Братья по магии. Точка отсчета (джен)

В воскресенье салон «мэтра Алекса» пережил наплыв клиентов, причем многие приходили записаться хотя бы на следующую неделю, раз не смогли попасть к Алексу сегодня. Уже в следующую субботу, двадцать первого декабря после завтрака, студенты разъезжаются домой, поэтому ученицы хотят сделать причёску, чтобы выглядеть сногсшибательно на платформе в Лондоне. На вокзал для встречи учеников стекается вся магическая Британия, в том числе её лучшие представители.

Верная секретарша мисс Браун объяснила всё это удивлённому Алексу и добавила, что в связи с повышенным спросом назрела необходимость провести дополнительный приём, открыв салон на неделе. Когда Лаванда заговорила об этом, Алекс хотел отказаться. Девочка уже как-то предлагала ему это, но Грей, занятый совместным с Макалистером проектом, довольно категорично заявил, что поступать так не намерен. Он полагал, что больше они к этой теме не вернутся, но Лаванда проявила настойчивость,

Алекс поборол желание объяснить, почему он на самом деле занимается причёсками. Конечно, не стоило говорить девчонкам, своим главным клиенткам и поклонницам его парикмахерского таланта, что ему не очень приятно возиться с чужими волосами. Если бы не Гарри и острая необходимость в деньгах, он бы предпочёл ходить в дешёвых магловских вещах, но не зарабатывать подобным образом.

— Хорошо, но только в виде исключения. После каникул всё будет как обычно, только раз в неделю, — неохотно уступил он.

— Договорились, — пропела Лаванда и хитро посмотрела на Парвати, которая понимающе ей улыбнулась.

Поэтому, когда в очередной раз открылась дверь и вошла незаписанная клиентка, Алекс не стал беспокоиться, зная, что к ней сейчас подойдёт Лаванда с пергаментом, в котором она вела запись, чтобы уладить проблему. Но увидев, кто пожаловал, он едва не выронил расчёску: перед ним, как ни в чём не бывало, стояла Шарлин Мэлон.

— Привет, Алекс, — напористо заговорила она. — Запиши меня на вечер пятницы. Лучше бы, конечно, на утро субботы, чтобы причёска была посвежее, но это вряд ли, можно опоздать на поезд.

Подошла Лаванда и что-то пролепетала, но Шарлин не стала её слушать, просто отодвинув. Не замечая возмущения Поттера, который уже готов был припечатать нахалку чем-нибудь покрепче, Алекс гордо вскинул голову и смерил девушку ледяным взглядом.

— Боюсь, до каникул всё расписано. Ничем не могу помочь.

— Ну так освободи для меня время, по-дружески. Мы же друзья?

От такой наглости у Алекса глаза полезли на лоб, а девчонки, ожидавшие свою очередь, и та, которую он сейчас причёсывал, взглядами готовы были испепелить шестикурсницу. Однако Мэлон это не трогало, она убралась только тогда, когда Алекс чётко и определенно дал ей понять, что не собирается ни сейчас, ни в будущем заниматься её причёской, особенно после того, как она с ним поступила. Присутствующие студентки, уже слышавшие о бесчестном поступке Шарлин, поняли намёк по-своему: на Гриффиндоре все знали, что Мэлон послала первокурсника с запиской и не захотела его прикрыть, когда он попался.

— Как же мы про неё забыли? — чуть не простонал Гарри. — Смотри, как она отъелась с тех пор, как я в последний раз подсыпал ей порошок! Вот теперь она уедет, очухается дома, а потом придётся начинать заново, но, по-моему, толку уже не будет.

Алекс на всякий случай огляделся — не слышал ли кто реплику Поттера, но Барьер сработал как надо. Грей ответил:

— Сам понимаешь, у нас были дела поважнее. Сейчас мне как-то не до Шарлин. Если хочешь, используй для этих целей оставшуюся неделю.

— Уж не простил ли ты?

— Нет, конечно. Хотел бы я знать, почему она это сделала. Если бы можно было заставить её говорить, не силой, разумеется…

— А если её напоить тем, что подливает в чай директор?

— Веритасерумом? Мысль, конечно, прекрасная, но это запрещено. Если поймают, то мало не покажется. К тому же, нам негде его взять.

— А Снейп? — в голосе Гарри читалась наивная вера в своего профессора Зельеварения.

Алекс только фыркнул, вообразив Снейпа, по просьбе Поттера достающего из-под полы Сыворотку правды.

— Эй! Ты уснул? — спросила девочка, которую он причёсывал, и Алекс принялся за работу.

После ухода Шарлин оставшиеся девушки принялись шептаться. Теперь на факультете считалось, что та не беременна, а просто её прокляла соперница. Алекс с Гарри переглянулись: эта версия была не хуже предыдущей, главное, чтобы старшекурсница искала свою проблему в другом месте.

Алекс уже начал надеяться, что сегодня больше не будет никаких неожиданностей, но он ошибся. Немного погодя в салон заглянули три девушки с зелёными галстуками. Они вели себя достаточно прилично, и Алексу было неудобно им отказывать, но он не хотел менять принятое решение выполнить просьбу Натали. А самое главное, сама Фоули, приходившая в салон как на работу, смотрела на него многозначительно. Мальчику пришлось ответить слизеринкам так же, как он отвечал до них Шарлин: всё его время уже расписано.

— Очень жаль. Может быть, после каникул? — спросила не очень красивая, но ухоженная старшекурсница со Слизерина.

— Там видно будет, — уклончиво ответил Алекс.

Как только Грей отшил слизеринок, Натали, которую Алекс уже причесал, тоже засобиралась.

— Хорошо, что ты меня послушал, — сказала она перед уходом. — Я тебе плохого не посоветую. Держись от Слизерина подальше. Вообще держись подальше ото всех с этого факультета, — повторила она едва не по слогам.

Алекс нахмурился, но кивнул, а Гарри начал что-то возмущенно бубнить себе под нос: нечего указывать его брату!

— Правильно, Алекс! Нечего помогать этим задавакам со Слизерина! — неожиданно поддержала Лаванда.

Алекс не стал вникать, было ли это противостояние факультетов или женские дрязги. Он с радостью подумал, что на каникулах у него не будет ни одной клиентки.

В этот раз из-за количества девушек, записавшихся на воскресенье, Алексу пришлось вернуться в салон после обеда. Поттер было заскучал, но тут к ним влетел быстрый, как вихрь, Энди. Стараясь не оглядываться на бабье царство женское общество, он сунул Гарри внушительную стопку колдографий.

— Игги передал, — протараторил он. — Ну, я побегу, мне ещё нужно кое-кому фотки занести. А с Игги я всё уладил, мы ему больше ничего не должны.

Лаванда и Парвати тут же окружили Гарри, и ему пришлось поделиться снимками, чтобы девочки могли всё рассмотреть, но и оставшихся хватило, чтобы занять себя. Алекс не мог отвлечься из-за работы, утешая себя, что посмотрит фото после ужина.

— Я бы тоже с вами сколдографировалась, — сказала Лаванда, а Парвати кивнула.

— Ладно, если будет возможность, — не отрываясь от работы, ответил Алекс. Наверняка девчонкам будет положена скидка, а то и вообще бесплатная съёмка. Всё-таки, положа руку на сердце, фотографироваться с одноклассницами за деньги — это зашквар, хотя Саша и не любил такие выражения.

Когда, наконец, братья освободились, оказалось, что они опаздывают на ужин. Им пришлось идти в Большой зал с подружками, которые использовали время с толком, допрашивая расспрашивая Алекса на предмет того, на какое время записывать клиенток в учебные дни.

Грей хорошо относился и к Лаванде, и к Парвати, но был искренне рад, когда разговорчивые девочки за ужином сели от них подальше.

* * *

— Привет!

Маркус Белби, второкурсник Рейвенкло, спиной почувствовал взгляд и отодвинул опустевшую тарелку. Он обернулся и увидел маглорождённого аристократа Джастина Финч-Флетчли, первокурсника с Хаффлпаффа, с которым он регулярно общался.

В последний раз они встречались, чтобы обсудить предстоящую фотосессию с участием Поттера. Маркус очень хотел присутствовать и, если повезёт, сделать совместное колдофото, но несмотря на дружелюбие, оба старосты барсуков, к которым Белби поочередно обратился, ему отказали, ссылаясь на нынешнюю политику Хогвартса не приглашать посторонних в свои гостиные. Джастин вызвался помочь и хотя бы частично исправить ситуацию.

— Если ты поел, тогда пойдём, я тебе кое-что покажу.

— Неужели готово? — Маркус нетерпеливо вскочил со скамьи.

Мальчики отошли в ту часть Большого зала, где столы опустели и не было желающих погреть уши. Тема их разговора не была секретной, но лучше обеспечить приватность.

Джастин достал несколько колдографий и протянул Маркусу. Тот завис на несколько долгих мгновений, разглядывая их. Больше всего его внимание привлекли снимки, на которых были вместе изображены Поттер и Грей. Поттер почти всё время смотрел на своего друга, только в последний момент он взглянул в объектив, вспомнив о фотосессии и о том, что он должен позировать. Грей на всех фотографиях выглядел одинаково: он сидел со своим фирменным надменным аристократическим взглядом, поглядывая на окружающих с превосходством, которое не всегда получалось скрыть. Но как раз именно это выражение нравилось Маркусу.

— Можешь себе оставить, это для тебя, — великодушно разрешил Джастин.

— Здорово! А те снимки готовы?

— Ты имеешь в виду те фотографии, которые я делал на неволшебный фотоаппарат? — уточнил Финч-Флетчли и, увидев кивок собеседника, продолжил: — Нет, я отвезу их домой, здесь пленку нельзя проявить.

— А Игнатиус не сможет? Эти же он как-то проявлял? — Маркус показал на полученные колдографии.

— Я его спрашивал, но Игги сказал, что самое большее, на что он способен с обычным фотоаппаратом, это щёлкать кнопкой. Но ты не волнуйся, после каникул ты первым их увидишь, когда я привезу готовые фотографии из дома в школу. Только они не шевелятся, ты в курсе?

— Да, но это не проблема. А там много снимков Алекса Грея?

— К сожалению, в основном пришлось фотографировать Поттера, ведь всё затевалось ради него. Но это и хорошо, ведь Алекс Грей не станет ничего без него делать.

— Ладно, я подожду. Скажи, а когда ты расскажешь мне свой план? После каникул?

— Пока не знаю, мне ещё нужно продумать детали. Ладно, мне пора.

Мальчики разошлись: один отправился в башню Рейвенкло, а второй спустился в подземелья. Перескакивая со ступеньки на ступеньку, Финч-Флетчли улыбался.

Джастин сказал Маркусу правду. Он действительно ещё не проработал детали, но в остальном его план был готов. И в этом плане Алексу Грею, одному или с Гарри Поттером, была отведена немаловажная роль.