Да уж лучше я буду играть в Stellaris (джен)

Несмотря на статус Алмаза, Зелёный не мог просто так броситься реализовывать очередную идею без плана и одобрения. Теоретически, конечно, мог, но остальные не преминули бы высказаться, учитывая масштаб затеи. Поэтому первым шагом он поручил группе самоцветов разработать внятный план и подать его на утверждение. В принципе, он мог бы справиться и один, за плечами у него всё-таки было немало проектов, где он поступал именно так. Но для дела такого размаха ему требовалась команда, чтобы перепроверить каждую цифру. К счастью, времена, когда всё приходилось тянуть одному, давно прошли: у него были самоцветы, которым он доверял и оценку, и доработку. Заодно это позволяло точнее рассчитать стоимость и заранее выявить возможные проблемы.

Тем временем дел хватало, в том числе запланированная встреча с Лазурит, которая на этот раз обернулась просто неспешным разговором в их покоях. Зелёный не мог назвать это чем‑то плохим: такая передышка шла на пользу.

— Ты вот знал, что есть титул, который бывает только у Лазуритов? — с любопытством спросила она.

— Я знаю много титулов, но, признаюсь, за всеми деталями уже не слежу, — ответил Зелёный, перебрав список в уме.

— Дождетворец. Это военный титул, — Лазурит сомкнула ладони, и между ними собралась вода. — Что‑то вроде Поджигателя или Землелом.

— Интересно, — протянул Зелёный и с любопытством посмотрел на неё. — Тебя это заинтересовало?

— Твоя Жемчуг связала меня с несколькими другими Лазуритами. Одна из них вызвала меня на спарринг ради интереса. Представилась как элитная Лазурит‑Дождетворец, и, ну... — Лазурит тихонько рассмеялась. — Меня, кажется, никогда ещё так не разносили.

— Надо будет глянуть, за что именно дают титул Дождетворец, но если по аналогии с Поджигателем, значит, у неё очень высокая квалификация в гидрокинезе, — рассудил Зелёный. — Не смогла задавить её силой?

— Это была битва силы против точности. Фирменный приём Дождетворцев примерно вот такой, — Лазурит вытянула воду в тонкие иглы и обрушила их дождём. — Она держала меня на дистанции и прошивала мою форму крошечными копьями. Когда я попыталась компенсировать щитом, она создала щит побольше и раскрошила мой меньше чем за секунду. А когда я попыталась накрыть всё сплошным потоком, она ударила снизу. Вообще, это было довольно весело.

— Ну, что ж, рад, что ты повеселилась. Не ожидал, что тебя потянет в военное дело, — заметил Алмаз и чуть улыбнулся: приятно было видеть, что ей это по душе.

— Как только мне объяснили систему титулов, я решила, что хочу все, какие смогу заработать. Сейчас я работаю над Терраформатором и Дождетворцем. Всё-таки рядом с тобой должны быть лучшие, — в голосе Лазурит прозвучала нотка гордости.

— Для меня ты и так лучшая, но я целиком поддержу тебя в любом начинании, — ответил Зелёный и тихо усмехнулся, видя выражение её лица.

Повисла короткая пауза, но продолжить им не дали — послышался топот бегущих ног. Зелёный зажмурился и глубоко вдохнул. В его личные покои без предупреждения могли войти единицы. И лишь одна из них делала это бегом. Не успел он выдохнуть, как дверь распахнулась, и внутрь чуть ли не влетела Розовая.

— Зелёный! Назначь мне Морганит! — выпалила она, но тут заметила Лазурит. — О, привет! Простите, что врываюсь, я потом замну, но это важно!

— Розовая, тебе не нужно просить об этом. Достаточно одного твоего слова, — проворчал Зелёный на выдохе. — И почему ты спрашиваешь меня?

— О, ну, потому что формально последний раз её назначал ты? Ну, во всяком случае, твоя Жемчуг, — скороговоркой объяснила Розовая. — Помнишь ту, которую мы, вроде как в наказание, отправили послом к клингонам? Оказывается, в свободное время она всё ещё помогала той посольской Жемчуг, а Морганит после исцеления даже консультировала по нескольким зданиям. Я хочу их. Дай мне их.

Зелёному очень хотелось глубоко вздохнуть ещё раз. Тихий смешок Лазурит делал происходящее, по крайней мере, менее раздражающим. Но решение он принял сразу.

— Ты получишь себе Жемчуг. Самую строгую и дисциплинированную, какую только мы с Белой сможем создать. Она посадит тебя на поводок, — объявил Зелёный.

До юной Алмаз это дошло не сразу. Зато когда дошло, не заметить было невозможно.

— Уи-и-и-и! У меня будет своя Жемчуг! Она будет миленькой? О чём это я, все Жемчуг милашки. Только, пожалуйста, не как та альт‑Жемчуг, ладно? А то я их ещё перепутаю, да и та была какая-то дёрганая, — защебетала Розовая, пританцовывая от радости.

— Знаешь, если её поощрять, она будет врываться вот так снова и снова, — заметила Лазурит с явным весельем.

— Это не задумывалось как награда, но понимаю, почему так выглядит, — проворчал старший Алмаз, поднялся с кресла и легонько подтолкнул Розовую к выходу. — Итак, ты получила, что хотела, можешь идти. Разрешаю забрать ту Морганит. Тебе, скорее всего, понадобится ещё не одна для собственных посольств и прочего.

— О, точно, — Розовая полностью проигнорировала намёк на уход и уставилась в потолок, обдумывая новую мысль. — Нам же нужна будет архитектура — и самоцветная, и не только — если мы хотим строить в других местах.

— Да. Обсудишь это с Морганит, у неё наверняка есть опыт, — очень прозрачно намекнул Зелёный.

— Это лучшая идея на свете! — Розовая развернулась и стремглав умчалась.

Зелёный Алмаз шумно выдохнул и закрыл дверь.

— Надеюсь, эта энергия новорождённого щенка скоро иссякнет, — сказал он и плюхнулся на пол.

— Это совсем не похоже на Алмазов в моём измерении, — Лазурит похлопала Зелёного по плечу — сочувствия в этом, правда, было немного. — И, по‑моему, к лучшему. Ту Розовую я пару раз видела издалека: она всегда выглядела грустной или напряжённой. А эта счастливая.

— И сплошная головная боль, — простонал Алмаз. — Через пару лет она отправится в инопланетный колледж, и я почти уверен, что устроит там минимум один скандал.

— Тебе не всё равно, что они подумают? — рассмеялась Лазурит.

— Нет. Но Белая поднимет шум.

Единственная пиар‑установка Белой Алмаз звучала так: «Я совершенна». Это было неправдой, и все это знали, но официальная позиция гласила: слово Белой — закон. Она верховная правительница. При всём при этом её раздражало, когда её Алмазов тоже считали несовершенными. Из‑за этого контакты с инопланетянами становились чуть более щекотливыми, а уж любые промахи Алмазов превращались в проблему.

Зелёный вспомнил, что Лазурит всего этого не знала.

— Когда я говорю «поднимет шум», это значит прочитает нотацию и, скорее всего, пригрозит уничтожить парочку инопланетных СМИ… снова.

Лазурит уже было встревожилась, но теперь лишь удивлённо моргнула.

— И всё? — переспросила она.

— На этом этапе, наверное, даже инопланетяне понимают, что она не всерьёз грозит кровавой расправой тем, кто пишет про нас пропаганду. Она куда спокойнее своей альт‑версии. Мы просто следим, чтобы до неё доходила лишь малая часть всего этого, и она позволяет нам это делать. Когда Розовая в будущем устроит сцену, скорее всего, нам придётся заставить её самой всё исправлять, — в голосе Зелёного прозвучала тихая мстительность. — А ведь лучшей тренировки ей и не придумать!

— Не уверена, злодейство это или гениальность.

— А почему не то и другое сразу?