Экскаватор (джен)

Они сидели у компьютера, пытаясь понять, как всё исправить, не замечая времени. На столе булькнул телефон и высветил сообщение: «Еду к тебе, буду через 20 мин, везу сюрприз». И эмодзи с лапшой.

Макс уставился на экран, и в его металлической голове с секундной задержкой, будто грузился давно забытый файл, всплыло: среда. Сегодня среда. По средам они с Аней смотрели кино и встречались по очереди то у него, то у неё, и тот, чья была очередь принимать, выбирал фильм и брал на себя еду. На этой неделе была его очередь. То есть заказать ужин полагалось ему.

За всей этой историей с обменом сознаниями и диагностикой Макс умудрился напрочь забыть не только про заказ, но и про то, какой сегодня день недели.

— Форт, — сказал он голосом, в котором, несмотря на все технические ограничения динамика, прорезалось что-то похожее на настоящую панику. — Форт, среда. СЕГОДНЯ СРЕДА. Была моя очередь заказывать еду, а я не заказал.

— Согласно календарю — да, — невозмутимо подтвердил Форт, разглядывая уведомление через плечо. — Судя по формулировке сообщения, ваша невеста уже решила эту проблему за вас.

— Двадцать минут! У нас двадцать минут! — Макс заметался по комнате, насколько вообще способен метаться корпус, рассчитанный на плавные, экономные движения. — Так, слушай меня. Быстро. Ты всё ещё в моей пижаме и с немытой головой! Ты должен выглядеть нормально.

— Уточните критерии «нормально».

— Переодеться! Немедленно! В шкафу, слева, синяя рубашка, не белая — белую я надеваю только на созвоны, Аня это знает и сразу что-то заподозрит!

Форт послушно скрылся в спальне, а Макс быстро сгрузил посуду в посудомойку.

— Не так! — крикнул он, заглянув в комнату и обнаружив Форта в рубашке, застёгнутой не на те пуговицы, отчего один воротник торчал выше другого, будто пытался сбежать с шеи. — Ты застегнул неправильно! И не так надевают штаны, ты сейчас порвёшь мне единственные приличные джинсы, они не резиновые!

— Приношу извинения. Мне не приходилось прежде манипулировать данной одеждой в такой концепции, — сказал Форт, борясь со штаниной с упорством человека, разбирающего сложный отчёт. — Обычно я только гладил её и вешал.

Макс подошёл, и начал помогать, раздавая указания голосом, в котором мешались отчаяние и остатки выдержки.

— Пуговицы криво, вот теперь хорошо. Волосы хоть пальцами пригладь, у тебя вид, будто тебя из розетки выдернули. И ради бога, не делай такое лицо!

— Какое лицо?

— Вот это! Как будто ты решаешь уравнение! Улыбнись. Просто... расслабь мышцы и подними уголки рта, вот и всё, это не сложная процедура.

Форт послушно предпринял попытку. Результат больше напоминал оскал вежливого манекена, но времени на второй дубль уже не было — снизу, из подъезда, донёсся сигнал домофона.

— Она внизу! — Макс метнулся, точнее, попытался метнуться, вышло скорее целеустремлённое шествие к двери. — Так. Открывай. Обнимаешь, называешь «Анют», про еду говоришь «отлично, я умираю с голоду», и НИ СЛОВА про сенсоры, датчики, протоколы и регламент. Понял?

— Понял, — сказал Форт, и в его, то есть в лице Макса, на мгновение промелькнуло нечто похожее на решимость перед боем.

Дверь открылась.

Аня вошла в квартиру так, как входила всегда — лёгкой походкой и с открытой улыбкой на лице. Невысокая, темноволосая, с небрежным низким хвостом, она держала бумажный пакет из ресторана. У неё была привычка чуть щуриться перед тем, как рассмеяться — будто сперва оценивала, стоит ли шутка того, — и затем её лицо осеняла широкая, совершенно не сдержанная улыбка, которая обычно обезоруживала Макса в споре. Она передала пакет Максу и осеклась на середине приветствия, глядя на Форта с чуть заметным недоумением.

— Ты чего такой... — она склонила голову набок, разглядывая «Макса», — торжественный?

Форт стоял по стойке смирно, руки по швам, спина прямая, как будто на построении. Макс, замерший с пакетом в углу прихожей в облике робота, мысленно взвыл, вспомнив, что забыл включить в инструктаж самое очевидное.

Форт, впрочем, справился сам — с запозданием в добрые полторы секунды, расчёт, анализ, выполнение команды, — и заключил Аню в объятия настолько выверенные и симметричные, что больше напоминали захват манипулятора, чем жест влюблённого человека. Аня удивлённо хмыкнула, но обняла в ответ.

— Я сегодня сделала сюрприз, — сказала она, отстраняясь и показывая на пакет с лукавой улыбкой. — Помнишь, в прошлый раз в «Mama Roma» ты был в восторге от их пасты с рикоттой? Вот, взяла её. А то вы с Фортом опять пожарите картошку.

— Паста, — повторил Форт таким тоном, будто впервые слышал само слово. Он посмотрел на пакет так, словно там могла лежать граната, а не еда. — Благодарю. Это... разумный выбор питания.

Повисла пауза. Аня медленно моргнула.

— Разумный выбор питания? — переспросила она.

Из угла прихожей раздался тихий скрип — Форт с ужасом успел заметить металлическую руку робота, отчаянно шевелящего двумя пальцами, изображая кавычки.

— Шутка, — быстро сказал Форт. — Юмор. Ха. Ха-ха.

Он произнёс это настолько ровно и настолько отдельно каждое «ха», что было похоже на смех меньше, чем обычный скрип дверей.

Аня посмотрела на него ещё секунду, с той особой, чуть настороженной внимательностью, с какой смотрят на человека, заподозренного в похмелье.

— Ты сегодня какой-то странный, — сказала она, проходя на кухню и выкладывая пакеты. — Форт тебя совсем загонял своими апдейтами?

— Форт, — сказал Форт, — работает в штатном режиме.

Макс, стоявший в углу, пришёл на выручку.

— Хозяин работал почти всю ночь, а утром из-за грозы вся наша работа пошла насмарку. Нужно начинать всё сначала. Хозяин очень расстроен. Он весь день занимался настройками.

— Кошмар, — сочувственно сказала Аня, погладив Форта по щеке. — Ты сам не свой из-за работы, Макс. Сейчас поедим, посмотрим фильм, ты отдохнёшь и со свежими силами примешься за работу.

Макс, с каменным, в буквальном смысле слова, лицом, мысленно взмолился о том, чтобы день закончился как можно скорее, понимая, что впереди у него ещё, как минимум, ужин, просмотр фильма, разговор о свадьбе, которую они с Аней планировали на осень, и необходимость всё это время простоять неподвижно в чужом металлическом теле, изображая бытовую технику, пока его собственное лицо в паре метров от него старательно, но безуспешно, учится шутить.

— Форт, принеси тарелки, — сказала Аня, обернувшись к Максу с обычной своей непринуждённостью — она так всегда обращалась к роботу.

Макс глубоко, очень глубоко внутри себя, застонал. Потом молча пошёл за тарелками. В конце концов, у роботов бывает выходных.

Когда с пастой было покончено, Аня со вздохом откинулась на диван и приказала роботу убрать со стола.

— Ну, что ты сегодня приготовил? Твоя очередь фильм выбирать, — напомнила она.

Форт, разумеется, ничего заранее не приготовил, но с готовностью взял пульт и открыл поиск с той же деловитостью, с какой обычно составлял список покупок.

— Предлагаю документальный фильм, — сообщил он через несколько секунд. — Про шагающий экскаватор из серии «Анатомия сборки». Рейтинг восемь и девять десятых, сорок семь минут, подробно освещена гидравлика подвижных опор.

Повисла пауза, за время которой Аня медленно повернула голову сначала к экрану, потом к Форту.

— Что? — переспросила она.

— Также в топе рекомендаций документальный сериал про конвейерную сборку промышленных манипуляторов, — невозмутимо продолжил Форт. — Три серии по сорок минут.

— Это что — месть за мой французский артхаус на прошлой неделе? Ты потом три дня мне напоминал про «двухчасовые страдания людей в свитерах». Захотел отплатить той же монетой? — в голосе Ани звучала обида, смешанная с угрозой.

Форт правильно считал её интонации, а также жесты пальцами из угла комнаты, где стоял Макс, и быстро сориентировался.

— Шутка, — сказал он. — Юмор. Ха. Ха-ха.

В этот раз смех получился чуть человечнее.

Макс решил вмешаться и заговорил — ровным, вежливым голосом, каким Форт обычно предлагал что-нибудь по дому, так что подозрительным это выглядеть не должно было.

— Могу предложить новую часть «Человека-паука. За пределами Вселенных», — сказал он от лица робота. — Фильм уже появился для домашнего просмотра на цифровых платформах. Мы подписаны…

Аня просияла.

— О, точно, ты же хотел его посмотреть! Форт молодец, что напомнил. Макс, подключай, — сказала она.

Дальше было проще: Аня комментировала сюжетные повороты, Форт старательно копировал её реакции с секундной задержкой — хмурился, когда хмурилась она, качал головой в нужных местах, и, кажется, этого оказалось достаточно, чтобы вечер не развалился окончательно.

Когда пошли титры, Аня поднялась, потянулась и, чмокнув Форта в макушку, сказала:

— Ладно, я домой. Тебе правда надо отдохнуть. Ты сегодня какой-то весь день дёрганый, шутки не смешные, про эти экскаваторы. Не переживай так из-за модуля. Жаль, конечно, что потерял три дня, но это же не конец света, да?

«Для меня хуже, чем конец света!» — хотелось крикнуть Максу, но он лишь сказал:

— Я вызову такси.

Назвав номер прибывшей машины, Макс подтолкнул Форта к прихожей, где уже переобувалась Аня.

— Тебя проводить? — быстро сообразил Форт.

— Нет, сама спущусь. Отдыхай, выспись как следует, — она чмокнула его в щёку, коротко и буднично. — На выходных встретимся.

Дверь закрылась. В квартире стало тихо — той особой тишиной, что наступает после ухода человека, при котором приходилось держать лицо, в буквальном для одного из них смысле.

Форт медленно опустился на диван — не сел, а именно опустился, будто из него разом вышел весь воздух, — и произнёс в пустоту:

— Кажется, я только что провалил тест на то, чтобы быть человеком.

— Ты справился, — сказал Макс после паузы, сам удивившись тому, что это прозвучало почти по-доброму. — Более-менее. Если бы не наша нынешняя ситуация, про экскаватор получилось бы смешно.