КИНН ОФ (джен)

Поиск последней части Веретена Сказок застопорился.

После того, как Юрий пришёл в себя и его здоровье пошло на поправку, друзья наведались на Большую Пирожную улицу в торговый центр. Смартфон Гены загадочно молчал, но при приближении к последнему этажу экран начинал оживать и светиться. После той надписи «Ищите нить в «Бок индастриз» подсказок он больше не выдавал, но друзья были уверены, что они на правильном пути.

Заодно они высматривали Арбакеша. Гена считал, что если тот — Чебурашка, он сумеет его узнать. На занятиях Ольги мальчик так и не появлялся.

Они гуляли по торговым павильонам уже третий день, но пока не приблизились ни к разгадке Веретена, ни к знакомству с грустным мальчиком. Чтобы не вызывать подозрений, они решили гулять по торговому центру по очереди, а не всей ватагой. В этот раз к Гене присоединились Виталий с Ольгой.

— Сова, а ты уверена, что не ошибаешься? С этой бизнес-акулой ни разу не было никакого мальчика, — почесал затылок Виталий, когда они в очередной раз поднимались на лифте на третий этаж в торговом центре.

Это был общий лифт, не тот, который вёл сразу в пентхаус.

— Он может быть в школе, — ответила Ольга. — Или болеет и сидит дома.

Они сталкивались с владелицей «Бок индастриз» несколько раз, но пока не придумали, как подобраться к ней поближе. На третьем этаже была кафе-зона. Они выбрали столик с видом на ботанический сад и заказали для вида напитки: Виталий медовую воду, Ольга вишнёвый сок, а Гена — зелёный чай. Ольга, потягивая сок через трубочку, посмотрела на автомат, в который выкидывали использованную одноразовую посуду, и хлопнула себя по лбу.

— Ну и дураки мы с вами. Не знаем, какой повод придумать, чтобы подобраться к этой мадам поближе. Нечего и придумывать — надо нанять её компанию для уборки.

— Уборки чего? — уточнил Виталий.

— Можно придумать, что у кого-нибудь из нас день рождения, и нам нужна помощь после банкета, — тут же ответила Ольга.

— Попробовать-то можно, — задумчиво сказал Гена. — Хотя, сдаётся, у неё для оформления заказов есть целый штат сотрудников. Вряд ли Хильда Бок принимает сама. Интересно, из какой она сказки?

Виталий и Ольга понимающе переглянулись.

До недавнего времени друзья считали, что в этом странном Городке время будто застыло. Когда они осознали себя выброшенными из своих сказок, к ним вернулись воспоминания, которые причудливо перемешивались с нынешним положением вещей. Самым странным и непривычным для Виталия и Ольги было ощущение себя в человечьем обличье. Ольга по привычке часто взмахивала руками, будто собиралась взлететь, а Виталий косолапил при ходьбе так, что его кроссовки совершенно стоптались.

А потом они встретили Тиграна, рабочего по обслуживанию здания, то есть музея. И Виталий, и Павел, да и Константин с Аркадием, были абсолютно уверены, что он — Тигра из их Стоакрового леса. Его привычка подпрыгивать, быстрая манера речи, лёгкая шепелявость и интонации не оставляли в этом сомнений. Но Тигран пока так и не вспомнил ничего, он считал себя обычным человеком.

Гена сказал, что два мира — человеческий и сказочный — переплетены между собой сильнее, чем могло казаться на первый взгляд. В людской реальности есть место сказкам, а в сказках — время для суровой реальности.

— Может, мы сами перестали верить в свои сказки, поэтому и оказались тут? — спросил Сергей Ш. в тот вечер, когда они все сидели в комнате у Юрия и радовались, что тот очнулся. — Поэтому Веретено и разлетелось.

— А я теперь и не знаю, где кончается одна сказка и начинается другая, — протянул Юрий, принимая из рук Мишки чашку чая. — Я помню, как маленький Ёжик ходил в тумане в поисках своего друга Медвежонка, но также хорошо помню, как мы с Мишкой сидели на бревне возле избушки в то первое лето, когда познакомились. Как такое возможно?

В любом случае, они хотели получить ответы на свои вопросы, поэтому и оказались на Большой Пирожной.

Виталий допил воду и облизывал краешек стакана, Ольга шумно вытягивала со дня последние капли сока, когда к их столику подошёл промоутер в костюме…

— Чебурашка? — Гена так удивился, что чуть не проглотил чайный пакетик.

Человек в костюме медведя с большими ушами раздавал рекламные буклеты чистящего средства «УРА» с координатами «Бок индастриз». Он сделал шутливое па, вручил рекламки и танцующей походкой пошёл к другому столику.

— Простите! — вскочил Гена. — Нам очень надо встретиться с вашей хозяйкой. Я хотел сказать, владелицей «Бок индастриз».

«Чебурашка» даже не обернулся — он активно махал буклетом перед лицом женщины.

Гена вздохнул и вернулся на место.

Они ещё немного посидели, потом побродили по четвёртому этажу, спустились пешком на первый, потоптались там и решили подняться ещё раз наверх.

В лифт с ними заскочил «Чебурашка». Он снял голову костюма и засунул под мышку. Теперь над плюшевыми плечами торчала обыкновенная человеческая голова усталого молодого человека с прилипшими от пота волосами.

— Хильда Бок ждёт вас в своём офисе, — сказал «Чебурашка». — Вам лучше перейти в другой лифт.

Друзья недоумённо переглянулись, не веря в такую удачу. Они послушно вернулись на первый этаж и перешли к стеклянному лифту, ведущему прямо в пентхаус. «Чебурашка» набрал на панели код, и двери бесшумно раздвинулись, приглашая внутрь.

Когда они вошли в офис, Хильда Бок стояла вполоборота возле окна и смотрела на город. В её руках дымилась огромная кружка.

— Чай будете? — без всяких церемоний спросила она, по-прежнему глядя в окно.

Все отрицательно помотали головами.

— Спасибо, мы недавно были в кафе, — вежливо сказал Гена.

— Присаживайтесь, — махнула Хильда рукой в сторону гостевого кожаного дивана приятного светлого оттенка и, дождавшись, чтобы посетители расселись, наконец-то повернулась к ним лицом.

Виталий и Ольга осматривались, Гена сложил руки лодочкой и доброжелательно смотрел на Хильду.

— Кто такой Чебурашка? — неожиданно спросила она.

— Неизвестный науке зверь, — протянул Гена.

— Это понятно. Но откуда вам известно именно это название? — Хильда сверлила Гену взглядом, и Виталий поёрзал — она была похожа на рассерженную большую пчелу.

— А можно спросить, чем вызван ваш интерес? — нисколько не стушевавшись, вопросом на вопрос ответил Гена.

Секунду Хильда продолжала буравить Гену взглядом, потом произнесла сдержанно:

— Хорошо.

Она щёлкнула пультом, и на боковой стене разъехались занавески, скрывающие небольшой сервант с посудой, стеклянную витрину с пылесосом настолько старой модели, что место ему явно было в музее, и экраном домашнего кинотеатра.

Ещё один клик пульта, и экран ожил, загружая изображение. Это был детский рисунок со странной кособокой зверушкой, напоминающей медведя с фингалами и большими ушами.

— Больше всего на свете я хочу, чтобы Арбакеш смеялся и радовался, — с печалью в голосе сказала Хильда Бок и пояснила: — Арбакеш — мой сын.

Ольга пошевелилась, едва сдерживаясь от желания переглянуться с Виталием.

— Приёмный, — уточнила Хильда. — Он очень славный мальчик, но совершенно не умеет радоваться. Врачи говорят, у него редкое заболевание — заблокированы счастливые воспоминания. Поверьте, я делаю всё, чтобы Арбакеш ни в чём не нуждался — у него планшет последней модели и айфон, но этого недостаточно.

— Ребёнку не нужны дорогие гаджеты, — авторитетно заявила Ольга. — Ребёнку надо, чтобы его любили.

Крылья мясистого носа Хильды заходили ходуном, казалось, ещё секунда — раздастся свисток, и из ушей повалит пар.

Но разразиться гневной тирадой ей не дал Виталий. Он мелко трясся, изо всех сил стараясь сдержать рвущийся наружу смех.

— Гад же ты, ой, не могу, мамочки…

Хильда смерила Виталия уничижительным взглядом, но этой секундной паузы хватило, чтобы она передумала высказать Ольге всё, что думает о её манерах. Она устало вздохнула, подошла к окну и вновь встала вполоборота.

— Я просто не смогла пройти мимо него тогда, в приюте. Думала, он оттает и начнёт радоваться, как все дети, но в нём будто что-то сломалось. Единственное, он всегда становился не таким напряжённым, когда в его руки попадали восковые мелки.

Хильда повернулась к экрану.

— Он постоянно рисовал вот это чудо-юдо. Арбакеш неплохо рисует, и уж медведя или кота смог бы нарисовать. Но он упорно рисовал эту странную зверушку с огромными глазами и большими ушами. Когда я спросила, кто это, Арбакеш ответил, что это — Чебурашка.

Гена весь подобрался.

— Я перерыла весь интернет, но такой разновидности медведей, собачек или белочки не существует, — озадаченно сказала Хильда. — Мой пиар-менеджер увидел этот рисунок и решил, что забавная зверушка может стать нашим логотипом, хорошим рекламным ходом, но мы пока так и не придумали нашему бренду название. Чебублеск и Чистурашка мне решительно не нравятся. Линейка чистящих средств получила торговую марку «УРА». Универсальный Распылитель Аннигилятор.

— Что такое анти... как там? — свистящим шёпотом спросил Виталий у Ольги.

Она сделала большие глаза и приложила палец к губам. Хильда же вновь показала на экран монитора.

— Мне показалась эта аббревиатура символичной, ведь «ура» несёт радость и встречается в имени этой зверушки, порождённой богатой фантазией Арбакеша, а потом появляетесь вы и произносите это слово! Чебурашка!..

— А если Арбакеш и есть Чебурашка? — осторожно спросил Гена.

— В каком смысле? — Хильда Бок посмотрела на Гену с подозрением.

Впрочем, эта компания вообще была весьма странной: дамочка, хлопающая руками как крыльями, толстяк в худи с интеллектом большого ребёнка и этот интеллигент в зелёном пиджаке, откуда-то знающий слово «Чебурашка».

— Видите ли… — Гена замялся, не зная, какие подобрать слова.

И в самом деле, что он мог сказать? Что Арбакеш — не мальчик, а зверушка, а сам он не мужчина, а крокодил? И сколько понадобится тогда времени Хильде Бок, чтобы вызвать охрану и спустить Гену с друзьями с лестницы?

— Видите ли, — Гена набрал в грудь воздуха, но так больше ничего и не добавил.

— Неужели так трудно ответить! — Хильда Бок явно начинала сердиться. — На простой вопрос всегда можно ответить «да» или «нет», по-моему, это нетрудно!

И тут в ухе у Хильды Бок зажужжало. В левом? Или правом? Звенело в обоих ухах. Она зажмурилась. А когда открыла глаза, обернулась к окну, уверенная, что увидит толстенького мужчину в самом расцвете лет, который буднично поинтересуется, нельзя ли ему тут приземлиться? А потом усядется как ни в чём не бывало, закинет ногу на ногу и хитро прищурится:

— Представь себе, трудно! Я сейчас задам тебе простой вопрос, и ты сама в этом убедишься. Вот, слушай! Ты перестала пить коньяк по утрам, отвечай — да или нет?⁽¹⁾

Смартфон Гены завибрировал. Он достал его из кармана и прочитал вслух:

— «Фрекен Хильдур Бок — домоправительница семьи Свантесон, присматривающая за хозяйством и за Малышом. Для идентификации направьте камеру на объект».

Хильда Бок во все глаза смотрела на Гену, а Гена на неё.

— Пожалуй, я теперь не откажусь от чая, — сказал Гена. — Разговор нам предстоит долгий. Мне, пожалуйста, с бергамотом.

Больше всего Хильду огорчило то, что ей придётся расстаться с Арбакешем. Она вообще не была уверена, что хочет возвращаться в свою сказку. Разве плохо ей жилось здесь? Она была уважаема, её ценили. И оставался тоненький лучик надежды, что Арбакеш — никакой не Чебурашка.

— Странно… — протянула она. — Сейчас я вспоминаю, что мы сидели с Малышом в его комнате, я пришла проверить у него уроки. На столе стояла тарелка с яблоками, и я взяла одно… А потом я оказалась здесь, в Городке. Я работала в одной компании, и на корпоративе мне подарили вот этот пылесос «Буран».

Хильда показала на стеклянный шкафчик возле экрана, где на самом деле хранился древний пылесос.

— Я оставила его на память. Как талисман моей успешности. Смотрите, первая и последняя буквы в названии стёрлись. И получилось...

— Ура... — потрясённо сказал Гена.

— Это «ж-ж-ж» неспроста, — пробормотал Виталий.

— Но вот спросите меня сейчас, как называлась та компания, в которой я работала, я не вспомню! В голове сплошной туман…

— Это пройдёт, — мягко сказал Гена. — Мы все персонажи сказок, мы потерялись. Но мы обязательно во всём разберёмся.

Ольга согласно покивала и поддакнула, а Виталий только промычал: он только что запихнул в рот пятую плюшку, которые у Хильды получались просто божественными.

Хильда с волнением думала о том, чем закончится встреча Гены с Арбакешем. Она подошла к окну и принялась разглядывать муравьиную суету внизу. Люди отсюда казались совсем крошечными. И у всех у них были некрошечные заботы: они куда-то спешили и торопились, упуская что-то важное в своей жизни.

Сигнал смартфона Гены заставил её вздрогнуть. Хильда обернулась и увидела, что взгляды всех троих визитёров прикованы к стеклянной витрине с пылесосом. Хильда посмотрела туда же, и в висках застучало. От надписи пылесоса «...ура...» исходило золотистое свечение, а на стеклянной дверце неторопливо переливалась бегущая строка:

«Избавься от того, что нельзя вымести метлой, но что оставляет самый глубокий след на идеальном паркете взрослой жизни».

— «Сказка-GO. 15 октября. Пора распутывать нити.», — считал Гена сообщение с экрана смартфона.

— Ура! — закричал Виталий. — Ура! Скоро мы будем дома!

1) Астрид Линдгрен «Малыш и Карлсон, который живёт на крыше».

Вернуться к тексту