Второй шанс (гет)

Несколько дней спустя Годрикова Лощина скорбно замерла, принимая похоронную процессию. Казалось, слёзы всего магического мира пролились в этот день. Лили стояла у гроба, словно окаменевшая. Сквозь пелену отчаяния она слышала слова соболезнования, но не воспринимала их. Что они могли значить? Разве можно вернуть утраченное?

Она кивала, но не улыбалась. Её лицо было бледным, даже веснушки исчезли. Лили стала неузнаваема.

Речи, воспоминания, рыдания. Затем магией гроб опустили в могилу, и комья земли глухо ударили о крышку. Лили рванулась вперёд, но Ремус, предвидевший это, нежно, но твёрдо удержал её за плечо.

— Держись, Лили. Позволь слезам пролиться — станет легче.

Она взглянула на него пустыми глазами, но позволила увести себя в дом. В гостиной Аластор разливал вино немногочисленным выжившим членам Ордена Феникса.

Сириус свернулся на диване, вцепившись в шарф Джеймса. Ремус опустился рядом, коснулся его плеча. Они не говорили — слова были не нужны.

Судьба смилостивилась, и Сириуса быстро освободили из Азкабана. Дамблдор привёл к Краучу сломленную горем Лили, и она дала показания, подтверждающие невиновность Блэка и изобличающие Петтигрю.

— Хвост был Хранителем, — сказала она бесцветным голосом. — Джеймс сменил хранителя за несколько дней до… Зачем? Вы спросите у Сириуса. Я не знаю.

Сириус, едва услышав приговор, рванул искать Петтигрю. Но тот словно сквозь землю провалился. Блэк рыскал по всей Англии, но предатель исчез — возможно, сбежал за границу, возможно, принял облик крысы и затаился. Сириус вернулся в Годрикову Лощину ни с чем, злой и опустошённый. Единственным светом для него стал маленький Гарри. Крёстный носил его на руках, разговаривал с ним, рассказывал о Джеймсе. Гарри, в силу возраста, не понимал страданий крёстного, лишь радостно тянул ручки, хватал его за волосы и лепетал: «Папа?» Каждое это слово причиняло Сириусу острую боль.

Лили оставалась безучастной ко всему. Она всё больше напоминала статую. Ни слезинки. Лишь машинально ухаживала за ребёнком: кормила, укладывала спать, купала. Гарри чувствовал, как изменилась мать, и всё чаще просился на руки к крёстному или Люпину.

Через несколько дней после похорон Дамблдор попросил Лили дать показания на закрытом заседании суда — чтобы спасти Северуса Снейпа. Она согласилась. Не потому, что хотела. Скорее, потому что ей было всё равно.

— Волан-де-Морт явился к нам из-за предательства Питера, — сказала она. — Джеймс задержал его. Я побежала за палочкой. Тёмный Лорд настиг меня в детской. А дальше я не знаю, что произошло. Но Волан-де-Морт исчез, а у Гарри появился шрам.

— Какую роль сыграл в вашем спасении Северус Снейп?

— Он осведомитель Дамблдора. Явился вместе с директором уже после нападения. Больше мне нечего сказать. Мы не общались последние пять лет.

Этого хватило. Снейпа оправдали. Лили вышла из зала суда, даже не взглянув на него.