Да уж лучше я буду играть в Stellaris (джен)

У Зелёного Алмаза была проблема. Не то чтобы большая, но всё же проблема. К счастью, довольно простая. И заключалась она в следующем: у него не было хобби. Работа поглотила его жизнь без остатка, такой уж она у него была. Долгое время он не считал это чем‑то плохим. А теперь? Теперь он был немного потерян и не знал, чем заняться, когда не работал.

Впрочем, повезло ему и в другом: у него скопилась целая куча настольных игр, которые придумал или отыскал его народ. Большинство были так себе, но попадались и приличные, их‑то он и выбирал. Игру, в которую они играли сейчас, лучше всего можно было описать как «Дженга» наоборот, да ещё и с магнитными детальками. Она была достаточно непредсказуемой, чтобы врождённые аналитические способности Зелёного оказались бесполезны, и достаточно занимательной, чтобы удерживать его интерес и интерес соперницы.

— Казалось бы, мелкие детали самые простые, — пробормотал Зелёный, пытаясь прицепить очередной элемент к башне.

— Они имеют привычку... — Лазурит на миг запнулась и слегка ухмыльнулась. — Падать, — закончила она, когда деталь сорвалась вниз.

— Значит, минус очко, — Зелёный покачал головой и тихо усмехнулся. — Похоже, победа будет за тобой.

Лазурит пожала плечами и поставила свою деталь. Та повисла на башне неустойчиво, но всё же устояла.

— Вот так, — с лёгкой гордостью произнесла она.

— И ты победила. Ещё партию? — спросил Зелёный, начиная убирать детали.

— Нет, спасибо. Было весело, но я хочу заняться чем‑то другим, — Лазурит вдруг стала серьёзной. — Может, поговорим о твоей просьбе?

— Если хочешь отказать, твоё право, — мягко ответил Алмаз, складывая игру. — Вопреки мнению некоторых, мой интерес прост: ты прекрасна, и мне хотелось бы узнать тебя лучше. Мы же почти не общались.

Его слова явно не помогли.

— От таких прямолинейных фраз говорить об этом только сложнее, знаешь?! — громко возмутилась она.

Зелёный наклонил голову.

— Что тут ещё сказать? Я не хочу запирать тебя в очередную тюрьму. Знаю, что ты этого боишься. Мы же самоцветы. У нас нет физических нужд. У нас есть лишь обязанности и желания. Хочешь, я предложу тебе планету?

— А‑а‑а! — в порыве вскрикнула Лазурит и вскочила на ноги. — Мы идём на пляж. Прямо сейчас. Я хочу тебя утопить.

— Если тебе это по душе, я не против, — безразлично отозвался Зелёный.

Лазурит замерла, прервав своё топанье.

— Ты меня дразнишь.

— С чего ты взяла? — невинно поинтересовался Алмаз.

— Так это не работает! Почему ты всё формулируешь так пассивно?! Делай громкие признания, прояви инициативу — хоть что‑то, кроме вежливых комплиментов и предложений! — воскликнула она, бурно жестикулируя.

Зелёный вздохнул.

— Я сказал, что ты великолепный самоцвет. Я сказал, что хочу, чтобы ты была рядом. Что ещё нужно?

— Ладно, — Лазурит решительно кивнула. — Тогда сделаем это. Я могу перейти в твою вселенную и стать... кем бы я там ни была. Я ведь не буду просто украшением, верно?

— Придётся определить твои обязанности. В терраформирование, на который ты способна, у нас сейчас мало нужды, но подобрать тебе занятие, чтобы скоротать время, будет нетрудно, — вслух рассуждал Зелёный.

— Я всё равно хочу увидеть другую Лазурит на вашей стороне. Но сначала одно условие. Не обсуждается. Мы сливаемся, — сказала Лазурит и протянула руку. В её взгляде вспыхнуло чувство, в суть которого Зелёный предпочёл глубоко не вникать.

Вместо этого он протянул свою руку и сжал её ладонь. На лице Лазурит мелькнуло удивление, будто она вовсе не ожидала, что всё на самом деле дойдёт до этого. Вероятно, она недооценила, что Алмаз чувствует на самом деле, в сравнении с тем, что он показывает. Энергия слияния накрыла их обоих, и мысли сместились.

Новое слияние открыло глаза и слегка нахмурилось. Четыре руки. Он осторожно ими пошевелил. Значит, слияние не вполне стабильно. Мысли Зелёного потянулись это исправить, и тут же получили жёсткий отпор от Лазурит. Слияние фыркнуло вслух.

Где‑то вдалеке Гранат замерла, а затем вышла из комнаты, где Жемчуг рассказывала истории о бесчисленных похождениях Розы Кварц. И тоненько взвизгнула от восторга.

— Буду Глубинным Зелёным, — произнесло слияние и сделало несколько шагов к выходу.

На улице стояла ночь. Океан был совсем рядом. Хотя Глубинному Зелёному он не был нужен. Он чувствовал воду; лёгкая настройка чувств, и он уже видел сквозь неё. Ещё одно мысленное усилие, и его взор пронзил воды на противоположной стороне планеты.

Изнутри всплыли вычисления Зелёного, и тут же получили мысленный шлепок. Лазурит дала понять: информации слишком много. Гораздо больше, чем она обычно получала, когда управляла водой. Глубинный Зелёный почти сразу сделал вывод: на планете, где есть вода, он абсолютный разрушитель. Менее разрушительный, чем Золотая Алмаз, но не менее опасный. Правда, опасным он быть не собирался.

Он протянул руку, и из океана поднялась вода. Один жест, и соль отделилась. Вода превратилась в лёд, затем приняла форму скульптуры. Всё заняло считанные секунды. Ради забавы слияние превратило глыбу в маленького солдатика, а потом добавило ещё. Многозадачность у него, кстати, оказалась великолепная.

Забавно, но это слияние, похоже, обходило обычную проблему: оно ощущало себя единой личностью, а не двумя. Глубинный Зелёный создавал всё новые ледяные фигуры и отметил, что может удерживать внимание примерно на дюжине, прежде чем потеряет контроль. Занятно и, возможно, пригодится позже.

Но пока это были только игры. Его целью сейчас было дать своим частям поговорить, а не что‑то ещё. Поэтому он позволил им общаться внутри, а сам играл с ледяными солдатиками. И это было вполне приятно.