Дафна Гринграсс
 и жутко увлекательная судьба (джен)

До завтрака Дафна отнесла все семь книг в Комнату потерянных вещей. Когда тебя тошнит от страха, пропустить почти весь завтрак оказывается удивительно легко.

После обеда, пока они ждали начала Трансфигурации, Поттер многозначительно ей кивнул. Дафна за обедом тоже почти ничего не съела.

Время шло. Она понемногу расслабилась: ее пока не размазали по стене. Аппетит большей частью вернулся, а в туалет снова требовалось раз в день, а не после каждого урока.

Приближалась следующая встреча ОД. Дафна постоянно проверяла галлеон, но вместо объявления времени кто-то невидимый схватил ее, втянул в пустой класс и захлопнул дверь. Сердце заколотилось. Дафна попыталась вытащить палочку из противоположного рукава, но пальцы стали резиновыми.

— Какого черта? — выругался Поттер, сбрасывая мантию-невидимку. Ту самую Мантию-невидимку. — В этих книгах напечатаны мои мысли. Как, черт побери, эта Роулинг это сделала?

Глаза у него стали жесткими, лицо пылало яростью.

— Я не знаю, — призналась Дафна.

Похищение ее потрясло, но… вопрос был справедливым. Сама Дафна точно не захотела бы увидеть собственные мысли в печати. После долгой, мучительной паузы она добавила:

— Я попыталась остановить войну.

— Гермиона уже это поняла, — сказал Поттер. — Зачем?

Он хмурился, держал палочку и выглядел… по-настоящему страшно. И растерянно.

— Люди погибали. Школу разрушили. Я наверняка потеряла весь седьмой курс. Флориана Фортескью убили. И ради чего? — спросила Дафна. — В конце ты все равно победил, и мир вернулся. Хотя имена твоих сыновей…

— Заткнись! — рявкнул Поттер. — Я не женюсь на Джинни и не назову сына Альбусом Северусом. Для этого надо окончательно сойти с ума. Снейп — законченный мерзавец.

На его челюсти снова дернулась мышца. Вид был такой, будто его вот-вот хватит удар.

— В книге он погиб, защищая тебя и обманывая Темного лорда, — заметила Дафна. — Вполне героический двойной агент.

— Мерзавец, — повторил Поттер. — Одержимый, издевательски жестокий мерзавец. А ты — какая-то слизеринка… Ты ведь притащила всех на встречу в «Кабанью голову»?

Дафна кивнула.

— Амбридж бесполезна. Нам нужно сдать СОВ и ЖАБА. Ты оказался прекрасным учителем. И теперь можно пропустить часть, где ты ввязываешься в безрассудное приключение, а Сириус Блэк погибает.

— Не надо! — громко оборвал ее Поттер. — Не сиди тут с самодовольным слизеринским видом и не разговаривай свысока! Ты изменила все, чтобы предотвратить войну, и теперь у меня есть семья.

— Я не говорю свысока и не самодовольничаю, — возразила Дафна, хотя от страха готова была обмочиться.

Поттер напоминал дикого зверя, бьющегося о прутья клетки. Клетки, сложенной из слов. Дафна молилась, чтобы он не сорвался и не убил ее. Она знала: он способен. В книгах Драко едва выжил.

Но намек Поттера она поняла — и возмутилась. Скрестив руки, Дафна окончательно вспылила. Мальчишки бывают такими… отвратительными.

— Вы все устроили из рук вон плохо. Ни плана, сплошные глупые риски, и столько погибших. По-моему, получилось намного лучше: умерли немногие, в основном Пожиратели смерти. Только никому не рассказывай.

— Потому что дружишь с Малфоем и Паркинсон? — кисло спросил Поттер.

— Мы с Пэнси живем в одной спальне, — ответила Дафна. — И меня ужасно раздражает, что за шесть лет мы все для вас просто «шайка Пэнси». Единственная девочка из нашей спальни, чье имя ты знал, — Милли. Потому что Пэнси использует ее как телохранителя.

— Булстроуд не так плоха, как я думал, — признал Гарри. — Но вы все сторонники превосходства чистой крови, разве нет?

— Я с детства ездила в гости к Пэнси, Трейси и Милли, — сказала Дафна, не желая вступать с Поттером в спор еще и об этом. — «Священные двадцать восемь» — не только политический круг, но и общество. Нас так воспитывают.

— А семья Уизли нравится мне больше.

— Сириус Блэк тебя усыновил, значит, теперь ты Блэк. Один из наших, — сказала Дафна. — А исторически Блэки были радикальнее почти всех, кроме Малфоев.

— Сириус не такой, — возразил Гарри. И после паузы добавил: — Ведь не такой?

— Я знаю о нем только из книг, — ответила Дафна, подавив желание пожать плечами. Это могло снова разозлить Поттера. — Полагаю, его называли предателем крови.

— Так называют всех лучших людей, — сказал Поттер и впервые слегка улыбнулся.

— Тогда я, пожалуй, величайшая предательница крови из всех, — произнесла Дафна, постепенно переходя от страха к раздражению. — Я отдала Дамблдору список, объяснила, где найти Петтигрю, и сообщила имена Пожирателей смерти. Арестовали моего двоюродного дядю Корбана.

— Корбана?

— Яксли. Брат моей бабушки приходился ему дедом, — объяснила Дафна.

Скучные подробности родословной помогали сердцу успокоиться.

— Да вы все чертовски близкие родственники, — грубо сказал Поттер.

— В стране всего двадцать тысяч волшебников! — несколько громче, чем следовало, ответила Дафна. — Разумеется, каждый кому-нибудь родственник!

— Маглов миллионы. Но они ведь не люди, да?

— Люди, конечно, только не те, на ком женятся, — сказала Дафна. — Они не владеют магией.

— Маглорожденные.

— Твоя мать, судя по всему, была чрезвычайно умной ведьмой, — ответила Дафна. — Жертвенная магия крови незаконна, но мертвую женщину уже никто не осудит.

— Жертвенная магия крови?! — возмутился Поттер. — Это была любовь моей матери!

— А, Дамблдор уже так тебе объяснил? — догадалась Дафна. — Честное слово, тебе было одиннадцать. Что он должен был сказать: твоя мамочка применила запрещенную магию, чтобы спасти тебя?

Поттер стиснул зубы.

— Перестань, — процедил он. — Говорить о вещах, которых знать не должна.

— Они в книгах. Ты в самом деле настолько язвительный? — спросила Дафна, решив сменить тактику и разрядить обстановку.

— Нет, я полный идиот, — крайне язвительно ответил Поттер.

Дафна кивнула.

— Надеюсь, ты справишься со следующим годом. Наверное, больше не будет угроз от Пожирателей смерти и безумных преподавателей, пытающихся тебя убить. И с Реддлом вы уже разобрались. Возможно, тебе станет скучно. Разве не замечательно?

Поттер вцепился обеими руками в растрепанные волосы.

— У меня от этого мозг плавится, — простонал он. — Единственное утешение — Роулинг кое-что пропустила.

Дафна моргнула.

— Пропустила? Что именно?

Она мгновенно заинтересовалась.

— Ничего… важного, — ответил Поттер, краснея и скрещивая руки. — Просто кое-какие вещи не относятся к истории моей жизни.

— Зато тебе не придется умирать. И другим членам Ордена и ОД тоже, — сказала Дафна.

— Вы присоединились, только когда стало безопасно.

— Конечно. Зачем рисковать?

— А у меня никогда не было выбора, — сердито сказал Поттер.

— Ну, кроме Амбридж, остаток года должен пройти совершенно нормально.

— Наверное. И… э-э… спасибо, — неловко произнес Поттер.

— Спасибо?

— За… помощь.

— За то, что я остановила вторую войну за кровь до ее начала, спасла множество жизней и отдельно твоего крестного? — уточнила Дафна, возможно, несколько язвительнее, чем следовало.

— Да. За все это. Спасибо, — сказал Поттер.

Он задумался.

— Ты ведь могла использовать книги, чтобы остановить меня.

— Тогда страной в итоге управлял бы Малфой, — ответила Дафна. — А он… как там у вас говорят… придурок.

Поттер кивнул.

— Гермиона говорит, он оказался трусом и в конце нам помог. Только эпилог поставил нас в тупик. Кто, черт возьми, вышел за Малфоя? Пэнси невысокая. Ее мать высокая?

— Пэнси уже не вырастет. В нашем возрасте девушки почти перестают расти. Моя младшая сестра, скорее всего, будет выше…

Дафну накрыла внезапная волна тошноты и желание отмыться. Не Тори. Нет, только не Тори. Но… высокая, каштановые волосы, замужем за богатым чистокровным. Живот скрутило.

— Что с тобой? — резко спросил Поттер. — Тебе плохо?

— Я…

Дафна едва стояла от одной мысли. Не Тори. Только не Тори и Драко.

— Тебя отвести к мадам Помфри? — в голосе Поттера прозвучала искренняя тревога.

— Мой… мой отец высокий. У сестры каштановые волосы. И она уже почти с меня ростом.

Глаза Поттера расширились.

— О нет. Дафна… мне очень жаль.

Он говорил совершенно искренне.

— Значит, придется изменить еще и это, — твердо сказала Дафна.

— Да, породниться с ним было бы ужасно, — согласился Поттер.

— Он будет… прикасаться к моей младшей сестре! — воскликнула Дафна. — Это вторая по отвратительности возможность. А ты после усыновления его кузен, так что уже ему родственник.

— Фу. А что может быть хуже?

— Если бы его жена оказалась блондинкой, — напряженно ответила Дафна.

Поттер моргнул, затем криво улыбнулся.

— Он тебе не нравится?

— Избалованный мерзавец. К счастью, Пэнси его любит.

— Э-э… Пэнси и он…

Дафна кивнула.

— Это одна из причин, по которым мы беспрепятственно ходим на встречи ОД.

Она постаралась не представлять, чем именно те занимаются.

— Но им всего пятнадцать, — сказал позеленевший Поттер.

— Значит, ты не встречал действительно рано созревших. Некоторые начинают в четырнадцать.

Поттер снова заметно занервничал.

Дафна немного подумала и поняла, что осталось сообщить еще одно.

— И еще кое-что. Насчет Блейза.

— Забини? — переспросил Поттер так, словно в Хогвартсе могли учиться два Блейза.

— Он ошибочно полагает, что мы с тобой… встречаемся, — сказала Дафна.

Все. Сказала.

Поттер покраснел и отступил на несколько ярдов.

— Но мы не встречаемся.

— Он наблюдал, как менялись события. Я знала только то, что было написано в книгах, а когда линия времени изменилась и ты на несколько дней исчез из школы, я ничего не знала. Поэтому Блейз решил, что я твоя… девушка. Это нелепо, конечно.

Нога Поттера снова задергалась.

— Ты ведь не собираешься… э-э… признаться мне в любви или что-нибудь такое?

— Не говори глупостей, — раздраженно ответила Дафна. — Двух магов разделяют факультеты.

— Что их разделяет?

— Это почти цитата из Шекспира.

Поттер наверняка знает Шекспира. Тот же магловский писатель.

Поттер пожал плечами.

— Ничего не знаю о Шекспире. С одиннадцати лет занимался только магией.

— И квиддичем, — напомнила Дафна.

— Ладно, магией и квиддичем, — вполне достойно согласился Поттер. — Я был занят.

— Так или иначе, я не твоя поклонница.

Поттер нахмурился.

— Я совершил ошибку? Когда дал вам шанс?

— Нет. Мне кажется, вся эта вера в превосходство чистой крови… Реддл сам был полукровкой и просто использовал остальных. Твоя мать явно была гениальной ведьмой, а Грейнджер не уступает самому умному человеку на нашем курсе. Значит, маглорожденные, вероятно, ничем не хуже других. Манеры у них, конечно, хуже.

— Финч-Флетчли, — мгновенно сказал Поттер.

— Ладно, у Финч-Флетчли безупречные манеры, — признала Дафна и тут же не удержалась от отступления: — Ты видел его дрессированных крыс? У них крошечные цилиндры и трости, и они исполняют танцевальные номера.

— Купил их в зоомагазине Косого переулка? — задумчиво спросил Поттер, кивая.

— Они не любят маленькие расшитые жилетки, — сообщила Дафна. — Но это всего лишь магически улучшенные крысы.

Поттер слегка кивнул.

— Лучший вид волшебных вещей.

Иногда он действительно был обычным мальчишкой их возраста. Просто странным, гораздо лучше владевшим Защитой и квиддичем.

Поттер задумался.

— Кто у вас в Слизерине самый умный?

— Тео Нотт, — честно ответила Дафна. — Он живет ради книг. За Драко таскается из соображений самосохранения, но вообще он чудовищный зубрила.

— Каштановые волосы, на кролика похож?

Дафне пришлось сжать губы, чтобы не фыркнуть. Тео и в самом деле был похож на кролика, хотя до книг она считала его просто… теообразным. Но после мыслей Поттера в книгах это стало невозможно развидеть.

Поттер склонил голову.

Дафна кивнула.

— И, разумеется, Тео одержим Грейнджер.

Вот и еще один низзл выпущен из мешка.

Глаза Поттера расширились.

— Его отец был Пожирателем смерти!

Он нервно оглядел комнату.

— Тео книжный червь и очень умен. Из девушек школы ему больше всего подошла бы Падма Патил, но она для него слишком хороша. Тео, вероятно, еще вырастет, однако Падму едва ли заинтересует его… внешность. И она наверняка предпочтет приличного индийского волшебника, а не какого-то…

— Кроликообразного книжного червя, — закончил Поттер. — Но он слизеринец, и его отец…

— Он хочет стать изобретателем. По-моему, политикой Тео вовсе не интересуется. Ему достаточно, чтобы его не травили. И смерть отца, конечно, пошла семье на пользу. Его матери приходилось нелегко.

Дафна встретилась с Поттером глазами и многозначительно кивнула.

— А, — сказал тот. — Значит, по нему не особенно скорбят?

— Не так сильно, как могли бы, — эвфемистически ответила Дафна.

Поттер собрал мантию-невидимку.

— И еще одно. Ты ведь знаешь, что твой друг Рон — родственник Сириуса Блэка и Драко?

— Драко Малфоя? Рон родственник Малфоя?

— Его бабушка по отцовской линии была Блэк, — сказала Дафна. — Значит, Джинни Уизли теперь твоя кузина.

Поттер отвернулся к окну.

— Ты нарочно говоришь такое, чтобы меня стошнило?

Какое лицемерие — Дафна отчаянно хотела в туалет, и виноват в этом был Поттер.

— Зато твоей младшей сестре не придется выходить за него. А моей — придется, если я ничего не исправлю.

— Мы не можем просто убить Малфоя, — твердо сказал Поттер.

— Что?! — Дафна поразилась, насколько ужасен Поттер на самом деле. — Нельзя вот так рассуждать об убийстве людей!

— Я и сказал, что нельзя, — подчеркнул Поттер. — Но право рассказать Рону, что он кузен Малфоя, оставляю за собой.

Возвращаясь в гостиную через туалет шестого этажа, Дафна поняла: Поттер и правда язвителен, как в книгах. И… довольно забавен. Грейнджер с Уизли наверняка постоянно смеялись рядом с ним. Дафна признала: дружить с Гарри Поттером было бы весело. И чрезвычайно нервно. Если он проговорится, ее будут очень долго и мучительно убивать.

Она просидела в туалете несколько часов, пока не онемела задница.