Рес-Кай скатился вниз по склону и замер, врезавшись животом в камень. Сверху посыпался потревоженный снег. Десять секунд, двадцать… минута — дольше задерживать дыхание не получилось.
Рес-Кай рано выдохнул и закашлялся от острой боли. Он заставил себя молчать и, давясь воздухом, прислушался.
Выше по склону, кажется, больше никого не было. Колдунья осталась в Чертоге. Рес-Кай выдохнул спокойнее и распластался по земле. Боль не уходила, лёгкие горели. Похоже, он неудачно сломал ребро. Вот… ис-сит!
В последние дни всё шло феерически не так. Рес-Кай всегда служил своей стране, был предан заветам Верховного правителя. И что в итоге? Попал под гипноз Нен-Кри, когда искал информацию о Мон-Со. Поначалу он принял её за любопытную старуху с необоснованно высокой квалификацией, но потом понял, что она — змея, свившая гнездо в сердце Энар-Таари. Хозяйка Дюны.
В проклятых шахматах Рес-Кай проиграл Ильсору, потому что зорнов полковник вдруг решил понарушать правила. А после — был уличён в слабости перед подчинёнными и Ор-Вас. В слабости и нечистой крови.
Свобода была близка, всё-таки он мог быть полезен правительнице, но вдруг грянул мятеж. Зао-Бар не стал продолжать линию Син-Вел.
Наконец, Рес-Кай потерял Эр-Диана, единственного, кому доверял и кто пытался его спасти. Попытка побега окончилась неудачно, но Рес-Кай хотя бы смог перебороть колдовство Нен-Кри. По крайней мере, он смог сказать то, что хотел. Дальнейшее — и это выводило его из себя — от Рес-Кая уже не зависело.
Возможно, всё вышло, как он и хотел, потому что его выпустили из камеры, с его глаз сняли повязку… Некоторое унижение — оказаться под командованием своего бывшего подчинённого! — можно было счесть досадным недоразумением, тем более что Кер-Со, хоть и смотрел презрительно, был сравнительно вежливо и о крови не напоминал.
Впрочем, чувство свободы, пусть и относительной, скоро исчезло. Арзаки… Они появились совсем не вовремя, и с ними была колдунья. Каири Таменди, тварь похуже ламии. Она так достала военных, что за её ликвидацию полагалась неплохая награда.
Рес-Кай не собирался на неё претендовать. Он хотел дать Кер-Со время перебить остальной отряд. Потом они бы вместе уничтожили колдунья, нашли, что искали, и вернулись в Энар-Таари.
Но она разделалась с Рес-Каем за пять минут или около того, а у Кер-Со противников оказалось слишком много, чтобы эффективно их перестрелять. Менвиты проиграли.
Рес-Кай сам не знал, отступил он или сбежал. Хотелось верить, что первое. Вероятнее было второе. Полукровка, зорн бы побрал мамашу! Вот дрянная кровь и вылезла, когда не надо.
Рес-Кай дотянулся до кармана унылой форменной куртки и достал лиофон. Раньше он принадлежал Мон-Со, но Эр-Диан незадолго до гибели украл его из хранилища улик и припрятал на всякий случай.
«Мне нужна твоя помощь».
«Господин, я, к сожалению, слишком далеко от вас».
«Хотя бы подскажи, как нейтрализовать Каири Таменди».
Собеседник долго молчал, но наконец заметил:
«Как и любого человека».
Рес-Кай ухмыльнулся: да он гений! Эта психопатка, похоже, перебила весь отряд. Гипноз на горе Ламь работал плохо — это ещё на примере Анс-Ина все поняли, так что даже кого-то из арзаков перетянуть к себе не выйдет. По-хорошему, надо достать Кер-Со из колодца, если этот болван ещё жив, и убираться. Кое-как управлять вертолётом Рес-Кай умел — возможно, при свете дня он сможет долететь до границы.
Оставалась одна досадная, но критичная проблема: как долго он продержится с непонятным ранением?
Столько, сколько надо, или он не менвит.
Кивнув самому себе, Рес-Кай осторожно выбрался из расщелины, в которой лежал, и… нос к носу столкнулся с арзаком.
— Ты?!
Пистолет. Назад! На этот раз камень врезался в спину. Лёгкие снова взорвались огнём.
Выстрел.
В лицо-то зачем?..
* * *
Требовалось подумать сразу о многом. Хотелось спать. Даже не так, хотелось рухнуть на пол прямо под дверью, заснуть и не просыпаться. И пусть тело несёт куда-нибудь ветром, как перекати-поле.
Ильсор потряс головой. Перекати-поле — менвитское растение, степное. Бессмысленное, вечно ищущее жизни, но одухотворённо мёртвое внутри. Хотя последнее — уже больше про самих менвитов. Они его любили… по крайней мере, те, кто имел отношение к искусству.
«Перекати-поле — моя душа,
Перекати-поле… Прожить спеша
Ярость, радость, горе, сквозь степь бежал
Я к свободе, к воле, но не догнал
Перекати-поле…»
Пять строк, аллитерации, двойная рифма… Менвитские стихи были такими же угловато-острыми, как и их авторы. И их, в отличие от живых людей, можно было с упоением ненавидеть. Иногда, как сейчас, они подобно гипнозу заставляли потерянно смотреть в потолок.
Ильсор устало потёр лицо руками. К иситам стихи, надо было заняться чем-то полезным. Для начала уточнить обстановку снаружи и каким-то образом убрать бурю. А ещё неплохо бы навести порядок в уголке с диваном, пока Морни и Мон-Со не вернулись. Они втроём не спали уже больше суток — надо всё-таки отдохнуть.
Но прежде всего — обстановка снаружи. В адрес Юнсара улетело уже сообщений восемь. Без ответа. Потом Ильсор всё-таки догадался посмотреть на часы. Шесть двадцать семь — понятно. Ответит, как проснётся. В Ламиэре тоже наверняка не спали полночи.
На одной из ближайших полок обнаружился проигрыватель. Ильсор искал какой-нибудь путеводитель по Ирмелийской Библиотеке, но его, возможно, даже не существовало в природе. Хотя… С менвитской стороны он однажды нашёл затерявшийся под стеллажами план той части. Он лежал недалеко от заваренной двери. Логично было бы предположить, что эти планы были созданы взаимно — вдруг придётся спасать соседей? С другой стороны, тогда в Бассании нашёлся бы план Ирмелийской Библиотеки, а не собственно Бассанийской.
Увы, пока улов ограничивался проигрывателем, старинной настольной лампой, пустой лейкой и пылевой метёлкой, которую покрывала паутина. Трупик паука прилагался.
Проигрыватель оказался вполне совместим с лиофоном. Когда зазвучала выученная до последней ноты мелодия 226 из списка «Диавоны», даже дышать, казалось, стало легче.
Это ощущение, впрочем, быстро исчезло, стоило пыли взмыть в воздух. Яростно чихая, Ильсор избавил от неё диван и стол, на который затем поставил лампу, остывший чайник и проигрыватель. Лампа, что удивительно, загорелась.
Буря, всё это время бушевавшая рядом, почти совершенно стихла. То есть ветер никуда не делся, но его вой стал почти неразличим за музыкой.
Ильсор словно впервые — впрочем, кажется, он задавался этим вопросом в Сае — задумался о том, откуда вообще взялась буря. Чем была туча, которая её породила? Библиотека хранила всю информацию в облаке — буквально, как объяснял ещё Гал-Лес. Не могло это быть то самое облако? Но тогда почему оно перетекало из пустой Ирмелийской Библиотеки в ещё живую Бассанийскую? Надо ли в таком случае успокаивать бурю?
И ещё. Что там взломали Юнсар с Ланатом? Кау-Рук говорил что-то про сервер, но сервера у Библиотеки точно не было.
Опять Юнсар. Слишком много странного творилось вокруг него, начиная от курьера в Нармё, заканчивая… И что там вообще было с курьером и всей этой чехардой вокруг Мон-Со? Надо было дождаться его возвращения и сверить данные, потому что Ильсор отчётливо помнил только торт.
Закончив с пылью, Ильсор осмотрел цветочные горшки. Обычная земля, просто сухая, никаких следов зловещего колдовства, которое подозревал Мон-Со. От цветов не осталось даже пыли. Несмотря на тучу, уровень влажности в Библиотеке оставался крайне низким. Наверное, если бы здесь перед закрытием кто-то умер, они нашли бы идеальную мумию.
Отогнав от себя чересчур яркую картинку, Ильсор прошёлся вдоль пустых полок в поисках… хоть чего-нибудь. Ничего не попадалось, и он задумался о другом.
Итак, буря пусть пока остаётся на месте. Юнсара надо обсудить. А ещё есть символы из Ялао, змеиные странности Мон-Со, рука в янтаре, про которую все забыли… Ночное непонятно что, в конце концов. Где-то за ними теряется освобождение арзаков, которое чуть-чуть приблизилось после почти сложившегося сговора с Дан-Клар. Но этот сговор тоже следовало осмыслить заново в свете открывшейся информации о Библиотеке. Наконец, оставались шахматы. Пока Гелли принадлежит им, они однозначно опасны.
Ильсор надеялся, что хоть какие-то из этих проблем свяжутся в одну или решатся как-нибудь сами, без него и его семьи. Но вероятность такого исхода он здраво оценивал как ничтожную.
Он как раз успел вновь дойти до двери, когда в неё протиснулись, с трудом преодолевая встречный ветер, Морни и Мон-Со. Оба живые и, вероятно, в порядке. Во всяком случае выглядели они живее, чем Ильсор, на свой взгляд.
— Нашёл что-нибудь?
— Проигрыватель и метёлку. Предлагаю перекусить, отдохнуть и уже после попытаться найти что-то более нужное всем вместе.
Мон-Со и Морни с одинаковым сомнением покосились на бурю, но спорить не стали.
Их то ли завтрак, то ли ужин занял всего минут десять, после чего все завалились спать. Вповалку, по-арзакски.
Час, полтора… Ветер дул, убаюкивая и насылая мрачные сны — те, что приходят на грани между «ещё не спишь» и «уже просыпаешься». Наверное, в данном случае было всё-таки «уже»: мысли завязли словно в янтаре, но Ильсор лежал с открытыми глазами.
Почему-то наблюдение за спящими людьми — друзьями, даже семьёй — приносило успокоение. Может, Ильсор уже просто устал от собственных эмоций, может, включилась библиотечная психосоматика — Кси-Лей часто говорила, что Библиотека её успокаивает. В любом случае, глядя на спокойное лицо Морни, на Мон-Со, который не пытался, как обычно, вытянуться по уставной стойке, Ильсор чувствовал себя почти счастливым.
…до тех пор, пока о себе не напомнил лиофон. Юнсар?
«Мне нужна твоя помощь».
Не он. Номер 33-9-3-1. Но… но… Ильсор дёргано оглянулся и встретил изучающий взгляд серых глаз.
Он молча протянул лиофон Мон-Со. Тот прочитал сообщение и номер и тихо, чтобы не разбудить Морни, сказал:
— Я оставил его в Кай-Хо.
Ильсор закусил губу. Кай-Хо… Это мог быть кто угодно. Понять бы, кто…
«Господин, я, к сожалению, слишком далеко от вас».
Универсальная реплика, если, конечно, собеседник — не ожившая Библиотека. Лиофоны-то её. А она и так уже слишком странная — может и ожить.
«Хотя бы подскажи, как нейтрализовать Каири Таменди».
Уф, нет, это точно не Библиотека.
— Яснее не стало, — прокомментировал Ильсор. — И что мне ответить?
Мон-Со, читавший переписку через его плечо, скептически хмыкнул и предложил:
— Ничего конкретного.
«Как и любого человека».
Собеседник исчез на несколько минут, а потом прислал нечто маловразумительное:
«Меу ил Юемпр».
— Ты примерно то же самое писал, когда сидел в зеркале, — заметил Мон-Со.
Прозвучало как подколка. Если бы ещё от неё не было так больно… Впрочем, Мон-Со вряд ли действительно хотел его поддеть — не тот человек.
— Значит, он под гипнозом?
— Или его долго били по голове, — зевая, предположила Морни.
Больше никаких сообщений не поступало, и вскоре они вернулись к поискам. Буря ослабла ещё сильнее. Теперь на пути потока можно было спокойно стоять, как если бы это был всего лишь ветер, гулявший осенью по улицам Ламиэре. Резкий и холодный, но не более того.
— Шкафы стали ровнее, — заметил Мон-Со.
Ильсор пригляделся. Стояли они точно так же, как и раньше, но стали как будто новее: исчезли трещины, краска заблестела, количество пыли сильно уменьшилось само по себе.
— Тут просто надо было проветрить! — Морни фыркнула. — Если помахать метлой, небось ещё и свет зажжётся.
— Попробуем? — с усмешкой предложил Ильсор.
Мон-Со посмотрел на дверь и поинтересовался:
— Вы помните, что нас ждут?
Ждут… Объективно говоря, никто их не ждал, но из Библиотеки надо было выбираться. Связаться с Дан-Клар… Подразумевался обмен ключами и бонусами, но этот план придётся корректировать. Что ещё? Даже не так. Что можно и нужно сделать, пока они в Библиотеке?
— Заглянем к менвитам? Надо расшифровать символы, которые передала Таменди.
— Заглянем. — Морни мрачно тряхнула головой. — Юнсар так и не написал?
— Нет, сейчас спрошу ещё раз… Так.
Юнсар. Очевидно, что тот, кто писал с номера Мон-Со, не попадал пальцами по кнопкам. Буквы на клавиатуре расположены так, что «Юемпр» вполне может оказаться Юнсаром.
— У кого какие идеи насчёт «меу ил»?
* * *
Было неспокойно. Киан ненавидел Чертог Уныния все те годы, что знал о его существовании. Обломки вертолёта, мрачные стены, колодец… Подниматься туда снова отчаянно не хотелось, но Киан остался единственным врачом в Ламиэре и обязан был снова дойти до крепости. Там определённо были раненые.
В городе остались Ам-Кай и Тайси под присмотром Бейни. Так себе присмотр, если что-то случится, но взять их с собой было нельзя, особенно Тайси.
Обоих менвитов тоже стоило бы оставить, но оба категорически отказались и вышли в горы с воспалёнными глазами. Лин-Хес и вовсе держался как можно ближе к Киану, как будто боялся, что тот ускользнёт вместе с шансом узнать нечто важное о Ден-Хесе. Что ж, его дед тоже был до крайности любопытен, просто в другой сфере.
— Я отвечу на все твои вопросы, — пообещал Киан.
— Так заметно?
Лин-Хес смутился и слегка замедлил шаг. За его спиной забурчала Лиена: они поднимались по крутому склону и малейшее изменение скорости мешало шедшим следом.
— Не внешне, но из контекста, — увильнул Киан. Менвитов всегда очень обижало упоминание их эмоций.
Лин-Хес хмыкнул и как будто успокоился.
До Чертога Уныния они дошли, никого не встретив. Зато на площадке под стеной стоял блестящий начищенной бронёй военный вертолёт. Лин-Хес на миг задержал дыхание, Кау-Рук где-то позади восхищённо присвистнул.
— Новая серия!
— Там следы боя! — Юнсар успел добежать до крепости и заглянуть во двор. — Они осматривали Чертог, потом дрались, потом все поубегали.
Осмотр следов дал примерно такую же картину. Менвиты, очевидно, исследовали Чертог после произошедшего, столкнулись с арзаками и, проиграв, разбежались. То есть отступили — судя по следам, они ушли ниже по восточному склону, волоча за собой то ли раненых, то ли мёртвых.
— Почему они не улетели? — спросила Лиена.
— Пилот пострадал при нападении? — Кау-Рук пожал плечами. — Мне другое интересно: где арзаки?
— Собирались гоняться за той странной девчонкой из Ранвишей. Гелли, да? — уточнил Талай. Он пошёл с ними, но всё время пытался слиться с местностью и стать как можно менее заметным.
— Поболтать не получится, — слегка разочарованно припечатала Лиена и скомандовала: — Достаём змей из колодца и возвращаемся в город.
Юнсар и Лиена остались снаружи, а остальные вошли в крепость. Кау-Рук тяжело вздохнул и попросил:
— Кэлен, проверишь, как там вертолёт? — Оглянувшись на остальных, он спросил: — А что, по-вашему, раненых лучше нести на себе?
— Он просто хочет себе вертолёт. — Честно сдав своего пилота, Кэлен со смехом убежал обратно.
В крепости снег был основательно разворошён: тут бегали, прятались, падали… Вот распятый след — кто-то опрокинулся навзничь. Чуть дальше — невнятная дыра, но рядом валяется перчатка. У колодца долго топтались.
Кау-Рук и Лин-Хес подняли крышку, и штурман заглянул вглубь колодца.
— А кто третий?
— Мы двоих бросали. — Талай недоумённо развёл руками.
Киан тоже заглянул в колодец. Там действительно сидели трое, но сидели как-то странно, слегка неестественно. И вряд ли причиной был напугавший их скелет, скорее Киан был склонен подозревать серьёзные травмы.
— Спускаем верёвку? — спросил Лин-Хес.
Киан кивнул.
— Спускаем.
Кричать в колодец было бесполезно — камень слишком сильно искажал звук, поэтому сначала туда просто сбросили конец верёвки с карабином. Узники сперва никак не отреагировали, но затем, когда Киан уже подумал, что кому-то придётся спускаться, на дне зашевелились.
К карабину кого-то пристегнули. Кау-Рук, Лин-Хес и Талай принялись вытягивать его. Наконец над бортиком колодца показалась голова Ин-Тар.
Её аккуратно подняли и положили в сторонке на снег. Верёвку снова спустили в колодец, но Киану пока не было до этого дела. Пульс, дыхание…
— Кси-Лей, — сказал кто-то за спиной.
— Несите сюда, посмотрю. — Голос звучал как будто извне, хотя это сказал сам Киан.
Мир словно сдвинулся в сторону, вернулось забытое ощущение механистичности, будто ты — кукла. Как и почему? За что?
У Кси-Лей вывернуты лодыжки и куча ушибов. Это легко исправить, но до вертолёта её нужно будет нести на руках. Впрочем, она снова человек, так что лодыжки и ушибы — ерунда. А вот переохлаждение… Ночь в колодце в каких-то лохмотьях вместо одежды. Плохо.
У Кер-Со… Кер-Со? Ну да, кто это ещё может быть? Так похож на отца, но с младшим братом не перепутаешь — глаза не те.
Итак, переломы, переломы… Сканер показал весьма удручающую картину. Тоже переохлаждение, хоть и не такое сильное. Куртку он отдал Кси-Лей, но, кажется, сравнительно недавно. Больше проблем будет с мозгом — Морни говорила, что Кер-Со плохо переносит арзаков в таких количествах. К тому же… знает ли он, кем ему приходилась Ин-Тар? Помнит ли?
Во двор крепости вбежал Юнсар.
— Таменди возвращается!
— Валим к вертолёту, — приказал Кау-Рук.
Юнсар предупредил вовремя: они успели спокойно оторваться от земли, когда возле крепости появились люди. Лётчики чуть ли не пели от радости, Лиена напряжённо смотрела на Чертог Уныния и вьющийся на ветру эллет Таменди, а Киан сидел рядом с ранеными и пытался понять, что ему делать дальше. Лин-Хесу про «Путеводную звезду» рассказать? Теперь, кроме Киана, некому…
— Как вы здесь оказались? — спросил он у Кер-Со.
Тот дёрнул головой в направлении тела Ин-Тар и зло огрызнулся:
— Последствия ваших с ней действий.
![]() |
|
Катя, спасибо, что и сюда ты его выкладываешь, но это же ведь долго очень- выкладывать, а глав у тебя очень много
|
![]() |
Мряу Пушистаяавтор
|
Алена 25
*шёпотом* Здесь есть автокопирование с Фикбука. |
![]() |
|
ааааа, ясно )))
1 |
![]() |
|
Мряу Пушистая
Удобная штука, между прочим. Сомневаюсь, что вы стали бы переносить этот фанфик сюда без этой функции. 1 |
![]() |
Мряу Пушистаяавтор
|
windcolder
Определённо. Я б свихнулась 90+ глав переносить) 1 |