Властелин (джен)

XIV. Непредвзятость

Хотя на первый взгляд это может показаться странной чертой для злодея, непредвзятость нередко оказывается решающим качеством. Готовность заводить союзников в самых неожиданных местах и прибегать к нетрадиционным стратегиям позволяет компенсировать фундаментальное неравенство сил, с которым многие злодеи сталкиваются в начале своей карьеры, особенно когда против них ополчается едва ли не вся страна.

* * *

Гарри решил, что вампирам, пожалуй, не помешает глоток свежего воздуха — желательно такого, который не был бы отравлен смогом. И хотя их корабль всё ещё бороздил воды Мексиканского залива (Гарри надеялся либо обогнуть Южную Америку, либо пробраться через Панамский канал при помощи Конфундуса), в их распоряжении оставались фестралы. Для самого же Гарри они не были вариантом, потому что Шеваль Малле, судя по его виду, готов был прикончить Гарри, если тот хотя бы приблизится к другой лошади.

К счастью, при небольшой помощи Кричера Гарри удалось аппарировать Шеваль Малле в Британию. Конь выразил своё отношение к аппарации, едва не вонзив копыта Гарри в грудь, но, по всей видимости, был рад снова оказаться на твёрдой земле. Сам Гарри тоже пребывал в приподнятом настроении: он давно хотел исследовать Британские острова и отыскать все без исключения артефакты и реликвии. Впереди его ждали ещё двенадцать из «Тринадцати сокровищ Британии».

Вариантов было немало, но в итоге Гарри решил отправиться на север. При всей своей притягательности Корнуолл и Уэльс (а у Гарри было сильное подозрение, что большая часть валлийских сокровищ скрывается именно там) вызывали у него слишком явную ностальгию по Хогвартсу. Вместо этого он решил взглянуть на те уголки Шотландии, что лежали за пределами влияния единственного замка.

Поездка растянулась на несколько дней — слишком долгих для вампирш по вполне очевидным причинам, хотя по ночам они иногда навещали его. В остальное время это были только Гарри и конь, исследующие сельскую Шотландию. Гарри не собирался притворяться, что это не так, но временами он почти чувствовал себя героем древних преданий — с посохом в руках и сияющим серебряным скакуном под собой.

Доставить коня на Гебридские острова оказалось задачей не из лёгких. Пришлось наложить на подковы сложные водоотталкивающие чары, но оно того стоило: одна только новизна скачки по океану приводила в восторг. Правда, восторг быстро сходил на нет, стоило морю слегка заволноваться, и тогда Гарри приходилось без передышки колдовать, чтобы вода впереди оставалась достаточно ровной для езды.

Почти сразу после высадки на Внешних Гебридах — тех самых, куда требовалась магия, а не просто мост, Гарри услышал оглушительный рёв. Ну конечно. Гебриды. Дом чёрного гебридского дракона. Он выхватил посох, когда Шеваль Малле под ним запаниковал. Гарри даже не хотел представлять, что могло вселить страх в сердце этого существа, но лёгкую ухмылку всё же сдержать не смог.

Это была, разумеется, не Венгерская Хвосторога, но Гарри стало любопытно проверить, насколько он сам вырос со времён Турнира Трёх Волшебников. Сможет ли он справиться с драконом теперь? Он крепче сжал посох, но всё же постарался умерить свой пыл. В конце концов, с чего бы вдруг считать, что дракон (или драконы) действительно хотят ему навредить?

В следующий миг за гребнем ближайшего холма взметнулось огромное облако пламени, а следом — второе.

«Совершенно безобидны», — мрачно подумал Гарри.

* * *

Министерство старалось держать под контролем диких драконов, находящихся под его опекой: они представляли одну из серьёзнейших угроз Статуту о секретности. В то же время драконы были ценным ресурсом. Сердечные жилы, кровь, даже мясо, если вы достаточно смелы, конечно. Поэтому за популяцией внимательно следили, поддерживая её устойчивость и следя за тем, чтобы туши погибших особей были должным образом разделаны.

Так что, когда два дракона погибли один за другим в одном и том же месте на Гебридах, Министерство немедленно отправило группу для оценки ситуации и начала долгого процесса… переработки. Однако на месте выяснилось, что кто-то их опередил. Обычно зевак отгоняли или стирали им память, если те оказывались маглами, но на этот раз это был Гарри Поттер.

Сам Гарри считал произошедшее досадным недоразумением: два дракона каким-то образом сцепились и ухитрились убить друг друга. Прекрасные создания погибли совершенно бессмысленно, но хуже всего было другое — один из них оставил кладку яиц. Ну как Гарри мог удержаться и не спасти их? Он понятия не имел, как растить драконов (возможно, отправит яйца Чарли или хотя бы одолжит его конспекты), но это в любом случае было лучше, чем бросить их на произвол судьбы.

Закончив упаковывать яйца и наложив на них согревающие чары, Гарри услышал голоса. Обернувшись и уже прикидывая, не придётся ли ему прибегать к импровизированному стиранию памяти, он столкнулся лицом к лицу с сотрудниками Министерства, которые смотрели на него, буквально разинув рты.

Гарри приветливо помахал им рукой.

Им понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы осмыслить увиденное: Гарри Поттер, возвышающийся над телами двух громадных драконов, с настоящим посохом за спиной.

— Вам не нужна помощь с разделкой, мистер Поттер?

Если повезёт, возможно, он позволит им оставить что-нибудь себе.

После коротких переговоров решили, что каждая сторона получит примерно половину. Гарри не стал настаивать, а Министерство сочло, что сорвало куш — всё-таки драконы явно были добычей Поттера. Гарри быстро понял, что его приняли за победителя этих тварей. В нём проснулась мелочная вредность: признайся он, что просто наткнулся на них, Министерству могло бы достаться больше. А напакостить Министерству, пусть даже в такой мелочи, как лишение их части прибыли, всегда было делом благим.

Поэтому он просто… промолчал.

Гарри уже прикидывал, как эффектно будет смотреться куртка из драконьей кожи.

* * *

Пока Гарри находился на Гебридских островах, ему изредка попадались туристы. Он держал наготове заклинания на случай, если у маглов возникнут неудобные вопросы к странному типу верхом на коне посреди такой глуши, но по вполне очевидным причинам не применял их к волшебникам. В целом ему было безразлично, что о нём подумают другие маги; однако он всё же был недостаточно глуп, чтобы открыто маячить перед маглами.

Он был уверен, что едет по совершенно пустынному участку побережья, когда вдруг услышал за спиной:

— Отличный у тебя посох.

Надо признать, Гарри слегка подпрыгнул в седле. Впрочем, голос принадлежал человеку, который при всей своей грубоватой внешности производил впечатление скорее жизнерадостного, чем враждебного.

— Спасибо, — ответил Гарри. — Он сослужил мне верную службу.

При ближайшем рассмотрении мужчина определённо оказался магом: на поясе у него висела волшебная палочка, а за спиной в воздухе покачивалась сеть, полная рыбы.

Похоже, им было по пути. Несколько секунд они ехали молча, после чего незнакомец вновь заговорил:

— Ты из здешних мест?

— Не совсем. Я вырос неподалёку от Лондона.

— От Лондона? — мужчина усмехнулся. — И как же ты вместе с лошадью забрался в такую глушь?

— Магия.

Мужчина громко расхохотался.

— Справедливо. Раз уж тебя так занесло далеко от дома, не хочешь заглянуть к нам на ужин?

— Правда?

— У нас с женой не так часто бывают гости. Нам обоим не помешало бы немного развеяться и отвлечься от однообразия.

* * *

Мужчину звали Росс. Он жил с женой в небольшой хижине на некотором удалении от берега. Зачем рыбаку понадобилось селиться в глубине острова, Гарри не понимал, но решил, что магам, в конце концов, позволительно быть эксцентричными. Домик окружали аккуратные садовые грядки. Строго наказав коню не объедать посадки этих милых людей, Гарри отпустил Шеваль Малле пастись и последовал за Россом внутрь.

Жену Росса звали Агата. Эта темноволосая женщина, насколько Гарри мог судить, была маглой: она не пользовалась заклинаниями и даже не носила при себе палочки. Она тепло улыбалась, но Гарри кожей ощущал окутывавшую её меланхолию.

К тому же Агата казалась рассеянной. Во время ужина нить разговора то и дело ускользала от неё, и тогда она просто смотрела в окно. Россу пришлось несколько раз спрашивать, может ли Гарри остаться на ночь. Когда вопрос наконец до неё дошёл, она согласилась, но не успел Гарри поинтересоваться причиной её уныния, как Росс с удвоенным усердием принялся зазывать его выпить.

В итоге Росс напился до такой степени, что свалился под стол. Перед этим он, впрочем, предусмотрительно убрал палочку в зачарованную кобуру — настолько надёжную, что, по его словам, даже сами фейри не смогли бы её украсть, что бы это ни значило. Спустя пару мгновений после того, как Росс провалился в беспамятство, Агата подошла к Гарри.

— Вы ведь волшебник, верно? — тихо спросила она.

— Да.

— Тогда я хочу попросить вас об одолжении.

— Какого рода?

Она тяжело вздохнула.

— Мой… муж, — Гарри поразился тому, сколько презрения уместилось в этом шёпоте, — забрал у меня одну вещь. Без неё я не могу уйти. Он знает об этом и спрятал её с помощью магии.

В груди у Гарри вскипел гнев. Какой мерзавец станет использовать магию, чтобы удерживать женщину в ловушке? Он молча кивнул. Агата бесшумно отвела его в угол хижины и указала на одну из половиц.

— Это единственная доска, которая не двигается, не пачкается и даже не скрипит. Я проверяла.

Гарри моргнул, затем достал палочку и аккуратно вырезал кусок дерева, обнажив небольшое углубление под полом, в котором лежала тюленья шкура.

— Что за чёрт… — пробормотал он.

Агата бросилась к тайнику, выхватила шкуру и крепко прижала её к груди.

— Спасибо! Я этого не забуду, Гарри Поттер!

Она выбежала из дома, и Гарри, всё ещё не оправившись от замешательства, поспешил за ней к берегу. Подбежав к пенящемуся морю, она даже не замедлила шага. Просто накинула тюленью шкуру на плечи — и та начала меняться, удлиняясь и обволакивая её тело. Сама женщина тоже преображалась, пока на берегу не оказался тюлень, который быстро добрался до воды и исчез в волнах.

Через мгновение Гарри сопоставил факты. Селки — тюленеподобные существа, способные сбрасывать кожу, чтобы принимать человеческий облик. Если украсть их шкуру, пока они на суше, они останутся людьми, пока не вернут её себе…

Росс, вероятно, наткнулся на Агату, когда та была без своей шкуры, украл её и, по сути, принудил женщину стать его женой.

Раньше Гарри никогда не задумывался о подоплёке подобных историй, считая их всего лишь сказками, но теперь от этих мыслей его мутило. Разумеется, волшебники могли особенно подло обманывать селки, скрывая шкуру магией там, где та никогда бы её не нашла. Ведь Министерство, конечно же, не позволило бы селки пользоваться волшебными палочками.

Гарри тяжёлым шагом подошёл к коню.

— Просыпайся, приятель. Нам нужно тут всё разнести.

* * *

Какая-то часть его почти поддалась искушению отправиться ещё дальше (возможно, махнуть на Шетландские или Оркнейские острова), но путь был слишком долгим. К тому же Гарри (чисто номинально) следовало сосредоточиться на своем корабле, который всё ещё болтался где-то в Карибском море и терпеливо ждал его, чтобы он наконец смог отправиться в Перу и заняться инками. Как минимум, было бы любопытно взглянуть на горы и Мачу-Пикчу, хотя Гарри почти не сомневался, что там обнаружится нечто куда более интересное. Например, неужели местные маги так и не изобрели заклинаний, облегчающих дыхание в разреженном воздухе?

Тем не менее дел хватало и здесь — к примеру, слегка расширить территорию острова. Поначалу он колебался, не желая захватывать слишком большую часть Доггер-банки или вмешиваться в то, что русалы уже обустроили на морском дне (однажды Гарри нырял туда и видел, как русалка пасёт косяк рыб, словно стадо). Но места действительно не хватало для всех животных, особенно если он решит оставить драконьи яйца.

Из раздумий его вырвало появление нескольких русалов, всплывших прямо перед ним. Чёрт. Неужели он умудрился засыпать чьё-то жильё песчаной косой? Однако мгновение спустя за их спинами на поверхности показался ещё кто-то.

Тюлень. Очень знакомый тюлень.

Гарри тяжело вздохнул.

* * *

Гарри Поттер — убийца драконов?

[На снимке, полученном при искусном использовании Омута памяти, запечатлён Гарри Поттер с посохом за спиной, стоящий возле туш двух Гебридских чёрных драконов. Одного этого изображения оказалось достаточно, чтобы сделать выпуск бестселлером.]