Под знаменем Льва (гет)

Пэнси с растерянностью смотрела на вошедшую Гермиону.

Три часа назад она практически выставила Грейнджер из штаба. Тогда она ушла молча, в своей дурацкой серой мантии, с растрёпанными волосами и таким выражением лица, что Пэнси была практически уверена: вечер удался.

Теперь же на пороге стояла уверенная в себе девушка в тёмно-зелёном платье до колен. Каштановые волосы мягкими волнами спускались по плечам, а лёгкую улыбку подчёркивала помада цвета тёмной розы.

Пэнси раздражённо поджала губы.

Зелёный. Разумеется. Обе они прекрасно знали, что Драко нравится этот цвет.

Самым же неприятным было то, что Грейнджер выглядела свежей, отдохнувшей и вполне довольной жизнью, притом что сама Пэнси после целого дня над ведомостями чувствовала себя так, словно последние несколько часов провела за преодолением полосы препятствий...

Тем временем Гермиона спокойно прошла через комнату и мягко опустилась на диван с другой стороны от всё ещё не пришедшего в себя Драко. Она аккуратно убрала упавшую ему на лоб чёлку и быстро поцеловала в висок. Затем, как ни в чём не бывало, спросила:

— Ну и чем вы тут занимались без меня?

Уже открывший было рот для приветствия Драко снова впал в ступор.

— Подписывали ведомости и проверяли накладные, — процедила Пэнси, прилагавшая сейчас огромные усилия, чтобы не применить к сопернице что-нибудь из непростительных.

— Прекрасно. — Гермиона с улыбкой потянулась к ближайшей стопке. — Я как раз успела отдохнуть. Помогу вам закончить.

Пэнси снова неприятно кольнуло предчувствие. Странным было не платье, не помада и даже не поцелуй — спокойствие. Грейнджер вернулась совсем не такой, какой должна была вернуться...

Пэнси собралась, стиснула зубы и тоже взяла из стопки отчёт.

Следующие полчаса превратились в странную игру, правила которой, казалось, знала лишь Гермиона. Она быстро просматривала бумаги, оставляла пометки, что-то спрашивала у Драко и время от времени легко касалась его руки. При этом она совершенно невозмутимо обращалась и к Пэнси, заставляя её обсуждать цифры, поставки и списки личного состава так, словно между ними ничего не произошло всего несколько часов назад.

Пэнси отвечала. В основном потому, что рычать на Грейнджер на глазах у Драко было бы слишком глупо.

Но и сдаваться она не собиралась.

Её колено под столом касалось ноги Драко. Она наклонялась к нему, почти касаясь лицом, брала за руку, задерживала пальцы на запястье и перегибалась через стол, пытаясь дотянуться за бумагами. Всё то, что раньше легко сходило за привычную близость, с каждой минутой становилось всё менее невинным.

Драко же работал с упорством человека, убеждённого в том, что от качества заполнения ведомости зависит его жизнь. Он почти не поднимал головы, тщательно проверял каждую цифру и, кажется, был готов лично пересчитать содержимое складов Мэнора, лишь бы не замечать происходящего вокруг.

Время шло. Пэнси раскраснелась от азарта охоты и всё чаще поглядывала на Гермиону.

У неё не было ни малейшего сомнения, что та всё замечала, но по какой-то причине ничего не предпринимала... Ни раздражённого взгляда. Ни поджатых губ. Ни попытки отодвинуть Драко подальше от Пэнси.

Это начинало откровенно действовать на нервы.

В конце концов Пэнси решилась на откровенную провокацию. Заметив, что Малфой склонился над очередным документом, Пэнси как бы между прочим приобняла его за плечи. Её ладонь легла возле шеи Драко, а кончик пальца плавно скользнул по открытой коже.

Драко заметно вздрогнул и чуть приподнял голову.

Пэнси едва удержала довольную улыбку, но насладиться своей маленькой победой не успела — что-то мягкое коснулось её пальцев.

Она повернула голову и застыла.

Рука Гермионы лежала на другом плече Драко почти зеркально её собственной. Пальцы Грейнджер были совсем рядом, и один из них лежал на кончике пальца Пэнси.

Пэнси медленно подняла взгляд и наткнулась на спокойный взгляд Гермионы.

Несколько секунд они смотрели друг дружке в глаза, а потом Пэнси упрямо вытащила палец из-под гермиониного и положила его сверху.

Гермиона чуть приподняла бровь и вдруг улыбнулась. Этой улыбки оказалось достаточно, чтобы окончательно испортить Пэнси вечер.

Через несколько минут она с досадой обнаружила, что третий раз пересчитывает одну и ту же накладную. Затем перепутала две стопки документов и огрызнулась на Драко, когда тот указал ей на ошибку.

— Пэнс, что с тобой? — удивлённо спросил Драко.

— Ничего, — буркнула Пэнси, краснея и исправляя цифры.

— Подожди, — перехватил её руку Драко. — Ты только что положила отчёт по продовольствию к заявкам на зелья.

— Я вижу! — Она выдернула руку.

Драко удивлённо замолчал.

Пэнси ещё несколько минут смотрела на бумаги, окончательно переставая понимать написанное, а затем вздохнула и решительно отложила перо.

— Всё. Остальное завтра.

— Но ты же сама... — Он удивлённо поднял брови.

— Я устала, Драко. Правда устала.

Пэнси поднялась, накинула мантию и, не глядя ни на кого, направилась к двери.

— Спокойной ночи, — буркнула перед самой дверью.

— Спокойной ночи, Пэнси, — совершенно невинно отозвалась Гермиона.

--

Пэнси неслась по коридору так, будто планировала взять штурмом спальное крыло Мэнора.

Домовик, попавшийся навстречу с корзиной белья, поспешно шарахнулся к стене, а другой поспешно исчез в ближайшей двери. Пэнси не заметила ни одного из них — она шагала, глядя перед собой, и вполголоса перечисляла всё, что думает о Грейнджер, её зелёном платье, её дурацкой улыбке и особенно о совершенно возмутительной привычке появляться тогда, когда вечер наконец начинал складываться как надо.

Нет, и надо же было ей вернуться...

И не просто вернуться. Усесться рядом, мерзко улыбаться, а потом ещё и устроить это совершенно непонятное представление с пальцами.

Пэнси почувствовала холод и внезапно вспомнила, что забыла мантию в штабе. Она нерешительно остановилась, намереваясь вернуться, но мозг тут же подсказал, что это будет не самой лучшей идеей.

Как назло, у самой лестницы обнаружились Боунс и Снейп.

Мэри что-то увлечённо рассказывала, вытянув перед собой руку и время от времени вскидывая её так, словно целилась в невидимую мишень. Эйлин стояла напротив, прислонившись плечом к перилам. Судя по её лицу, спать она хотела значительно сильнее, чем слушать подругу, но хорошее воспитание и слизеринская выдержка пока удерживали её на месте.

Как раз в тот момент, когда энтузиазм Боунс почти отчаялся пробить эту стену, Мэри заметила Пэнси.

Её лицо мгновенно просветлело.

— О, Паркинсон! — крикнула она через весь коридор. — Ты не поверишь, как Терри умеет стрелять!

Пэнси замедлила шаг, оглядываясь по сторонам. Интуиция кричала, что нужно было просто пройти мимо, но Терри... Она не помнила такого имени среди бойцов.

— Кто у нас Терри? — машинально спросила она и сразу поняла, что совершила ошибку. В глазах Боунс вспыхнуло полупогасшее пламя...

— Ну Трэверс же, — сообщила Мэри с таким видом, будто речь шла о человеке, которого Пэнси просто обязана была знать под любым именем. — Мы сегодня были на стрельбище. Ты бы видела! Он вообще почти не целится. Просто поднимает маггловский пистолет и...

— Мэри, — сонно протянула Эйлин.

— Что? — Мэри прицелилась в неё пальцем, прищурив левый глаз.

— Ты рассказываешь это уже третий раз. Можно я пойду спать?

— Вы оба совершенно не понимаете, насколько это было круто! Просто целишься, закрываешь глаз и...

Она наткнулась на мрачный взгляд Пэнси и на секунду замолчала. Пэнси больше всего мечтала оказаться в спальне, а Боунс к тому же выглядела отвратительно довольной, поэтому взглядом Паркинсон сейчас можно было сбивать пролетающих птиц.

Разумеется, чтобы напугать Боунс, взгляда было недостаточно.

— И он, оказывается, меня помнит! — продолжила Мэри после короткой заминки. — Представляете? Ещё когда меня лечили от ликантропии в лаборатории твоего отца.

— У папы? — При упоминании Северуса Эйлин перестала выглядеть так, будто собиралась уснуть стоя.

— Ага. Он сказал, что видел меня там несколько раз. И что я была очень милой девочкой.

— Забавно, — попыталась включить мозг Эйлин. — У нас сегодня как раз были гости, которые тоже работали с папой в лаборатории.

— Кто? — Мэри моментально повернулась к ней всем корпусом.

— Крессвеллы.

— Те самые? — Мэри широко раскрыла глаза.

— Да, — сказала Эйлин, уже понимая, что совершила ту же ошибку, что минутой ранее Паркинсон.

— Эйлин! Ты меня с ними познакомишь? — умоляюще сложила руки на груди Мэри.

— Зачем? — Эйлин пожала плечами.

— Как это зачем, бесчувственная ты ледышка! — возмутилась Боунс. — Хочу спросить, какими были тогда я и Терри!

— Ты понимаешь, что они могут вообще его не помнить? — спросила Эйлин, уже предвидя ответ.

— Да как можно не запомнить такого парня? — Мэри всплеснула руками. — Оливия наверняка помнит.

Пэнси слушала их и чувствовала, как к горлу медленно подступает раздражение.

Удивительные люди.

Одну волновало, насколько хорошо стреляет её новый ухажёр и запомнили ли их сотрудники лаборатории двадцать лет назад. Вторая мучительно пыталась не уснуть...

А у Пэнси тем временем практически из-под носа уводили парня.

Она нахмурилась.

Впрочем, технически это Пэнси пыталась увести его у Грейнджер. Но сейчас подобные мелочи совершенно не имели значения.

Когда дверь за Паркинсон с треском захлопнулась, Гермиона с некоторым удивлением прислушалась к собственным ощущениям. Сердце не болело, кровь не билась в висках набатом. Не осталось даже следов от ногтей на ладонях. Это было так ново и так... интересно...

Гермиона клятвенно пообещала себе купить для Реддла новый бантик и поставить его перед окном.

Адреналин в крови требовал чего-то ещё. Гермиона искоса взглянула на всё ещё не пришедшего в себя после их представления Малфоя и решительно подошла к двери.

Заклинание тишины привычно сорвалось с её палочки.

Гермиона развернулась на каблуках и посмотрела на своего парня. Затем медленно направилась к нему и наклонилась, уперевшись руками в его колени. Драко заворожённо следил за каждым её движением.

Одним движением Гермиона сдвинула его колени вместе и уселась сверху.

Последним, что Драко успел заметить, прежде чем мысли окончательно потеряли всякий порядок, были сияющие каштановые глаза и губы цвета тёмной розы...