Их большая тайна (гет)

Скрипучая повозка катила по неровной лесной дороге и тряслась на колдобинах. Митиан сидела в ней со связанными руками и ногами, ссадиной на щеке и гордо молчала. Рядом на коне ехал главарь разбойничьей шайки — рыжий бородатый громила, поглядывая на нее и сально ухмыляясь. Митиан отвернула голову.

— Молчишь? — хриплым, лающим голосом обратился он к пленнице. — Ну ничего, лорд Вортигерн тебя разговорит. У него таких как ты знаешь, сколько было?

— Сколько? — скривила губы Митиан.

— Э-хе-хе! — разбойник расхохотался. — У него гостили и знатные леди, и принцессы, и за всех он получал отличный выкуп, ведь никто из лордов и королей не хочет видеть своих дочерей и сестер мертвыми. А все ж, кто ты такая? Придворная Утера?

— Ваш господин не боится однажды увидеть под стенами своей крепости большую армию? — язвительно сказала принцесса, проигнорировав вопрос.

Разбойник оскалился.

— Милости просим. Драться мы любим, да вот беда — все боятся Сенреда как трусливые мыши. Если кто к нему сунется, останутся кишки да кости. Вот мы и скучаем, прекрасная леди, без компании.

Шайка разразилась громким нестройным хохотом. Митиан сжала кулаки до боли. Где сейчас ее брат и новые друзья, к которым она уже успела привязаться? Что с ними? Кто такой этот Вортигерн? Много ли у него людей? Насколько он жестокий? Возможно ли сбежать из замка?

Разбойничий отряд въехал в ущелье между невысокими лесными скалами. Вокруг было подозрительно тихо и сумрачно — последнее, впрочем, объяснялось густотой леса. С веток вдруг вспорхнула целая стая ворон и с громким карканьем понеслась в небо. Лошади отчего-то начали испуганно переминаться и ржать.

— Что за дьявол? — выругался главарь и ударил своего коня ногой в бок.

И тут сверху на них полетели охотничьи сети. В первую секунду никто ничего не понял, во вторую — на разбойников уже отважно несся отряд пеших воинов, и Артур впереди всех. Пойманные врасплох лиходеи остервенело срывали с себя сети, путались в них, падали с лошадей, где их уже поджидали рыцари Камелота. В бою один на один лесные разбойники заметно им уступали, но сдаваться не собирались.

Митиан попыталась освободиться. Она высунулась из повозки и начала с силой тереть веревку на запястьях о спицу колеса, не заботясь о целости кожи рук. Посреди грубых криков, пыли и лязга оружия она увидела, как Эйрвина теснят сразу трое противников. Одного на себя взял Леон, и Эйрвин без труда расправился с двумя оставшимися. Артур сражался с главарем. К Митиан подбежал неизвестный рыцарь и ловко освободил ее от пут.

— Миледи, обопритесь на мои плечи, — быстро скомандовал он.

Митиан, повиновавшись, спрыгнула с его помощью на землю. Мешкать было нельзя. Рыцарь обхватил ее рукой и повлек за собой в безопасное место, держа наготове меч. Путь им перегородил разбойник с топором. Митиан вскрикнула и сжалась от страха. Три удара мечом и один ногой в грудь сразили его.

С отвеса скалы повалился крупный камень и с грохотом упал на землю. За ним еще один, затем еще два, и разбойники поняли, что поражение неизбежно. Они побросали оружие, повозку и бросились прочь — кто-то забрался на коня, а кто-то удирал на своих двоих.

Митиан впервые всмотрелась в лицо своего спасителя. Красивый, темноволосый, кареглазый, мужественный, он показался ей благороднейшим из всех виденных ею рыцарей. Сразу померк образ Артура — а ведь принцесса была почти уверена в том, что наследник Камелота ей нравится. Несколько мгновений они стояли так, безмолвно глядя друг на друга. Вдруг незнакомец отмер, смущенно убрал руку с плеча Митиан и почтительно склонил перед ней голову.

— Миледи, вы не пострадали? — с беспокойством спросил он.

— Нет, со мной все хорошо. Я… я в порядке, спасибо, сэр, — пробормотала Митиан, по-прежнему глядя на него широко распахнутыми глазами.

— Митиан! — к ней, весь встрепанный и взмокший после драки, подбежал брат и крепко обнял. — Митиан, они тебе не навредили?

— Эйрвин! Как я рада, что с вами все хорошо! — заулыбалась принцесса. — Вы успели вовремя, они чуть не сделали меня пленницей!

— Мы преподали им хороший урок! — сказал Артур и воткнул меч в землю. — Теперь они дважды подумают, прежде чем разбойничать на землях Камелота и покушаться на знатных леди. Кстати, а где Моргана? И Мерлин. Куда они пропали?

— От нас ты так просто не отделаешься, Артур, — Моргана вышла из укрытия и с улыбкой подошла к брату. Следом вышел и Мерлин.

Эйрвин тем временем обратился к Ланселоту:

— Мы в большом долгу перед вами, сэр. Какую награду вы хотите за свою самоотверженность?

— Не называйте меня «сэр», милорд. Я не рыцарь, чтобы ко мне так обращались.

— Нет? — удивился принц.

— Я человек незнатного происхождения, меня никто не обучал воинскому искусству. Всему, что я умею, я научился сам.

Эйрвин одобрительно покачал головой.

— Вы никогда не думали о том, чтобы поступить на службу в королевскую гвардию?

У Митиан загорелись глаза. Артур удивленно вытянул лицо. Мерлин хитро улыбнулся и незаметно кивнул Ланселоту, чтобы тот соглашался. Ланселот смущенно прочистил горло.

— Но, милорд, как это возможно? В рыцари посвящают только дворян.

— Рыцарь — это не только благородная кровь, Ланселот, — возразил Эйрвин. — Ты не рыцарь по рождению, но у тебя сердце рыцаря. И я буду очень рад видеть тебя среди своих воинов.

* * *

На обратном пути Мерлин и Ланселот слегка отстали от основной кавалькады. Мерлин поглядывал на друга и довольно улыбался, из-за чего Ланселот в конце концов почувствовал себя неловко.

— Мерлин, если тебе есть что мне сказать, ты можешь говорить прямо.

— Митиан с тебя глаз не сводила.

На щеках у Ланселота появился легкий румянец.

— Мерлин, ты что, как можно? Она же… принцесса. Она невеста Артура!

— Невеста — это громко сказано, — хмыкнул Мерлин.

— Что?.. Но почему?

— Помолвки еще не было. Готов поспорить, что и не будет.

— Мерлин! — Ланселот нахмурился. — Ты же не… Мы не можем вмешиваться в это.

Мерлин и ухом не повел.

— А кто вмешивается? Никто не вмешивается. Все произошло само собой. Принцесса влюбилась, ей теперь Артур даже на золотом блюде не нужен. Не надо так смотреть на меня, Ланселот, я говорю очевидное.

— Митиан прекрасная девушка, и ее брат был очень добр ко мне, но то, что он хочет видеть меня своим рыцарем, не значит, будто он захочет видеть меня своим зятем.

Мерлин многозначительно пожал плечами.

— Обвалы — твоя работа? — улыбнулся Ланселот. — Умно придумано.

— Только в первый раз. Во второй это была идея Морганы. Исполнение тоже ее.

Ланселот понимающе кивнул и деликатно промолчал в ответ.

По возвращении в замок королю была рассказана легенда о том, как конь принцессы Митиан угодил в болото, из-за чего возникла непредвиденная задержка. Эта история вполне удовлетворила Утера и не вызвала у него дополнительных вопросов. Тем не менее, Артур весь оставшийся день ходил мрачный и потерянный. Пока он задумчиво стоял у окна своих покоев, поставив ногу на подоконник, успело стемнеть. Мерлин, убирая со стола нетронутый ужин, поинтересовался:

— В чем дело, Артур? На тебе лица нет.

— Знаешь, а Моргана, наверное, была права.

— В чем? — уточнил Мерлин.

— Я не должен портить никому жизнь. Эта история с похищением Митиан заставила меня понять, что я никогда не смогу относиться к ней как… — Артур осекся. — Как она того заслуживает. Митиан достойна лучшего мужа, чем я.

— Достойнее, чем принц Камелота?

Артур обернулся и посмотрел на Мерлина. Запахло враждебностью. Мерлин вытянулся в струнку и сделал невинное выражение лица.

— Достойнее, чем тот, кто любит не ее. Только не говори Моргане, что я так сказал, а то она начнет воображать о себе.

— Что вы, что вы, я могила! — Мерлин зажал себе рот рукой, а затем вздохнул с облегчением. Для полного счастья ему не хватало лишь вести о том, что и помолвка Морганы тоже расстроилась.

Артур улегся в постель и полночи не спал, размышляя, какими словами выразить свой отказ и не обидеть принцессу. Но на следующий день, когда он мялся перед ней, краснел и смущенно покашливал, Митиан с улыбкой дотронулась до его руки и сказала:

— Послушайте, Артур, вы не должны извиняться передо мной за то, что вы чувствуете. Или не чувствуете.

— Простите, миледи?..

— Я вижу, что безразлична вам, но я вас за это не виню. Сердцу очень сложно приказывать, даже если ты из королевской семьи. Мне остается только пожелать вам счастья с той, кого оно выберет или уже выбрало.

Артур очень удивился. Не так, по его мнению, должны выглядеть девушки, получившие отказ. Митиан была спокойной, милой и доброжелательной, более того, она вся светилась. Артур положительно перестал понимать что-либо, но раз так, это только к лучшему.

— Принцесса, я действительно был счастлив познакомиться с вами. Надеюсь, наши королевства навсегда останутся добрыми друзьями, как и мы.

— Нисколько не сомневаюсь в этом, милорд, — Митиан подарила ему очаровательную улыбку и ушла в свои покои готовиться к отъезду.

Похожий разговор происходил и в другой части замка. К счастью, Моргане не пришлось долго объясняться — Эйрвин с самого начала показал себя понимающим человеком и не отступился от этого образа и теперь.

— Почему вы сказали, что я храбрая? — вдруг спросила Моргана.

— Ну, — Эйрвин неспешно прохаживался по длинной дворцовой галерее, сложив руки за спиной, — вы не побоялись рискнуть своей жизнью и отправиться вместе с нами в поход, чтобы спасти Митиан.

— Только поэтому?

Моргана исподволь изучала его взглядом, стараясь найти подтверждение тому, что принц Немета не разгадал ее тайну.

— А этого недостаточно? — Эйрвин улыбнулся и проницательно посмотрел ей в глаза.

Моргана смутилась.

— Не все понимают храбрость одинаково.

Эйрвин покачал головой и пошел дальше.

— Вас ждет большое будущее, Моргана, поверьте мне. Я хорошо разбираюсь в людях и вижу, кто чего стоит. Вы могли бы стать прекрасной королевой, и я не сомневаюсь, что однажды вы ею станете. Жаль, что вы так и не взойдете на трон Немета, но я в любом случае желаю вам счастья и верю в вашу великую судьбу.

— Я не стремлюсь быть королевой, милорд. Власть — это не то, что меня привлекает, хотя я часто мечтаю о том, чтобы жизнь людей изменилась к лучшему.

— Значит, вы не так уж от нее далеки. — Эйрвин остановился и поцеловал Моргане руку. — Прощайте, миледи, для меня было большой честью встретить вас.

— Для меня тоже, — она тепло улыбнулась. — Надеюсь, я впредь смогу рассчитывать на вашу дружбу, как и вы всегда можете рассчитывать на мою.

— Всегда, Моргана. Всегда.

* * *

— Как можно было их упустить?!

Глаза Утера извергали молнии. Он мерил тяжелыми шагами зал совета, и темная мантия колыхалась у него за спиной, будто крылья взбешенного дракона. Артур и Моргана стояли перед отцом и выслушивали его гневную речь.

— А земли Гедрефа?! — возмущался король, обращаясь к сыну. — Ты об этом подумал, когда отправлял принцессу домой ни с чем?

— Отец, мы обо всем договорились между собой. Никаких проблем с землями Гедрефа не будет.

— Надеюсь, что так. Тебе же лучше, чтобы это было так, в противном случае… — взгляд Утера яснее слов говорил о том, что именно ждет Артура и весь Камелот, если договоренность с Неметом, не скрепленная двумя браками, по какой-либо причине аннулируется. — Пора прощаться с безалаберностью, Артур. Ты уже не ребенок, ты наследный принц. А какой пример ты подаешь сестре? Глядя на тебя, Моргана решит, что можно пренебрегать любыми правилами приличия и здравым смыслом, не так ли, Моргана?!

Моргана чуть вздрогнула от его крика, но спину она держала ровно и подбородок — высоко.

— Детская выходка, — продолжал бушевать Утер. — Ну назовите мне, вы оба, хотя бы одну причину, по которой следовало отказаться от выгодного брака!

Брат с сестрой растерянно переглянулись.

— Мы-ы… — неуверенно начал Артур.

— Мы не понравились друг другу, — ответила Моргана. — Могли же мы друг другу не понравиться?

Утер втянул носом воздух так глубоко, что пряжка на его ремне едва не лопнула.

— Очень хорошо. В следующий раз я сосватаю тебя за одного из северных королей, который не станет терпеть твои капризы и спрашивать, понравился он тебе или нет. А ты, Артур, хорошо подумай над тем, каким королем собираешься стать. Можете ступать оба.

Моргана первой выбежала из зала со слезами на глазах. Артур попытался схватить ее за руку.

— Ненавижу его! — надрывно воскликнула она. — Ненавижу! Как можно быть таким…

— Моргана! Моргана, посмотри на меня! — Артур развернул ее к себе за плечи и слегка тряхнул. — Все в порядке. Все хорошо. Никто не будет выдавать тебя замуж против воли.

— Я так больше не могу…

— Ну все, успокойся.

Он сгреб ее в объятия и погладил по голове. Моргане и впрямь стало спокойнее — раньше у нее не возникало такого чувства защищенности рядом с Артуром, но сейчас она почему-то ему верила. Очень хотела верить.

Моргане было ужасно тоскливо, и хуже всего было то, что она не могла точно определить причину своей тоски. Это заметила и Гвен, хлопоча вечером в покоях у принцессы.

— Моргана, что вас мучает?

— Не знаю, Гвен, — Моргана стояла у окна и смотрела на площадь. — Ты считаешь, я правильно поступила, отказавшись от свадьбы?

— Но ведь это ваша жизнь, миледи. Только вы вправе решать свою судьбу.

— Рассудок подсказывает мне, что этого, наверное, не стоило делать, а сердце говорит, что я никогда не стала бы счастливой рядом с этим человеком. Это странно, Гвен, не правда ли? Эйрвин прекрасный человек, и я желаю ему найти верную спутницу жизни, а все же полюбить его я бы не смогла.

— Возможно, это потому, что ваше сердце уже отдано другому? — Гвиневра с улыбкой посмотрела на госпожу.

Моргана улыбнулась ей в ответ, а внутри у нее что-то кольнуло. Уверенности в том, что Мерлин разделяет ее чувства, у Морганы оставалось все меньше и меньше.

— Это не важно, Гвен. Нельзя обладать всем сразу.

— Тогда, может быть, это вас подбодрит?

Служанка протянула ей спрятанный за спиной букет нежно-розовой примулы.

— Какая прелесть! — пришла в восторг Моргана. — От кого они?

— От того, кто не хочет, чтобы вы грустили, — загадочно ответила Гвен.

Ослепительная улыбка и сияющие глаза принцессы подсказали ей, что цветы от Мерлина этим вечером определенно сделали Моргану счастливее.