Братья по магии. Точка отсчета (джен)

Алекс и Гарри решили в качестве утешения отправить после обеда школьную сову в магазин Зонко. Грей обещал брату что-нибудь потом придумать с трансфигурацией, но Гарри успокаивал его, что это не срочно. Самому Поттеру было абсолютно безразлично, получают ли они хорошие оценки или нет. Даже если он больше не получит ничего, кроме «Тролля», те несколько месяцев, когда все считали его отличником, уже сделали его счастливым.

Обсуждая все вышеперечисленное, мальчики не заметили Макалистера, с которым столкнулись в дверях Большого зала.

— Привет, Алекс, Гарри! Как продвигается работа? Ты, конечно, справляешься? — спросил Алан.

Алекс, раздосадованный неудачей на Трансфигурации, был не в лучшем расположении духа и собирался выложить всё как есть. Гарри, почувствовав это, решил спасти положение:

— Алан, Алекс всё сделал. Мы сейчас пообедаем, а потом подойдём к вашему столу и отдадим очки.

— Здорово! Я и не сомневался. Цвет поменялся на красный? — сразу загорелся семикурсник.

— Да, на красный, — заверил Поттер, толкая брата к столу Гриффиндора.

— Гарри, ну что ты творишь! — рассердился Грей.

— Ничего такого, всего лишь хочу тебе помочь.

Мальчики сели на самом краю стола, подальше от других учеников. Поттер загородил их от нескромных глаз парой кувшинов.

— Давай, сделай их, как мою форму!

Алекс неохотно достал очки и положил на стол. Он посмотрел на Гарри укоризненно, но промолчал, а потом покосился в сторону Рейвенкло. Наверняка, Макалистер ждёт не такого результата. К тому же, преобразование, которое предложил Гарри, может не получиться. Всё-таки квиддичную форму он чинил, а не менял цвет.

Поттер заметил, что Алекс завис.

— Давай, ты сможешь! Сделай это, как на Трансфигурации! Ты умеешь представлять разные вещи, просто представь, что это не чёрные, а красные очки. Трансфигурируй эти очки в красные!

Алекс открыл рот, чтобы объяснить Гарри, что он не учитывает множество факторов, но тут же его закрыл, потому что почувствовал, что он может. Действительно, если он мог представить на месте ветки шпильку…

И он действительно смог. Это оказалось не труднее, чем превращать спичку в иголку, особенно, если хорошо представлять эту самую иглу.

— Теперь давай поедим, — довольно сказал Гарри.

Мальчики с аппетитом поели, а потом подошли туда, где обедала компания старшекурсников Рейвенкло. Грей, не говоря ни слова, положил перед Макалистером многострадальные очки, принявшие абсолютно гриффиндорский оттенок красного. Тот также молча выхватил палочку и принялся махать ею, от чего у Алекса появились самые мрачные предчувствия. Казалось, от разоблачения его отделяет один шаг.

— Я так и знал! Парни, всё получилось! — заговорил возбужденно Алан и обратился к Крису и Брайану. — Поели? Тогда вперёд, пора работать! Теперь точно видно, что это что-то особенное! Я знал, я так и знал, что у Грея есть какие-то редкие формулы! Значит, мы можем смело полагаться на его вычисления!

Старшекурсники встали и, совершенно позабыв о собеседниках с Гриффиндора, заторопились на выход. Видимо, им не терпелось продолжить проект, которой, к счастью, не сорвался.

Алекс и Гарри, на ходу обсуждая энтузиазм Алана, отправились в совятню, где воспользовались услугами ничем не примечательной совы. В каталоге «Зонко» было сказано, что заказ приходит не позднее, чем через сутки с момента отправки. Завтра утром, в четверг, мальчики ожидали получить рвотный порошок.

Из совятни мальчики вернулись припорошенные снегом. Гарри был расстроен, что не увиделся с Буклей, которой почему-то там не было, и слал проклятье на голову Дамблдора, тогда как Алекс жаловался на непогоду.

— Не представляю, как мы пойдём сегодня на Астрономию, — говорил он.

Гарри, зная, как Грей не любит теперь Астрономическую башню, мог только ободряюще сжимать ему руку.

Хотя предмета Прорицание у первокурсников ещё не было, Алекс как в воду глядел: непогода разыгралась такая, что профессор Синистра вынуждена была отменить урок. После нескольких безуспешных попыток унять порывистый ветер, бросающий в лица учеников пригоршни мокрого снега и залепляющий окуляры телескопов, она прекратила махать волшебной палочкой.

— Класс, прочитайте параграф номер тринадцать, — велела профессор и отпустила первокурсников.

Надо ли говорить, что это был самый лучший урок Астрономии из всех?

* * *

Утром мальчики получили совиной почтой свой заказ. Они были в таком нетерпении, что едва высидели на уроках. Даже объявление профессора Флитвика о том, что на следующем занятии они будут изучать новое заклинание, не привлекло их внимания.

Рассматривать полученный заказ решили в салоне, который подавляющее большинство парней Хогвартса обходило десятой дорогой. Едва переступив порог, Алекс направился к партам, сдвинутым к окну. Он вынул из сумки заботливо спрятанный пакетик с двумя яркими баночками, на которых смеялись анимированные рожицы. Не было ни тени сомнения, что магазин «Зонко» считает очень весёлым тот факт, что от его продукции кто-то долго не сможет проблеваться.

Заказ обошёлся в восемь сиклей с кнатами, но у мальчиков не было бронзовых денег, и они приложили девять сиклей. Сдачу магазин не прислал. Отвязывая утром в Большом зале от лапки неприметной школьный совы посылку, Алекс украдкой оглядывался вокруг, опасаясь, что кто-нибудь из учеников узнает приметную упаковку. Хотя они с Гарри придумали правдоподобное объяснение, кто им мог написать, никто ничего не спросил, и Алекс вздохнул с облегчением.

Грей осторожно приоткрыл крышку и увидел белый порошок, который был настолько мелкий, что напоминал пыль. От малейшего движения руки Алекса, держащего баночку, порошок взлетал в воздух.

— Как бы нам самим не нанюхаться, не хотелось бы расстаться с обедом, — проговорил он задумчиво. — Поищу инструкцию, тут была какая-то бумажка.

Гарри не вмешивался. Он пододвинул стул и сел напротив брата. Поттера обуревали очень сильные противоречивые чувства.

С одной стороны, Гарри был рад, что наконец прислали рвотный порошок, на который он возлагал такие надежды, и твёрдо намеревался довести задуманное дело до конца, даже если Алекс вдруг передумает. А с другой стороны, его угнетало то, что он по-прежнему скрывает от брата свою тёмную сущность.

Гарри не давало покоя своё собственное решение, принятое не так давно, ничего не говорить Алексу, чтобы не потерять его расположение. С самого раннего возраста, несмотря на нелёгкие отношения с Дурслями, Поттер не умел и не хотел притворяться. С Алексом его связывали совершенно иные отношения, и то, что он обманывает самого дорогого для него человека, было для Гарри просто невыносимым.

Сейчас было самое время признаться, чтобы больше не испытывать этих мук — Поттер был уверен, что он больше не выдержит. Но то, что случилось с Буклей, навело его на мысль, что признаваться сейчас не время.

Скорее всего, следилку на сову повесил Дамблдор — больше некому, и возможности для этого у него имеются. Из-за этого ситуация в башне Рейвенкло представлялась теперь Гарри в ином свете. А что, если на них напали вовсе не слизеринцы, а директор, и целью был Алекс? При всей кажущейся нелепости этой идеи Поттер считал, что недавнее нападение было слишком похоже на то, когда Алекса скинули с Астрономической башни. Ещё тогда Гарри предположил, что это Дамблдор наложил Империус на Шарлин Мэлон. В тот раз Поттер ничего не сказал Алексу, чтобы не волновать.

Мальчик не сомневался, что Алекс по-прежнему мешает Дамблдору, потому что директор сам хотел бы влиять на своего героя. Грей ещё в самом начале растолковал Гарри, как обстоят дела, и Поттер был согласен, что старый колдун действительно суёт во всё свой нос. Что, если Дамблдор спровоцирует повторное нападение? Тогда Алекс снова будет в опасности. Если Гарри сейчас скажет или сделает что-то, от чего Грей перестанет с ним общаться, Поттер не сможет защитить его.

Решено. Как бы тяжело ему сейчас ни было, он будет и дальше нести этот груз. Алекс ничего не узнает.

— Вдыхание рвоту не вызовет, — сказал Алекс, когда прочитал инструкцию. — А жаль, так было бы легче доставить порошок адресату. Ума не приложу, как поднять его в воздух, чтобы он не разлетелся, и насыпать в бокал. А ты как думаешь, Гарри?

— Н-не знаю, — хотя Поттер отвлёкся от своих мрачных мыслей, он не успел скрыть их от брата.

Грей замечал в последнее время, что Гарри сам не свой, но не придавал этому особого значения. Но сейчас было предельно ясно, что с Поттером что-то происходит.

— Это из-за Букли, да? Гарри, я обязательно тебе её верну. — Алекс предположил самое очевидное. — Ты мне веришь?

— Верю, — сказал Гарри, отводя глаза. Врать он не умел и не любил, а обманывать Алекса оказалось просто невозможным. Внезапно захотелось всё-всё рассказать, чтобы брат снял с его души этот груз. Но Гарри сдержал себя.

Однако блондин не поверил, что с Поттером всё в порядке. Он поставил баночку с порошком на стол и пододвинул стул, чтобы сесть рядом. Стоило Гарри почувствовать прижавшееся к нему плечо Алекса, как он не выдержал. Копившееся всё это время недовольство собой прорвалось, и у него на глазах закипели слёзы. Но они не пролились, потому что от брата исходило тепло, то самое, которое согревало Гарри и наполняло его жизнь смыслом. Каждый раз, когда Алекс обнимал его, Поттер не переставлял удивляться, что тот хочет это сделать. В памяти Гарри всё ещё сильны были воспоминания о том, как Петуния брезгливо отстранялась от него, не говоря уже о Верноне или Дадли, и вовсе норовящим его ударить.

Алекс попросил:

— Гарри, расскажи мне, что тебя тревожит. Пожалуйста.

Поттер больше не мог сдерживаться.

— Это из-за молнии… — тихо проговорил он, не выдержал и всхлипнул. — Ты сказал тогда, что молнии бывают только у тёмных волшебников. Я умею посылать молнии, значит, я — плохой человек!

Гарри не ожидал услышать в ответ:

— Это моя вина. Гарри, прости меня, пожалуйста. Ты из-за этого так расстроился? Я не должен был так говорить. Я и подумать не мог, что ты всё так воспримешь!

— Ну что ты, Алекс! Ты не виноват, правда, это всё я! Я правда злой, и недостоин быть твоим братом! Я пойму, если ты теперь от меня откажешься и больше не будешь меня любить.

Выпалив это, Поттер опустил голову. Вот он и сказал это. Теперь он не мог ни о чём думать, и даже планы по защите брата вылетели у него из головы. Сейчас это был просто одинокий и очень уязвимый мальчик.

Алекс вместо ответа обхватил его рукой и прижал к себе сильнее.

— Нет, Гарри, любить я тебя меньше не буду. Ты — мой брат по магии. По-моему, это куда сильнее, чем даже кровное братство. А насчёт тёмного колдовства…

Алекс замолчал, что-то обдумывая. Гарри вообразил, что тот решает, как поступить с ним. Однако блондин задумался о другом. Наконец он заговорил.

— Если случится так, что ты поступишь нехорошо, пытаясь защитить нас, то я приму риск и разделю с тобой ответственность. Мы же братья.

Мощная волна облегчения пронзила Гарри. Непролитые слёзы жгли глаза, а грудь разрывало от благодарности. Как рассказать об этом Алексу, как выразить всё, что на душе?

А брат улыбнулся и спросил:

— А если я совершу ошибку, ты поддержишь меня?

— Конечно, Алекс! — с жаром проговорил Гарри. — Я всегда поддержу тебя, что бы ты ни сделал! Поддержу абсолютно во всём!

— Абсолютно во всём не надо. Сейчас мне не помешает твоя поддержка, чтобы придумать, как лучше перемещать порошок по воздуху.

Поттер вытер слёзы и с радостью подключился к решению проблемы. Он был уверен, что и проблемы-то никакой нет. По сравнению с тем, что его недавно терзало, это было проще простого.

Гарри понаблюдал немного, как Алекс пытается с помощью заклинания Полёта подхватить из баночки небольшое количество порошка.

— Нужно совсем немного. В инструкции написано, что достаточно щепотки. Но это не очень точно, конечно, — сказал Грей.

— Верно. Щепотка Хагрида, например, очень отличается от щепотки Флитвика, — засмеялся Гарри и, когда Алекс выдохся, сам подключился к экспериментам.

Мальчики выяснили, что когда они поднимали порошок в воздух, терялась половина вещества. О том, чтобы перемещать его на большие расстояния, не было и речи. Особое неудобство доставляло то, что приходилось контролировать полёт взглядом, а следить за множеством мельчайших частиц было очень неудобно.

— Нужна вода, — решил Алекс. — Попробуем перемещать более крупные гранулы.

Гарри оглядел салон. На одном из трансфигурированных столиков, за которыми девушки пили чай в ожидании своей очереди, стоял почти полный графин.

— Надеюсь, вода не протухла, — сказал Поттер, подавая графин брату.

— Если вспомнить, для каких целей она нам нужна, это было бы кстати, — ухмыльнулся Грей, наливая немного воды в крышку от банки, куда ранее поместил щепотку порошка. Методом проб и ошибок удалось получить нужную консистенцию, и вот уже Алекс и Гарри по очереди перемещают по воздуху комочек величиной со спичечную головку.

— Надеюсь, этого будет достаточно, — сказал Алекс, собирая вещи.

— Для начала этого будет достаточно, но не забывай, что это лекарство надо принимать три раза в день во время приёма пищи, — ухмыльнулся Гарри. Он был доволен: брат от него не отказался, а кое-кто скоро получит по заслугам.

— Ну что, идём? — спросил Алекс. — Пора на ужин.

Мальчики не торопясь отправились в Большой зал. Сегодня они подготовили особое меню — дегустацию рвотного порошка, и надеялись, что рассчитали всё верно. Больше никто не посмеет безнаказанно обижать никого из них.