Под знаменем Льва (гет)

Гермиона вернулась в свою спальню только после обеда.

За утро она успела позавтракать с Нарциссой, разобраться со своими вещами, которые каким-то чудом уже появились в шкафу, дважды столкнуться в коридоре с пожилым незнакомцем и едва не попасть под ноги трём домовикам, тащившим куда-то огромный свёрнутый ковёр.

Малфой-мэнор продолжал понемногу приходить в себя. Повсюду ещё виделись следы боя, хотя её окно починили в первый же день. Но на лестнице не хватало части перил, несколько окон были затянуты мутными временными чарами, а, спускаясь по лестнице мимо бывшей столовой, Гермиона увидела, как внимательно, камень за камнем, эльфы восстанавливают пол.

Но раненые уже не лежали в каждом коридоре, а вместо криков и ругани всё чаще слышались обычные негромкие разговоры...

На прикроватном столике, между стопкой нижнего белья, шкатулкой и дневниками Гермионы, виднелась голова плюшевого медведя.

Вчера им так и не удалось поговорить. Гермионе совершенно не хотелось с кем-то обсуждать произошедшее между ней и Драко. Пусть это всего лишь плюшевый медведь. Пусть даже очень умный... Но она сама понимала, что оттягивать до бесконечности разговор не получится.

Гермиона закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной.

— Поговорим?

Медведь не шелохнулся.

— Эй, — окликнула его Гермиона. — Я всё сделала.

Тишина в ответ.

Гермиона сняла мантию, бросила её на кресло и подошла к кровати.

— Ты меня слышишь?

Чёрные бусинки глаз оставались совершенно обычными. Игнорирует? Ну-ну...

— Ау, есть кто дома? — Гермиона взяла медведя за лапу и встряхнула, перевернув вниз головой.

По руке прошёл разряд, похожий на удар током. В голове что-то шевельнулось, и перед глазами мелькнуло искажённое лицо Рона... Гермиона взвизгнула и отшвырнула медведя на кровать. В глубине его глаз вспыхнули на миг две красные точки.

— Ещё раз так сделаешь, и второй урок будет посвящён последствиям необдуманного насилия, — раздался голос в её голове.

Гермиона фыркнула и осторожно поставила его обратно на стол.

— Я выполнила задание, — с лёгкой обидой в голосе сказала она, потирая онемевшую ладонь.

— Надо же, — в голосе медведя отчётливо угадывалась ирония. — Малфой жив и счастлив?

— Причём здесь... — Гермиона осеклась. — Давай без подробностей?

— Значит, жив, — удовлетворённо заключил медведь. — Уже неплохо. Рассказывай.

Она села на край кровати, чувствуя себя ужасно неловко. С минуту Гермиона собиралась с мыслями, постепенно понимая, что рассказывать о произошедшем будет ещё неловче, чем она предполагала.

— Я пришла к нему утром.

— О. Весьма смело.

Гермиона сердито посмотрела на него и замолчала.

— Хорошо, — сдался через минуту медведь. — Подробности мы пропустим.

— Спасибо, — улыбнулась Гермиона. — Так вот... Драко спал, я запечатала дверь и села рядом, чтобы дождаться, пока он проснётся.

— И?

— И всё. — Гермиона застыла. Казалось, она сейчас заново переживает это утро и переосмысливает собственные действия.

Красные глаза блеснули раздражением.

— Гермиона, если всё твоё выдающееся достижение заключается в способности тихо сидеть на кровати, боюсь, я несколько переоценил ученицу.

— А, ты об этом, — спохватилась Гермиона. — Я просто не стала с ним ничего обсуждать.

Реддл замолчал, ожидая продолжения.

— Я не стала объяснять, почему вернулась, — продолжила она. — Не спрашивала, хочет ли он снова быть со мной, и не попыталась убедить, что всё теперь будет иначе.

— А что сделала?

Гермиона немного помедлила, смущённо порозовев.

— Я осталась с ним. — Она вдруг посмотрела на медведя широко распахнутыми глазами. — Понимаешь, я как будто знала, чего он хочет.

— Правда? — хмыкнул медведь. — И чего же?

— Меня, — покраснев, сказала девушка.

Медведь несколько секунд молчал.

— Какая неожиданность.

— Ты можешь хотя бы иногда вести себя нормально? — взорвалась Гермиона, бросая в него подушкой.

— Могу. Но зачем? — Голос продолжал звучать совершенно спокойно.

Гермиона закатила глаза и полезла под стол, доставая оттуда медведя. Поставила его снова на стол и смахнула налипшую пыль.

— Драко не хотел объяснений. Раньше мы только этим и занимались. Разговоры, упрёки, обещания... Я всё время заставляла его что-то обсуждать и соглашаться.

— А поговорить ты любишь...

Гермиона пропустила замечание мимо ушей.

— Поэтому в этот раз я вообще ничего не сказала. Просто дала ему понять, что не собираюсь уходить.

— И всё остальное Малфой сделал?

Она смущённо кивнула.

— Да.

— Хорошо.

Гермиона невольно улыбнулась. Похвала прозвучала настолько неожиданно, что следующие несколько секунд она ждала подвоха, но медведь молчал.

— Всё?

— А что ты хочешь? Орден Мерлина?

— Ну, хотя бы скажи, что я всё сделала правильно... — обиделась Гермиона.

— Да, Гермиона. Впервые в жизни ты не стала объяснять человеку, что ему следует чувствовать. Это было правильно. Поздравляю.

— Вот теперь узнаю тебя, — поджала губы Гермиона. — Есть ещё что-нибудь?

В её голове послышался короткий смешок, а потом медведь, казалось, задумался. Гермиона терпеливо ждала.

— Напомни, что ты сделала перед тем, как села на кровать? — снова заговорил медведь.

— Я поставила на дверь заглушающее заклинание, — как на уроке отчиталась Гермиона.

На этот раз медведь молчал так долго, что Гермиона почувствовала, как снова начинают гореть щёки.

— Ну скажи уже что-нибудь, — попросила она.

— Возможно, мой первый урок оказался эффективнее, чем я рассчитывал, — сказал медведь. — И мы сразу перейдём ко второму... Зачем ты запечатала дверь?

— Я просто не хотела, чтобы нам мешали, — пожала плечами девушка.

— Именно, — в голосе медведя появилось торжество. — Ты не стала убеждать Малфоя остаться с тобой. Но ты сделала так, чтобы у вас появились и время, и возможность остаться вдвоём.

Она немного подумала и кивнула.

— Получается, да.

— И всё сработало.

— Да.

— А почему?

Вопрос был задан совершенно спокойно, но Гермиона уже начинала привыкать, что именно после таких вопросов обычно следовало ждать неприятностей.

— Потому что я правильно поняла Драко?

— Это ты уже сказала.

— Потому что он тоже хотел помириться.

— И это.

— Тогда что ты хочешь услышать? — всплеснула руками Гермиона.

— Почему вас никто не побеспокоил?

Гермиона непонимающе моргнула.

— Я же сказала. Заклинание тишины...

— Непреодолимое препятствие для сотни человек, которые не могут найти собственного командующего.

Гермиона неловко замолчала.

— Они действительно его искали, — призналась она.

— Какое потрясение, — иронию в голосе медведя можно было зачерпнуть ложкой.

— Но Нарцисса не позволила никому войти, — продолжила она.

— Ты договаривалась с ней? Просила?

— Нет.

— Знала, что она так поступит?

— Нет. — Гермиона нехотя покачала головой. Теперь она уже понимала, куда он ведёт разговор. — Мне повезло.

— Именно! — Казалось, медведь доволен её сообразительностью.

— Если бы Нарцисса не вмешалась, кто-нибудь мог бы снять заклинание. Или выбить дверь... — Гермиона вспомнила Паркинсон и поморщилась.

— Да, Гермиона. — В голосе медведя ей послышалось разочарование. — Люди обладают удивительной способностью портить идеально составленные планы самым нелепым образом.

— Это и будет второй урок? — Гермиона подошла к письменному столику и достала блокнот.

— Ты действительно собралась записывать? — негромко засмеялся медведь.

— Да, — пожала плечами Гермиона и открыла чистую страницу. — Продолжай.

— Почему меня это совершенно не удивляет? — Почему-то Гермионе показалось, что голос в её голове звучит удовлетворённо.

Она и сама невольно улыбнулась, предвкушая весьма полезное времяпрепровождение.

— Первый урок был про человека, — сказал голос. — Кто он на самом деле, чего хочет и что готов ради этого сделать.

Гермиона быстро записывала, попутно кивая.

— Но человек никогда не существует один.

Перо остановилось. Гермиона подняла голову, вслушиваясь во вкрадчивый голос учителя.

— У него есть семья. Друзья. Любовники. Подчинённые. Начальники. Должники. Люди, которых он боится. Люди, которых считает обязанным защищать. Иногда достаточно одного такого человека, чтобы всё твоё понимание стало бесполезным.

— Потому что он может повлиять на решение? — вставила Гермиона.

— Именно.

Гермиона задумалась.

— Как Перси и Рон?

Красные глаза медведя едва заметно вспыхнули раздражением.

— Например.

— Перси доверял Рону больше, чем следовало, и поэтому...

— Абсолютно нет!

Она подняла голову.

— Но ты сам...

— Ты снова пытаешься всё упростить, Гермиона, — укоризненно сказал голос. — Проблема была не в том, что Персиваль доверял брату. Проблема была в том, что он перестал слышать остальных людей вокруг него. Поттер спорил с ним и с Рональдом. Грейнджер спорила... Вы вместе ограничивали влияние друг друга, и поведение Уизли было обусловлено вашим влиянием.

Гермиона нахмурилась.

— А потом Гарри убрали.

— Да. Рональд стал сильнее, и ты заметила изменение поведения Персиваля.

— Потом ушла я.

— И он стал ещё сильнее.

Гермиона медленно опустила взгляд к блокноту.

— Хотя ни сам Рон, ни сам Перси при этом не изменились...

— Вот теперь ты поняла, — голос был доволен.

Она записала ещё несколько строк.

— Можно прекрасно понимать человека, — продолжил медведь. — Знать, что он собирается сделать завтра. Но если ты не знаешь о том, кто способен войти к нему сегодня вечером и изменить решение, твой анализ ничего не стоит.

Гермиона задумчиво покрутила перо между пальцами.

— Значит, нужно анализировать окружение.

— Да. Но не всё.

— Почему?

— Потому что через месяц ты составишь справочник на три тысячи страниц и забудешь, зачем начала.

— Очень смешно.

— Ты знакома с Персивалем и знаешь, что это не шутка, — возразил медведь.

Гермиона фыркнула, вспоминая ровные ряды папок в шкафах Перси.

— Тогда кого?

— Лишь тех, кто действительно способен повлиять на нужного тебе человека.

— И как определить таких людей? — хмыкнула Гермиона.

— Именно этому ты будешь учиться, — прошелестел голос в её голове.

— И кто будет первым? — Гермиона решительно закрыла блокнот.

— Выбирай, — усмехнулся голос.

Гермиона задумалась, перебирая в голове знакомых.

— Драко?

— Так предсказуемо, — протянул голос.

— Ты сам сказал выбирать! — Она бросила на медведя сердитый взгляд.

— Совершенно верно, — согласился голос. — Это твой выбор.

Гермиона снова открыла блокнот и написала наверху:

Драко.

Затем подумала, дописала «Малфой» и обвела сердечком. Подозрительно покосилась на медведя, но тот даже не думал смеяться. И пусть бы попробовал...

— Хорошо. Кто вокруг него? — прошелестел голос.

— Нарцисса.

— Это очевидно.

— Лили.

— Почему?

— Она его начальник и вчера убедила командовать армией.

— Определённо да.

Гермиона записала имя.

— Сириус. Гарри. Северус... — Она задумалась. — Эйлин, Дора, Регулус, Доркас, бабушка Вэл...

— Стоп! — торопливо прервал её медведь. — На бабушке мы остановимся. Но ты должна выбрать тех, кого считаешь наиболее близкими...

— Тогда Дора.

— Почему?

— Нимфадора Тонкс — его кузина. Они знакомы с детства и очень близки.

Ещё одна фамилия появилась на странице.

— Эйлин Снейп.

— Почему она?

— Они тоже давно знакомы. Теперь она один из командиров Драко.

— Спорно... Но это твой выбор.

Гермиона помедлила.

— Пэнси Паркинсон.

Перо чуть дрогнуло на бумаге.

Реддл ничего не сказал, и Гермиона подняла голову.

— Что?

— Ничего. Я слушаю, — голос в её голове был совершенно спокоен.

Она недоверчиво посмотрела на медведя и сжала перо.

— Пэнси его заместитель.

— Должность — это далеко не всё.

Гермиона нахмурилась.

— Они дружили в школе. И даже раньше.

— Насколько близко? — вкрадчиво спросил голос.

— Близко, — сухо сказала Гермиона.

— Этого совершенно недостаточно, — разочарованно сказал голос. — Похоже, ты совершенно незнакома с его окружением.

— Я не знаю, что ещё тебе сказать, — выдохнула Грейнджер.

— Тогда узнай, — усмехнулся голос. — Понаблюдай. Поговори с ними. Начни с трёх.

— Тогда Снейп, Паркинсон и Тонкс, — захлопнула блокнот Гермиона. — И что я должна выяснить?

— Какие отношения связывают их с Малфоем? Как часто встречаются? Насколько внимательно он их слушает? Насколько они близки...

— Просто подойти и спросить? — дёрнулась на последней фразе Гермиона.

Медведь тихо рассмеялся.

— Попробуй. Особенно у Паркинсон.

— Я серьёзно, — закатила глаза Гермиона.

— И я. Думаю, получится весьма познавательно.

— Тогда как?

— А это ты уже решай сама. Считай это домашним заданием.

Гермиона недовольно посмотрела на медведя.

— О чём мне говорить?

— О чём угодно.

— И задавать вопросы?

— Если понадобится.

— А какие?

— Гермиона... — В голосе медведя появилось раздражение. — Ты должна научиться разговаривать с людьми, а не составлять анкету.

Она замолчала.

— Тебе не нужно вытаскивать из Снейп признание под Веритасерумом, — продолжил медведь. — Поговори с ней. Посмотри, что и как она говорит о Малфое. Что считает его сильной стороной. Что её раздражает. Где готова спорить с ним, а где подчинится. Потом расскажешь мне, что поняла.

— А если она не захочет говорить о нём?

— Это тоже информация.

Гермиона задумалась. Она снова открыла блокнот и написала по одной фамилии на странице.

— Хорошо. Эйлин. — Гермиона обвела первое имя. — С ней проще.

На этот раз голос рассмеялся уже совершенно откровенно.

— Что? — подозрительно посмотрела на него Гермиона.

— Ничего, девочка. — Медведь был подозрительно доволен. — Иди и пробуй.

— Ты что-то знаешь? — Рука Гермионы потянулась к подушке.

— Я сижу в спальне третий день. Откуда?

— Тогда почему смеёшься? — Ладонь сжала подушку.

— Потому что ты не видела человека как минимум полгода, но уверена, что прекрасно его знаешь.

Гермиона раздражённо отбросила подушку и встала, сунув блокнот в карман.

— Скоро выясним.

— Именно на это я и рассчитываю, — шепнул голос...