Под знаменем Льва (гет)

— Эм... Ты сейчас серьёзно? — недоумённо посмотрела на медведя Гермиона и, не дождавшись ответа, окликнула: — Том?

— Разумеется, это невероятная чушь! — неожиданно вспылил Реддл. — Белла лично сказала мне, что ребёнок погиб.

Гермиона почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Ей вдруг стало ужасно жалко нерождённого ребёночка.

— Бедная мама, — всхлипнула она. — Ты, наверное, тоже переживал?

В глазах медведя вспыхнул опасный огонёк. Голос в голове Гермионы раздражённо зашипел:

— Мне нет дела ни до ребёнка, ни до его матери. Белла была одержима мной, и если я иногда позволял ей получить желаемую награду...

— Бесчувственный подлец! — Гермиона округлила глаза. — Неужели ты никогда не любил?

Ответа не последовало. Красные огоньки погасли, и медведь снова стал похож на обычную плюшевую игрушку.

Гермиона задумалась.

Ситуация действительно была необычной. После слов Реддла сомнений в том, что ребёнок погиб, не осталось. Но теперь возникал другой вопрос: стоит ли рассказывать об этом Пожирателям?

Вопрос был непростой. С одной стороны, ей была неприятна сама мысль о подобном обмане. С другой — Драко не раз говорил, насколько полезна в бою способность Пожирателей к полёту. Если бы они смогли научить ту же Тонкс... Да и несколько десятков опытных бойцов — совсем не то, что стоит игнорировать.

Она загнула по одному пальцу на обеих руках.

Если рассказать — Пожиратели наверняка уйдут. Вряд ли их удерживает что-то, кроме неё... Кроме Трэверса, разумеется. Но Долохов...

Гермиона внезапно вспомнила вчерашний разговор. Вспомнила пристальные взгляды, обращённые на неё, как взрослые мужчины ловили каждое её слово и будто сравнивали с чем-то, давно забытым...

Перед глазами встал Долохов, внимательно слушающий её рассуждения о справедливом мироустройстве. Похоже, многое из сказанного ей ему откровенно не нравилось, и несколько раз Гермиона замечала сожаление, смешанное с пониманием. Тогда ей была непонятна подобная реакция, но после слов Реддла у неё сложилось впечатление, что Антонин наверняка сожалел о том, что дочь Лорда не получила должного воспитания.

Вместе с этим в памяти всплыло и то, как близко он наклонился во время разговора...

Воздух в комнате будто застыл.

Гермионе вдруг показалось, что она наяву чувствует его парфюм — тяжёлую, маслянистую смесь амбры, кожи и густого мускуса. И если вчера этот запах просто раздражал её своей резкостью, то сейчас от одного воспоминания желудок судорожно сжался.

Ноги сработали раньше разума: она вскочила с кровати, уронив медведя на пол. Зажав рот ладонью и едва сдерживая рвотный позыв, Гермиона бросилась в туалет, не чувствуя под собой пола.

Закончив, она подняла глаза и уставилась на своё отражение в зеркале. Перед Гермионой предстала бледная девушка с расширенными от испуга зрачками, с ещё влажными от подступивших слёз ресницами.

— Что случилось? — в голове раздался встревоженный голос Реддла. — Ты нездорова?

— Не знаю, — хрипло сказала она. Горло всё ещё немного саднило. — Раньше со мной такого не было...

Выпив воды, девушка снова почувствовала себя нормально. Обнаружив медведя под креслом, она снова усадила его на ноги и сообщила:

— Драко нужны Пожиратели, поэтому я не стану их разубеждать. Раз они хотят верить в подобную чушь — так тому и быть.

Гермиона почувствовала, как в её голове словно разлилось тепло.

— Прекрасное решение, ученица... — удовлетворённо произнёс голос Реддла.

— Но ты должен рассказать мне об этих людях, Том, — попросила она. — Кто они, что ценят и чего боятся. Так мне будет проще убедить их.

— Разумеется, — согласился тот. — Я расскажу тебе всё, что знаю о них.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Гермиона, усаживаясь поудобнее. — Ну, здравствуй, папа.

--

К вечеру штаб понемногу опустел. Командиры разобрали подготовленные Пэнси бумаги и разошлись по своим отрядам, оставив после себя пустые чашки и сдвинутые стулья. Вездесущие эльфы уже приводили стол в порядок, подготавливая его к предстоящему совещанию. В воздухе стоял запах остывшего кофе.

Гермиона сделала последнюю пометку в списке снабжения и устало отложила перо. Сегодняшний день дался ей нелегко, к тому же кофе был просто отвратительным, а от его запаха к горлу снова подкатывала тошнота.

За столом уже сидели Лили и Доркас, ожидая, пока эльфы расставят новые кофейники и лёгкое угощение. Напротив них заняла место Макгонагалл, негромко разговаривая с Малфоем и время от времени поправляя сползавшие на кончик носа очки. Рядом с Драко привычно устроилась Паркинсон, просматривая пергаменты, которые планировалось раздать участникам перед началом совещания.

Гермиона собрала в папку свои записи и с удовольствием поднялась, расправляя затёкшую спину. За последние недели она успела привыкнуть к распорядку: помогать с бумагами, участвовать в обычной работе, спорить с Драко и Пэнси, но уходить, когда начиналось совещание руководства.

Уже у самой двери её остановил торопливый голос Драко:

— Эй, Герми, не уходи. Я хочу, чтобы ты тоже участвовала в совещаниях.

Гермиона остановилась и недоумённо обернулась.

Она заметила, как резко вскинула голову Пэнси. Их взгляды встретились, и на лице Паркинсон на миг появилось упрямое выражение. Однако вместо того, чтобы возразить, она быстро опустила взгляд и продолжила старательно раскладывать документы.

Лили вопросительно посмотрела на спокойного Драко, перевела взгляд на Гермиону и одобрительно кивнула. Доркас, казалось, была удивлена больше. Она задержала взгляд на Пэнси, потом перевела его на Малфоя, и губы её сложились в лёгкую недоумённую гримасу.

— Если никто не возражает, — сказал Драко, выдвигая для Гермионы свободный стул рядом с собой.

Та снова посмотрела на Пэнси. Паркинсон, не поднимая головы, раскладывала папки перед участниками.

— Я не возражаю, — спокойно сказала она, положив папку перед местом Гермионы.

Грейнджер молча вернулась к столу и заняла предложенное место.

Дождавшись, пока все усядутся, Доркас положила перед собой лист пергамента.

— Хорошо. Тогда давайте начнём с Хогвартса.

Макгонагалл снова сняла очки и устало потёрла переносицу.

— Проблема в том, — сказала она, — что мы слишком мало знаем о происходящем внутри школы. После моего ухода те, кому я могла бы доверять безоговорочно, либо покинули Хогвартс, либо больше не имеют возможности свободно с нами связаться.

— А ученики? — спросила Пэнси. — Возможно, кто-нибудь выходит за пределы школы?

— Только с разрешения администрации. Хогсмид отменён, письма учеников проверяют. Насколько строго, сказать не могу, но думаю — весьма.

Доркас сделала пометку на лежавшем перед ней листе.

— Значит, пока у нас есть только план замка, примерное количество учеников и практически ничего о том, что творится внутри?

— К тому же неизвестно, какой там теперь гарнизон и насколько школа вообще готова к осаде, — добавил Драко. — Если они восстановили защитные контуры или поставили поверх свои, лезть туда вслепую я точно не стану. И уж точно, пока работает камин.

Гермиона внимательно слушала, прижав ладони к краю стола. Очень хотелось вмешаться, но каждый раз девушка одёргивала себя мыслью о том, что она впервые сидит на совещании с людьми, которые принимают действительно значимые решения, и ей стоило бы сначала понять их логику и вообще — глубже изучить предмет обсуждения.

И всё же, когда разговор снова зашёл в тупик, она не удержалась и нерешительно подняла руку.

Заметив этот жест, Драко повернулся к ней. Пэнси низко склонила голову, а Доркас с удивлением моргнула, глядя на поднятую руку. На лице Макгонагалл промелькнуло выражение, будто она пытается сдержать улыбку.

— Да, мисс Грейнджер? — произнесла она тоном, каким когда-то вызывала её на уроках трансфигурации.

Гермиона невольно выпрямилась, привставая, и Драко незаметно дёрнул её за край мантии, усаживая на место. Бросив на него недовольный взгляд, Гермиона оглядела людей за столом.

— Я могу попробовать связаться с Невиллом Лонгботтомом. Мы неплохо ладили, и, если он всё ещё находится в Хогвартсе, то, возможно, согласится помочь.

— Насколько ты ему доверяешь? — спросила Доркас.

— Достаточно, чтобы поговорить, — смутилась Гермиона, переводя взгляд на неё. — Он хороший парень, и я не думаю, что выдаст нас за попытку помочь школе...

— А если твой хороший парень расскажет кому-нибудь ещё? — Пэнси подалась вперёд, скептически выглядывая из-за Драко.

Гермиона задумалась.

— Тогда сначала можно не говорить ему ничего важного. Просто выясню, готов ли он вообще со мной разговаривать.

— Попробуй, — кивнула Лили. — Если получится установить нормальную связь, дальше уже решим, что именно нам от него нужно.

Гермиона облегчённо выдохнула и лишь теперь заметила стоявший перед ней кофейник. Она налила себе чашку, добавила немного молока и машинально сделала глоток.

Горечь ударила по языку, а следом в нос ударил тяжёлый запах кофе. Она поморщилась и со стуком поставила чашку обратно.

Драко скосил на неё глаза.

— Что с тобой?

— Отвратительно, — пробормотала Гермиона. — Какая гадость...

— Нормальный кофе, — отхлебнул Драко, подняв брови.

— Тогда и пей сам. — Гермиона почувствовала внезапное раздражение.

Драко пожал плечами и снова повернулся к Паркинсон, которая уже раскладывала на столе схему школьных окрестностей.

Гермиона постаралась снова сосредоточиться на разговоре, но запах кофе никуда не исчез. Более того, с каждой минутой он становился всё навязчивее. К горлу снова подступила тошнота, и девушка незаметно сглотнула, прикрыв рот ладонью.

Сидевшая напротив Лили подняла на неё глаза как раз в тот момент, когда новая волна тошноты заставила Гермиону резко вдохнуть.

— Простите... — Она почувствовала, как начинают гореть щёки. — Можно я выйду на минуту?

— Конечно. — Доркас удивлённо посмотрела на неё.

Гермиона резко поднялась, одной рукой прикрывая рот.

— Герми? — обеспокоенно окликнул её Драко.

— Всё нормально, — сдавленно ответила та и поспешила к двери.

Когда она вернулась, совещание уже подходило к концу. Перед Драко уже лежало несколько исписанных листов, а Пэнси что-то отмечала на карте, следуя указаниям Макгонагалл.

Гермиона тихо села на место, чувствуя себя ужасно неудобно, и снова поймала на себе внимательный взгляд Лили.

— Значит, собираем всю возможную информацию, — подвела итог Доркас. — Люди, охрана, защита, способы связи, камины и снабжение. Гермиона? — Она нашла взглядом Грейнджер и заметно расслабилась. — Попробует выйти на Лонгботтома.

Затем перевела взгляд на Драко.

— Начинай готовить операцию. Пока что без сроков. Мне нужен план полной изоляции Хогвартса и варианты захвата школы после того, как поймём, с чем имеем дело.

— Сделаю, — кивнул Драко.

— Пожалуйста, без штурма, если его хоть как-то можно будет избежать, — твёрдо добавила Макгонагалл.

Пэнси неопределённо пожала плечами и посмотрела на Драко. Тот вздохнул и пообещал постараться.

— Тогда на сегодня всё. — Доркас начала собирать свои записи.

Стулья задвигались, и эльфы тут же забегали вокруг стола, собирая пустые чашки. Гермиона тоже поднялась, собираясь вернуться в спальню вместе с Драко, но не успела сделать и двух шагов, как Лили мягко поймала её за локоть.

— Гермиона.

Та обернулась.

— Да?

— Драко, мы тут поговорим, а вы с Пэнси идите, — кивнула Лили Малфою, не отпуская её локоть.

Драко вопросительно посмотрел на Гермиону. Та пожала плечами и показала на дверь.

— Я догоню.

Дождавшись, пока эти двое отойдут подальше, Лили повернулась к Гермионе.

— Давно тебя так тошнит?

— Меня не тошнит, — машинально ответила Гермиона и тут же поморщилась, вспоминая. — Да... сегодня. И ещё вчера один раз. Знаете, у Долохова ужасный парфюм, а теперь ещё этот мерзкий кофе...

Во взгляде Лили появилось понимание.

— А раньше запах кофе тебе не мешал?

— Нет, — пожала плечами Гермиона. — Думаю, я устала. Вчера вообще плохо спала, а сегодня весь день сидела над этими списками...

— Хорошо, — задумчиво покивала Лили. — Тогда можно ещё один вопрос? Когда у тебя в последний раз были месячные?

Гермиона открыла рот, чтобы ответить, и нахмурилась, вспоминая. Сначала показалось, что это было совсем недавно, но потом она начала считать дни... Пальцы побелели, медленно сжимаясь на папке.

Нет.

Она снова пересчитала. Щёки, загоревшиеся было от неловкости ситуации, начали бледнеть. Лили осторожно отпустила локоть девушки.

— Это ещё ничего не значит, — тихо сказала она. — Но если захочешь поговорить или понадобится помощь — приходи.

Гермиона жалобно посмотрела на неё, всё ещё пытаясь собраться с мыслями.

— Да... Хорошо. Спасибо, миссис Снейп...

Лили погладила её по руке и вышла за дверь. Гермиона так и осталась стоять у стола. Потом медленно опустилась на стул и уткнулась в ладони перед собой.

Тошнота. Запахи. Задержка...

Она пересчитала дни, старательно записывая числа на листе пергамента.

Задержка никуда не исчезла.

Гермиона выпрямилась и машинально положила ладонь на живот.