Живучий Гарри (джен)

В то утро Гарри пошёл забрать почту. В основном это были как всегда многочисленные письма с угрозами. Дурсли за несколько лет разозлили массу народа.

Но в этот раз пришло особенное письмо. Оно было адресовано Гарри.

«Неуловимому мистеру Поттеру.

Чулан под лестн… Комната на втором… Кухня… Гостин…

Сука, определись уже и посиди на месте хоть минуту! Мы никак не можем написать адрес! Сова уже нервничает!»

Гарри это заинтересовало, однако он сначала решил отдать Дурслям их почту.

— О, Мардж заболела… — уныло протянул дядя Вернон, глядя на открытку. — Снова объелась собачьего корма…

Гарри уже приготовился вскрыть свой конверт, но Дадли выхватил его и отдал отцу.

— Тебе пиздец, маленькое говно! — вскричал Гарри, прикидывая всевозможные виды мести кузену.

Нужно было срочно отобрать у дяди письмо. Но Вернон только взглянув на обратный адрес, пришёл в ужас, разорвал конверт на части и съел их.

Как выяснилось позднее, письмо доставила сова. Сов в последнее время вообще стало как-то слишком много на Тисовой улице. Но это было очень кстати, ведь Дурсли после случая с удавом не кормили Гарри, а так у него всегда была свежая совятина на ужин.

Дядя Вернон наотрез отказался говорить, от кого пришло то письмо. Однако письма стали приходить каждый день, и число их постоянно увеличивалось. Через неделю дядя Вернон уже с большим трудом мог есть конверты. Одним из вечеров Гарри застал его у камина. С позеленевшим лицом дядя жевал бумагу, запивая её чаем.

В воскресенье ситуация накалилась до предела. Послышался нарастающий гул, и гостиную стали быстро заполнять сотни, если не тысячи конвертов.

— Я столько не съем! — завопил дядя Вернон.

— Мы все умрём! — пищал Дадли.

Петунья обхватила сына руками и с ужасом наблюдала за тем, как её муж дерётся с Гарри за конверт.

— Я тебе сейчас очки разобью! — орал Вернон.

— А я тебе кишки выпущу за эти письма! — отвечал ему Гарри.

Дурсли словно обезумили после этого случая. Вернон велел всем сесть в машину — Гарри общими усилиями скрутили и затолкали в багажник. Они ехали сначала на север. Потом повернули на восток. Сделали четыре круга вокруг какого-то озера.

Гарри выпустили из багажника только для того, чтобы посадить в лодку, которая плыла к крохотному скалистому островку.

Было решено там заночевать. Пол, на котором постелили Гарри, был покрыт толстым слоем пыли. Помня о том, что вот-вот должна была наступить полночь, а значит и его день рождения, Гарри написал на пыли желание: «Чтобы Дурсли сдохли самой мучительной смертью».

Гарри посмотрел на часы кузена, но те почему-то показывали: «27:86».

— Да пошли вы все…

Гарри не успел договорить. Дверь сотряслась от удара. Дадли на всякий случай тут же обмочился. После очередного удара дверь с треском упала на пол.

— Пиццу заказывали? — пробасил вошедший в дом бородатый великан и рассмеялся собственной шутке.

— Ничего мы не заказывали! — возмутился дядя Вернон. — Уходи отсюда! Кыш!

Но великан не обратил на его слова никакого внимания. Он прошёл в комнату и уставился на Дадли.

— Ты что, обоссался? Вот в Хогвартсе смеху будет, когда я всем расскажу, что знаменитый Гарри Поттер обмочил штаны!

Великан расхохотался. Гарри, который в это время прятался за углом, ужаснулся. Он не мог позволить какому-то бомжеватому мужику позорить его имя.

— Чего ты там сказал?! — гневно выкрикнул Гарри, выходя из своего укрытия. — Это я Гарри Поттер!

— Да мне похуй! — махнул рукой великан. — Я тебе кое-что принёс. Очень вкусная вещь. Я кажется пару раз уронил его по дороге, но это только на пользу пошло.

Великан бросил на стол коробку из-под торта. Гарри открыл крышку и тут же отшатнулся. Внутри коробки было сплошное месиво из розового крема, листвы и грязи. А под этим слоем абсолютно точно что-то шевелилось.

— Ну? Чего не ешь? — искренне удивился великан.

— Жить хочу, — раздражённо ответил Гарри.

— Трус! — расстроился великан и с размаху плюхнулся на диван, ножки которого тут же сломались. Он достал из кармана розовый зонт и махнул им. Камин тут же разнесло на куски. В стене образовалась дыра фута три шириной. — Извиняюсь… Не рассчитал маленько…

— Ты кто, мать твою, такой?! — спросил Гарри.

— Рубеус Хагрид — хранитель ключей, плейбой, филантроп, — представился великан. — Меня больше интересует, куда делись те совы, которых мы отправляли тебе из Хогвартса. Никто из них не вернулся. Видел бы ты, как мы с профессором Дамблдором выталкивали последнюю сову! Бедняжка упиралась лапами в подоконник, но мы всё-таки справились!

— Понятия не имею, — соврал Гарри. — Никаких сов не видел. Зачем им вообще ко мне прилетать?

— Ты ведь волшебник, Гарри.

— Пиздишь!

— Следи за своим языком! Если я говорю тебе, что ты пиздатый маг, значит так оно и есть! Держи своё письмо! Но только прочти вслух, а то я читать не умею…

Гарри наконец получил столь долгожданную возможность.

«Долбанный мистер Поттер!

Я стёрла четыре пера, пока писала все эти три сотни писем. Я тебя ещё не видела, а ты уже успел меня выбесить!

Так что если ты не приедешь в нашу грёбанную школу магии и мои усилия пропадут даром, я сама приду к тебе, и жизнь с Дурслями покажется тебе курортом!»

Дядя Вернон, который только сейчас оправился от шока, закричал:

— Наконец-то! Где вы были все эти годы? Как мы ни старались избавиться от мальчишки, он всё равно возвращался в наш дом!

— Эй! — возмутился Гарри. — Я думал, вы рады мне.

— Да ты всех уже заебал! — взвизгнула тётя Петунья. — Мне плевать, кто ты: маг, вампир или пришелец. Вали из нашего дома!