История одного жиголо (гет)

08:00, понедельник, — Драко осознал, что кошмарная неделя с Грейнджер наступила.

08:10 — Драко, и его лучшие брюки от знаменитого модельера близко познакомились с Косолапусом и его когтями.

08:15 — Грейнджер заплатила Драко кругленькую сумму, возмещая причиненный ущерб, и сказала, что он визжит, как свинья на митинге.

08:20 — главная цель: незаавадить Грейнджер.

08:25 — незаавадить Грейнджер.

...

10:00 — незаавадиться самому.

* * *

Во Франции их встретила целая группа приторно улыбающихся волшебников всех возрастов, которые торжественно препроводили «английскую феминистку и её очаровательного спутника» в приготовленные им апартаменты. Это был прелестный домик в саду, состоящий из двух огромных спален, соединенных балконом, двух ванных комнат, причудливой формы гостиной, холла и столовой. Изысканность превосходно сочеталась с простотой, и Драко был вынужден признать, что у французов есть вкус.

— Это моя ванная!

— Нет, моя!

— Малфой! Зачем тебе девчачья ванная?! Она явно предназначена для женщины: все эти баночки, скляночки.

— Грейнджер! Баночки и скляночки — это у тебя, в лаборатории недоделанного зельевара, а это лучшая французская косметика. И потом, с каких это пор джакузи предназначена исключительно для женщин?!

— Малфой, ты — баба! — изящный пальчик с коротко остриженным ногтем уперся ему в грудь.

— Нет, просто из нас двоих красивый я... а ты здесь только по работе, — ехидно ответил Драко.

— Ну ладно, — прошипела Грейнджер, — иди, наводи красоту, мы сегодня приглашены на неофициальный вечерний чай к французскому Министру магии, и ты должен мне соответствовать!

Она резко развернулась и удалилась в свою спальню.

Драко довольно усмехнулся — ванную он отвоевал.

— Но учти, сибарит несчастный, джакузи будем пользоваться вместе! — донеслось до него из комнаты.

— Хорошо, кошечка, я, так и быть, возьму тебя с собой. Ты какую пену предпочитаешь? — откликнулся Малфой.

— Ядовитую, — крикнула Гермиона и чему-то улыбнулась.

Похоже, неделя будет хоть и ужасной, но не лишенной веселья.

* * *

Французы, сияя любезными улыбками, настороженно следили за гостями. После Второй магической войны связь Англии с Континентальной Европой значительно ослабла, в Британии наступили времена кардинальных перемен. В одной из самых консервативных стран невероятно быстро рухнули косные устои, и сейчас она поражала все мировое магическое сообщество своей современностью и прогрессивностью. Грейнджер являлась ярчайшим представителем Новой Магической Англии, и на эту женщину смотрели, как на очень интересного, но опасного члена нового общества.

Зато Драко, казалось, был просто соткан весь из галантности и изысканности. И присущей ему слегка высокомерной легкостью влился в круг собравшихся людей.

Гермиона в душе была рада, что судьба привела её сюда именно с Малфоем, так как за столом велась исключительно светская и пустая беседа, а благовоспитанная, малосодержательная болтовня никогда не была сильной стороной Грейнджер. Поэтому, отдав разговор в руки спутника, она наслаждалась вкусным чаем, пока не вникла в суть беседы.

— Мистер Малфой, — жеманно протянула прелестная племянница министра, — а что Вам особенно нравится в Вашей девушке?

— Хм, её властность.

Собеседница приоткрыла ротик от удивления.

— Да, вы даже не представляете, насколько Гермиона властная. Она из семьи маглов, а каких высот достигла. Ну, разве можно её не уважать? А её настойчивость, которую некоторые учителя даже назойливостью называли. А любознательность? Вы даже представить себе не можете, сколько раз она, примерная ученица, нарушала школьные правила. И всё это исключительно из стремления к знаниям.

— Драко, — процедила Гермиона, пытаясь прервать его речь.

Но Малфой лишь сладко улыбнулся и с придыханьем воскликнул: — А наша история любви!

— Расскажите! — защебетали девицы.

— О, мы учились на разных факультетах, враждующих факультетах, — заунывным голосом затянул Драко, — и были едва не врагами...

— Ах, ну, как «Ромео и Джульетта», — томно вздохнула племянница министра.

Потрясающее оригинальное сравнение! — злилась от бессилия Гермиона.

— Я с ума сходил, когда видел её мелькнувшие кудри в толпе, мне хотелось восхищаться ею, а я должен был говорить ей гадости, — закатывал глаза довольный Малфой, — а однажды на четвертом курсе я даже заколдовал её, я...

Тут Гермиона не выдержала и прижалась к мужчине, демонстрируя неземную любовь, благо пары здесь не стесняли — вечер же был неофициальным.

— Драко, милый...

Женщина скользнула губами по его шее и поцеловала мочку уха.

Малфой вздрогнул от этих прикосновений и поцелуя — по телу пробежала приятная дрожь. Но тут дрожь усилилась, потому что Грейнджер ткнула своей волшебной палочкой ему под ребро и прошептала:

— Заткнись, хорек, иначе я на тебя империус наложу.

— Я тоже тебя люблю, моя мышка, — улыбнулся Драко, морщась от боли — ведьма ткнула его весьма ощутимо.

И жарко поцеловал Грейнджер... больше ничего интересного в этот вечер не произошло.

* * *

Ранним утром Драко проснулся из-за того, что ему приснился на редкость странный и неприятный сон. Во сне была чертовски притягательная Грейнджер, наверное, сказался вчерашний поцелуй. Нет, сон не был эротическим, а вот Грейнджер как раз была даже очень эротичной. Она стояла в саду Малфой-мэнора и, смеясь, звала его гулять. Это была вовсе не нынешняя жесткая и циничная ведьма, а до отвращения прелестная и невинная девушка.

— Драко! — кричала она, и легкое прозрачное платье весело развевалось.

— Драко! — солнечно улыбалась она и доверчиво протягивала ему ладони.

А когда он всё-таки взял её за руку, девушка захохотала страшным смехом тетушки Лестрейндж и дико крикнула:

— Виновен!!!

И за её спиною страшной птицей распахнулась лиловая судейская мантия...

— О, Мерлин! — простонал Малфой, садясь на кровати.

Ему приснилась Грейнджер, он хотел Грейнджер, он рехнулся...