КИНН ОФ (джен)

Полноватый мужчина в жёлтом худи и короткой красной жилетке, едва сходящейся на его животе, уселся прямо на бордюр тротуара, вытянув ноги в синих джинсах и белых кроссовках. С большим изумлением он разглядывал свои ладони, растопырив пальцы.

— Ой, — пробормотал он низким с хрипотцой голосом. — Кажется, яблочко оказалось с сюрпризом. Может, его подсунули неправильные пчёлы?

Он сжал пальцы в кулак, разжал их, снова растопырил и пошевелил ими.

— Пятачок! — позвал мужчина, оглядываясь по сторонам. — Пятачок, кажется, у меня выросли штуковины для хватания горшков. Как у Кристофера Робина!

Рядом, запутавшись в огромном розовом свитшоте размера оверсайз, барахтался щуплый бледный паренёк, размахивая длинным включенным фонариком.

— В-винни? — испуганно заикаясь, спросил паренёк, направляя фонарик точно в лицо мужчины. — Кто ты? Почему ты разговариваешь голосом Винни? Куда ты его спрятал?

— Ты бы не мог не светить мне в глаз?

Паренёк выронил фонарик и ощупал свою голову.

— И… О боже! Где мои ушки?

Они стояли возле странной будки, излучающей ровный синий свет с непонятным названием, и не понимали, где они оказались и, главное, что с ними произошло. А куда пропали Иа-Иа, Сова, Кролик и остальные? Всё вокруг здорово походило на Зачарованное место, только вот в Стоакровом лесу точно не было тротуаров и светящихся будок.

И тут из тени деревьев вышел мужичок с гармошкой. Элегантный мужчина средних лет в безупречном зелёном пиджаке, в вырезе которого поверх белоснежной рубашки виднелся галстук-бабочка.

Паренёк в розовом свитшоте неприлично взвизгнул и прыгнул за спину подозрительного типа в жёлтом худи.

— Добрый вечер, — поздоровался мужчина в зелёном пиджаке, старомодно приподнимая шляпу в знак приветствия.

Его вежливый баритон немного успокоил боязливого паренька, и он нервно хрюкнул.

— Друзья мои, — спокойно произнёс мужчина, — я так понимаю, вы тоже персонажи?

— Каким это словом он нас назвал? — тихо спросил мужчина в худи паренька в свитшоте.

— Я сейчас попробую вам всё объяснить, — сказал мужчина в пиджаке, снимая с плеча гармошку. Та жалобно и протяжно заныла. — Меня зовут Геннадий Крокодилов, я смотритель в городской библиотеке, хотя ещё недавно я был просто Геной.

«Винни», — хотел сказать мужчина в худи, но вместо этого вдруг выпалил:

— Виталий Пухов, работаю дегустатором в кондитерской. Ой…

Паренёк в свитшоте выпрыгнул из-за спины Виталия, чуть не наскочил на Геннадия и заверещал.

Геннадий схватил паренька за плечи и ненавязчиво встряхнул.

— Успокойтесь, гражданин. Мы обязательно во всём разберёмся.

В глазах паренька плескалось крайнее отчаяние. Он перестал биться и сразу обмяк.

— П-павел П-пятаков, — выговорил он с трудом, словно каждое слово давалось ему с большим трудом. — Проверяю датчики безопасности.

И Павел показал Геннадию фонарик.

— Мы в центре невероятно шумного урбанистического коллапса, нам просто надо понять, как мы можем вернуться домой. А вы помните, кто вы на самом деле? — осторожно спросил Геннадий.

— В голове моей опилки… — пробормотал Виталий Пухов и почесал макушку.

— Винни! — обрадовался Павел и кинулся к нему на шею. — Винни, это ты!

— Чудесно! — непонятно чему обрадовался Геннадий.

— Неплохо было бы, если ты уже выключил бы этот фонарик, — зажмурился Виталий.

— Для начала было бы неплохо… — начал Павел, нервно клацая фонариком, пытаясь его выключить, так как сияния от будки хватало, чтобы разглядеть всё вокруг.

— Подкрепиться? — закончил мысль Виталий.

— Нет. Понять, как мы тут оказались…

Павел наконец справился с фонариком, посмотрел на будку, дальние деревья, где слышался шум автомобилей, и почти по-детски запричитал:

— Я хочу домой! Я хочу к своим желудям!

— Давайте присядем, — предложил Геннадий, указывая на неудобную скамью с выгнутой спинкой, и продолжил разговор только после того, как Виталий и Павел последовали его совету: — Скажите, что вы помните последним перед тем, как оказаться здесь?

— Там было яблоко… — медленно сказал Виталий. — В Зачарованном месте никогда не росли яблоки.

— А я говорил, что оно отравленное! — тоненьким голоском вставил Павел. — Теперь у нас эти… как их… Галины цунации!

— Галлюцинации? — уточнил Геннадий. — Увы. Последнее, что я помню, так это то, что в ящике с апельсинами Чебурашка увидел светящееся синее яблоко. «Гена! Смотри, какой красивый апельсин!» — закричал он, а я даже не успел сказать ему, что апельсин просто заплесневелый. Всё закрутилось, завертелось… Я вцепился в гармошку и… оказался в туманном городе. На улицах никого нет, автомобили сигналили сами по себе, а я вдруг понял, что стал человеком и у меня отвалился хвост.

— Кто такой Чебурашка? — спросил Виталий, а Павел быстро сунул обе ладони себе под зад и охнул, когда не обнаружил своего привычного хвостика крючком.

— Неизвестный науке зверь, — вздохнул Геннадий. — Чебурашка — мой друг. И мне обязательно надо его найти. Я так понимаю, что вы совсем из другой сказки и вам тоже хочется вернуться домой?

— Из сказки? — удивился Виталий.

— Кристофер Робин рассказывал нам сказку про Красную Шапочку! — обрадовался Пятачок.

— Мы с вами ненастоящие, — вздохнул Геннадий.

— Как это? — спросил Виталий и ущипнул себя за лапу.

То есть за руку.

— Мы — персонажи детских сказок. Фантазии авторов, мир грёз детей.

— Как это? — подскочил уже Павел.

— Откуда ты знаешь? — не поверил Виталий.

— Вот ты, Винни, прости, Виталий, — принялся за объяснения Геннадий, — сказал, что ты дегустатор в кондитерской. Как давно ты там работаешь?

Виталий посмотрел на Геннадия, потом на Павла и покачал круглой головой.

— Я не знаю. Я вообще не знал, что я — Виталий Пухов. Я всегда был Винни-Пухом! Смешным медвежонком с опилками в голове. Но когда у меня выросли эти сардельки — я хотел сказать, человеческие пальцы! — я вдруг обнаружил, что знаю кондитерскую «Сладкое королевство» и работаю там дегустатором.

— И тебя не смущает, что такой профессии просто не существует? — с грустью усмехнулся Геннадий.

— А что такое — профессия? — заинтересовался Павел, машинально подумав о датчиках безопасности.

— Это то, чем занимаются люди, чтобы им не было скучно, — охотно пояснил Геннадий. — Пока они маленькие, их мир богат фантазиями, вымыслами, сказками и невероятными историями. А потом они вырастают и забывают про сказки. И просто работают.

— А зачем? — попытался понять логику Виталий.

— Чтобы получать зарплату и ждать выходных и отпуска, когда можно хоть ненадолго вновь стать детьми, — ответил Геннадий.

— Ну откуда ты всё это знаешь? — уточнил Виталий.

— Я — смотритель библиотеки. Я просто это понял одновременно с тем, что у меня больше нет хвоста и зубастой пасти. Я брожу по этому городу который день! Я не встретил ни одного настоящего человека, зато все персонажи, с кем я пытался поговорить, ничего не помнят о своём прошлом. А потом я увидел свет в этой будке и встретил вас.

И тут на полке в светящемся шкафу что-то громко зазвенело.

Павел пискнул и вжался в скамейку, Виталий зачем-то похлопал себя по животу, а Геннадий поднялся и открыл дверцу. На стопке книг лежал серебристый айфон Apple, на экране которого горела неоновая надпись: «Книга сказок. Легенда о Веретене Времени».

— Что там написано? — свистящим шёпотом спросил Павел.

— Там буквы! — успокоил Павла Виталий.

Не признаваться же было, что в их мире только Кристофер Робин и Сова умели читать. Ещё Кролик был очень умным и умел считать, но Кристофер Робин не возвращался уже много-много лет, а Кролик пропал вместе с Иа-Иа и Совой, когда Винни откусил то злополучное яблоко.

А вот Геннадий — Гена — читал довольно бегло, ведь любимым его времяпровождением в мире сказок до встречи с Чебурашкой было разгадывание кроссвордов. Гена работал крокодилом в зоопарке, может, именно поэтому он так хорошо ориентировался в мире человеческих людей и не растерялся, когда оказался в тумане этой странной будки?

КИНН ОФ. Буквы по-прежнему светились, но вряд ли ожившие персонажи понимали, что им теперь делать.

Серебряное Веретено Сказок — так гласила легенда — наматывало нить чудес. Испокон веков, издревле, с самого создания времён существовали Сказки. Природа сказочного мира мотала нить на веретено, заставляя Винни-Пуха любить мёд, а Гену дружить с Чебурашкой. И десятки и сотни персонажей сказочных историй увлекали в свой мир девчонок и мальчишек, а иногда даже взрослых тётенек и дяденек. Латунное Колесо Судеб — пятка Веретена — поворачивалось и тикало в часовом механизме, Бронзовый стержень как дирижёрская палочка направлял потоки фантазий, а Золотая Нить на острие, верхушке Веретена, впитывала в себя истории, пульсировала соком жизни в самое основание.

Когда всё изменилось? Истончилось, потеряло веру, утратило свою живительную силу? Сказка сменилась прагматизмом, чудо задавилось гнётом реальности. Семи-восьмилетние дети перестали фантазировать и мечтать. Исчезли современные Кристоферы Робины, Сванте Свантенсоны и другие мальчишки. На смену им пришли маленькие, юные, до мозга костей прагматичные предприниматели и рационалисты, стример-блоггеры.

В тот момент, когда двое абсолютно обыкновенных мальчишек случайно метнули в книжный шкаф буккроссинга яблоко, в шкаф прилетел не просто надкусанный фрукт. Активировался инструмент хаоса и перемен, ведь вся нерасходованная бунтарская магия фантазий копилась по капле и в конце концов собралась в точке излома. Сок яблока, брызнув во все стороны, наслал порчу-туман на все сказки, перевернув всё с ног на уши.

Прагматичные человеки исчезли. Теперь по улицам Городка бродили персонажи детских историй и сказок. Они натыкались друг на друга, растерянно интересовались, как пройти в ту или иную местность, и терялись в тумане реализма. Мутном, унылом, осеннем. Лишь только смотритель библиотеки Геннадий и пара персонажей, оказавшихся случайно после выброса возле точки эпицентра, смутно помнили свои истории.

Чтобы вернуться в свои привычные миры, героям предстояло преодолеть множество препятствий. Они этого не знали. Ударная волна расщепила Веретено Сказок, и теперь его следовало собрать воедино. Но как?

Ответ, как и происходило всегда в сказках, пришёл неожиданно. На экране айфона загорелась новая надпись: «Сказка-GO. Время закрытия портала 31 октября».