Неудача капитана Блада (джен)

Охота на Грубинга была объявлена.

Капитан «Фалькона», его товарищи из эскадры и еще несколько вольных капитанов и владельцев судов изъявили желание за вознаграждение отыскать и привести в Порт-Роял наглого разбойника самого или же предоставить надежные доказательства его гибели.

Задача была скучна до оскомины. Никакой погони или азарта, лишь рутинные проверки, морская геометрия и дисциплина. Покидать воды острова военным разрешалось лишь в крайних случаях. Оставалось караулить на подходе. Вероятнее всего ожидать пирата было возможно со стороны Леогана. И тут, как назло, природа подсуживала французам. Пассат с его ост-норд-остом круглый год мог домчать бандитов с полуострова Тибурон до Ямайки за пару суток, а вот английским судам пришлось бы лавировать до пиратской базы в бейдевинд с мокрой палубой и злой командой неделю. Поэтому решено было распределиться вдоль восточного побережья колонии и чуть на север на пределе видимости друг друга и общаться сигналами в ожидании промелькнувшего на горизонте паруса.

Актеон, заняв позиции, велел менять наблюдателя на марсе каждый час, глаза скоро слепли от напряженного всматривания в горизонт сквозь блеск воды. За увиденный парус полагалась пара монет. У кораблей побольше типа «Фалькона» еще была возможность выставить береговые посты через расстояние — направить в шлюпках пару человек с берега наблюдать за бухточками. Лодку необходимо было замаскировать, самим сидеть и выглядывать обстановку вокруг, а при подозрительной активности зажигать костер с дымом. Чтоб не спугнуть контрабандистов, которых ничуть не занимала справедливая месть за нападения на жителей, ночью приходилось уходить дальше в море, ложиться в дрейф и ожидать сигналов с берега, утром возвращаться ближе к мысу, снова — в дрейф и снова ожидание, только болтанка на короткой волне была утомительней.

Корабли появлялись не часто. Сезон ураганов только подходил к концу. Отслуживший полгода Актеон уже узнавал многие из парусников по силуэту. Честные суда не меняли курс. С этими было легко. Они даже были рады встрече. Знакомые капитаны спешили обменяться новостями. Отдельной историей становились корабли, чье поведение менялось после обнаружения. В ход шли обман и хитрости. Досаду вызывали беглецы, при погоне сбрасывающие груз за борт. Было ясно, что это не пираты. Те бы пришли пустыми. Но преследование необходимо было продолжать — служба такая.

Дни проходили за днями, а остров продолжал жить своей жизнью. Обмен товарами в обход королевской казны всех стран, имеющих колонии в этом регионе, был обычной практикой и источником существования многих семейств в округе и даже кое-кого в Ассамблее.

В этот раз парусник вдали вильнул было в бок, завидев патруль. «Фалькон» бросился в погоню. Часа через три расстояние сократилось до пушечного выстрела. Предупредительный по курсу заставил-таки беглеца лечь в дрейф и согласиться на проверку. Спустили шлюпку, мичман с помощником и четверкой гребцов отправились на подозрительный шлюп.

— Капитан! — раздался голос с марса. — Дым на юго-запад!

Все на «Фальконе» обернулись в сторону Ямайки. Далеко-далеко на горизонте сильно уходя вправо можно было увидеть нечто и вправду похожее на поднимающиеся клубы дыма.

— Приз твой, Том! Боцман — свидетель, — громко крикнул Актеон смотрящему на марсе, потом поправил капитанскую шляпу и продолжил уже сам себе под нос. — Дьявол! Нам тут еще на час мороки.

Судно оказалось чистым: груз, документы, команда — всё совпадало. Капитан шлюпа признался, что дал было дёру, опасаясь пиратов. Лорд Уэйд с досадой выслушал доклад вернувшегося мичмана и кивнул ему на серый след дыма на горизонте там, откуда «Фалькон» начинал свое преследование. Пока не ясно было, что произошло, но вдруг упустили? Оставалась надежда, что товарищ Актеона, капитан другой бригантины тоже заметил сигнал и среагировал.

Возвращение затянулось до вечера. Солнце уже ушло за вершины. Подойдя к отправленной на берег в дозор шлюпке, Уэйд-младший допросил моряков, вернувшихся на борт.

— Сидели мы, значица, на пригорке с Верзилой, вертели головой во все стороны, как вы нам велели. Потом смотрим, «Долфин» лейтенанта Файрфокса остановил какой-то парусник, — босоногий, кривоватый матрос в непонятного цвета штанах и почти отсутствующей рубашке, почесывая зад, оглядывался на полдюжины черепах, которых выгружали на палубу из их лодки. — Мы как бы и поняли, что все в порядке. Выстрелов не было. Ну, и что там смотреть? От скуки, да и жрать больно хотелось, я предложил поймать черепаху…

— Постой! Ты не то говоришь, — перебил товарища Верзила. — Черепахи — это уже потом было, — Актеон взглядом подбодрил говорящего. — Смотрели мы смотрели на бригантину, да что-то слишком долго они там стояли. Мы не только черепаху поймали, мы ее уже запекли, а суда всё стояли рядом.

— А-а-а, точно! Ты еще сказал тогда, что этот «Долфин», как старая треска, скоро обрастет ракушками, ежели не двинется с места, — добавил первый матрос, неловко переступая на одном месте. — Потом чужое судно ушло. Только не на юг в порт, а обратно, откуда явилось. А спустя какое-то время бригантина подала сигнал. Мы так и не поняли, что он значит. Вы, капитан, такой не используете… Эх, вкусный был чертов плавающий сундук, пальчики оближешь! А потом… — он оглянулся на компаньона, вспоминая, — Потом я пошел вдоль берега поискать еще этих черепах, вы ведь знаете, где одна, там и другие. Ребята будут довольны, вот увидите! Хотелось мне порадовать их…

— Что было после сигнала с «Долфина», Бриджес? Оставь свои гастрономические тонкости коку, черепахи чудесны, — прервал матроса капитан.

— О, милорд! Вы знаете толк в морской жизни, клянусь!.. Так вот… «Долфин», «Долфин», забодай меня чертила! Пошел я, значица, в ту сторону, где стоял корабль офицера Файрфокса. Смотрю, а к ним лодки с берега подходят. Я затаился, хоть и далеко было. Так эти лодки туда-обратно несколько раз сходили, я уж изнывать стал. Потом обратно в лагерь побежал. Верзиле рассказал. Он и говорит: «Давай сигнал подадим!» Заладил: «Не по уговору это, не по уговору». Короче, вот. Зажгли мы сырые ветви, потом бросили в огонь смолёную паклю, как вы велели, всю округу закоптили. Бегали тут вокруг часа два с этим костром. Да только ни вас, ни «Долфина» на наш сигнал не дождались. Видать, зря трепыхались. Что ж нам теперь? Карцер или награда, капитан?

— Вы всё правильно сделали, Бриджес! Конечно, награда, — Актеон похлопал его по плечу.

Матрос нервно сглотнул и засиял.

— А чья там пристань рядом, не помнишь?

Верзила тоже встрепенулся:

— Генри Лэтема, капитан!

Актеон чуть не присвистнул. Обрадовался даже, что вовремя сдержался.

— Что ж, по дополнительной порции рома вам обоим за ужином! Вы хорошо потрудились сегодня. Боцман! Что скажешь? Не пора ли и нам заняться кренгованием? Обросли небось, вон шлюп сегодня еле догнали.

— Да, капитан! Как закончим дежурство, так и проситесь у начальства чистить днище, сэр, — отозвался боцман «Фалькона».

— Так и сделаем.

Это был не Грубинг, конечно. Но странная рыба пришла в расставленные сети. Лейтенант Уэйд нынче весьма опасался, что она ускользнет. В поведении военного судна было явно что-то нечисто. Актеону очень хотелось, чтоб его товарищ по эскадре всё просто объяснил. Но еще больше он страшился, что услышит ложь и не сможет сдержаться.

Прежде всего следовало осторожно навести справки. Про хозяина пристани, про капитана Файрфокса. Если это была запланированная сделка, а выглядело всё именно так, то следующую встречу следует ожидать не раньше, чем через десять дней. Следовало сойти на берег. Корпус бригантины действительно давно не чистился, а Актеону было необходимо проворство на суше сейчас и маневренность в море — через полторы недели.

«Фалькон» лег на бок, у команды дел было по горло. Актеон отправился изучать след.

В судовом журнале «Долфина» за тот день было отмечено лишь одно происшествие — шлюп «Эндевер». Судно с грузом из Кюрасао, владелец — некий Роудон. Уэйд припомнил торговца в Порт-Рояле с такой фамилией, но, может, просто совпадение? Проверка прошла штатно, нарушений не обнаружено. Ни слова о задержке на несколько часов, ни слова про дымовой сигнал. Капитан не вышел на выручку своим! Что ж. Скорее всего груз переносили на военный корабль, потом лодками на берег. Версия выглядела правдоподобно. Значит, и команда в курсе? Восемьдесят человек свидетелей? Уэйд не мог поверить тому, что видел в документах и слышал от своих людей.

Разговор с офицером ничего не дал. Эдмунд Файрфокс, тридцатипятилетний местный уроженец, прыткий и смекалистый, чья военная хватка так импонировала Уэйду, и с которым он уже не раз распивал бренди в «Трех капитанах», улыбаясь рассказывал, как встретил на море своего давнего друга, они спустились в каюту, последовало угощение, новости, все дела, время пролетело незаметно. Про сигнальный дым Уэйд-младший не стал напоминать, конкретно предъявить пока было нечего. Да и настораживать вероятную добычу не хотелось.

А вот фигуру Лэтема трогать было нельзя. По крайней мере до разговора с братом. Рассуждая о том, куда обратиться, к Бладу или Джулиану, Актеон осторожно выбрал второго.

— Ты братец влез не туда, — старший не стал разводить политес. — Даже не знаю, что тебе сказать сейчас. Наполовину сделать не выйдет. Если можешь уйти, уйди сейчас. Забудь, как страшный сон и уйди.

Младший в отрицании мотнул головой.

— Файрфокс с командой участвуют в контрабанде! Я еще не выяснил, чем он обменялся с «Эндевером», но, когда узнаю, пойду к губернатору. Капитан точно виновен. Не среагировал на сигнал тревоги. Или не знал и не видел, или намеренно проигнорировал, занимаясь своими темными делишками! Лодки несколько раз подходили к борту. Записей нет!

— Тише, тише, брат. Не шуми так. Мне не нужно объяснять дважды. Файрфокса ты, может, и прихватишь. А что, если он посылал лодки за водой или провиантом? Что, если ему его прислали по суше?

По лицу моряка было понятно, что сам он такое забыл предположить.

— Но он соврал мне! И судно не пошло в Порт-Роял.

— Может, и соврал, но это не делает его нарушителем. С ложью вон пусть священник разбирается. А теперь подумай! Файрфокс — офицер, с ним вся команда. И ты против них. Один. Ладно, и матрос — свидетель. Только вот Лэтем — не простой горожанин или зажиточный купец. За него встанут люди Ассамблеи. Если он, конечно, при делах. А если Блад в курсе? Ты подумал об этом? Эта рыба тебе не по зубам… Отступись?.. — он еще раз просяще посмотрел на Актеона.

— Губернатор в курсе? — юноша остолбенел.

— Может, и нет, закрой рот. Я просто так сказал, — добавил Джулиан, понимая, что чуть передавил. — Но представь себе, что да. Тогда тебе нужны только неопровержимые доказательства. Документы. С поличным. Я не знаю. То, против чего нельзя возразить… Пока у тебя такого нет, ты — никто. И я бы советовал тебе отступиться.

— Соучастником я не буду. Отец нас не так воспитывал, — хмурился младший.

— Не соучастником. Нет. Глупцом. Нельзя идти против фрегата на шлюпе. А ты сейчас именно в этом положении. Против капитана «Долфина» вы на равных, но дальше не суйся, обвинения выдвигать рано. Подумай.

— Я понял тебя, Джулиан. Мне нужны доказательства. Значит, тем хуже для доказательств. Я их добуду. Тогда и поговорю с тобой, хитрец. Посмотрим, кто останется прав в этот раз.

Старший с восторгом глядел на пыл Актеона:

— Завидую я тебе, брат. Ты дышишь полной грудью…

— Ты ведь тоже. Разве нет?

Усмешка Джулиана едва ли была ясна младшему. Необходимость найти доказательства уже затмевала ему обзор. Он покинул дом Уэйда-старшего в твердом намерении не отступать и поймать всю морскую тварь, которую удастся.