Листы из Разноцветной книги (джен)

У всякой мало-мальски значимой вещи или вещицы есть своя история. Это каждый знает в Средиземье: и премудрые эльфы и волшебники, и самый юный хоббит, подбирающий подарки и сувениры для друзей и родных.

Остановитесь на мгновение в тишине, прислушайтесь... прислушайтесь. У эльфов необычайно острый слух, но не только эльфы — при желании и человек может услышать, как поют и вздыхают камни и материи, золото и серебро, земля и травы.

Взгляните, прислушайтесь.

Вот старинный город Минас-Тирит. Нынче вернулось городу прежнее имя, славное и мирное имя — Минас-Анор, город восходящего солнца. Нет больше крепости, осаждённой полчищами врагов, ибо больше нет Саурона, нет Ангмарского короля-чародея. А остатков их побеждённого и развеянного войска не стоит страшиться, когда на престол Гондора и Арнора взошёл — будто из легенды, словно со страниц старинной книги появился, — великий Государь Элессар.

Отхлынуло назад разбитое вражеское войско, канул в прошлое Саурон. И будет восстановлено разрушенное; умелые руки мастеров залечат раны города; но и стены домов, и стены крепости, и камни, которыми вымощены улицы — никто и ничто не забудет былого. И каждый, кто умеет слышать и слушать, каждый сможет узнать о годах скорби и страха, о том, как наползала из Мордора ядовитая хмарь, как крылатые чёрные твари нагоняли ужас, отбрасывая тень на эти самые стены. Каждый сможет услышать и другое — как звучали здесь слова любви и прощания; и как эхом отдавались шаги жителей, уходивших прочь: кто — на стены, кто — из города, в края, ещё не охваченные войной, чтоб спастись и спасти — завтрашнюю зарю, отблеск которой лежал на детских лицах. И долго, долго — всегда — будут повествовать старые стены Белого города о последней надежде, отчаянной надежде, что однажды — чудо чудесное! — сбылась.

Над Белым городом реет знамя, коего не видели уже много лет — знамя Гондора, королевское знамя. По чёрному полю — золотые и мифриловые нити, серебро и жемчуг: Белое Древо, Корона и Звёзды; но не только из прочной эльфийской ткани, не только из драгоценных нитей и жемчужинок создано королевское знамя — искусные руки эльфийской девы вплетали в ткань нежную любовь и пламенную веру, страстную надежду и великое терпение — умение ждать.

Пришла пора заговорить и королевской короне. Белоснежный крылатый венец много веков ждал своего часа в величественном полумраке Дома Королей на улице Тишины⁽¹⁾. И вот однажды там раздались быстрые, энергичные шаги — как ни старался наместник Фарамир ступать тише, из почтения к покоившимся в усыпальнице королям, у него это не слишком хорошо получалось. В каждом движении Фарамира, в каждом шаге сказывалась острая радость — радость человека, недавно оправившегося от изнурительной болезни, избавленного от смертной тени. Ведь он уже успел попрощаться с жизнью и приготовился с достоинством встретить лютую смерть, но страдание отступило, тень растаяла, и вновь впереди были годы и годы, рассветы и закаты, заботы и надежды. Фарамир вынес из Дома Королей Крылатый венец, и за спиной у него самого будто вырастали крылья, и он летел, едва касаясь земли. На глазах оживали легенды, свершалось небывалое — разве не предвещало это счастья?

И каждый камень на мощёной улице, по которому ступал Фарамир, запоминал его стремительный шаг.

И настал час, когда высокие стены Белого Города засияли в ярких лучах утреннего солнца; и ярким светом сверкала на солнце белоснежная Корона Гондора, когда Митрандир, посланец из Земель Благословенных, водрузил её на голову долгожданного Короля Элессара. И запомнил весь город, как торжественны и светлы были лица и Митрандира, и Короля, и каким серьёзным и смущённым казался маленький полурослик, о котором рассказывали в толпе небылицы — одну занимательней другой.

В нарядной толпе стояла, вытягивая шею, целительница Иорет, и торопилась сообщить сестре, лишь недавно прибывшей в город, всякую подробность.

— Этот полурослик, не гляди, что такой маленький, а великий герой! Он сокрушил того Врага, чье имя и называть-то не хочется... А что же до Короля, то Король...

Король вернулся с победой из таинственного похода, казавшегося безнадёжным; на месте ворот в крепостной стене зиял ещё пролом, ещё чернели следы пожара, не затянулись ещё раны горестей и утрат. Война! И белоснежная Корона недаром напоминала боевой шлем. Когда-то давным-давно искусные мастера создали её по образу и подобию нуменорского шлема, какой носили воины в бою; но был этот шлем украшен драгоценными камнями, и у висков сияли белые крылья, напоминавшие о крыльях чайки — морской птицы, вестницы надежды. Так уж повелось с давних пор, что королевство возглавляет самый храбрый и искусный военачальник, ибо всё, что любили здесь, то и дело приходилось защищать от нападений.⁽²⁾

— А Король, подобно властителям древности, не только воин, но и исцелитель, — продолжала свой рассказ неутомимая Иорет, — и ведь как раз накануне я про это вспомнила! Видишь, стоит наместник наш Фарамир, и рядом с ним роханская королевна? Да-да, они обручены, это мне доподлинно известно; да я о другом сейчас, сестра! Нынче поглядишь на их цветущие лица, и не подумаешь, что были они на самом краю. А мы уж ничего не могли сделать. И я говорю: был бы у нас государь, как в старину, ведь говорят, в руках государя — целительная сила... А Митрандир улыбнулся так хитро — знал же ведь, знал уже! — и сказал, мол, верно я говорю. И Король пришёл, только в таком скромном сером плаще, как все эти северные странники, и его сперва-то и не заметили, а вот я сразу поняла...

А Король вошёл в Белый город, и Крылатый венец сиял на его челе. И хотя корона была тяжела, а острый взгляд мудрого Короля предвидел впереди немало трудов и забот — за его спиной тоже будто вырастали крылья. Всё будет, всё! И отстроенный заново город, и восстановленные мосты через Андуин, и мир на границах, и цветенье садов, и долгие годы жизни. И однажды он, устав от тягот земного пути, передаст наследнику Крылатый венец — вместе с судьбою цветущего королевства.

1) С тех пор, как пал в поединке с Ангмарским королём последний король Гондора Эарнур, никто не решался претендовать на королевский престол. Прямых наследников не было, Эарнур погиб бездетным, не было и тех, чьи претензии на власть все сочли бы законными. Опасаясь новой междоусобной войны, которая погубила бы Гондор, гондорская аристократия удовлетворилась тем, что в Белом Городе правили наместники. Между тем на Севере скрывались представители ещё одной ветви королевской династии, последним из которых был Арагорн. Во время Войны Кольца он явился в Минас-Тирит как раз вовремя, исполнив все древние пророчества, и был признан новым королём.

Вернуться к тексту

2) Отсылка к знаменитым словам Фарамира: "Я люблю меч не за то, что он острый, и стрелу — не за ее полет, а воина не за силу. Я люблю их за то, что они защищают родину: ее красоту, древность и мудрость"

Вернуться к тексту