У Фольксхалле поезд не останавливается (джен)

Две книги и пять вариантов спустя рецензию наконец-то можно было читать. Всего-то десять листов, по зельям иногда задавали больше. Гарри опустил последнюю страницу, Стивен напротив поднял бровь.

— Ну что, ты доволен?

Гарри кивнул. И Стивен выхватил листки у него из-под рук.

— Отлично. Пей свой кофе, ешь свою… это яичница? Неважно, ешь это, пока оно с тарелки не удрало, а я пока ознакомлюсь.

— Это японская яичница, ничего ты не понимаешь, — заявил Гарри. — Очень вкусно, между прочим!

— Угу, угу, самураи крошили в нее кусочки врагов, я прямо вижу как…

Гарри фыркнул и чуть не подавился.

Стивен читал всю яичницу и половину чашки кофе. Быстро, поскольку голодный Гарри и сам не заметил, как доел. Эксперимент с яичницей ему понравился, хотя с перцем он немного переборщил. Ну и ладно, зато согрелся!

— Неплохо, — сказал Стивен, дочитав. — Можешь не краснея показывать Штайну. Если он так заинтересован в результате, как я думаю, он сам поговорит с нашим профом, чтобы занять часть твоего времени для учебника.

— Ты думаешь, профессор Кольбе согласится?

Стивен кивнул.

— Зачем тебе время терять? Будешь с утра у них, а вечером у нас. Мы все равно только к вечеру и разбираемся, что нам от тебя нужно. И то без толку.

— Совсем? — огорчился Гарри. Эксперименты Стивена он в последние дни перестал понимать окончательно, только результаты фиксировал. Жаль, если весь труд оказался бесполезен.

— Да не совсем… Там на статью уже набралось, но нам-то не статья нужна, особенно такая! А я как не понимал причин эффекта, так и не понимаю. Хоть головой о стенку стучись, может, тогда в мозгах понималка включится…

— А ты расскажи, — предложил Гарри. — Мне всегда помогало рассказывать. По дороге, а?

— Интересно тебе? — улыбнулся Стивен.

— Конечно, — не стал отпираться Гарри. — Кроме того, я лучше работаю, когда знаю, что делаю. Проще ошибки отлавливать.

— Видишь, в чем дело, Гарри… — начал Стивен, когда они вышли из общежития. Дождя, ради разнообразия, не было. Солнца, впрочем, тоже. — Ты не замечал, что в любой статье по дневникам есть опечатки в цитатах? Ага, не замечал. Я вот тоже не обращал внимания сначала. А когда обратил, решил, что это нормально: сложно скопировать от руки непонятный текст, не ошибившись ни разу. Магически-то его копировать нельзя. Кстати, ты не задавался вопросом, почему дневники копировать нельзя, а преобразования совершать можно?

Гарри помотал головой.

— Я думал, там просто проклятие на копирование, несовместимость.

— И оно там есть, — кивнул Стивен. — Но на иные манипуляции с текстом проклятий нет. Забавно, правда?

— Ну, — пожал плечами Гарри, — может, потому что Гриндельвальду не хотелось их снимать постоянно? Твой закон «Оптимизации лени»?

— Может, вполне. Но есть еще один момент. Неделю назад я переписывал себе отрывок, поработать вечером… Я очень аккуратен, Гарри. И я все равно ошибся. Я потом пробовал тридцать раз — ошибки всегда разные. И ты мне делал преобразования на тексте, сначала прямые, потом обратные, сам помнишь сколько раз. И знаешь что?

— Что? — напрягся Гарри.

— Всегда есть хоть одна буква отличия. Всегда!

Помолчали. Гарри укладывал новость в голове, и результирующая картина ему не нравилась все больше.

— Ты хочешь сказать, — проговорил он, — что текст сопротивляется расшифровке? Сам? Что сложные схемы именно из-за этого не работают? Потому что в самом начале цепочки ошибка? И что этого никто за столько лет не заметил?!

— Ага, — Стивен посмотрел на него одобрительно. — Я ведь и сам не заметил. А если бы не решил проверить обратными преобразованиями, то и доказательств бы не было. Ты понимаешь… ну ты же не будешь проверять, что дважды два — четыре? Давным-давно умные маги выяснили свойства некоторых преобразований, так мы с тех пор ими и пользуемся. Кому придет в голову, что при стандартной матричной схеме совершенно инертный текст без активных неучтенных проклятий будет изменяться?

— А может это проклятие копирования?..

— Увы, — вздохнул Стивен. — Оно же простое, в самой бумаге, на водяных знаках. Учесть его легко, мы и учитываем.

— То есть… дневники нельзя расшифровать? Совсем?

Стивен помотал головой.

— Нет. Автор-то их расшифровывал. Там явно какой-то секрет. То что замещает буквы при преобразованиях. И если его понять, если решить — остальное будет проще некуда, я уверен.

— Ты выглядишь довольным, — недоуменно сказал Гарри.

— А то! Ты сам подумай. Какая изящная защита, а? Я всегда ждал от Гриндельвальда чего-то подобного и вот, наконец-то! Это же значит, что я совсем близко, надо просто понять одну простую вещь, и все! И загадка наша! Я никому пока не сказал, — добавил Стивен. — И ты не говори.

— Почему? — удивился Гарри. — В смысле, я не скажу, но это же открытие!

— Потому что с таким открытием нам будет необходимо предъявить комиссии расшифровку. Отболтаться не получится. Иначе, как ты и сказал, дневники сочтут безнадежными и остановят проект. А держать такое в группе… Тот же Тео впадет в уныние и поделится с приятелем из другой группы за пивом. Запросто.

— И что? — не понял Гарри. — Ну, поделится?

— А то, Гарри, что грантов в Европе — конечное количество. И если нам не продлят наш, то эти деньги дадут кому-то еще. Понимаешь?

Гарри поморщился. Что ж тут непонятного.

— И тут политика.

— Везде политика, — пожал плечами Стивен. — Что ж теперь. Ее, как проклятие от копирования, надо просто учитывать.

Они дошли до библиотеки, гадая, что же это за секрет, и пришли к временной гипотезе, что все дело в рисунках. Как именно — оставалось неясным: если на рисунки завязано спящее проклятие, то почему все рисунки разные, и не на каждой странице, и каким же образом столько лет совершенно все пропускали момент активации?

— Надо измерить! — заявил Стивен. И сказал, что существуют приборы измерения магического поля. Дневники уже мерили, но двадцать лет назад, а за это время даже магическая техника уплелась вперед. — Я добуду приборы у чаровников — и проверим!

В библиотеке что-то было не так. Слишком тихо. И девушка в раздевалке посмотрела на них со Стивеном грустно. Внутренний Хмури насторожился. Такие взгляды Гарри уже встречал. Помнил. Хотел бы не помнить.

Стивен побледнел и побежал вперед. Тоже встречал, наверное.

«Нет, нет, ну пожалуйста, пусть ничего ни с кем!..»

Большой зал пустовал. Они поднялись на Пояс на метлах, Стивен вскочил на свою, ничуть не замешкавшись, и взмыл вверх даже быстрее Гарри.

Вбежали в комнату.

По ней как ураган прошел: книги по всему полу, разодранные бумаги, опрокинутый, обугленный шкаф, перевернутый стол. Его пытались поднять Даниэль с Тео. И, заметив Гарри со Стивеном, закричали: «Никакой магии!» Гарри замер. Выдохнул. Убрал палочку в ножны на руке.

Стивен рядом сделал то же самое и спросил резко, чужим голосом:

— Что случилось?

— Неприятность, — поморщился Тео, водружая таки стол на место.

Гарри чуть не рассмеялся от мгновенного облегчения. Неприятность! Радость-то какая, всего лишь неприятность! Все живы…

— Какая? И где проф? — голос у Стивена оттаял.

— В больнице.

— Поехал вместе с Джоном и Ричардом, — добавил Даниэль, глянув на Тео осуждающе. — Дэвид сделал глупость. Взломал твою защиту, Стивен, и применил заклятие копирования к третьей части тридцатой.

— Которую ты мне вчера дал.

— Которую я тебе вчера дал, — кивнул Даниэль. — Ночью, оказывается, остался, начал от руки переписывать, потом, похоже, отчаялся и… Сильно полыхнуло. У него ожоги и слепота. Твои записи в пепел. А тридцатая — как новая.

— Вот дурак, — сказал Тео. — Попросил бы тебя, ты бы дал ему третью часть. Что, не дал бы?

— Дал бы, разумеется, — вздохнул Стивен.

Гарри счел, что это он сказал из вежливости. Стивен мог Дэвиду запросто отказать: в третьей части тридцатой тетради ничего по травам — Дэвидовой теме — не было.

Странно. Зачем, ну вот зачем? Снимать защиту, копировать, так паниковать, что забыть о защите, о красном круге на обложке… Из-за чего паниковать-то? Из-за комиссии? Или это Джон так жестко нажал на своего приятеля? Малфой — тот мог, но по настоящей причине, а Джон? Только из-за дурацкой гордости?

— Что будет с Дэвидом? — спросил Гарри.

Тео пожал плечами.

— Домой отправят. Там и долечат. Джон вроде отпрашивался с ним поехать, ну и правильно. Не ожидал от него.

Стивен медленно кивнул.

— Да… Не ожидал…

— Эй, — сказал Тео. — Как насчет помощи с уборкой? Все руками, увы, до завтра здесь лучше не колдовать.

— Легко, — отозвался Гарри. — Я большой специалист в уборке без магии!

Все засмеялись. И зря. Филч бы подтвердил!