Компаньоны / The Companions (джен)

К наступлению сумерек в лагерь прибыло столько кирие, что Танис сбился со счёта, пытаясь уследить за их всё растущим числом. Двадцать, может, два с лишним десятка, прикинул полуэльф.

Крылатые создания слетались, докладывали на своём языке Похитителю Облаков, а потом кружили, разглядывая людей и остальных. Кто‑то снова улетал. Кто‑то доставал оружие, чтобы подточить.

— Шансы становятся получше, — сказал Танис Флинту.

Гном, нахмурившись, не выглядел полностью убеждённым. Ему не терпелось, чтобы Похититель Облаков наконец поделился сведениями, полученными от разведчиков.

Флинт и Карамон подошли к воину кирие.

— Мы уже знаем, где держат Китиару и с каким количеством войск нам предстоит столкнуться? — спросил Флинт на Общем — из уважения к кирие.

Остальные, в том числе Танис и Стурм, подтянулись следом. Похититель Облаков поднялся и внимательно оглядел Компаньонов.

— Мои разведчики облетели древний город и увидели множество десятков минотавров, разбивших лагерь среди руин, — доложил воин кирие. — Почти все — солдаты, и все — при тяжёлом вооружении. Покои верховного шамана находятся почти в центре разрушенного города: они под открытым небом, но хорошо патрулируются. В лагере Ночного Владыки в клетке держат человеческую женщину. В лагере кипит бурная деятельность — явно идут приготовления к чему‑то. Мои разведчики не решаются подлетать слишком близко, чтобы не быть замеченными. Один из моих братьев вроде бы видел какое‑то маленькое существо — не человека и не минотавра, — снующее туда‑сюда, но он не уверен.

— Проклятый кендер, — пробормотал Флинт.

Карамон вопросительно посмотрел на Похитителя Облаков:

— А что насчёт моего брата?

— Пока что, — мрачно ответил Похититель Облаков, — никаких следов мага нет.

— Значит, мы знаем, что Китиара в плену почти в центре старого города, — подвёл итог Танис. — И знаем, что её хорошо охраняют. Сколько нас сейчас… двадцать, тридцать?

Никто не торопился с ответом. Танис окинул взглядом отряд. На него смотрели храбрые, но напряжённые лица. Все понимали, что по численности силы явно на стороне минотавров.

Похититель Облаков пожал плечами.

— Возможно, Дух Птицы узнает о лагере что‑нибудь ещё, когда вернётся, — ободряюще произнёс он. — Он не только мой главный разведчик, но и превосходный тактик, когда доходит до битвы.

— Каковы бы ни были шансы, мы должны попытаться спасти её завтра, — решительно заявил Стурм. Остальные Компаньоны согласно забормотали.

— Да, — торжественно подтвердил Похититель Облаков. — Завтра.

Почти невольно все подняли взгляды к небу. Солнце уже скрылось с небосвода. Розоватые сумерки вот‑вот должны были смениться холодной ночью.

— Подозреваю, завтра нам сполна хватит сражений, — ворчливо пробурчал Флинт. — Лучше уж убедиться, что мы готовы.

С этими словами старый гном достал свой боевой топор и точильный камень. Остальные тоже принялись готовиться к битве.

* * *

Дух Птицы, возвращаясь к временному лагерю, заметил кое‑что внизу — и это привлекло его внимание. Он сделал круг и вернулся, чтобы разглядеть получше. Минотавр‑солдат катался по земле возле большой ямы, явно сражаясь… но с кем? Дух Птицы рискнул снизиться, чтобы рассмотреть поближе.

Быкоподобный воин ростом не меньше семи футов казался карликом рядом с существом, с которым бился: громоздким четвероногим бронированным монстром с приподнятым гребнем на спине — тот был выше минотавра и почти вдвое длиннее. Чудовище низко прижималось к земле, передвигаясь на четырёх когтистых лапах, и раз за разом набрасывалось на минотавра, щёлкая челюстями. Оно повалило минотавра на землю и не давало ему подняться, осыпая яростными ударами.

Размахивая форпанном, минотавр пытался поразить тварь трезубой частью оружия. Если бы ему это удалось, он смог бы использовать утяжелённую сеть, чтобы прижать зверя к земле и добить. Но из‑за того, что минотавр терял равновесие и уклонялся от атак, нанести точный удар никак не получалось. Каждый удар когтей чудовища оставлял на теле воина новые кровоточащие раны.

Заворожённый, пытаясь понять, что это за существо, Дух Птицы снизился ещё сильнее, зависнув прямо над схваткой.

Минотавру удалось вскочить и перепрыгнуть через спину чудовища. Ухватившись одной рукой, он вонзил оружие под гребень твари — туда, где броневая пластина слегка отходила от спины. С пронзительным воплем существо подпрыгнуло на несколько футов вверх — прямо под зависшим кирие.

Только тогда Дух Птицы понял, что это за тварь. Это был булетт, которого иногда называли «сухопутным акулой» — прожорливый хищник, настолько редкий, что ни Дух Птицы, ни кто‑либо из известных ему кирие никогда его не видели.

Из небольшой корзинки, висевшей у него на боку, Дух Птицы достал нечто похожее на свёрнутую лозу.

Внизу временное преимущество минотавра растаяло без следа. Булетт сумел извернуться в воздухе и рухнуть прямо на плечи быкоподобного воина. Теперь чудовище раздирало ноги и спину минотавра когтистыми лапами, а мощные челюсти сомкнулись на его шее.

Именно в этот миг Дух Птицы спикировал вниз и набросил на булетта «сеть‑путы» из редкого растения — душащей лозы. Сеть мгновенно оплела цель, сковывая её живыми путами. Стоило булетту попытаться пошевелиться, как гибкие, упругие побеги сжимались всё крепче, плотно обхватывая могучее тело монстра.

Дух Птицы сомневался, что сеть‑путы оказались бы столь эффективны, не будь булетт уже ранен. Помогало и то, что чудовище, поглощённое схваткой, не заметило кирие, пока не стало слишком поздно.

Воин кирие опустился на землю и осторожно приблизился к булетту. Монстр не метался и не кричал. Он лежал совершенно неподвижно, словно мёртвый, и смотрел на Духа Птицы злобными желтоватыми глазами, от которых у кирие кровь стыла в жилах. У булетта не было шеи: голова выступала из‑под воротника брони и заканчивалась свирепой заострённой пастью, удивительно напоминавшей пасть гигантской кусающей черепахи.

Сеть‑путы продолжала оплетать булетта, сковывая голову чудовища, всё туже стягивая его бронированное сине‑зелёное тело и конечности. Чуть в стороне минотавр вздрагивал в предсмертных судорогах. Его кровь заливала пустынную землю, окрашивая её в красный цвет.

Дух Птицы знал, что прожорливый булетт нападает и пожирает всё, что оказывается на его территории. Он зарывается под землю, когда хочет отдохнуть, и прорывается на поверхность, почувствовав вибрации, означающие, что рядом появилась новая добыча. Никто по своей воле не задерживался поблизости от булетта.

Как и все кирие, Дух Птицы владел магическими знаниями древнего мира — знаниями, которые на столетия старше магии трёх лун. В их числе была способность общаться с любым животным. Несмотря на дурные предчувствия насчёт булетта, отважный кирие решился попробовать поговорить с монстром.

— Я не желаю тебе зла, — произнёс Дух Птицы на всеобщем зверином наречии. — Я хочу поговорить с тобой о том, зачем я здесь… и о минотаврах, заполонивших этот остров.

Чудовище продолжало молча смотреть на Духа Птицы. Наконец оно ответило:

— Мне нет дела ни до тебя, ни до твоих ничтожных интересов. Моя единственная забота — чтобы мой желудок был полон. Эти глупые быколюди, отрицающие своё звериное наследие и ставящие себя выше нас, меня не волнуют.

«Не только злобен, но и глуп», — подумал Дух Птицы.

— Прямо сейчас у тебя могла бы появиться ещё одна забота: позаботиться о ране на спине, — сказал Дух Птицы: он заметил, что из раны, нанесённой минотавром, медленно сочится зелёная слизь — вероятно, кровь булетта. — С моими навыками целителя я могу залечить рану, если ты просто выслушаешь меня.

Булетт с подозрением ответил:

— Хоть я и твой пленник, убить меня тебе будет непросто, кирие. И всё же, похоже, у меня не так много вариантов.

— Минотавры из Митаса устроили на этом острове аванпост, — продолжил Дух Птицы. — Ты наверняка знаешь, что эти быколюди либо истребляют, либо порабощают всех, кто встаёт у них на пути. Это не сулит ничего хорошего ни тебе, ни другим существам на Картае.

Дух Птицы сделал паузу, чтобы убедиться, что булетт слушает.

— У нас, кирие, есть свои причины желать, чтобы минотавры как можно скорее покинули Картай. Но нас слишком мало, чтобы одолеть их в одиночку. Наш отряд — лишь горстка воинов кирие, несколько человек, гном и эльф. Нам бы очень помогло, если бы такой опытный полководец, как ты, и те звери, которых ты решишь повести за собой, сражались на нашей стороне.

Дух Птицы рассудил, что апеллировать к раздутому самомнению булетта будет полезно. И не ошибся. Если можно было сказать, что огромное, грузное чудовище с маленькими злыми глазками раздулось от гордости — то именно это и произошло.

Но почти сразу монстр снова принял свой угрюмый, упрямый вид.

— Мне не нужны ни кирие, ни кто‑либо ещё, чтобы уничтожить минотавров. Если бы я захотел это сделать, я справился бы сам — медленно, по одному, со временем. Зачем мне присоединяться к вам?

Дух Птицы не сомневался, что булетт, вероятно, прав: предоставленный самому себе, он и правда мог бы истребить минотавров, если бы у него было достаточно времени. Но Похититель Облаков, Карамон и остальные не могли позволить себе ждать так долго.

— Если ты вступишь с нами в союз, мы обещаем уступить этот остров тебе и другим животным как твои владения на ближайшую тысячу лет. Как предводитель в битве, ты, без сомнения, будешь признан верховным владыкой острова, — добавил Дух Птицы. Он не мог прочесть реакцию на предложение в холодных, пустых глазах булетта. — А ещё есть вопрос твоей раны: я могу залечить её с помощью магии.

Булетт оставался бесстрастным. Дух Птицы терпеливо ждал. Из раны по‑прежнему сочилась зелёная слизь.

— Сначала — моя рана, — наконец произнёс монстр. — Потом мы можем обсудить, кто мог бы присоединиться к нам в битве против минотавров.

Быколюди не имеют друзей среди существ этого острова. Впрочем, — казалось, чудовище хмыкнуло, — как и я.

* * *

Чтобы обработать рану булетта, Дух Птицы сначала должен был освободить чудовище от сети‑пут. Он перерезал душащую лозу у самого основания стебля, а затем рассекал побеги в как можно большем числе мест. Позже он использовал часть этих стеблей, чтобы соорудить подобие стропы — так он смог донести огромное существо до лагеря.

Духу Птицы пришлось напрячь все силы, чтобы поднять и перенести булетта. Карамон, Танис, Стурм, Флинт и остальные с ужасом смотрели, как кирие опустил «сухопутную акулу» прямо посреди их стоянки вскоре после наступления сумерек. Хоть чудовище и выглядело смирным, оно угрюмо протащилось к краю лагеря и теперь недоверчиво вглядывалось в пустыню.

Похититель Облаков поприветствовал Духа Птицы, едва увидев, что тот вернулся вместе с булеттом. Двое кирие отошли в сторону и коротко переговорили на своём языке. Затем, сияя, Похититель Облаков подвёл друга к остальным.

— Какая от такого существа может быть польза? — спросил Карамон.

— Лагерь минотавров хорошо укреплён. Нас сильно меньше. Нам нужны союзники везде, где только можно их найти, — объяснил Похититель Облаков. — Нет бойца бесстрашнее, чем булетт. По словам Духа Птицы, этот пообещал призвать на помощь других сухопутных созданий. А ещё он рассказал нам о горной обители рухов, к которым, как он считает, тоже можно обратиться за поддержкой. Я пошлю Звёздного Близнеца, чтобы он поговорил с рухами и попросил их о помощи.

— Рухи! — воскликнул Флинт. Хоть он и был холмовым, а не горным гномом, он прекрасно знал репутацию этих огромных хищных птиц, похожих на исполинских орлов, — размах их крыльев достигал ста двадцати футов. Горные гномы, добывавшие руду в отдалённых местах, порой сталкивались с рухами, защищавшими свои гнёзда.

— Никогда ещё рух не помогал гному, да и гном руху тоже, — горячо заявил Флинт.

Карамон умоляюще взглянул на Таниса, и тот поспешил успокоить гнома:

— Похититель Облаков прав — нам нужна помощь. Если Дух Птицы смог приручить булетта, то, возможно, Звёздный Близнец сумеет договориться с рухами.

Танис посмотрел на полуогриху Кирсиг, которая, как обычно, стояла неподалёку от Флинта.

— Мы с Кирсиг сделаем всё возможное, чтобы рухи держались подальше от тебя, а ты — от них.

Кирсиг, воспринявшая вопрос о рухах и гномах предельно серьёзно, скрестила руки на груди и решительно кивнула.

— Когда мы можем ожидать прибытия наших необычных союзников? — спросил Стурм. После спасения из Ямы Рока соламнийский рыцарь проникся глубоким уважением к кирие и не видел причин сомневаться в разумности их нестандартного плана.

Дух Птицы склонил голову в сторону булетта, будто прислушиваясь несколько мгновений.

— Послание отправлено, — произнёс он. — Утро должно принести нам новых союзников. Лучше всего просто ждать. А пока нам стоит отдохнуть.

Следуя собственному совету, кирие присел на корточки, закрыл глаза и почти мгновенно уснул — или, по крайней мере, так казалось. Спустя минуту Дух Птицы приоткрыл один глаз.

— Если понадобится, разбудите меня, чтобы я встал на стражу, — добавил он и снова сомкнул веки.

— Я сегодня отдыхала, пока ты был в разведке, — заявила Юрил. — Я подежурю первой и разбужу кого‑нибудь, когда устану.

Юрил подхватила с земли одеяло и направилась к большому дереву на краю лесной опушки, где они разбили лагерь. Остальные начали расходиться, подыскивая себе удобное место для сна. Несколько кирие и остальные моряки с «Кастора» уже устраивались на ночлег.

— Я… э‑э… должен подточить меч и подготовить остальное оружие к завтрашнему дню, — пробормотал Карамон, ни к кому особо не обращаясь. — Пожалуй, посижу пока с Юрил.

Стурм и Танис переглянулись.

— Только не забудь, что кто‑то из вас должен стоять на страже! — крикнул ему вслед Танис.

На самом деле Карамон с самого исчезновения Рейстлина днём раньше не мог отделаться от тревожных мыслей о брате‑близнеце. Он сомневался, что сумеет уснуть, даже если попытается. Но присутствие Юрил оказалось на удивление успокаивающим.

* * *

Флинт тоже спал, но беспокойно. В его снах то и дело слышался шорох, а огромные крылья стремительно опускались прямо на него. Кирсиг, которая сидела на страже рядом с гномом, несколько раз натягивала обратно одеяло, которое он сбрасывал во сне, и поправляла его у шеи старика.

Когда на следующее утро Флинт наконец проснулся, он понял, что звуки, мешавшие ему спать, были вовсе не плодом воображения — только издавали их не обитатели небес, а любопытные создания, пришедшие по земле.

На юго‑западной окраине лагеря стоял булетт. А позади него, в первых рассветных лучах, казалось, будто сама пустынная земля вздымается и ходит ходуном. Флинт пригляделся и ахнул:

— Великий Реоркс!

Дюжины гигантских приземистых насекомых покрывали землю. Их спины укрывали твёрдые чёрные сегментированные панцири, а головы заканчивались парой небольших, но грозно выглядевших жвал.

— Хораксы, — прозвучал рядом голос кирие, подошедшего к Флинту.

— Что? — не понял гном.

— Они живут под землёй и вырастают почти с нас ростом. Нападают стаями, — пояснил кирие. — К счастью, мне никогда не доводилось с ними сталкиваться. Говорят, они могут раздавить тебя своими изогнутыми клешнями, выжимая жизнь до последней капли.

Увидев, как у Флинта отвисла челюсть, кирие поспешил добавить:

— Не волнуйся. Они подчиняются булетту, а булетт сейчас на нашей стороне — по крайней мере, пока.

— Клешни у них и правда мощные, — вставила подошедшая Кирсиг. Полуогриха, похоже, хранила в голове целую сокровищницу сведений о самых разных существах. — Мой папа говорил, что они могут стать настоящей напастью, если залезут в подземные туннели, которыми ты пользуешься. Обычно они не любят солнечный свет. Надеюсь, ради атаки они потерпят его хоть несколько часов.

К этому моменту все Компаньоны, кирие и моряки уже поднялись на ноги и стояли, не отрывая взглядов от этой странной орды: булетта, полчищ хораксов, а позади них — странных скальных образований, которые вдруг зашевелились. Флинт изумлённо потёр глаза.

— Кирсиг, — прошептал он, дёргая полуогриху за рукав, и указал куда‑то за ряды хораксов.

Красновато‑коричневые «скалы» снова сдвинулись, и стало ясно, что это вовсе не камни, а бугристая шкура гигантского пресмыкающегося. Флинт прикинул, что от кончика длинного, похожего на хлыст хвоста до окончания заострённой, усеянной клыками морды чудовища было почти двести футов. Исполин распластался по земле, раскинув по бокам ластовидные лапы.

То, что Флинт поначалу принял за пещеры в скале, оказалось глубокими глазницами чудовища — настолько глубокими, что самих глаз было не разглядеть. Монстр лениво хлестнул хвостом по земле, расплющив несколько каменных выступов.

— Это великий хатори, и, судя по размерам, очень древний, — шёпотом произнесла Кирсиг. — В последние десятилетия на этом острове ему, должно быть, почти нечего было есть. А голодный хатори — это яростный боец, как всегда говорил мой папа.

Булетт обвёл взглядом кирие и их союзников, а затем посмотрел на собранное им войско. Пусть эти кровожадные твари и не питали друг к другу ни малейшей симпатии, к минотаврам они относились ещё хуже: в пустынных землях быколюди давно прослыли самонадеянными задирами, не знающими меры.

Булетт донёс до зверей условия, предложенные Духом Птицы и Похитителем Облаков: животные будут сражаться вместе один день, а взамен кирие уступят безжизненный Картай им во владение на тысячу лет. Учитывая, что в разрушенном городе находились Китиара и, предположительно, Рейстлин, существам было строго приказано не причинять вреда людям и представителям других рас — только минотаврам. Их они могли убивать по собственному произволу.

Внезапный порыв ветра едва не сбил Флинта с ног. Ветер всё крепчал, швыряя по лагерю одеяла и мешки. С тяжёлым предчувствием Флинт поднял взгляд. Прямо над ними зависли четыре руха: двое взрослых и двое поменьше — вероятно, их подросшие птенцы. Острые чёрные глаза внимательно изучали собравшихся.

Мощные тела, гладкие, словно снаряды, головы, огромные размахи крыльев — каждый рух был размером с валенвуд. Их блестящее коричнево‑жёлтое оперение и крепкие изогнутые клювы сверкали в лучах восходящего солнца.

* * *

Тот‑Ур беспокойно мерил шагами пространство перед своей палаткой. Полуденное солнце палило нещадно, и его блестящая чёрная шерсть слипалась от пота. Ночной Владыка со своей свитой благополучно отправился к вершине вулкана. Вроде бы всё шло по плану, но тревога не отпускала командира. Зедхар так и не вернулся с разведки, которую проводил накануне. Тот‑Ур раздумывал, не послать ли отряд на поиски, но численность его войск и без того сократилась из‑за отряда, ушедшего вместе с Ночным Владыкой, и он не решался выделить ещё минотавров. Верховный шаман особо предупреждал его быть настороже сегодня… именно сегодня.

Его палатка стояла у западного края руин Картая, рядом с обрушившимся парапетом. Уперев руки в бёдра, Тот‑Ур обозревал пустынный, безжизненный пейзаж. В стороне застыли несколько солдат, готовые исполнить любой его приказ.

Внезапно всего в десяти футах перед палаткой командира из земли вырвалась гигантская тень: она взметнулась вверх, а затем тяжело обрушилась на спину минотавра‑солдата. Молниеносный щелчок челюстей — и шея быкочеловека хрустнула.

Не успели остальные воины даже толком обнажить мечи, как из пролома, проделанного булеттом, хлынули один за другим хораксы. Куда бы ни бросал взгляд потрясённый Тот‑Ур, повсюду из дыр в земле вырывались жуткие твари и атаковали его небольшой отряд со всех сторон.

Минотавры не могли удержать строй — враг ворвался прямо в их ряды. Одни падали замертво на месте. Другие пытались сражаться, хотя мечи и копья лишь бессильно скользили по хитиновому панцирю насекомоподобных чудовищ. Третьи отступали, пытаясь занять более выгодную позицию.

Булетт неистовствовал: он прыгал, крушил и хватал минотавров, не встречая никакого сопротивления.

Стаи хораксов обезумели от крови. Чтобы одолеть одного минотавра, требовалось двое или трое этих тварей. Один вцеплялся жвалами в ногу чуть выше копыта, дробя кости; второй делал то же с другой ногой. Когда воин падал на землю, третий хоракс вонзал клешни в мягкие части тела. После этого все трое замирали и начинали пожирать жертву.

С юга надвигался ещё более жуткий кошмар. Казалось, сама пустыня пришла в движение, чтобы сокрушить минотавров. Великий хатори выполз на поверхность и теперь извивался, двигаясь к отряду минотавров, которые храбро пытались держать строй. Он хлестал костяным хвостом из стороны в сторону, одним ударом сбивая с ног полдюжины воинов и безжалостно втаптывая их в землю.

С севера с небес, почти затмевая солнце, пикировали гигантские рухи. Они кружили вне досягаемости копий, пока минотавры швыряли в них всё, что попадалось под руку. А затем, прежде чем успело подойти подкрепление, каждая из птиц ринулась к руинам, схватила огромный кусок покрытого пеплом камня и обрушила его на двух‑трёх минотавров сразу, расплющивая врагов. Рядом с рухами летели кирие, отдавая приказы исполинским птицам.

Повсюду минотавры пытались перегруппироваться. Для быкочеловека отступить, прервать схватку, было немыслимо, но эта армия чудовищных созданий повергла их в смятение. Их глаза расширились от ужаса, движения стали хаотичными, а удары — бесполезными. Тот‑Ур никогда не видел ничего подобного и даже не мог вообразить.

Минотавр‑командир отдал приказ отходить.

* * *

Стурм, Флинт, Кирсиг, Юрил и остальные моряки с «Кастора» пригибались, укрываясь за исполинским телом хатори, и уворачивались от летящих копий и тестесов — шипастых дубин, которые многие минотавры предпочитали в бою.

Сражаясь врукопашную с семифутовым громилой, вооружённым катаром, Стурм вдруг услышал крик Юрил. Сделав последний выпад, соламнийский рыцарь пронзил минотавра в живот и отскочил в сторону, чтобы не попасть под падающее тело. Он обернулся, разыскивая Юрил.

Чуть поодаль первая помощница стояла, глядя на безжизненное тело одного из своих товарищей по кораблю. Рядом лежало обезглавленное тело минотавра.

— Это Динчи, — проговорила Юрил, подняв на Стурма влажные от слёз глаза. — Мы… мы много лет плавали вместе.

Она пнула ногой обезглавленного минотавра, а затем снова ринулась в гущу схватки. Стурм хотел было оттащить тело моряка в сторону, чтобы позже предать его земле, но не успел: прямо перед ним возникли два волосатых раздвоенных копыта.

Соламниец вскинул взгляд как раз вовремя, чтобы парировать сокрушительный удар двуручного меча, обрушившегося сверху. От чудовищной силы удара клинок Стурма треснул и распался надвое. Минотавр раздул ноздри и снова занёс меч.

Стурм судорожно потянулся к кинжалу на поясе. В отчаянии он выхватил его и метнул. Лезвие вонзилось в живот чудовища — минотавр согнулся пополам. Стурм рванулся вперёд, схватил рукоять и резко дёрнул клинок вверх, а затем вытащил его наружу, распоров брюхо быкочеловека.

* * *

Командир армии минотавров укрылся внутри периметра города. Но его солдаты были в полном смятении: враг словно окружил их со всех сторон и сверху, кружа и нанося удары без передышки.

К Тот‑Уру подбежал гонец.

— Отряд кирие, эльф и человек прорвались во внутреннюю часть города и сейчас недалеко от лагеря Ночного Владыки — там, где держали в плену человеческую женщину!

Выругавшись, Тот‑Ур рявкнул, обращаясь к небольшой группе солдат, стоявших рядом:

— За мной!

И он рванулся вперёд, устремившись в сторону старой библиотеки.

* * *

План был таков: пустынные твари и рухи должны были сковать силы на периметре, пока Карамон, Танис, Похититель Облаков, Дух Птицы и остальные кирие прорвутся к оплоту Ночного Владыки и спасут Китиару. Солнце уже клонилось к закату, но до сих пор никому не удалось отыскать ни Кит, ни, если уж на то пошло, Рейстлина.

Плечом к плечу Карамон и Танис пробивались к лагерю верховного шамана, отгоняя тех немногих минотавров, которых оставили охранять стоянку. Но когда они добрались до клетки, в которой, по словам кирие, держали Китиару, та оказалась пуста.

Как бы опасно это ни было, а фланговой поддержки ждать не приходилось, и Дух Птицы вызвался быстро облететь внутренние районы руин, чтобы поискать её с воздуха.

Но не успел он взлететь, как в центр их отряда со звоном воткнулся шатанг — колющее метательное копьё. Карамон едва успел пригнуться, уклоняясь от сокрушительного удара шипастой дубины Тот‑Ура. Командир минотавров наседал на близнеца Маджере, размахивая тестесом в одной руке и клаббардом — в другой. По глухим выкрикам и лязгу клинков вокруг юноша понял, что его друзья тоже ведут ожесточённый бой.

Примитивное каменное оружие кирие заведомо уступало закалённой стали минотавров — если бы не одно преимущество: птицелюди могли в мгновение ока взмывать в воздух. Они разили быколюдей когтями, меняя угол атаки и сбивая противников с толку — удары мечей минотавров то и дело проходили мимо цели.

Один из солдат минотавров метнул колющее копьё — и оно вонзилось в крыло Похитителя Облаков. Не теряя ни мгновения, кирие выдернул оружие другой рукой, а затем вонзил его в живот подступившего слишком близко солдата, возвращая себе преимущество.

Карамон, у которого в руках был лишь меч, начал отступать под натиском сокрушительных ударов Тот‑Ура, наносимых обеими руками. Внезапно лицо командира исказилось от изумления. Оружие выпало из его лап, он отчаянно схватился за спину и рухнул вперёд.

Юрил склонилась над ним, поставила ногу на спину поверженного минотавра и плавным движением вытащила меч. Небрежно отерев клинок о землю, она коснулась им лба, глядя в сторону Карамона.

— Рада была помочь, — бросила она с лёгкой улыбкой и тут же умчалась прочь.

* * *

Стурм, Флинт и Кирсиг пробирались сквозь обрушившуюся колоннаду, когда из засады на гнома выскочил минотавр — ему удалось ускользнуть и от хатори, и от хораксов. Вращая в руках тестес, он ринулся вперёд.

Флинт успел пригнуться, но при этом рухнул на землю и сильно ударился головой. Оглушённый, гном лежал, глядя, как солдат нависает над ним, занося дубину для смертельного удара.

Кирсиг издала пронзительный, леденящий кровь вопль, а затем бросилась вперёд всем телом, врезавшись в минотавра и сбивая его с ног. Флинт кое‑как отполз в сторону, тряся головой, чтобы прогнать мутную пелену перед глазами. Обернувшись, он увидел, как минотавр пошатнулся от внезапного натиска полуогра, но быстро пришёл в себя.

Быкочеловек схватил Кирсиг одной рукой, а второй с размаху ударил её по голове.

Стурм подоспел слишком поздно. Его меч точно вошёл между рогов минотавра, пронзив чудовище насквозь. Но отважная, никогда не отступавшая Кирсиг была мертва.

* * *

Дух Птицы вместе с Танисом кружили над руинами, когда наконец заметили человеческую женщину — она была привязана к обломку колонны в соседней части города. Минотавр‑одиночка упрямо сторожил её, но кирие и полуэльф в два счёта расправились с упрямым стражем.

Измученная борьбой с путами и злясь, что не может участвовать в битве, за которой наблюдала издалека, Китиара встретила Таниса с раздражением.

— У тебя дурная привычка меня спасать, — проворчала она, пока полуэльф развязывал верёвки. Она широко распахнутыми глазами посмотрела на Духа Птицы — тот ухмыльнулся в ответ. — Хотя на этот раз, пожалуй, мне и правда понадобилась помощь, — нехотя добавила она.

— Не за что, — ответил Танис, прекрасно понимая: для Китиары Ут‑Матар это почти что «спасибо».

На взгляд Таниса, Китиара выглядела измождённой и перепачканной. Полуэльф торопливо вытащил из сумки сушёную полоску вяленого мяса и протянул ей. Китиара жадно вцепилась в еду. Даже такой — изнурённой, чумазой — Танис вновь поразился её суровой красоте.

К ним подбежал Карамон и крепко обнял Китиару. Сразу за ним примчался Стурм, а следом — Юрил.

— Где Рейст? — спросил Карамон.

Дух Птицы покачал головой. Танис опередил его:

— А где Флинт и Кирсиг?

— Полуогриха погибла, — мрачно произнёс Стурм. — Она сражалась до конца. Флинт в порядке, — он махнул рукой в сторону. — Там, бьётся.

Китиара растирала запястья и лодыжки. Вид у неё уже был бодрее, будто к ней возвращались силы — и готовность снова ринуться в бой. Она указала на Мирокрай:

— Рейстлин был здесь, но он вызвался занять моё место — стать жертвой для Ночного Владыки. Думаю, они сейчас там, наверху. Нельзя терять ни минуты.

Спускались сумерки.

— Но как мы успеем добраться до вершины? — спросила Китиара.

Тем временем приземлились Похититель Облаков и ещё трое кирие.

— Мы поднимемся туда за считаные минуты, — заявил воин кирие.

Китиара смотрела недоверчиво. Танис поспешил её заверить:

— Это правда возможно.

— Стурм, — скомандовал Карамон, — найди Флинта, скажи ему и остальным, чтобы отходили. Оставьте минотавров армии зверей. Отступайте из этих руин и встречайте нас в лагере, где мы стояли прошлой ночью.

— Но… — возразил было соламнийский рыцарь.

— Времени нет, — вмешался Танис. — У нас слишком мало кирие, чтобы поднять в воздух всех, а Флинта кто‑то должен предупредить.

Стурм кивнул и сорвался с места, уносясь прочь.

Похититель Облаков подхватил Карамона когтями и взмыл вверх. Дух Птицы взял Таниса. Двое других кирие следовали за ними, неся Юрил и Китиару.

Они устремились к Мирокраю.

А внизу продолжалась яростная схватка. Этой ночью булетт, хатори и рухи будут пировать.