я побывал за годы службы в Вооруженных силах Ее Величества, этот отличался не сильно. Терминология непривычная, но суть все та же. Где противник? Сколько их? Чем вооружены? Как защищены? Как войти и как выйти? Датчики, чары, винтовки, палочки — разница, в сущности, небольшая.

Инструктаж закончился, и «Гекторы» разошлись по своим делам. Заметив, что Первый и Вторая наблюдают за мной, я подошел к ним. На груди их мантий были обозначения с позывными, как у меня на разгрузке.

— Лейтенант Поттер, — приветствовал меня Первый.

— Извините, что вам меня вот так навязали. Тоже терпеть не могу, когда тыловые мудаки начинают умничать.

Этого хватило, чтобы командир слегка улыбнулся.

— Буду держаться позади и не лезть, пока вам не понадобится моя помощь.

— Офицер SAS при группе — все-таки не то же самое, что какой-нибудь чиновник, — признал он с мягким латиноамериканским акцентом. — Насколько я понимаю, раньше вы были снайпером. Не стесняйтесь пользоваться этими навыками, пока будете держаться позади.

Мы обменялись еще несколькими словами, после чего Первый пошел к своим людям. Вторая задержалась.

— Почему у меня ощущение, что вы далеко не так просты, как нам рассказали, лейтенант?

Я вопросительно приподнял бровь, и она пояснила:

— Я очень чувствительна к магии. У вас большой запас силы и немало зачарованных предметов при себе. Гораздо больше, чем полагалось бы необученному волшебнику. — Она улыбнулась. — Люблю хорошие загадки.

И с этими словами ушла.

Я вернулся к своему бывшему соученику.

— Ну, приятель, рассказывай. Как ты тут оказался?

Терри поманил меня за собой, и мы отошли в тихий угол.

— В невыразимцы я поступил сразу после Хогвартса. Вообще-то завербовали меня еще на пятом курсе: следить за происходящим в школе и докладывать.

Любопытно. Интересно, кроме него, в школе были и другие? Хотя нет, вопрос лучше поставить иначе: сколько их там было?

— В обоих мирах у тебя достаточный допуск, так что могу рассказать. Невыразимцы формально входят в состав МИ-5. Еще в семидесятых какой-то маглорожденный окрестил нас МИ-5¾, и название прижилось. Честно говоря, от Министерства магии мы считаем себя независимыми. Большая часть финансирования идет с магловской стороны.

— Когда началась война, янки попросили прислать британского офицера связи по магическим вопросам. Я могу работать и с обычной разведкой, поэтому логично было отправить меня. В основном я аналитик: отслеживаю, где и как соприкасаются наши два мира.

— А моя фамилия откуда всплыла? — спросил я.

Терри пожал плечами.

— Дамблдор. Послушай, Гарри, я знаю, у вас со стариком свои счеты, но мне все это очень не нравится. Я помню тебя по школе. Если ты за что-нибудь брался, остановить тебя было невозможно. А с такими друзьями, как Гермиона, Тонкс, Ремус и Бруствер, я сильно сомневаюсь, что ты настолько необучен, как значится в официальных бумагах. По-моему, тут что-то чертовски нечисто.

Терри мне всегда нравился. Приятно видеть, что работа в Министерстве — магловском или магическом — не превратила его в законченного засранца.

— Что ты подозреваешь?

— Эти возмущения становятся сильнее, причем по определенной закономерности. Интервалы тоже сокращаются, и тоже закономерно. Каждый импульс идет из нового центра, некоторые из них находятся за пределами современного Ирака. Но каждый третий приходит с того места, где стоял Вавилон. Наши магические светила и их американские коллеги уже с ума сходят в поисках объяснения.

Закончить разговор нам не дал агент Шестнадцатый, позвавший Терри. Впрочем, пищи для размышлений тот и так мне подкинул достаточно.

Следующий час я старался никому не мешать, пока группа «Гектор» продолжала приготовления. По правде говоря, большую часть времени переживал за своих людей и их задание. В конце концов вышел из палатки на ночной воздух пустыни.

Ожидая остальных, я достал из кармана разгрузки уменьшенную метлу и вернул ей нормальный размер. Травма вынудила Виктора пропустить сезон, и мой бывший соперник по Турниру трех волшебников занялся разработкой и испытаниями новой «Молнии-3». По скорости она превосходила мою прежнюю «Молнию» всего процентов на пятнадцать, зато на развороте могла выдать такую перегрузку, что в глазах темнело, а зависнув в воздухе, стояла как влитая. Чары управления были просто невероятные.

«Гекторы» начали выходить из палатки, добродушно переругиваясь. Восьмой заметил меня, и лицо у него стало нехорошим.

— Слушай, британец, ты что, так хреново учился, что тебя из Хогвартса поперли?

— Не совсем.

— А, значит, с поведением проблемы? Девчонок обижал?

Этот придурок напоминал мне кузена Дадли. И немного Снейпа. Еще не так давно я бы запустил в него проклятием. Или хотя бы врезал.

К счастью, восемь лет армейской службы заставляют повзрослеть.

Я повернулся к нему с невозмутимым лицом.

— У вас ко мне претензии, агент?

— Есть у меня к тебе претензии. Попадем в дерьмо — придется тебя за ручку водить, а из-за этого нас могут убить. Ты неизвестно кто, и мне это не нравится.

Я медленно кивнул. Негромким, ровным голосом, который, как показала практика, прекрасно действует на солдат, забывших о субординации, произнес:

— Я вас понимаю, агент. Но ко мне лично это отношения не имеет. Мы оба получили приказы и обязаны их исполнить. Возможно, вам станет легче от мысли, что я рад всему этому не больше вашего, однако свою задачу выполню. Вас что-то не устраивает, боец?

Восьмой что-то прочел в моих глазах, отступил на шаг и выпрямился почти до приемлемого «смирно».

— Никак нет, сэр.

Краем глаза я уловил движение: из палатки вышли Первый и Вторая. Командир едва заметно кивнул мне с одобрением.

— Пора, мальчики и девочки. По метлам!