Под знаменем Льва (гет)

В госпиталь снова вернулась тишина. Большая часть раненых вернулась в строй либо предпочла долечиваться на ходу, благо ничего серьёзнее небольших стычек в последнюю неделю не происходило. В длинном коридоре пахло настойками, свежим бельём и чем-то неуловимо-лекарственным, как и положено уважающему себя госпиталю.

Мэри нашлась в небольшой палате у самого входа. Когда Гермиона вслед за Драко вошла внутрь, обнаружилось, что Боунс отнюдь не при смерти, как полагалось человеку, лишь вчера пришедшему в себя после тяжёлого ранения. Напротив — она сидела в постели, обложенная со всех сторон подушками, и увлечённо препиралась с молодым целителем.

— Я не собираюсь бегать, — возмущённо доказывала она. — Всего лишь пройти по коридору до окна и обратно.

— Мисс Боунс, вчера вы не могли самостоятельно сесть, — терпеливо отвечал парень в мантии с эмблемой Мунго.

— Но сегодня-то могу? — капризно возразила Мэри.

— Именно поэтому сегодня вам разрешили сидеть.

Мэри закатила глаза в поисках нового аргумента, когда заметила вошедших. Раздражение мгновенно исчезло с её лица.

— О! Нормальные люди! — радостно объявила она. — Выгоните отсюда этого тирана!

Целитель обеспокоенно обернулся к Драко, но сразу расслабился, узнав хозяина Мэнора. Теперь он смотрел на него скорее с надеждой, определённо рассчитывая получить поддержку.

— Командующий Малфой, объясните вашей подчинённой, что «Вульнера Аэтерна» не лечится упрямством.

— Боунс, — Драко невозмутимо снял мантию, — «Вульнера Аэтерна» не лечится упрямством.

Затем подумал и добавил:

— Кроме того, как следует из названия, она оставляет незаживающие шрамы, если игнорировать рекомендации колдомедиков. Вряд ли ты этого хочешь, Боунс.

Мэри непроизвольно коснулась груди, а затем уставилась на Малфоя с оскорблённым видом.

— Предатель. Тебе меня не запугать.

— Рад видеть, что тебе лучше, Мэри, — улыбнулся в ответ Малфой и, подойдя к кровати, осторожно обнял её за плечи.

Мэри попробовала стукнуть его по спине, но тут же охнула и поморщилась от боли. Драко поспешно отстранился.

— Больно?

— Вовсе нет, — ворчливо соврала она. Это прозвучало настолько неубедительно, что фыркнул даже целитель.

Гермиона подошла следом и хотела просто поздороваться, но получила совершенно неожиданное объятие.

— Герми! — Мэри крепко ухватила её одной рукой и притянула к себе, обнимая за спину. — Ты себе не представляешь, как мне здесь скучно.

Гермиона осторожно приобняла её в ответ, стараясь не прижиматься к телу.

— Судя по выражению лица твоего целителя, он представляет, — улыбнулась она.

— Этот садист запрещает мне всё интересное, — хныкнула Мэри, усаживая Гермиону рядом с собой.

— Я запрещаю вам беспокоить свежезажившую рану, — устало поправил парень. — Как и сказал мистер Малфой...

— Видишь? — перебила его Мэри, выразительно глядя на Гермиону. — Именно об этом я и говорю.

Целитель тяжело вздохнул, проверил стоявший возле кровати флакон и наконец сдался.

— Я оставлю вас на час. — Он повернулся к Драко. — Могу я попросить вас проконтролировать, чтобы она не пыталась встать?

Драко пожал плечами и утвердительно кивнул. Медик посмотрел на него с явным сомнением, затем вздохнул и добавил:

— Если станет хуже — зовите.

— Конечно, — снова кивнул Драко.

Он направился к двери, но уже на пороге обернулся.

— И я всё слышу, мисс Боунс.

Мэри, которая как раз шептала на ухо Гермионе, что мальчишка явно запал на неё, показала язык и дождалась, пока дверь закроется.

— Зануда, — сказала она показательно громко.

Драко рассмеялся и уселся в кресло возле кровати. Гермиона, которая всё это время украдкой рассматривала Мэри, с облегчением отметила, что выглядит она вполне сносно. Да, лицо всё ещё было бледным, движения — осторожными, а под больничной рубашкой угадывалась тугая повязка, но в глазах неугомонной Боунс уже плясало обычное веселье.

— Ну? — Мэри перевела взгляд с одного на другую. — Что происходит в мире? Мне здесь рассказывают исключительно о температуре, пульсе и необходимости пить какую-то мерзость от Снейпа каждые четыре часа.

— Эм... В Англии гражданская война, — напомнил Драко.

Девушки улыбнулись.

Разговор быстро скатился к самым что ни на есть обычным вещам — друзьям, знакомым, слухам и войне. Под конец Мэри смертельно оскорбилась, узнав, что Драко уже несколько раз ходил с Гермионой в купальни.

— Всё, — мрачно объявила она. — Теперь я точно выздоравливаю и первым делом соблазняю Малфоя.

— Ради купальни? — озадаченно уточнила Гермиона.

— Разумеется. Я ведь туда всего один раз попала. А потом меня подстрелили. Совершенно несправедливо.

— Вообще-то тебя не подстрелили, а прокляли, — заметил Драко.

— Малфой, не придирайся к формулировкам, — отрезала Мэри и тут же сделала жалобное лицо, протянув к нему руки. — Я тяжело ранена. Пожалей меня.

Драко поднял руки, признавая поражение, но с места не сдвинулся.

Мэри тяжело вздохнула, не отрывая от него глаз, и тут же ойкнула от чувствительного щипка Гермионы.

— Ага, позли её, — широко улыбнулся Малфой.

— Бесчувственные... — вздохнула Мэри и как ни в чём не бывало принялась перечислять всё, что собиралась сделать сразу после выписки.

Для начала она планировала нормально поесть, потому что больничная каша была объявлена преступлением против человечества. Потом принять ванну. Потом сходить в купальню. Потом найти Терри, потому что тот, по словам Мэри, «наверняка совершенно распустился без присмотра»... К этому заявлению Гермиона прислушалась внимательней. Оптимизм слов не очень вязался с чуть дрогнувшим голосом девушки.

Тем не менее Гермиона внимательно слушала, улыбалась и чувствовала, как постепенно отпускает напряжение, с которым она входила в эту дверь. После кошмара в Запретном лесу, когда залитую кровью Боунс принесли в Мэнор, видеть её живой, раздражённой и строящей планы на будущее было удивительно приятно.

В коридоре послышалось недовольное ворчание медика, и дверь снова открылась.

Гермиона машинально обернулась и удивлённо посмотрела на вошедших. Эйлин она ожидала увидеть, а вот её с Паркинсон — определённо нет.

Пэнси вошла, оглядываясь по сторонам, и сняла перчатки, бросив их на ближайший столик.

— Ну что, Боунс, — ухмыльнулась она. — Решила всё-таки не помирать?

— Исключительно назло тебе, Паркинсон, — радостно отозвалась Мэри.

— Правильное решение.

Паркинсон подошла к кровати и осторожно коснулась плеча Мэри. Затем повернулась к Драко, и на её лице мелькнула лёгкая улыбка.

— Доброе утро, Малфой.

— Пэнс.

Она обняла его. Совсем немного, на какую-то секунду, и тут же отступила, успев бросить на Гермиону быстрый взгляд. В нём были и вызов, и настороженность — будто Пэнси сама ещё не решила, позволяет ли она себе это действие.

Сучка.

Мысль вспыхнула сама собой, и Гермиона едва не прыснула от собственной реакции. Она прикрыла рот рукой и встретила взгляд Паркинсон.

Заметив её веселье, Пэнси вспыхнула и тут же отвернулась к Мэри, делая вид, что между ними ничего не произошло.

Всё это время Эйлин стояла у двери. Сначала Гермиона не придала этому значения, но потом заметила, как побелели пальцы, которыми младшая Снейп мяла край рукава. Похоже, Мэри тоже заметила это.

— Эйли.

— Привет, Мэри, — непривычно тихо сказала Эйлин, подходя к кровати.

Некоторое время она смотрела на подругу, словно не решаясь приблизиться, а затем Мэри сама протянула руку.

— Иди сюда уже.

Эйлин наклонилась и осторожно обняла её. Это длилось всего пару секунд, но Гермиона отметила, как напряжённо держалась девушка, словно каждое её движение могло причинить Мэри боль. Отстранившись, она сразу отвернулась к окну, пряча глаза.

— Как ты? — спросила Эйлин глухим голосом.

— Живая, — бодро ответила Мэри.

— Хорошо. — Эйлин кивнула и молча села у окна.

Снова завязался разговор, но что-то здесь было не так. Эйлин отвечала, когда обращались непосредственно к ней, иногда улыбалась шуткам Мэри...

Гермиона знала о том, что случилось в Хогвартсе, и знала о выговоре, полученном Эйлин. Знала, что бой начался после ошибки Миры и что Мэри в результате получила ранение. Но лишь сейчас она заметила, насколько близко к сердцу принимает ситуацию их Ледяная принцесса. Заметила и запомнила.

Эйлин казалась безразличной, но, когда Мэри слишком резко повернулась, болезненно при этом поморщившись, она быстрее всех дёрнулась со своего места.

— Осторожнее, Мэри...

— Да нормально всё, — отмахнулась от неё Боунс, всё ещё морщась от боли в груди.

Эйлин нерешительно кивнула и вернулась в кресло, снова замолчав.

Мэри тоже всё понимала. Гермиона заметила это по короткому взгляду, который бросила та на подругу, и по тому, с какой энергией она начала рассказывать, что первым делом после выписки намерена заказать огромный кусок жареного мяса, картошку, пирог и бутылку сливочного пива...

— Тебя вырвет, — предупредила Пэнси.

— Съем во второй раз, — расплылась в улыбке Мэри.

— Отвратительно, — пробормотал Драко.

— Завидуй молча, Малфой. — Она довольно улыбнулась и вдруг вспомнила что-то ещё. Улыбка померкла.

— Кстати! Мне обещали шрамы свести, — сказала она с таким торжеством, словно речь шла о боевой награде. — Целители обещали. Только не сразу.

Мэри взялась за ворот больничной рубашки, но вдруг остановилась и посмотрела на Драко.

— Малфой. Отвернись.

К нему одновременно повернулись три женских взгляда.

Несколько секунд Драко переводил глаза с одной девушки на другую, потом пожал плечами и демонстративно повернулся к окну.

— Пожалуйста.

— Вот и молодец, — одобрила Мэри.

Она осторожно подняла руки, и Пэнси потянула за подол, поднимая рубашку вверх.

Гермиона невольно задержала дыхание.

Широкий неровный рубец пересекал грудь Мэри по диагонали, уходя от ключицы вниз под повязку и появляясь снова на животе. Кожа вокруг оставалась красной, местами ещё воспалённой, а сама линия шрама выглядела тяжёлой и грубой, особенно заметной на молодом теле.

Гермиона ахнула, закрывая рот ладонью, Пэнси перестала улыбаться, а Эйлин побледнела и резко отвела взгляд. Морщась от боли, Мэри поспешно вернула рубашку на место.

— Целитель сказал, через несколько месяцев должна остаться тонкая полоска, — грустно вздохнула она. — А может, вообще ничего не будет видно.

— Ну конечно сведут, — обняла её за плечи Гермиона.

— Я тоже так думаю. — Мэри попыталась улыбнуться, но впервые за разговор на её лице появилась неуверенность. — Просто Терри...

— А что Терри? — подняла бровь Паркинсон.

Мэри смутилась и принялась аккуратно разглаживать край одеяла.

— Ну... Когда он увидит...

Драко у окна кашлянул.

— Малфой, не подслушивай! — раздражённо бросила Пэнси.

— Но я стою в двух шагах! — виновато ответил Драко.

— Так и стой молча, — отрезала она.

Гермиона прикрыла ладонью рот, пряча невольную улыбку. Уголки губ Мэри тоже чуть вздрогнули.

— Мэри, — сказала Пэнси, садясь на кровать с другой стороны. — Если Трэверс решит сбежать из-за шрама, скажешь мне.

— Зачем? — слабо улыбнулась Мэри.

— Затем, что я найду твоего Терри, и убегать ему будет уже не на чём, — проникновенно заявила Паркинсон, глядя ей в глаза.

Мэри ошарашенно посмотрела на неё, а потом расхохоталась, уткнувшись Пэнси в плечо. Засмеялась и Гермиона, следом не выдержал Драко. Даже Эйлин улыбнулась, хотя и постаралась скрыть улыбку, опустив голову.

— Всё, Малфой, можешь поворачиваться, — разрешила Мэри, всё ещё смеясь. — Ничего интересного для тебя уже нет.

Мэри явно начала уставать, но упорно не желала в этом признаваться. Она расспрашивала Пэнси о штабе, Драко — о новых командирах, Гермиону — о том, что происходит с оборотнями, и постоянно пыталась втянуть в разговор Эйлин.

Но постепенно её голос стал тише. Она всё чаще откидывалась на подушки и устало закрывала глаза между фразами. Драко заметил это первым и решительно поднялся на ноги, подавая руки Пэнси и Гермионе.

— Всё, девочки, хватит. Мы утомили Мэри.

— Ничего вы меня не утомили, — сонно возразила Мэри.

Гермиона приняла руку Малфоя и встала с кровати. Пэнси фыркнула и встала сама.

— Мы ещё придём, — тихо сказала Эйлин, подходя к кровати.

Мэри сонно посмотрела на неё и протянула руку.

— Обязательно приходи.

Эйлин кивнула. Они не стали обниматься, но Гермиона заметила, как Мэри на секунду сжала пальцы подруги.

Все четверо направились к двери, и галантный Драко открыл её перед девушками, едва не столкнувшись с человеком, уже поднявшим руку, чтобы постучать.

На пороге стоял Трэверс.

Он выглядел непривычно нарядно для госпиталя: тёмная мантия без единой складки, аккуратно причёсанные волосы и тщательно приведённая в порядок борода, а выражение лица было настолько серьёзным, словно он пришёл не проведывать раненую подругу, а как минимум сделать ей предложение.

Увидев Драко, Трэверс нерешительно остановился.

— Малфой.

— Трэверс.

Заметив за его спиной девушек, он чуть расслабился и вежливо кивнул Пэнси, а затем Эйлин.

— Мисс Паркинсон. Мисс Снейп. Моё почтение.

И лишь потом посмотрел на Гермиону. На ней его взгляд задержался значительно дольше, чем требовала обычная вежливость.

Гермиона нахмурилась.

За последние недели бывшие Пожиратели приобрели неприятную привычку смотреть на неё так, словно знали что-то, чего не знала она сама.

— Мисс Грейнджер, — наконец произнёс Трэверс и чуть поклонился.

— Мистер Трэверс, — ответила Гермиона, несколько озадаченная таким поведением друга Мэри.

Он сделал шаг в сторону, давая им пройти, но продолжал рассматривать её с каким-то странным, неумело скрываемым любопытством.

Хуже было то, что это заметил и Драко. Судя по выражению его лица, он уже собирался прямо спросить, в чём дело, когда из-за плеча Трэверса донёсся знакомый голос:

— Добрый день, мисс... Грейнджер.

В коридоре стоял Долохов.