Да уж лучше я буду играть в Stellaris (джен)

Прошло несколько дней. Они никуда не спешили и занимались кто чем, узнавая друг друга в относительном уединении. Для Зелёного время пролетело незаметно, хотя дни выдались насыщенными. Он был почти уверен, что Розовая и Стивен успели совершить что-то либо глупое, либо очень смелое, пока он отдыхал. Что именно, он не знал: им удалось ускользнуть от охраны, но, судя по слегка виноватому виду при прощании, они явно что-то натворили.

— Я тебе не родитель, Стивен. Буду считать, что у всего, что вы сделали, были свои причины, — сказал мальчику Зелёный Алмаз и повернулся к Розовой. — Что до тебя, у тебя нет оправдания тем, что ты «органик», но принцип тот же. В ближайшем будущем ты всё равно будешь сама отвечать за свои поступки.

Оба объекта его внимания поморщились и украдкой переглянулись. Зелёный Алмаз лишь вздохнул и жестом велел поскорее с этим заканчивать. Розовая и Стивен тут же обнялись и начали театрально-печальное прощание.

— Они придуриваются или это серьёзно? — спросила стоящая рядом Лазурит с выражением лёгкого отвращения.

— Я даже спрашивать не буду, — пробормотал Зелёный и направился внутрь комплекса. Там он кивнул Перидот. — Разумеется, у тебя есть приглашение перебраться к нам, но ты можешь остаться здесь и управлять всем отсюда.

— Э-э-э… может, через пару лет. Мне очень нравится командовать здесь, хе-хе-хе, — ответила Перидот, стуча по приборам. — У нас всё готово для переноса Лазурит. Самоцветы на вашей стороне чуть ли не требуют, чтобы я пересылала им все-все данные, будто я и так не собиралась этого делать.

— Что ж, кто я такой, чтобы отказывать им в этом, — кивнул Зелёный Алмаз, и Лазурит аккуратно встала на отмеченную площадку.

Само событие вышло не слишком зрелищным. Пуф и чпок. На пол упал довольно необычный пустой камень, словно заготовка. И всё. Зелёный наклонился, поднял его и с любопытством принялся рассматривать.

— Очень, однако, интересно. Внутренняя структура просто завораживает, — произнёс он. Для его глаз это было похоже на контур существа, только куда детальнее. Пожалуй, даже слишком детально, чем дольше он всматривался, тем тревожнее становилось ощущение.

— Передача завершена, — доклад Перидот прервал его размышления, и он убрал камень в хранилище. — Никаких сбоев. Лазурит сообщает, что чувствует себя отлично.

— Я всё же проверю, — ответил Зелёный и, сосредоточившись, усилием воли отсоединился от устройства.

На другой стороне Лазурит выглядела слегка растерянной из‑за внимания и суеты вокруг. Как подозревал Зелёный, одно дело знать, другое — видеть. Картина того, несколько тысяч самоцветов бодро и быстро занимаются своими делами, совсем не похожа на ту серьёзную и порой гнетущую атмосферу по ту сторону.

— С возвращением, Мой Алмаз. Как видите, с Лазурит всё в порядке, — окликнула его Жемчуг с лёгкой улыбкой. — Мы хотели уточнить, не желаете ли вы провести с ней несколько тестов?

— Было бы желательно, если она готова. Процесс переноса уже отрабатывали, но нам бы не хотелось ничего упустить, — ответил Зелёный с улыбкой, которая стала немного виноватой под взглядом Лазурит. — Ну, пожалуй, после того как она немного освоится.

— О да, это, должно быть, немного ошеломляет, правда? — пробормотала Жемчуг и мягко взяла слегка раздражённую Лазурит под руку. — Неподалёку есть несколько тихих комнат, — сказала она мягко, и Лазурит кивнула.

— Снова менять ход времени? — спросил один из техников, когда оба самоцвета ушли.

Зелёный кивнул:

— Как только вернётся Розовая. Вы передали предупреждение, что их Алмазы в конце концов явятся?

— Да, Мой Алмаз.

Сейчас в мире Стивена они, по сути, развлекались. Люди были настолько очевидно не развиты, что на это было даже больно смотреть, поэтому самоцветам дали полную свободу действий на планете. Зелёный ограничил их в основном делами, связанными с самоцветами: разбираться с искажёнными самоцветами и оставшейся техникой. И не столько из альтруизма, сколько ради информации — что именно вызвало искажение и как его исправить. К настоящему моменту они собрали немало данных о том, как самоцветы могут быть повреждены, и о том чудовище, которое сотворила «Злая Жёлтая» (слова его самоцветов, не его). Продвинулись они и в лечении того, к огромному и благодарному изумлению Кристальных Самоцветов.

Но эти игры скоро закончатся. Другая Жёлтая была перегружена работой, а не некомпетентна. Рано или поздно она решит лично проверить, что происходит, и всё указывало на то, что это случится скоро.

Все их Алмазы сходились в одном: никто не хотел взаимодействовать со своими альтернативными версиями. По множеству причин это было бы и неприятно, и бесполезно. Да и сражаться с ними никто не желал. Его самоцветы пошли бы против тех Алмазов, прикажи он, но такой шаг мог принести больше проблем, чем пользы.

У Стивена и его друзей было больше шансов урегулировать всё как следует. С предупреждением и подготовкой они должны справиться без жертв — что, на взгляд Зелёного, было лучшим исходом. Мир Стивена не их мир. Не их реальность. Их вмешательство своего рода аномалия. Их собственная реальность и так слишком велика, не хватало ещё всё дублировать! Ресурсов едва хватает на то, чем они заняты сейчас.

— Как там система аварийного отключения? — спросил Зелёный, немного понаблюдав за работой самоцветов.

— Отсечка наготове. Можем всё обрубить за секунду, — ответила старшая техник. — Ждём ваших приказов, активация только с авторизацией Алмаза.

Зелёный кивнул:

— Надейся на лучшее, готовься к худшему, — он помедлил. — Только не говорите мне, что Розовая всё ещё прощается.

— Тогда мы этого не скажем!