Снайпер 2: Вавилонские ночи (джен)

Признаюсь, полет над югом Ирака мне понравился.

Штатные метлы Бюро магических расследований были крепкими, надежными изделиями, изготовленными по государственному заказу тем, кто предложил самую низкую цену. Иными словами, по характеристикам примерно соответствовали «Нимбусу-2000», который я получил двенадцать лет назад на первом курсе.

Ладно, по дороге к тому, что осталось от Вавилона, я немного порезвился. На метле я не летал с последнего отпуска, когда гостил у Уизли. Группа СМАРТ шла свободным строем примерно в двадцати трех метрах над землей: достаточно высоко, чтобы меньше бросаться в глаза, и достаточно низко, чтобы не опасаться пролетающей военной авиации. Встреча с парой тонн металла на скорости семьсот узлов испортит вам день даже при смягчающих чарах. Я держался чуть выше и позади остальных. Как же приятно снова оказаться в воздухе на метле.

До места, откуда когда-то правил Вавилон, мы добирались почти три часа. Некогда величайший город мира теперь представлял собой в основном невысокие холмы, среди которых изредка виднелись руины.

Мы опустились на небольшую поляну рядом с густыми зарослями. Я активировал маленькую руну на древке, и метла снова уменьшилась.

Забавно получилось. Я, едва коснувшись земли, вскинул винтовку и занял укрытие. «Гекторы» вытащили палочки и принялись ставить защитные чары. Я искал угрозу взглядом, а они отгоняли ее магией. Вытащить палочку, которой мне, строго говоря, вообще иметь не полагалось, мне даже в голову не пришло.

Правда, будь у противника чары обнаружения магии, с тем же успехом можно было пускать сигнальную ракету.

Тут стоит помнить: СМАРТ — полицейское подразделение, а не армейское. Правила и задачи у них другие. Они должны ворваться в логово подозреваемых, взять их живыми, сохранить улики и при этом уцелеть сами. Меня учили устранять цель, выполнять задачу и идти дальше.

Группа быстро построилась и выдвинулась — без суеты, почти без разговоров. Это производило впечатление. Сразу видно: элита американских магических сил. Вот бы британскому Министерству таких ребят против Томми. Впрочем, существуй у нас подобное подразделение, Фадж наверняка расформировал бы его по наущению Малфоя.

Я пристроился позади, держа оружие наготове.

Мы прошли километра два, когда вся группа вдруг рассыпалась по укрытиям. Через мгновение Вторая отстала от остальных и подошла ко мне.

— Девятая засекла сильный выброс примерно в пятистах ярдах впереди. Он резко оборвался. Теперь там магическая активность, характерная для боя. Мы идем на сближение. Найдите место, где залечь, пока мы проверим.

Группа двинулась вперед, исчезая под дезиллюминационными чарами. Десятый вместо них накинул мантию-невидимку.

Значит, какое-то устройство связи у них есть, а меня к общей сети не подключили. Мило с их стороны, правда? И вообще, меня малость взбесило, что меня вот так бросили здесь, словно годовалого младенца в подгузнике.

Я вытащил свой атлас и открыл карту этого района. Метрах в двухстах впереди, левее нашего маршрута, обозначалось возвышение. Вполне подходящее место.

Быстро, но осторожно пробираясь сквозь кустарник, через пару минут я добрался до холма. Склоны оказались довольно крутыми; вряд ли это было естественное образование. Скорее всего, под ним скрывались какие-то руины. Я полез наверх.

На полпути заметил знакомые вспышки заклинаний — там уже шла магическая перестрелка. Странно только, что все вспышки летели в одну сторону.

Добравшись до вершины, я достал ночной прицел и посмотрел вниз. Даже меня увиденное потрясло.

Либо мечта Хагрида стала чьим-то кошмаром, либо на группу СМАРТ и в самом деле спустили пару нунду.

— Нам понадобится лодка побольше, — пробормотал я.

Чтобы справиться с одним нунду, порой требуется объединенная сила ста — ста пятидесяти волшебников. Эти огромные кошки, похожие на леопардов, выдыхают болезни, как драконы — огонь. Представьте, что вы в одно мгновение подхватили бубонную чуму, сибирскую язву и Эболу. Только, в отличие от драконьего пламени, дыхание нунду заражает местность на часы, дни, а то и недели после его ухода — смотря сколько зверь там пробыл. И теперь две такие твари наседали на десять бойцов СМАРТ. Шансы, прямо скажем, неважные.

Пора немного их уравнять.

Я расстегнул небольшой карман рюкзака, вытащил оттуда длинный жесткий футляр и быстро уложил на землю. Откинул защелки и достал одну из любимых игрушек — снайперскую винтовку AW50. Против мягкой цели вроде человека она несколько избыточна, зато при точном попадании отлично выводит из строя небольшие грузовики, вертолеты и катера. Для гигантской волшебной кошки из джунглей должна подойти в самый раз.

На животных я никогда не охотился. Ладно, был василиск, но, честно говоря, это скорее он охотился на меня. Анатомию нунду я представлял себе слабо и не знал, куда лучше целиться. Голова — самая подвижная часть любой живой мишени; на такой дистанции вариант неудачный.

Я разложил приклад, лег и прицелился поверх развернувшегося внизу магического боя. Одна из огромных кошек стояла ко мне боком и ревела на кого-то из «Гекторов». Пуля .50 BMG ударила высоко в бок, сразу за плечом.

Ага, вот это ты почувствовал, зараза. Зверь пошатнулся и повалился на землю, скорее растерянный, чем мучающийся от боли. Наверное, пуля перебила нервы. Уже неплохо.

Я перевел прицел на второго нунду. Он, кажется, кого-то... ел. Я торопливо выстрелил в надежде, что его несчастную «трапезу» еще можно спасти. В последнее мгновение кошка подскочила, и пуля вошла в мягкую часть бока.

Нунду оглушительно взвыл от боли и ярости, резко развернулся, ища напавшего. Видимо, решил, что виноваты немногочисленные летевшие в него заклинания, и рванул вперед с невероятной скоростью.

Следующая пуля поймала зверя в шею на броске. Я даже не заметил, как нажал на спуск. Инерция протащила его вперед, и он рухнул мордой в землю.

Я проверил первого зверя: тот уже не двигался. На всякий случай всадил каждому по пуле сверху в голову. «Крик» я тоже смотрел. Не хватало еще попасть на зубок или угодить под смертоносное дыхание только потому, что я решил, будто эти чертовы твари уже мертвы.

Я пополнил магазин, собрал гильзы и убрал винтовку в футляр. К «Гекторам» спустился на метле: теперь скорость была важнее скрытности.

Почти сразу после приземления наткнулся на то, что осталось от Первого и Третьего. Тела покрывали язвы — видимо, оба получили полную порцию дыхания нунду. Нашлось и несколько мертвых иракских волшебников в каких-то хлопковых юбках с перевязями на груди: что-то похожее я видел на картинках в учебниках своей старой магловской школы. Современные местные волшебники так не одевались; обычно они, как и их магловские соотечественники, носили свободные длинные одежды, подходящие для пустыни.

Ко мне подошли трое «Гекторов»: Вторая, заместитель командира, мой приятель Восьмой и разведчик Десятый.

— Поттер, это вы? — спросила Вторая, указав палочкой на ближайшую тушу нунду.

— Вам требовалась помощь. Еще кто-нибудь выжил?

— Только мы, — ответил незнакомый голос.

Мы с «Гекторами» обернулись, застигнутые врасплох. К нам подошли мужчина и женщина в тех же одеждах, что были на найденных мною иракцах. Мужчине на вид было около тридцати; чем-то он напоминал университетского преподавателя. Наверное, огромными стеклами очков и озадаченным выражением, с которым оглядывал весь этот хаос. Женщине я дал бы лет двадцать. Она едва держалась на ногах, но смотрела решительно, а палочка в ее руке никаких признаков усталости не выказывала. Большего я пока разглядеть не мог: с головы до пят ее окутывало затейливое одеяние, отчего-то напомнившее наряд верховной жрицы.

— Надо сказать, господа, вы появились как нельзя вовремя, — добавил мужчина. — Под конец все пошло несколько не по плану.

Кажется, он даже не замечал направленных на них трех палочек и штурмовой винтовки. Говорил он с безупречным, совершенно естественным выговором британской аристократии.

— Кто вы такие? — потребовала ответа Вторая.

— А, простите. Профессор Саалех аль-Джумайли, прежде работал в Британском музее. Специалист по религиозным и магическим практикам древней Месопотамии. Моя коллега, мисс Дана Али, — знаток древних рунических языков и месопотамской ритуальной магии. Да уж, неприятная вышла история.

Семь бойцов СМАРТ мертвы, иракцев погибло как минимум не меньше, а у него такая реакция?

Может, ученое звание «профессор» само по себе превращает мозги в кашу?

— Какого хрена вы вообще здесь делали? — рявкнул Восьмой. — Эти ебаные кошки только что угробили почти всю мою группу!

Я заметил, как ведьма крепче сжала палочку в ответ на вполне оправданную ярость Восьмого. А профессор лишь озадаченно посмотрел на американца.

— Уверяю вас, ничего подобного мы не планировали. Мы пришли предотвратить побег нунду, а не помочь им выбраться.

Как ни странно, я ему поверил.

— Древний ритуал, который мы собирались провести, должен был остановить дальнейшее разрушение удерживающих их чар, а заодно предотвратить каскадный распад остальной защиты.

— Что здесь происходит? — прорычала Вторая.

Профессор поправил очки, словно отвечал на вопрос студента.

— Саддам Хусейн в отчаянии. Он приказал нашему министру магии помочь организовать оборону. Министр Рамзи сослался на международные нормы, запрещающие наше вмешательство, и был немедленно застрелен. Его заместитель, Ибрагим аль-Юсуф, согласился, но распорядился ограничиться мелкими помехами и ни в коем случае не колдовать там, где маглы могли бы это увидеть. Он пытался пройти по очень тонкой грани.

Все звучало прекрасно и вполне разумно. Только я уже слышал приближающееся «но», от которого задница заранее сжалась. После четырех лет в Хогвартсе и семи на службе Ее Величества у меня на такое чутье. Сейчас нас хорошенько поимеют.

— Однако произошло прискорбное недоразумение. Некоторые волшебники подзабыли историю магии и выбрали для своей базы одно... особенное место.

— И чем оно плохо? — процедил Восьмой.

Профессор изумился.

— Дорогой мой, выбранный ими холм — это остатки великого зиккурата Этеменанки, который нередко считают прообразом Вавилонской башни из иудейско-христианского предания.

Он повернулся и указал на возвышение, с которого я стрелял.

— А здесь стоял меньший зиккурат, повторявший очертания великого. Великий же воздвигли в честь победы мага Мардука над Тиамат и ее войском, одержанной около 2700 года до нашей эры. В те времена магические способности и волшебники, и маглы часто считали даром богов. Впоследствии легенды разрослись настолько, что оба сами превратились в божеств, хотя сейчас Тиамат чаще называют демоном.

Гермиона была бы от этого типа в восторге.

— Если верить трудам Али Багдадского, жившего в шестом веке нашей эры, — а я полагаю, что им следует доверять, — зиккурат воздвигнут над местом, где Тиамат и ее войско были погребены на вечные времена. Изучение обнаруженных под холмом защитных чар, по-видимому, подтверждает эту гипотезу.

— Министерские волшебники решили действовать с уцелевшего основания Этеменанки. Поскольку они намеревались посеять смятение среди вторгшихся магловских войск, это показалось им забавным: Вавилон, смешение языков, всеобщая неразбериха. К несчастью, их ритуалы расшатали защиту под холмом. Возник необычный магический резонанс, и холм начал испускать импульсы.

— По всей древней Месопотамии были разбросаны похожие, но куда меньшие зиккураты — вроде этого. Их тоже посвящали Мардуку, однако считалось, что с главным сооружением они не связаны. Теперь же при каждом импульсе на одном из малых объектов рушится защита. И из этих холмов выходят чудовища.

— Чудовища? — настороженно переспросила Вторая.

— Да, чудовища, — впервые заговорила Дана Али. — В западной массовой культуре Тиамат с недавних пор изображают многоголовым драконом, но в вавилонских преданиях она — мать демонов. В «Энума элиш» ее называют матерью драконов и змеев. По-видимому, она увлекалась созданием новых существ с помощью магии. Мы полагаем, что, помимо некоторых видов драконов, ей обязаны своим появлением василиски, нунду, кентавры, наги и гидры. И это далеко не полный список.

Великолепно. Древняя Темная леди с замашками Хагрида. Интересно, она тоже считала их милыми безобидными зверушками?

— Нас прислали сюда, чтобы попытаться воспроизвести ритуал, которым, как мы считали, была установлена защита, — добавила Али. — Нунду выбрались, когда мы еще не закончили второе песнопение.

— И сколько таких холмов осталось? — спросил я. — А главное, какой нас ждет финальный номер, когда защита на основном объекте все-таки рухнет?

Мисс Али на секунду задержала взгляд на моей форме SAS и оружии.

— Мы полагаем, освободится сама Тиамат. Возможно, вместе с частью своих чудовищ и последователей-людей.

— Прелестно.

— Так, хватит терять время, — объявила Вторая. — Восьмой, Десятый, соберите наших и остальные тела. Поттер, смотрите, чтобы к нам больше никто не пожаловал, пока мы зачищаем место. Профессор, мисс Али, боюсь, мне придется попросить вас отправиться с нами.

— Мы должны доложить своему руководству! — возразила Али.

Какая-то часть моего мозга между делом отметила ее голос — теплый, бархатистый. Не знаю, что там с остальными достоинствами, но для радио голос у нее прекрасный.

— Это не моя проблема, — ответила Вторая. — В ближайшие сутки сюда войдут целых две дивизии. Я не могу допустить, чтобы прямо у них на пути вдруг начали появляться самые опасные Темные твари за всю историю. Очень уж вовремя начали бы, не находите?

Иракцы спорили, пока Вторая не пригрозила оглушить их и привести в чувство уже на американской базе. После этого оба утихли, а «Гекторы» быстро принялись убирать следы боя. Туши нунду американцы присыпали каким-то порошком, и секунд через двадцать те вспыхнули ярко-синим пламенем. Огонь стремительно пожирал тела, почти как Адское пламя.

— Пора, — объявила Вторая через семь минут после начала работ и повернулась к иракцам. — Метлы у вас есть?

— Нет, ковер, — ответил профессор аль-Джумайли.

— Подойдет. Мы с Восьмым впереди, Десятый и Поттер — за вами. Бежать не пытайтесь. Поттер, база сменила расположение, так что следите за нами. Полетели.

Обратный полет был совсем не таким беззаботным. «Гекторы» потеряли семьдесят процентов состава меньше чем за десять минут. Как бы тебя ни готовили, такое бьет тяжело. Иракцам досталось еще хуже: они прибыли с пятнадцатью ведьмами и волшебниками, а остались только вдвоем.

Базу перенесли примерно на двести километров севернее прежнего места — далеко вглубь Ирака, но все еще в пустыню. После приземления «Гекторы» сразу скрылись в палатке вместе с агентом Шестнадцатым и Терри. Трое охранников отвели профессора аль-Джумайли и мисс Али в один из ее дальних углов.

Меня ни к тем ни к другим не пригласили, так что я просто вошел и нашел свободный стол. Вскоре снайперская AW50 и штурмовая G3KA4 были разобраны и вычищены. Обе винтовки способны многое вытерпеть, но лучше перестраховаться: песок в пустыне проникает всюду.

Я уже собирал оружие, когда ко мне подошел профессор.

— Должен сказать, меня весьма удивило присутствие британского армейского офицера в американском магическом подразделении. Даже если этот офицер — сквиб.

Я проигнорировал пробный шар. Дамблдор постоянно прибегал к этому приему, и меня он бесил. Есть вопрос — спроси прямо. Захочется поиграть словами — найму адвоката.

— Он не сквиб.

Я удивленно поднял голову. Мисс Али подошла вместе с профессором, и при свете в палатке я впервые смог как следует ее разглядеть. Она сняла затейливый головной убор и верхнюю мантию. На лице выделялись большие, пристальные карие глаза. Волосы Дана тоже распустила: длинные, черные, как ночь, на вид удивительно мягкие, они теперь обрамляли ее лицо. Древнее одеяние, которое носили иракцы, сидело на ней чертовски соблазнительно. Юбка доходила лишь до середины бедра, открывая красивые ноги, а перевязи прикрывали грудь, оставляя на виду плоский подтянутый живот. Не будь у нее такого напряженного выражения, я бы назвал ее потрясающей красавицей.

— Он Гарри Поттер.

Аль-Джумайли опешил.

— Тот самый Гарри Поттер?

Я не ответил: смотрел на Али. Она тоже не отводила глаз.

— Я училась в Дурмстранге. Для участия в Турнире трех волшебников была еще слишком юной, но благодаря оценкам директор разрешил включить меня в делегацию в Хогвартс. Шрама нет, волосы коротко острижены, но глаза те же. И то же ощущение сдерживаемой силы, сжатой пружиной и готовой вырваться на свободу. Это он.

У аль-Джумайли сделалось такое лицо, будто Рождество — или что они там празднуют — наступило раньше срока.

— Гарри Поттер! Какая честь!

Он бросился пожимать мне руку.

— Я как раз закончил аспирантуру в Оксфорде, когда завершились войны чистокровных. Невероятное достижение!

К счастью, эту сцену прервало появление агента Шестнадцатого и Второй.

— Сэр, это профессор аль-Джумайли и мисс Али.

Шестнадцатый коротко им кивнул.

— Профессор, мисс, мы связались с вашим магическим правительством. Министр аль-Юсуф принес магическую клятву, что чудовищ выпустили непреднамеренно. Чтобы не допустить раскрытия магии перед маглами, мы решили объединить усилия. На помощь «Гектору» идет группа «Ахилл». В пути специалисты по контролю за магическими животными и еще два отделения обливиаторов. Британцы тоже присылают два отделения боевых магов и отделение обливиаторов.

Затем он повернулся ко мне.

— Лейтенант, насколько я понимаю, остатки группы «Гектор» спасли вы. Благодарю. Я собирался вернуть вас в ваше подразделение, однако старший офицер британцев попросил задержать вас хотя бы до его прибытия.

Я почти почувствовал, как на шее сжимаются стальные челюсти капкана.

— И кто же это?

— Старший аврор Бруствер.

Прекрасно.

— Ладно, дождусь Кингсли.

Агента Шестнадцатого мое непринужденное обращение немного озадачило. А вот Терри, судя по ухмылке, воспринимал все происходящее как удачный розыгрыш.

Пожалуй, я тоже. Забавно, что иракцы мою фамилию знают, а собственные магические союзники — нет.