Принц-Полукровка: Изменённый рецепт | Детство (джен)

Примечание авторов: не бечено

Стояла тёплая тёмная ночь. Северус стремительным шагом двигался в сторону парка. Под ногами, нарушая гробовую тишину Паучьего тупика, стучали мелкие камешки. Ветер ласково дул в лицо мальчику, развевая его длинные чёрные пряди. В последнее время он настолько часто ходил в парк, что даже немного загорел под солнцем, но это нисколько не ослабило контраст между его глазами, волосами и кожей. Северусу всё равно казалось, что он напоминал старую фотографию — черное на белом. Сейчас мальчик был бледен ещё сильнее обычного, волнение сдавливало ему горло.

Он всегда был послушным ребёнком, по крайней мере вне семьи точно. Дома иногда ему приходилось идти на крайние меры и... так сказать, перечить взрослым, но лишь в целях самозащиты. В школе он всегда слушался учителей, хотя проблем всё равно доставлял немало — конфликты в его ситуации были неизбежны. Северусу с какой-то стороны даже нравилось жить по правилам. Они давали ему хоть какую-то опору в его вечно неустойчивом мире.

А сейчас он шёл, чтобы нарушить один закон — комендантский час в кирпичном доме под бирюзовой крышей. В доме, который стал ему родным. Он планировал обмануть людей, которые были к нему добры и... доверяли ему.

Ровно полгода назад он делал то же самое, пусть и при других обстоятельствах. От воспоминания о той ночи Северус чуть замедлил шаг и передёрнулся.

Вдруг его отвлёк какой-то шорох и он, подпрыгнув, повернулся по направлению к звуку. В темноте призрачно сверкнули ярко жёлтые глаза. Северус улыбнулся. Чёрная кошка. Символ проблем. Вестница беды.

Он не верил в эту примету. Тихо фыркнув, чтобы не спугнуть ночное создание, Северус плавно приблизился к кошке и опустился на корточки, не дойдя до животного буквально пару футов. Он протянул руку, пробормотал стандартное: «Кис-кис» и через несколько секунд кошка, тщательно обнюхав кончики его пальцев, подставила пушистую морду под ладонь. Северус улыбнулся шире и принялся чесать её за ухом.

Он всегда любил кошек, и они отвечали ему взаимностью. Мальчик видел в них отражение себя, таких осторожных одиночек. Ну, а ещё их обоих не любили собаки.

Северус и вправду никогда не мог поладить с псами. Любая псина, уличная и домашняя, даже самая-самая ручная, при малейшей его попытке сблизиться, начинала рычать и угрожающе клацать зубами. Северус не переживал из-за этого. Собаки в большинстве своём казались ему бесшабашными и неопрятными, а вот кошки... Они были аккуратны, красивы и собраны, у них, по поверьям, было девять жизней... И очень важным для Северуса было то, что они почему-то всегда считали его своим.

Они никогда его не царапали, лишь однажды от него убежал кот. И то, только потому, что в тот момент к Северусу подбежала маленькая, спущенная с поводка собака и начала лаять на мальчика. Кот, видимо, счёл что это бешеное создание может переключиться на него, и смылся по добру по здорову.

Северус несколько минут чесал кошку за ушком, а затем, мягко проведя по спинке ладонью и в последний раз вслушавшись в громкое мурчание, встал.

— Ладно, хватит. Прости, меня ждут, — сказал он своей новой знакомой и двинулся дальше.

Кошка чуть раздражённо мотнула хвостом и... пошла следом. Северус усмехнулся и ускорил шаг. Странное создание непреклонно семенило за ним.

Мальчик чуть подумал и решил, что спутница ему не помешает, если, конечно, не начнёт выпрашивать продолжения ласок. Так, в компании кошки, он и дошёл до площадки. Кинув взгляд на дом неподалёку, который, казалось, он теперь узнал бы из тысячи, и увидев, что там ни в одном из окон не горит свет, Северус решил не торопиться и перепрыгнул невысокую ограду детской площадки. Его спутница последовала его примеру и, когда он сел на лавочку, улеглась по соседству. Мальчик удивлённо посмотрел на неё. Это было прямо-таки неестественное поведение для кошки. Они, конечно, и раньше к нему хорошо относились, но чтобы чуть больше получаса преследовать... Совсем странно, в общем. Он пару раз провел тыльной стороной ладони по мягкой пушистой спинке, а затем вновь отнял руку и стал копаться в рюкзаке. Арсенал у него был примерно тот же, что и полгода назад. Камешки, блокнот. Только теперь, вместо пучка шалфея, у него была с собой старая походная фляжка Тобиаса наполненная водой.

К сожалению, довольно значительную часть ингредиентов для ритуала пришлось попросить принести Лили, потому что их у него дома не водилось.

Он открыл свой черный блокнот, подаренный подругой и в очередной раз перечитал порядок проведения ритуала, повторил нужные фразы. Сегодня ему хотелось, чтобы всё прошло идеально. Не в пример Самайну.

Пока что всё шло по плану. Погода благоволила, он всё запомнил и, самое главное, Северус шёл на ритуал совершенно здоровый и в хорошем настроении.

Почему-то его так и потянуло посмотреть на правую кисть. Повернувшись к свету стоящего неподалёку фонаря Северус осмотрел ладонь. Всё, что осталось от ожога — большой шрам. Иногда, конечно, кожа будто была более чувствительна к температуре, но это совсем не мешало. Он поправил рукав обратно, снова сложил вещи в рюкзак, вздохнул и, кинув последний взгляд на кошку, встал и двинулся в сторону дома Эвансов.

Начиналась самая большая в его жизни авантюра. Он должен был помочь Лили сбежать из дома. С ним, в парк, на Бельтайн.

Полгода назад Северусу эта идея казалась захватывающей. Это была ещё одна возможность для него погрузиться в чарующий мир магии. Да ещё и с Лили! Провести ритуал, захлебнуться переполняющей тебя энергией! Самое восхитительное в жизни ощущение... Но сейчас радость накрепко сковывали стыд и чувство вины. Старшие Эвансы столько хорошего для него сделали, а он сейчас похитит Лили. Да, только на ночь. Да, ничего плохого с Лили не случится. Он не даст ничему плохому случиться! Да, скорее всего они даже и не узнают о ночном побеге... Но, Мерлин, как же стыдно! Как тяжело сделать следующий шаг к этому дому, как ужасно нога вязнет в воздухе, как чудовищно страшно! И это не страх физической расправы, который был его верным спутником на протяжении всей жизни. Нет, это страх разочаровать близких людей. Такой незнакомый и... горький.

Дойдя до своей цели и попутно поборов все внутренние голоса, которые пытались его от этого отговорить, Северус поднял с земли мелкий камешек и, прицелившись, запустил его в окно Лили. Спустя какое-то время из окна выглянула совершенно, безоблачно счастливая физиономия его подруги.

— Привет, Сев! — громким шепотом поприветствовала она его.

Северус чертыхнулся себе под нос. Конспирация!

Лили тем временем скрылась в комнате и минуты через три распахнула окно настежь, уже одетая и с рюкзаком на плечах. Хотя Северус знал, что она сейчас должна сделать, от напряжения у него перехватило дыхание. Лили перекинула ногу через подоконник и соскользнула. Вначале она стремительно падала вниз, а затем замедлилась, словно попав в невидимый бассейн. Северус подхватил ее у самой земли.

— Ты предупредить не могла? — яростно рыкнул он в самое ухо подруги. Лили захихикала и мальчик прикрыл ей рот ладонью, прошипев: — Тихо.

Чуть успокоившись Лили кивнула, но когда Северус убрал руку с её губ, они были растянуты в самой широкой улыбке, какую он только у неё видел. Чеширский кот прямо-таки, ей-Мерлин! Девочка тут же поспешила взять его за руку, и они побежали в парк под покровом ночи.

Когда они удалились на достаточное расстояние, Северус тихо спросил:

— Всё взяла?

— Да, но у тебя такие запросы конечно... интересные.

— Так было в книге, — пожал он плечами.

— Кстати, Сев, я записку оставила, — как бы невзначай бросила Лили.

Северус замер.

— Ты... Что?!

— Записку оставила. Для родителей.

Он несколько минут молча смотрел на неё, не в силах пошевелиться. Потом кивнул и пошёл дальше.

— Что, даже не похвалишь? — Лили нарочито обиженно надула губки. Северус расплылся в совершенно неуместной улыбке, настолько очаровательно это выглядело. — Что ты смеёшься?

— Я не смеюсь, Лили. И ты молодец. Что написала?

— Написала, что с тобой, — Северус побледнел ещё сильнее. — что скоро вернёмся и чтобы не волновались. Нормально? Не против, что про тебя написала?

— Да, хорошо. Это правильно.

— Ага. Им так спокойнее будет, точно, — согласилась Лили.

— Пойдём быстрее? Может, они и не заметят твоего отсутствия...

— Хорошо. Побежали!

Через пятнадцать минут они уже были на Пятне. В парке было темно, лишь призрачный, почти скрытый за тучами полумесяц освещал поляну. Чуть отдышавшись, Лили спросила:

— Что будем делать?

— Погоди, — оперевшись руками о колени, прохрипел Северус. Через пол минуты он снял с плеч рюкзак и вытащил оттуда фляжку. — Я сейчас очищу поляну от злых духов.

Не до конца открутив крышку, Северус пошёл по самому краю Пятна, по чуть-чуть капая воду на траву и раз за разом повторяя:

«Spiritus maligni, discedite! Terra, munda esto!» «⁽¹⁾

Закончив он обратился к всё это время с нескрываемым интересом наблюдавшей за ним подруге.

— Лили, пойдём в... лес, искать цветы? Для ритуала нужны свежие. Я нашёл полянку неподалёку. Пойдём?

— Хорошо, Сев. Только будь рядом, пожалуйста. Я... боюсь, — ответила Лили, беря его за руку.

— А за ручки обязательно держаться? — беззлобно съехидничал Северус.

— У меня они мёрзнут, — с улыбкой подыграла ему Лили.

— А зачем я учил тебя их нагревать?

— Но так же намного веселее, Сев! — засмеялась она.

Северус счастливо заулыбался и перехватил действительно ледяные пальцы подруги так, чтобы это её ладонь оказалась в его, сжал покрепче, с помощью магии направляя всё тепло, расплывшееся по груди от Лили слов, в ладонь, стремясь её согреть.

Дойдя до полянки, Северус отпустил уже значительно потеплевшую руку и принялся рвать цветы.

— Нам нужно максимально мно... — он осёкся, с открытым ртом смотря на вырванный с корнем цветок в собственной руке.

— Перестарался, Сев! — захихикала Лили.

Набрав полные карманы и ладони цветов, они вернулись на Пятно. Северус отдал Лили половину и, попросив её повторять за ним, принялся раскладывать вокруг костра круг из цветов в несколько рядов.

— А к чему все эти круги? — полюбопытствовала Лили.

— Обычно они служат как способ защиты костра от злых духов и привлечения добрых. В Самайн мы окуривали поляну шалфеем, например, помнишь?

— Ага, точно! — воскликнула девочка, опуская последний цветочек на землю. — Что дальше?

— Костёр!

Он достал из рюкзака два кремния и принялся высекать искры. Вообще, можно было бы попробовать поджечь все с помощью ладони, как он поджигал свечку, но такое пламя было ужасно нестатично.

Лили даже показалось, что Северус следует какому-то причудливому ритму. Наконец, полыхнуло пламя. Мальчик встал и убрал камни в карманы.

— А теперь, давай руку, мерзлячка, — он галантно протянул ей ладонь.

— Ты невыносим, Сев! — возмутилась Лили.

— Знаю.

Вновь три круга, совсем как полгода назад. Затем Северус остановился и властным, таким непривычным голосом произнёс:

— Теперь приносим дары. Доставай молоко и мёд, — сам он начал копаться в рюкзаке, откуда минуту спустя выудил пакет с горсточкой крупы.

Когда Лили протянула ему бутылку молока, банку мёда и столовую ложку мальчик удовлетворённо кивнул.

— Fruges terrae, accipite! Spiritus, benedicite! ⁽²⁾— Северус махнул рукой, разжав пальцы и крупинки полетели в огонь.

— Lac offero, pacem rogo! ⁽³⁾ — мальчик налил на крышечку бутылки чуть-чуть молока и плеснул его в пламя.

— Dulcedo mellis, sapientiam revela! ⁽⁴⁾

Когда сладкие капли достигли огня, тот взмылся ещё выше. Лили настороженно посмотрела на Северуса. Он довольно улыбался.

— Что это значит?

— Ну... Помнишь, в прошлый раз огонь цвет менял?

— Ага... — ответила Лили, не понимая, к чему он ведёт.

— Тогда конечно эффектнее было... Но и сейчас это значит, что нас типо духи... услышали.

— Здорово! — воодушевлённо воскликнула Лили. — И что теперь?

— Вообще... нужно прыгать через костёр, — с каждым словом его голос становился всё тише. Договорив Северус смущённо отвернулся и стал смотреть в сторону деревьев, как будто это было самое занимательное зрелище в его жизни.

— Прыгать через костёр? Круто! — Лили схватила его за руку и потянула к огню.

— Погоди, Лили, — он дёрнул её назад, и Лили остановилась. — Не торопись, я первый пойду. Это может быть опасно.

— А ты у нас бессмертный, что-ли? — скептически поинтересовалась подруга. — Тебе не опасно?

Северус пожал плечами.

— Мне так будет спокойнее. Я хочу... разведать обстановку, перед тем, как это попробуешь ты, — заметив, что Лили смотрит на него раздражённо, он добавил: — Ну пожалуйста, Лили...

— Хорошо, Сев, хорошо! Раз тебе это так важно. Но потом вместе! — Она вскинула руку с поднятым указательным пальцем, подтверждая свои слова.

Северус мягко улыбнулся и кивнул, потом громко выдохнул, снял с плеча рюкзак, бросил на костёр сердитый взгляд, словно запугивая неукротимое пламя и побежал вперёд. У Лили замерло сердце, когда Северус приблизился к огню. Но тут, он прыгнул и пламя будто расступилось перед ним. Мальчик приземлился на землю и обернулся к Лили.

У него был чуть приоткрыт рот, а глаза горели восторгом. И тут он счастливо, совершенно по-детски подпрыгнул и... взлетел на полметра. А затем опустился на землю.

Лили вытаращила глаза. Северус приподнял бровь.

— Что такое, Лили?

— Ты как это сделал?

— Сделал что? — Северус явно ничего не понимал.

— Ты взлетел, Сев! Взлетел! — Лили подбежала к Северусу и повисла у него на шее. Мальчик смотрел ей в глаза, их носы почти соприкасались. Его взгляд был полон недоумения.

— Я не летал.

— Но, Сев, ты только что это сделал!

— Правда? Я и не заметил... — их носы соприкоснулись, и Северус испуганно сделал шаг назад, будто это могло помочь отдалить Лили. Девочка хихикнула.

— А как такое могло выйти?

— Ну... Вообще, Бельтайн, как и Самайн, если его правильно праздновать, по идее должен усиливать возможности волшебников. Но в это мало кто верит.

— А ты веришь?

— Да. Я это чувствую.

— Это как? — Лили задумалась, чувствовала ли она что-то.

— Ну... Такое ощущение, будто у тебя по телу мурашки. Только это... приятно, — Северус залился краской.

— А... Ну... что-то подобное было. И что это значит?

— Ну, в нашем возрасте это вроде даёт больше сил на беспалочковую магию. Не знаю, как это должно влиять, если у тебя есть волшебная палочка. В таком случае колдовать вроде бы можно бесконечно, от этого не устают.

— То есть ты теперь можешь отлевитировать меня выше? — у Лили загорелись глаза от воодушевления.

— Ну... Давай попробуем! — Северус чувствовал, что он опять устанет, но ему очень хотелось порадовать Лили, а ещё, в идеале, отвлечь её от прыганья через костёр.

Но не тут то было.

— Сев, а давай мы вначале прыгнем ещё раз, наберёмся ещё энергии, так сказать, и потом попробуем!

Северус устало посмотрел на неё, отцепил от себя и взял за руку. Они разогнались и... перепрыгнули. Вновь пламя расступилось.

— Класс! — у Лили тоже загорелись глаза. Она схватила Северуса за вторую руку и воскликнула: — Сев, а давай подпрыгнем!

Северус послушался, они прыгнули и их ноги оторвались от земли. Лили какая-то неведомая сила дёрнула вверх. Она закрыла глаза и попыталась помочь другу. Не получалось, она просто тянула его вниз. Лили схватилась за его плечи, чтобы быть чуть-чуть повыше. Северус покраснел, но подхватил её за талию, иначе она рисковала упасть. Так они минуту висели в воздухе, в метре над землёй, а затем мягко опустились.

— Это было офигенно! — воскликнул Северус, отпуская Лили и убирая руки за спину. Лили сделала шаг назад.

— Да! Это так круто! А теперь что?

Северус некоторое время молчал, запрокинув голову назад и всматриваясь в полное звёзд небо. Лили к нему присоединилась, рассматривая созвездия.

— Можем пойти по домам, если хочешь, — наконец сказал он.

— Нет, давай посидим ещё! — с этими словами она первая пошла к их излюбленному месту под дубом в центре Пятна. Северус ещё чуть-чуть постоял, затем подошел к ней и опустился рядом, откинувшись на спину. Лили опустила голову ему на плечо. Под щекой оказалась шершавая ткань его куртки. Северус не начинал разговор, и Лили стала дремать.

— Лили? — через некоторое время тихо позвал он.

— М-м?

— Ты представляешь, нам остался всего год и четыре месяца до Хогвартса!

Лили встрепенулась и посмотрела на друга. Северус с нежностью в глазах глядел на нее в ответ и счастливо улыбался.

— Ты что, дни считаешь? — пошутила Лили. Северус отвел взгляд и с его губ сошла улыбка. — Ой, Сев, что такое?

— Да ничего, Лили, — успокоил он её. Затем задумчиво добавил: — Вообще... Ой, это наверное глупо, но... Иногда правда считаю.

Лили стало грустно. Ей очень нравилось дружить с Северусом. Ей... нравился сам Северус. Он был добрым, умным, умел слушать и поддерживал любой разговор, а ещё ей очень нравилось, каким взглядом он одаривал её при каждой встрече. Трепетным, восхищённым...

Но в то же время у него была ещё одна неотъемлемая часть. Он был скрытной натурой, увиливал от ответов, пытался врать. А ещё часто вздрагивал от прикосновений. Лили не понимала, почему. Ей нравилось, когда мама брала её за руку, ей было приятно обниматься с Петуньей. Долго она думала, чем это может быть объяснено. Полгода назад она наконец поняла, что Северус видимо ассоциирует любые касания с... болью. У него было столько синяков! Буквально везде! Нет, Лили, конечно, иногда падала и разбивала коленки да локти. А ещё иногда стукалась обо что-то так, что даже оставались синяки. Но Северус был просто испещрён ими, причём на постоянной основе.

И его было очень жаль. Он определённо не заслуживал того, что ему приходилось терпеть. Лили до сих пор вздрагивала при воспоминании о его ожоге. Было абсолютно понятно, почему Северус так хочет в Хогвартс.

— Ничего глупого, Сев, — наконец сказала она, когда очнулась от тяжёлых мыслей. — Это нормально. Я тоже хочу в Хогвартс.

— Но ты вряд ли так часто об этом думаешь.

— Почему? — удивилась Лили. — Я думаю об этом каждый день, когда мы с тобой обсуждаем магию, а иногда чаще. А почему я не могу купить волшебную палочку уже сейчас? Или они только с одиннадцати лет продаются?

— Почему? Есть семьи, в которых палочка у ребёнка есть чуть ли не с рождения. Мне мама на день рождения говорила, что ей купили в восемь. А ты... Ты просто не найдёшь магазин. В смысле, твои родители. И я не найду.

— В смысле?

— Мама говорила, что в Англии закупаются для Хогвартса на Косой Аллее. А чтобы туда попасть, нужно быть волшебником, потому что на доме, через который люди проходят на эту улицу стоят маглооталкивающие чары. И твои родители не смогут туда зайти.

— А мы с тобой сможем?

— По идее да, но я не знаю точный адрес дома, в котором находится вход.

— А твоя мама знает?

— Да, — нехотя выдавил Северус, но увидев энтузиазм в глазах Лили, сказал: — Но вы не сможете там в одиночку. Запутаетесь, ничего не поймёте. А ещё нужно будет в Гринготтс идти, деньги обменивать, а там гоблины! Не думаю, что твои родители быстро сориентируются, так что, наверное, лучше подождать прихода человека из Хогвартса.

— Но это так долго... — протянула Лили. — Ладно, будем страдать вместе. Раз тебе до одиннадцати это точно не светит.

— Я благодарен тебе за самопожертвование, — с иронией ухмыльнулся Северус. — Но я был бы очень рад за тебя, имей ты палочку. Надеюсь, ты бы делилась со мной?

— Нет, конечно! Я бы украла у твоей мамы книжку по темным искусствам и прокляла тебя! — съязвила Лили.

— О, ты меня уже убила, Лили, — улыбнулся Северус и обнял её крепче. Девочка в свою очередь посильнее прижалась к нему. Ей было очень тепло и комфортно в его объятиях, она чувствовала себя в безопасности. Она чувствовала, что если случится что-то опасное, Северус обязательно её защитит.

Они сидели так несколько минут, наслаждаясь теплотой ночи. Лили удивилась, когда почувствовала, что его ладонь обмякла на её плече и услышала его тихое сопение. Он никогда не засыпал первым. Обычно именно Северус сторожил их покой во время подобных посиделок. Лили очень понравилось смотреть в его спокойное, умиротворенное лицо. Насмотревшись, она опустила голову на костлявое плечо. Северус вдруг вздрогнул и повернул к ней голову.

— Ой, прости-прости, Сев!

Он недоуменно поднял бровь, проморгался и прошептал:

— Ничего страшного, я просто задремал. Лили, я, конечно, с удовольствием бы поспал тут с тобой, — после того, как он это произнёс у Северуса к щекам прилил жар и он прикусил язык. — но... завтра же школа. А я не хочу расстраивать твоих родителей. Да и нам спать надо, пойдём уже, а?

Лили немного удивилась его словам. Он иногда говорил ей, что не спал всю ночь, а тут его клонит в сон. Не отдавая себе отчёт в своих действиях она отстранилась от него и приложила руку к его лбу, проверяя температуру. Северус вздрогнул, но потом расслабился и даже прикрыл глаза, чуть ли не замурчал. Лоб был холодным и Лили удовлетворилась этим фактом.

— Ты прав, пойдём. Только ответь пожалуйста, ты спал прошлой ночью?

Северус захлопал глазами.

— А? — растеряно переспросил он.

— Ты спал?

— Нет.

— Почему?

Северус помрачнел. Его глаза стали ледяными и он отвёл взгляд.

— Что-то с... Тобиасом, да? — спросила девочка. Ей было непривычно называть чьего-то отца по имени, но Северус становился чуть разговорчивее, когда она делала так.

— Нет, — отрезал мальчик. — Я просто... просто...

— Не увиливай, пожалуйста, Сев, — попросила Лили.

— Я не увиливаю, Лили. Мне просто сложно... говорить. Я... иногда устаю и мне... нужно просто походить ночью.

Лили задумалась. «Устаю»... И что это значит? От чего устаёт? Она побоялась спросить — вдруг обидится? Нужно придержать своё любопытство.

Северус тяжело вздохнул, встал, отряхнулся и протянул ей руку. Она чуть помедлила, всматриваясь в его лицо. Сейчас глаза были теплее, но в них не осталось и следа от того огонька, который горел в них во время ритуала.

Когда Северус помог ей подняться, он улыбнулся. Лили не отпустила его руку и они пошли домой так.

Девочка насторожённо вглядывалась в лицо друга, совершенно не понимая, как он держится два дня без сна. Лили ужасно хотела спать и совершенно не представляла, как завтра пойдёт в школу.

— Сев, знаешь, я иногда думаю, что ты правда вампир, — зачем-то призналась Лили. — Особенно после того костюма.

Северус весело рассмеялся в ответ на это предположение.

— Я тоже сегодня много думаю о Хэллоуине. Но, иначе, конечно... — задумчиво сказал Северус, всматриваясь в темноту.

Лили не знала, что на это отвечать. Он впервые сам начал разговор о том случае.

— Знаешь, что бы я сделал, если бы был вампиром? — внезапно спросил Северус, не иначе, чтобы сменить тему.

— Что? — заинтересовалась Лили.

— Я бы предложил тебе тоже обратиться, — с улыбкой, но совершенно серьёзно, ответил Северус. — Ты бы согласилась?

— А какие плюсы и минусы? Какие вампиры по-настоящему?

— Они очень скрытны, так что о них не так много информации. Они живут вечно, но смертны. В общем-то, маглы правы в мифах об осиновом коле, серебре и чесноке. Ну, и они пьют кровь и не едят ничего другого. Не знаю насчёт того, что будет, если вампир попробует обычную еду... По крайней мере, это его точно не удовлетворит. А я, к слову, получаю и насыщение, и огромное удовольствие, от человеческой пищи.

— Да я пошутила, Сев! Просто... Ты правда какой-то сверх человек. Спишь мало, ешь мало...

— Я многое могу выдержать, Лили, но я не бессмертен. Знаешь, иногда я сомневаюсь, что... — он осёкся и встряхнул головой.

— Сомневаешься в чём? — Лили не понравилась его заминка.

— Нет. Ни в чём. Я зря начал, прости.

— Сев! Что ты хотел сказать?

Северус остановился. Он молча смотрел перед собой.

— Я правда не хочу говорить, Лили.

Девочка не знала, что и думать. Ужасно хотелось спросить. Лили была уверена, что в конце концов он признается, но Северус был ужасно мрачен и его было жалко допрашивать. Она сдержала в горле не заданный вопрос, но странное чувство не покидало её.

В чём Северус мог сомневаться? Что именно он хотел сказать?

«Я не бессмертен....» Боже, неужели?

— Северус!

Друг удивлённо уставился на неё. Лили редко называла его по имени, и обычно это означало, что он чем-то её обидел. Но что же он сделал не так?

— Северус, ты думаешь, что он тебя убьёт?

Мальчик похолодел. Затем он взглянул в её самые прекрасные в мире глаза, сейчас полные горькой влаги, и еле заметно пожал плечами.

Лили ахнула, у неё подогнулись ноги. Северус заметил, подхватил её и помог устоять.

— Лили, что с тобой? — его голос звучал хрипло из-за комка в горле.

И тут она заплакала и уткнулась ему носом в грудь. Северус растерянно стоял не зная, что делать. Он никогда не видел Лили в такой истерике. Каждый её жалобный всхлип разрывал ему сердце. Хотелось успокоить, утешить, защитить... Северус мягко начал водить ладонями по голове подруги, запуская пальцы в её волосы.

— Успокойся, Лили, пожалуйста. Всё хорошо. Я просто дурак. Не слушай меня. Ну, прости, я не должен был так говорить. Я не хотел, чтобы ты плакала. — она зарыдала только громче. — Лили!

У Лили в голове был целый ворох мыслей. Она не могла успокоиться, унять рыдания. Ей хотелось, чтобы Северус был рядом, живой. После того, как он пару раз рассказывал ей о стычках с его отцом, её тоже посещали такие мысли. Они стали ужасно ясными, когда Северус поделился, пусть нехотя, что и он тоже об этом думал... Ей стало ужасно страшно. За него. Северус говорил ей что-то, но от каждого его слова звенело в ушах и она не могла понять их смысл. Ей казалось, что ещё чуть-чуть и этот голос затихнет, она откроет глаза и окажется на его могиле. Прямо как несколько лет назад на похоронах дедушки.

Северус сжал её в объятиях, мягко поглаживая по голове и шепча на ухо что-то ласковое. Через какое-то время, согретая его теплом, она ослабла в его руках и затихла, только чуть-чуть вздрагивая в беззвучных рыданиях. Северус совершенно не представлял, что делать теперь. Он ужасно стыдился того, что начал этот разговор. Эти слова просто вырвались прямо из глубины души. Он просто не успел удержать их. И он совершенно не хотел, чтобы Лили его жалела. Ему просто нравилось ощущать, что Лили разделяет какие-то его переживания или просто знает об их существовании.

А сейчас Лили плакала из-за его слов. Он не понимал, из-за чего. Что её так расстроило? Неужели она вправду думала, что он бессмертный вампир? Да нет, это совсем бред. Тут что-то другое.

Когда Лили задышала более-менее ровно, Северус взял её за плечи и отстранил от себя, чтобы взглянуть ей в глаза. Они покраснели и смотрели на него так испуганно, что Северус даже на секунду усомнился, то ли он в них увидел. Чего ей бояться? Рассказа о вампирах? Да она же вроде нормально реагировала, шутила даже.

Вдруг, ему в голову пришло одно предположение, но он не поверил. Такого не могло быть. Или могло? Лили испугалась... за него?

Северус ещё раз прижал её к себе. Да, это было похоже на правду. Он бы наверное так же, как и она, ужасно испугался, если бы узнал, что ей грозит смертельная опасность. Ну он, конечно, любитель подраматизировать, идиот! Всё у него хорошо! Тобиас не настолько больной придурок. В конце октября он просто перегнул палку. Это было зверски больно и жестоко. Намного хуже, чем обычно. Но разве мог он убить Северуса? Мальчик не знал ответа на этот вопрос. Не было абсолютно никакой уверенности.

Что бы он сам не думал по этому поводу, сейчас нужно убедить Лили, что это все ерунда, паранойя, бред.

— Лили, ты меня слышишь? — спросил Северус, вглядываясь ей в глаза. Она кивнула. — Такого не будет. Обещаю. Я просто... параноик. Ты же согласна? — Северус улыбнулся, чтобы успокоить подругу.

Лили выдавила из себя ответную вымученную улыбку, но её глаза всё ещё были влажными от слёз.

— Лили, нам нужно идти, правда. Скоро наступит рассвет и если ты сейчас же не вернёшься, то твои родители заметят наше отсутствие, испугаются и наругают нас. А ещё... Ну... Не знаю, как ты, а я бы не отказался хотя бы часик поспать. Давай я тебя провожу? — задал Северус по сути риторический вопрос, потому что иначе и быть не могло, но сейчас он ждал ответа. Устного, потому что ему нужно было отвлечь её от мыслей хотя бы на разговор.

— Да, давай, — подрагивающим голосом согласилась Лили. Он взял её за руку и через десять минут они уже вышли к реке. Подруга молчала, и Северус не знал, как нарушить эту тишину. Он думал о том, что сейчас ощущает Лили намного младше себя, хотя он был старше её всего на три недели. Северус размышлял о том, что ему нравится ощущать себя взрослее, нравится ощущать Лили как ещё совсем крошечную девочку. То, какой она себя сегодня показала. Нежной, мягкой, доброй и имеющей привязанность к... нему. Северус очень дорожил этой мыслью.

За то время, что они шли до дома Эвансов, никто так и не проронил ни слова. Они подошли к участку под окнами и стали думать, как реализовать возвращение Лили в комнату. Раньше они думали что придут в середине ночи, когда все будут крепко спать и Лили тихо протиснется через входную дверь. Но сейчас уже довольно рано и этот план становился небезопасен.

Северус решил, что сможет поднять Лили в воздух на минуту достаточно высоко, и она успеет залезть в комнату. Он сейчас после ритуала, его переполняет сила. Если что-то случится, и он не справится — Лили просто замедлит падение. Всё продумано.

— Сев, — нарушила тишину Лили.

— Что?

— Ты сейчас домой пойдёшь, да?

Мальчик уставился на неё. «Да-а-а... Язык мой — враг мой. Чтобы я ещё хоть раз рот первым открыл!» — пролетело в голове.

— Да, Лили, я спать хочу. Всё будет хорошо. Обещаю. Лили, отложи свои переживания лет на восемь. Я всё, что угодно сделаю, чтобы попасть в Хогвартс. Я слишком долго этого ждал. А оттуда меня даже смерть не вытащит до окончания школы. Точно. Так что в следующий раз я тебе разрешаю волноваться за моё благополучие, только когда нам будет по восемнадцать с половиной. Хорошо?

Лили вновь его обняла. Спустя несколько минут Северус прошептал:

— Лили, всё, лимит объятий на сегодня исчерпан, — его голос дрожал от плохо скрываемого смеха. — Хватит. Пожалей меня, пожалуйста, мне ещё минут сорок домой идти, а завтра, то есть уже сегодня, вставать рано.

Лили кивнула и отошла. У Эвансов во дворе стояла деревянная табуретка, и девочка встала на неё, чтобы быть повыше.

— Готов? — спросила она.

— Да. Начинай отсчёт и прыгай.

— Три! Два! Один!

Лили взмыла в воздух, но чуть чуть не доставало до того, чтобы она достала до окна. Северус собрал все силы и девочка дотянулась. Он подержал её ещё чуть чуть и когда она наконец оказалась в комнате, у него подкосились ноги от слабости, и мальчик упал на спину.

— Сев? — чуть не вскрикнула Лили, заметив, что он лежит на земле.

— Тихо, Лили, всё хорошо, — ответил Северус, с трудом вставая и отряхиваясь. Ноги до сих пор чуть-чуть дрожали, но в целом всё и правда было в порядке. — Я просто чуть перестарался. Иди спать. Спокойной ночи.

Не дожидаясь её ответного пожелания, слишком вымотанный и уставший, Северус помахал на прощание рукой, развернулся и медленными, будто дающимися с трудом шажками стал удаляться из поля зрения, пропадая в предрассветных сумерках.

1) Злые духи, удалитесь! Земля, очистись!» — ( латынь)

Вернуться к тексту

2) «Дары земли, примите! Духи, благословите» (латынь)

Вернуться к тексту

3) «Молоко приношу, мира прошу!» (латынь)

Вернуться к тексту

4) «Сладость мёда, мудрость яви!» (латынь)

Вернуться к тексту