Семнадцать лет спустя (джен)

— Мы рады приветствовать здесь, в британской школе чародейства и волшебства «Хогвартс»…

Усиленный «сонорусом» голос Кингсли отражался от сияющего купола, сделанного, казалось, из горного хрусталя или чистейшего прозрачного льда. Этот павильон со сценой возвели специально для торжественной церемонии открытия прямо на лужайке у замка, где осенью первокурсников учат летать на мётлах. Не особо вслушиваясь в речь министра магии, Драко разглядывал солнечные блики, играющие на гранях волшебного купола, и вспоминал ледяной грот, который сделали для Святочного бала, когда он учился на четвёртом курсе. Это был последний нормальный год его жизни, когда он чувствовал себя ребёнком и мог делать, что хотел. А потом Тёмный Лорд сварил себе новое тело из костей, плоти и крови, и всё пошло под откос. Драко поёжился. Конечно, он не видел этой сцены лично и знал её только со слов отца, но даже просто представлять подобное действо было крайне неприятно. Он заставил себя вынырнуть из воспоминаний и сконцентрироваться на том, что происходит на сцене.

Директор МакГонагалл уже поблагодарила министра за приветственную речь и вкратце объясняла план сегодняшней церемонии открытия с шоу талантов и торжественным пиром. За её спиной стояли старосты и профессора Хогвартса в своих лучших парадных мантиях. Драко снова отвлёкся, ведь и так знал программу наизусть — сначала будет показательный номер преподавателей Хогвартса, затем — учеников, потом после перерыва по очереди будут выступать делегации Шармбатона и Дурмстранга, а в конце на сцену должен будет выйти он сам, как председатель попечительского совета школы, чтобы похвалить всех учеников за выступления, анонсировать план следующих мероприятий, представить героев войны, с которыми будет проведена встреча, и пригласить всех на праздничный ужин в Большой зал. Хорошо, что его место — прямо на первом ряду, и никто не видит, как он сейчас витает в облаках. Рядом сидели другие члены попечительского совета, которых Драко даже не мог узнать в лицо, ведь предпочитал общаться со всеми исключительно письмами. Он метнул взгляд влево, где по другую сторону центрального прохода расположились Поттеры и Уизли. Вот они, сидят в ряд, как на подбор — Поттер с Джинни, Уизли с Грейнджер, оба со своими младшими детьми, а рядом Билл и Флёр Делакур. Кажется, она совсем не изменилась с тех пор, как приехала на Турнир Трёх Волшебников, зачаровывая всех мальчиков в замке своей вейловской красотой. Драко снова унёсся мыслями куда-то на четвёртый курс. И надо же было такой красотке взять фамилию Уизли! Драко никогда не привыкнет называть её и Грейнджер по-другому.

Флёр зааплодировала, и Драко, вздрогнув, понял, что пропустил приветственный номер преподавателей. Когда он повернул голову к сцене, все профессора тоже хлопали, а директор МакГонагалл обращалась из кошки обратно в свой привычный облик.

— А теперь поприветствуем старост Хогвартса с юмористическим номером! — объявил звучным голосом кудрявый мальчик лет 13-ти с кафедры на краю сцены. Кажется, Скорпиус говорил, что вести церемонию будет какой-то приятель старшего сына Поттера, который с этого года комментирует квиддичные матчи, но Драко не запомнил его имени. Да и разве это нужная информация? Он в который раз постарался сконцентрироваться на сцене, ведь не мог себе позволить пропустить номер Тедди.

* * *

Номер действительно оказался смешным — все старосты вышли в школьной форме, а Люпин — в нейтральной тёмной мантии, и они разыграли несколько сценок занятий в Хогвартсе, снабдив их очень остроумными шутками. Тедди, пародируя профессоров, просто блистал своими способностями метаморфа, которыми не мог похвастаться в обычные дни перед всей школой. Драко помнил, как Тедди впервые заработал штраф буквально в первый день своей учёбы в Хогвартсе — подсказывал одноклассникам на уроке трансфигурации, перекрашивая волосы в зелёный и красный цвет, потому что ещё летом полностью изучил учебники первого курса, а потом пугал одногруппниц за обедом, превращая нос то в хобот, то в свиной пятачок, и сооружая душераздирающие причёски. Профессор МакГонагалл тогда написала тётушке Андромеде, заставила Тедди переписать весь школьный устав и чётко дала понять, что Хогвартс — не место для слоновьих хоботов и ярко-синих ирокезов. Впрочем, судя то тому, как радостно сейчас улюлюкали гриффиндорцы, в их общей гостиной пародии Тедди были традиционным развлечением. В конце номера Драко искренне аплодировал вместе со всеми, он даже несколько раз действительно улыбнулся, хотя не привык показывать эмоции на публике — так хороши были пародии Тедди на знакомых ему профессоров. Сценками урока травологии и зельеварения Драко не проникся, потому что понятия не имел, как преподают Патил и Долгопупс, а пародии на урок ЗОТИ и вовсе не было. Кажется, профессора Нотта побаивались даже старосты. Что же произошло в жизни того милого и мягкого Тео, которого Драко знал в школе?

После номера старост и оглушительных аплодисментов от учеников Хогвартса начался показ десяти лучших выступлений от старших курсов к младшим. Сначала на сцену вышли двое когтевранцев-семикурсников, которые превратили хрустальный грот в настоящий райский сад. Наверняка любимые ученики Флитвика! Точно получат «Превосходно» по чарам на ЖАБА. Двое ребят с пятого курса вышли на сцену с выводком нарглов и целым лесом певучих терновых кустиков в одинаковых синих горшках. Пока пуффендуец дирижировал терновым хором, нарглы станцевали кордебалет под командованием гриффиндорки. В конце выступления они поблагодарили профессора Хагрида и профессора Долгопупса — оказалось, эти двое каждое лето организовывают выездной лагерь для старшекурсников, выбравших в качестве специализации травологию и уход за магическими существами. Драко этого не знал, он вообще до сих пор не мог привыкнуть, что рядом с «Хагридом» и тем более рядом с фамилией «Долгопупс» вообще может стоять слово «профессор».

Из размышлений о Долгопупсах и Хагридах Драко вырвал, что ожидаемо, Поттер — а точнее то, что удобный стул Драко вдруг превратился в пень. Старший сынок Мальчика-который-выжил продемонстрировал на сиденьях всех зрителей своё владение множественной трансфигурацией. Вопрошая про себя, за что, во имя Мерлина, он должен всё это терпеть, Малфой взмахивал палочкой, пытаясь убрать затяжки на своих брюках, которые зацепились за торчащие из этого трухлявого полена щепки, и в этот же момент пень вновь обернулся аккуратным полированным стулом с ажурной спинкой. Малфой, кляня пни последними словами, метнул разъярённый взгляд в сторону стоящего на сцене Поттера-среднего, который, судя по виду, просто упивался произведённым эффектом. Надо было признать, что масштаб действительно был поистине впечатляющим для третьекурсника. Пожалуй, через год он сможет провернуть такой же фокус, изменив материал стульев, а к шестому курсу сможет выполнить множественную трансфигурацию из неодушевлённых предметов в животных. И Драко это ничуть не радовало.

* * *

— Ну и наконец, поприветствуем первый курс! Из всех заявок учеников Хогвартса лишь 10 показательных выступлений прошли проверку и удостоились чести быть представленными на церемонии открытия, и среди них — целых два номера от первокурсников! Эти ребята учатся в Хогвартсе всего полгода, а уже добились таких результатов! Итак, первый из двух номеров называется «Чудесное спасение»! Поприветствуем на сцене учеников первого курса: Альбус Северус Поттер, Слизерин! Скорпиус Малфой, Слизерин! Роза Уизли, Гриффиндор! Эллиз Лливелин, Когтевран!

Драко зааплодировал, ожидая увидеть сына, однако из-за сияющего в глубине сцены занавеса вышла только маленькая белокурая девочка с голубыми глазами, похожая на маленькую версию дочери Флёр. Она подошла к краю сцены, где были сложены какие-то еловые ветки, и взмахнула палочкой, прошептав «Вингардиум Левиоса». Хвойные ветви поднялись в воздух, медленно закружились вокруг девочки, и преломляющиеся через грани купола лучи солнца отбросили на её лицо цветные тени, будто она и в самом деле стояла на летней опушке леса. Заиграла музыка, и девочка — вероятно, та сама Эллиз с Когтеврана, понял Драко — медленно двинулась обратно вглубь сцены, ведя за собой импровизированный лес из веток. Драко невольно впечатлился. Он был вынужден признать, что ни за что бы не смог удержать левитацией столько предметов одновременно, когда учился на первом курсе. Да и на втором. Собственно говоря, он и не пробовал множественную левитацию до подготовки к СОВ, где она была в билетах — ему просто было ненужно. Когтевранцы, что с них взять!

Девочка медленно двигалась назад, к серебристому занавесу, музыка становилась всё тревожнее, а на сцену надвигался темнеющий туман — Драко заметил, что с туманом помогал профессор Флитвик. Кажется, даже январское солнце решило подыграть сценке и скрылось за облаком. Атмосфера стала по-настоящему мрачной. Девочка обернулась к зрителям, и в этот момент Драко отчётливо услышал, как Роза Уизли (он узнал её по рыжим волосам), всё это время стоявшая у кафедры ведущего, произнесла заклинание иллюзии. Кто-то из младших ребят в толпе вскрикнул от испуга — в тёмном тумане прямо посередине сцены возникли дементоры, штук пять или шесть. Драко передёрнуло, но он быстро смахнул с себя секундное замешательство и пригляделся повнимательнее. Дементоры были какие-то неправильные. От этого стало ещё хуже — он вспомнил свою идею пугать Поттера дементорами. Тогда, в тринадцать лет, это казалось ему гениальной шуткой. Тем не менее, было понятно, что Роза видела дементоров только на картинках, и теперь воссоздавала этот образ своим заклинанием иллюзии. Она стояла с сосредоточенным лицом и полуприкрытыми глазами, сконцентрировавшись на представлении нужного образа и медленно ведя палочкой, а вслед за её движениями иллюзорные изображения дементоров приближались к белокурой девочке. Та резким движением сбросила заклинание левитации и закричала «Помогите» под грохот падающих на пол еловых веток.

Драко был готов, следуя инстинкту, самому броситься на помощь. Краем глаза он заметил, что Поттер это и сделал — он действительно подскочил со своего сиденья, но Джинни схватила его за локоть и усадила назад. Мерлин, да у него и вправду сложные отношения с дементорами! Девочка закричала «Помогите!» второй раз, и в этот момент из-за занавеса выбежали Альбус и Скорпиус с волшебными палочками наизготовку. Закрыв спиной подругу, они встали плечом к плечу, одновременно взметнули палочки вверх одинаковым отточенным движением, и, направив их на дементоров, одновременно выкрикнули: «Экспекто Патронум!»

Музыка смолкла, зал замер в абсолютной тишине. Из палочек одновременно вырвались два совершенно одинаковых огромных сияющих гиппогрифа. У Драко рот открылся сам собой. Кажется, все были в абсолютном шоке. Роза сбросила заклинание иллюзии, как только гиппогрифы поравнялись с дементорами, и тёмные фигуры рассеялись. Вновь заиграла лёгкая нежная музыка, а профессор Флитвик развеял тёмный туман и наполнил воздух серебристым сиянием под стать патронусам. Величественные гиппогрифы несколько раз облетели зал, вызывая вздохи восхищения, и растаяли в солнечном свете под вершиной хрустального купола. Несколько долгих секунд все сидели в оцепенении, прежде чем зал взорвался аплодисментами (и, кажется, одобрительными воплями Хагрида). Этому выступлению аплодировали даже дольше, чем номеру преподавателей, а четверо друзей стояли у края сцены, взявшись за руки, кланялись и счастливо улыбались. Драко хлопал вместе со всеми и до сих пор не мог поверить в увиденное. Когда-то вся школа чуть с ума не сошла из-за того, что Поттер смог вызвать Патронуса в тринадцать, а тут Скорпиус с другом вызывает его в одиннадцать! Подумать только, он же только полгода назад взял в руки палочку! Это точно не было заклинанием иллюзии, это был самый настоящий телесный патронус! И надо же — гиппогриф! Интересно, какова вообще природа парных патронусов?..

— Ну что ж, поздравим наших первокурсников с таким великолепным выступлением! — объявил ведущий, подходя к ребятам. Кажется, он и сам ещё не отошёл от шока. — мисс Беллами продемонстрировала великолепное заклинание множественной левитации, мисс Уизли — прекрасное заклинание иллюзии, а мистер Поттер и мистер Малфой удивили заклинанием Патронуса! Кажется, мистер Поттер хочет что-то добавить, — добавил он, передавая магический микрофон Альбусу.

— Мы хотим сказать большое спасибо, — начал Альбус своим звонким жизнерадостным голосом, — ансамблю Хогвартса под руководством профессора Флитвика, которые создали музыку для нашей постановки, а также самого профессора Флитвика, который управлял чарами погоды!

Серебристый занавес в глубине сцены распахнулся, зрители увидели инструментальный ансамбль и взорвались очередной волной аплодисментов. Профессор Флитвик тоже забрался на сцену и пожал руки каждому первокурснику. «Великолепно, великолепно!» — постоянно восклицал он.

Драко вдруг подумал об Астории. Такое случалось с ним в минуты сильных эмоциональных потрясений. Где бы она сейчас ни была, он уверен — Астория гордилась бы сыном, восхищалась и горячо аплодировала бы вместе со всеми.

* * *

Альбус, Скорпиус, Роза и Лиззи в комнатке за сценой спешно переодевались из костюмов, подобранных под выступление, в свои парадные мантии, чтобы присоединиться к зрителям. Отсюда прекрасно было слышно голос ведущего, который говорил в микрофон, зачарованный сонорусом:

— А теперь, дорогие леди и джентльмены, последний номер от Хогвартса перед тем, как я отпущу вас на небольшой антракт с фуршетом! Давайте поприветствуем на этой сцене ученика первого курса, факультета Слизерин, Тома Томпсона!

— Что?! — одновременно вырвалось у всех четверых.

* * *

Драко вежливо аплодировал, встречая Тома Томпсона. Наверное, мальчик из семьи маглов. Драко не знал ни одного магического рода с такой простой фамилией. На сцену вышел маленький и худенький темноволосый мальчик в абсолютно чёрной мантии. Он был немного похож на Тео в детстве, только Тео всегда выглядел более жизнерадостно. Драко бросил взгляд на школьного друга, который теперь сидел на трибуне справа от сцены с остальными преподавателями. Трудно было, глядя на этого человека, назвать его «Тео». Профессор Нотт был одет в чёрную мантию с наглухо застёгнутым воротником-стойкой, держал спину неестественно прямой и имел совершенно непроницаемое выражение лица. Наверное, использует окклюменцию, подумал Драко. Да, сейчас Теодор был похож скорее на покойного профессора Снейпа, чем на самого себя на старших курсах. Тем временем мальчик начал что-то говорить, взяв у ведущего микрофон, и Драко вернулся взглядом к сцене.

— Пожалуйста, поднимите руки, кто умеет пользоваться телефоном, — негромко сказал Том. Он держался как-то зажато и, кажется, сильно стеснялся. Драко обернулся назад. Из всей толпы руки подняло не больше двадцати человек.

— Мне понадобятся три пары добровольцев, чтобы продемонстрировать номер, — так же тихо сказал Том, но зачарованный микрофон немного исправлял ситуацию. — Я придумал, как сделать так, чтобы в Хогвартсе работали телефоны.

______________________

Лливелин — валлийская фамилия, её англизированная версия — Льюис. Как вы уже поняли, Лиз родом из Уэльса) У неё типично уэльские имя и фамилия.

Ну что ж! Том начинает раскрывать свои секреты)))

______________________

Как вы могли заметить, сегодня не пятница, а новую главу вы, тем не менее, прочитали. Здесь нет никакой ошибки — ближайший месяц я планирую выкладывать новые главы не по одному, а по два раза в неделю, чтобы после полуторамесячного перерыва наверстать намеченный изначально темп. Надеюсь, ваш понедельник стал немножечко лучше!