Да уж лучше я буду играть в Stellaris (джен)

— Не на это я надеялась, — виновато произнесла Гранат, когда они сели вокруг камня Жемчуг.

Розовая осторожно кивнула, оглядываясь. Гостиная оказалась на удивление занятной. Маниакальное стремление Жемчуг к порядку здесь очень заметно контрастировало с беспечностью её соратников. В сочетании с порой броскими сувенирами из приключений получался своего рода хаотичный беспорядок. Она готова была поспорить, что почти за каждой вещью здесь скрывалась отличная история.

— Я ни в чём вас не обвиняю, — медленно проговорила Розовая Алмаз. — Мне просто очень жаль, что так вышло.

Всё должно было быть весело! Но, оглядываясь назад, она понимала: решение было довольно неудачным. Чего она вообще ожидала? Уж точно не этого. Она полагала, что хочет найти общий язык с кем-то вроде неё самой. В итоге же она причинила больше боли, чем радости. По крайней мере, Стивен хорошо провёл время и сейчас спит. Оставалось надеяться, ей удастся оставить Жемчуг в лучшем состоянии, чем нашла.

— Мы все знали, что Жемчуг отреагирует болезненно. Я собиралась поговорить с ней сегодня у неё в комнате. Но она увидела, что Стивена нет, и решила, что это идеальный момент для шопинга. А потом она встретила тебя, и случилось это... — Гранат указала на камень самоцвета.

— Ты на её фоне удивительно спокойна, — заметила Розовая.

— Роза Кварц была моей подругой. Все мои хорошие воспоминания связаны с ней. Розовая Алмаз же? Она больше как данность. Когда я услышала новости, я отреагировала, но по большей части уже пережила это. Глядя на тебя, я вижу ещё одно «а что если», как в случае с Зелёным. И меня, в отличие от Жемчуг или Грега, предупредили заранее, — голос Гранат звучал ровно и почти холодно, но от её слов Розовая поморщилась.

— Грег тогда воспринял меня вполне нормально, но, наверное, я ненароком разбередила старые раны, — вздохнула младшая Алмаз, прежде чем признаться: — Кстати, именно поэтому я не пошла в медицину. А ведь могла бы, знаешь?

Гранат подалась вперёд.

— Я слышала, что у вас занимались медицинскими технологиями для самоцветов. И изучали слияния. Это, кстати, очень интересно, я хотела бы узнать больше.

— О, да! — Розовая прямо просияла. — Например, думаю, у нас есть твой аналог в изучении слияний! Кажется, она слегка раздражена тем, что ты её так превосходишь. А насчёт медицины: именно поэтому я знаю, что схлопывание помогает с... ну... — она кивнула на камень Жемчуг.

— Она всё равно будет расстроена, — поморщилась Гранат.

— Поэтому я и собираюсь это сделать. Зелёный прямо сказал мне, что мы не можем исправить здесь всё. Да и не должны. Но это я могу, и я это сделаю, — Розовая подняла камень и сосредоточилась. — В чём смысл быть Алмазом, если я не могу решить проблему одного самоцвета?

Гранат промолчала. Просто наблюдала. Розовая не возражала: этот трюк требовал сосредоточенности, да и описывать его она не хотела. По сути, это была вариация её способности заряжать энергией восстановление самоцвета. В данном случае Жемчуг вернётся за считанные секунды, а не через несколько дней, как это обычно бывает. Нужно лишь подправить привычный поток энергии, связать пару узлов тут и там, и...

Жемчуг возникла во вспышке света с умиротворённым выражением лица. Оно продержалось около секунды, пока она не увидела Розовую. Алмаз приготовилась к удару, но была приятно удивлена, когда Жемчуг просто плюхнулась на пол. Почти приятно, потому что вид у той был не совсем здоровый.

Тишину нарушила Гранат. Она положила ладонь на плечо Жемчуг и сказала:

— Рада, что ты вернулась.

— Да, — произнесла Жемчуг безжизненно, словно автомат.

Розовая нахмурилась: похоже, нужно было что-то предпринимать.

— Будет лучше, если я уйду? — спросила она.

— Нет! — мгновенно откликнулась Жемчуг, а затем дёрнулась. — Да! Может быть! А-а-а! — она коротко вскрикнула. — Я знаю, что ты не мой Алмаз, но каждая часть меня твердит об обратном!

— Очень надеюсь, что это не заводская прошивка, — пробормотала Розовая.

— Нет, это просто наша Жемчуг в своём репертуаре, — сухо отозвалась Гранат и слегка встряхнула подругу. — Хочешь, мы снова схлопнем тебя?

— Нет, я бы предпочла не возвращаться снова только ради того, чтобы опять обнаружить здесь свинарник, — мгновенно парировала Жемчуг и осеклась, когда Гранат закрыла ей глаза ладонью. — Зачем ты это делаешь?

— Слушай, — просто сказала Гранат.

— Слушать что?! — дёрнулась Жемчуг.

Гранат кивнула в сторону Розовой.

— Ты хочешь, чтобы я заговорила? — с любопытством уточнила Розовая.

— О, ты звучишь совершенно иначе. Артикуляция согласных неправильная, а громкость первых слов занижена. Из-за этого ты кажешься гораздо менее умной, чем кажешься, — безжалостно пояснила самоцвет.

Розовая уставилась на неё на секунду, прежде чем признаться:

— Даже не знаю, злиться мне сейчас или радоваться.

— Ну, если ты собираешься быть правителем, нужно изъясняться правильно! Я так понимаю, ты будущий дипломат? Твоя дикция должна быть безупречной. Даже я это знаю! — фыркнула Жемчуг с оттенком пренебрежения, всё ещё не открывая глаз.

— Похоже, оклемалась, — усмехнулась Гранат и убрала руки.

— О, я полностью подавляю эмоции, но да, сцен больше устраивать не буду, — подтвердила Жемчуг.

— Пожалуй, и на том спасибо, — признала Розовая с ноткой поражения в голосе.

— Здесь не было выигрышного хода. Только время и усилия что-то исправят, но Жемчуг придёт в себя, — сказала Гранат и продолжила: — А теперь к делу: главная причина твоего визита Стивен. Что ты о нём думаешь?

— Он хороший мальчик, хотя по возрасту, кажется, даже старше меня, — Розовая наморщила лоб, пытаясь сопоставить возраст, и махнула рукой. — Развитие самоцветов странно получается соотносить с органической жизнью.

— Ты только-только появилась, — выдохнула Жемчуг. — Это многое объясняет.

— Мне кажется, ты сейчас надо мной издеваешься, — подозрительно заметила Розовая.

— Никогда! — с обидой отозвалась Жемчуг.

— Ещё как, — подтвердила Гранат, вызвав у Жемчуг возмущённый вздох. — Но различия между нами велики. Нашу Розовую держали взаперти очень долго.

— Вся эта медицинская часть про самоцветов включает и то, как они мыслят. Самоцветам нужна цель, — признала Розовая. — Если сдерживать Алмаза, тот в конце концов взбунтуется. Судя по тому, что произошло у вас, мне, похоже, специально дают больше свободы, ну, чтобы избежать такого же исхода.

— О нет, кажется, я понимаю, что нас ждёт. Это как наши безумные деньки с Розой Кварц, — сказала Жемчуг с тенью ужаса.

— Ты про то время, когда мы пытались разобраться с теми... как их... рекреационными наркотиками, или про пиратскую фазу? — уточнила Гранат.

— Хуже. Тот случай в Венеции с проститутками, — ответила Жемчуг, заламывая руки.

— А-а-а... — Гранат очень медленно кивнула, и кивок становился всё энергичнее, пока она осмысляла сказанное. — В таком случае нам нужно рассказать тебе пару историй о наших... более экзотических приключениях.

— Да, да, о звёзды, да. Нам срочно нужно рассказать тебе, чего делать нельзя. С Розой мы и так чуть не чокнулась, а если начнёшь ты, тогда мы ещё десяток лет будем слышать о войнах! — с явной тревогой сказала Жемчуг.

У Розовой округлились глаза.

— Что? Как это у меня вообще выйдет?!

— Во-первых, ты никогда не должна рассказывать об этом Стивену, — начала Жемчуг. — Мы провели среди людей очень много времени, но в основном держались в стороне, за исключением нескольких... ну, правильнее всего назвать их «инцидентами». Время от времени Роза внушала себе, что нам нужно заняться чем-то «весёлым».

— Обычно это было забавно, но порой заканчивалось хаотичной мешаниной из тысячи вещей, — вставила Гранат.

— Да. И случай в Венеции как раз из таких. Видишь ли, Роза не понимала, почему люди платят за секс, и, чтобы завести друзей, разыскала проституток, а в то время они были очень знамениты, — продолжила Жемчуг.

— И тут началось... — добавила Гранат.

— Начался кромешный ужас, о котором у людей потом пошли легенды. Они зовут это «Драмой блудниц», — Жемчуг принялась рассказывать историю всерьёз.

Розовая слушала последующий рассказ со смесью ужаса и веселья.